Глава 12

Главный секрет удачного брака — в несчастьях видеть случайности, а случайности не воспринимать как несчастья.

Г. Николсон

- Ты уверен, что останешься тут один? – в который раз спросила я Абса, стоя перед дверями квартиры. Аз Хош уже ушел вниз, чтобы загрузить чемодан в автокар.

- А чего мне делать, коли хозяйка бросает меня одного-одинёшеньку и улетает на моря? – спросил Абсент, сделав самый оскорбленный вид. Я рассмеялась и подхватила его на руки.

- Ты же знаешь, что третий всегда будет лишним.

- Вот как? Лишний уже, значит? Всё с тобой понятно. В браке всегда так: когда появляется муж, питомец отодвигается на второе место. Да и выбрала бы нормального мужика! А то ведь мстительный, злопамятный…

- Абсик, сейчас злопамятный – это ты, - подмигнула ему я и прижала к себе, гладя по холке.

- Всё, идите уже, - вздохнул он и спрыгнул с моих рук.

Окинув квартиру, успевшую стать родной, прощальным взглядом, я выскочила вслед за мужем. Ур Сент ждал меня у автокара. Галантно открыв мне дверь, он обошел транспорт и сел на водительское сиденье. Я находилась в предвкушении поездки, фантазия сама строила различные предположения о нашем отдыхе. Встретившись мужем взглядом, улыбнулись. Интересно, его мысли такие же неприличные, как и мои?

До космопорта мы долетели быстро, там пересели на шаттл и уже через два часа были на острове «Сантэон», название которого переводится как «Город любви». Уже в шаттле я обратила внимание, что все пассажиры – преимущественно влюбленные пары. К нам вновь было повышенное внимание, но благодаря сдержанному менталитету урджиев никто не бросился за автографами или с поздравлениями, как это было на Каэре. Полет прошел в относительном спокойствии, а потом я попала в настоящий Рай.

В космопорте с верхних этажей открывался вид на фиолетово-красное море. На пляже было полно людей, по прибрежной зоне плавали туристы, а за буйками проносились водные мотоциклы и катера. Я чуть ли не прилипла к стеклу турболифта, жадно пожирая глазами открывшийся пейзаж. Аз Хош обнял меня сзади за талию, наклонившись к уху:

- Мои родители познакомились здесь. Мама работала в гостинице управляющей, а отец приехал отдыхать с друзьями. Он был против полета на Сантэон, а в итоге нашел здесь свою судьбу.

- Пусть со своим мужем я познакомилась и не на этом острове, но я рассчитываю провести здесь незабываемые выходные, - тихо прошептала я, оглянувшись и с трудом сдерживая порыв поцеловать его. Всё-таки в турболифте мы были ни одни.

В космопорте нас встретил водитель, который приглядывает за собственностью ур Сентов в этом месте – его семья поддерживает дом в пригодном состоянии. Мы сели на заднее сиденье, после чего автокар отстыковался и поднялся в небо.

- Вы надолго, лио?

- На пару дней, - ответил Аз Хош, видимо, узнав водителя. Для кого-то срок в пятнадцать лет не такой уж и значительный.

- Мия приготовила вам обед. Она будет приходить каждое утро…

- Нет-нет, не стоит. Мы сами справимся, - поспешно вставил Аз Хош, переглянувшись со мной. Водитель понятливо хмыкнул и переключил разговор на другую тему, рассказывая, что здесь изменилось за тот промежуток времени, пока нас не было. Я с удивлением поняла, что мы с мужем тут уже отдыхали еще в качестве жениха и невесты.

Мы проехали через огороженную территорию и подлетели прямо к стеклянно-бамбуковому строению, стоящему особняком на частном пляже. Отсюда открывался изумительный вид на красное море, которое сегодня оказалось буйным: оно яростно выплескивалось волнами на берег, а потом так же стремительно сбегало, оставляя после себя ракушки и переворачивая камни. Я вновь вернулась взглядом к дому, улыбнувшись. И теперь в этом летнем великолепии мне предстоит провести целых три упоительных дня!

- Я занесу чемодан в дом, лио, а вы пока можете прогуляться, - улыбнувшись и видя моё нетерпение, предложил мужчина.

Я радостно завизжала, скинула с ног босоножки и побежала к берегу. Не пройдя еще и середины пути, я развернулась и стала пятиться, наблюдая за мужем. Он тоже снял обувь, закатал брюки и теперь медленно, словно крупный хищник, направлялся в мою сторону. Губы расплылись в счастливой улыбке, я развернулась и вновь ринулась к морю. Стоило мне ступить на мокрый песок, как по ногам ударила сильная морская волна, и я завизжала от радости. Но отступить мне не позволил муж, который обнял за плечи и устроил голову у меня на плече. Для этого ему пришлось прилично наклониться.

- Мне уже здесь нравится, - прошептала я и получила поцелуй в шею.

- А мне нравишься ты: такая беззаботная, веселая и счастливая. Рори, всё, о чем я мечтаю, это видеть твою радость каждый день.

Моё сердце счастливо замерло, прежде чем восстановить свой привычный ход. Я развернулась к мужу, положив руки ему на плечи и поцеловав в уголок рта.

- Тогда я позволяю делать меня счастливой день ото дня. Для этого мне нужно совсем немного: любимый мужчина рядом и немного жизненного драйва. Ты знаешь, с моим характером последнего будет в избытке.

