Юля

Его пальцы сжимаются на моем запястье, обжигают кожу, заставляют дыхание участиться, пульс теряет все ориентиры…

— Значит ты решила со мной поиграть? — резкое движение, он дергает меня за руку и через секунду я впечатываюсь в мощный торс. Его тело как будто выковано из камня такое твердое, но в то же время такое горячее, что я боюсь сгореть рядом с ним.

— Скажи, что тебе не нравится и мы прекратим, — скалю зубы, начинается опасная игра. Я как будто ступаю по натянутой над пропастью веревке. Один неправильный шаг и я упаду, разобьюсь и больше не смогу стать прежней.

— Уверена, что готова играть со мной в опасные игры, — его рука прикасается к моему лицу, пальцы нежно скользят по щеке, спускаются к губам, очерчивают контур и я пользуясь шансом прохожусь язычком по его пальцу.

Вижу, как его зрачки расширяются, почему мне каждый раз кажется, что он реагирует на меня как на дозу наркотика? Как будто он от меня зависим и готов разорвать на части?

— Всегда готова, — возбуждение настолько сильное, что я готова сказать что угодно, только бы спровоцировать его на дальнейшие действия.

В ответ его порочные губы кривятся в улыбке. Можно ли считать все это победой? Я не пришла к нему сама, но приложила немало усилий, чтобы заманить его в эту ловушку. Наверное, создав себе иллюзию победы я готова принять ее за чистую монету. Почему для меня это так важно? Наверное, я хочу знать, что он готов идти на уступки, что готов хоть иногда давать мне порулить.

Обвиваю руками его шею и сама тянусь к его губам, провожу язычком, играю, завожу, когда его губы раскрываются, готовы ответить мне на поцелуй я отстраняюсь. Я хочу провести языком по его шее, груди, хочу почувствовать его вкус, хочу им насладиться.

Немного наклоняю голову и прикасаюсь языком к его шее, медленно веду сверху вниз, мучительно медленно. В этот момент прикасаюсь ручками к его груди, веду пальчиками по ткани рубашки и чувствую, насколько сильно напрягаются мышцы его груди.

— Хочу знать, что ты готов уступать, — добравшись до его уха, тихо ему шепчу. — Хочу прекратить играть, ведь никто из нас не победит.

Мои пальчики находят пуговицы и начинают расстегивать из одна за одной, распахиваю полы рубашки и мои руки прикасаются к обжигающей коже его торса. Исследую территорию, собственнически обвожу каждый кубик на его идеальном торсе.

Его руки перехватывают мои, отстраняют меня от себя, и я непонимающе заглядываю в его глаза. Что не так? Что случилось?

Он секунду всматривается в мои глаза как будто ищет ответы на только ему известные вопросы, а после резко подхватывает меня на руки.

— Сама напросилась, маленькая сучка, — с этими словами он несет меня к окну. В моем номере просто умопомрачительный вид из окна и широкие подоконники, но я думала, что любоваться всем этим мы будем немного позже.

Когда моя попка опускается на подоконник я понимаю, что Андрея мало интересуют виды, скорее всего он собрался использовать подоконник не по назначению. И я всеми руками и ногами только за его решение.

Так как подоконник слишком низкий, то мои глаза находятся на уровне его ширинки, и я решаю не терять момент. Облизав губы, я тянусь пальчиками к ремню на его штанах, быстро справившись с этой задачей, расстегиваю ширинку и приспускаю его штаны.

Завадский молча наблюдает за тем, что я делаю и не мешает мне. Похоже мои слова были приняты во внимание, и он дает мне возможности немного порулить. Его пальцы ныряют в мою шевелюру и слегка играют с локонами, пока моя рука ныряет в боксеры и высвобождает его член.