Хош рассмеялся, подарив восхитительный поцелуй, пробежавшись кончиком языка по моим губам, вторгаясь глубже и в который раз доказывая своё влияние на захваченных территориях. Моё тело и эмоции были согласны находиться в подданстве у любимого человека. Когда мужчина отстранился, я с трудом устояла на ногах, ухватившись за плечи Аз Хоша. Провела руками вверх-вниз по его груди и плечам, в который раз напоминая себе, что этот мужчина принадлежит мне, что только мои прикосновения могут доставить ему удовольствие, что первый раз на протяжении истории захваченные территории имеют реальную власть.

- Предлагаю пойти пообедать, переодеться и потом посвятить себя морскому воздуху и воде.

- Поддерживаю, - улыбнулась я, отстранившись и взяв мужа за руку.

Еда была упакована по контейнерам, поэтому оставалось лишь подогреть всё в микроволновой печи, что мы и сделали. Говоря о всякой ерунде, мы с Аз Хошем медленно поглощали пищу. И было в этой атмосфере что-то волшебное, нежное, жизненно-необходимое. Если я буду вспоминать о единении сердец, то на ум придет именно этот момент, наполненный семейным теплом и участием. Без пошлых намеков, но с морем бескрайних улыбок и радости в глазах.

- Ангелы, если вы существуете, остановите время, - прошептала я, когда муж накрыл мою руку, покоящуюся на столе, своей ладонью.

- Тогда ты бы не дорожила этим моментом. Всё, имеющее лимит времени, превозносится выше любых благ. Самый дорогой ресурс Вселенной – время.

Я согласно кивнула, а Аз Хош встал и обошел стол, подхватив меня на руки и понеся в сторону спальни. Аккуратно положив меня на кровать и подарив мимолетный поцелуй в губы, муж отстранился и отошел в сторону, открыв крышку чемодана, который стоял на журнальном столике. Мимика на его лице изменилась, и он достал свою футболку, изрезанную на мелкие лоскутки. Не выдержав, я расхохоталась, а Аз Хош начал перебирать все свои вещи.

- Рори, они все испорчены!

- Это Абсик! – хохотала я. – Он мстит тебе! Он же твоё отражение, забыл? Такой же мстительный и злопамятный, Хош!

- Рори, прекрати смеяться! Что делать-то?!

- Новые вещи покупать, - ответила я, но хохотать не перестала, особенно смотря на растерянность своего мужа. Помнится мне, Абсик уже испортил как-то мою одежду.

- Когда-нибудь я отдам его в диспансер, - выдохнул Аз Хош, подойдя ко мне и присев рядом на кровать. Вещи я готовила со вчерашнего вечера, поэтому у Абса была еще вся ночь, чтобы испортить одежду.

- Не отдашь, - подмигнула я и обняла мужа. – Пошли в магазин.

- Рори, это развлекательный остров. Веришь или нет, но тут только рынки.

- Рынки? – удивленно вскинула я бровь, а потом вспомнила значение этого слова в простонародье, а не с экономической точки зрения. – О! Вот как? Интере-есно. Тогда мне еще больше хочется прогуляться со своим мужем по улицам. Пошли.

Мне всё же удалось уговорить его сходить на рынок, а не съездить в ближайший магазин на континент за одеждой, поэтому мы покинули частную территорию и теперь прогуливались по широким улицам с пальмами и другими видами тропических деревьев. Я оглядывалась по сторонам, натыкаясь глазами на разноцветные листья, большинство из которых было розово-фиолетового цвета – остров оправдывает название «Сантэон».

Рынок удивил меня своей пестротой и однообразием товаров в лавках, зато я первый раз побывала в атмосфере такого радушия, где продавцы тебя готовы буквально расцеловать. Они перекрикивались между собой и предлагали покупателям свои товары, придумывая различные легенды. Я с улыбкой смотрела на них и, взяв мужа за руку, поведала:

- Кажется, я знаю, почему тут нет магазинов. Они стараются сохранить частичку старины, этой необычности и теплоты, которую приносит отдых на жарких островах.

Муж согласно кивнул, после чего мы всё же подошли к одному прилавку и купили в первую очередь нижнее белье и плавательные шорты, после чего уже могли приступить к другим покупкам. Хош в основном смотрел на рубашки, но также купил одну футболку и двое шорт в следующем отделе. Пока он их мерил, я встретилась взглядом с урджием в эштане. У него были рыжие волосы и фиолетовые глаза, он был примерно моим ровесником. Смотря на него, я представляла своего мужа, вспоминала, как первый раз его увидела, когда он был точно так же скрыт под маской традиций. Парень, заметив моё внимание, подмигнул. Я бездумно улыбнулась, скорее, своим воспоминаниям, но в следующее мгновение меня решительно развернули за плечи обратно к прилавку. Я подняла шаловливые глаза на хмурого мужа.

- Ревнуешь?

- Я только отошел, а ты уже на других заглядываешься, - буркнул он, и я рассмеялась.

- Как у урджиев с присутствием крепкой связи, обеспечиваемой во время свадебного обряда, остается повод для ревности?

- Потому что она – придаток воображения, а не мозга, - улыбнулся Хош, расслабляясь. – Всё, мы можем идти. Вещи доставят домой, а мы немного погуляем.

- Прекрасно, - ответила я, взяв мужа за руку. Я наслаждалась каждым мгновением, проведенным вместе.

И вдруг улица наполнилась музыкой. Я вопросительно посмотрела на супруга, и он мотнул куда-то в сторону, где расступался народ, а на «сцену» выходила девушка, которую окружала приличная группа поддержки. Она начала танец, продолжая идти вперед и привлекать к себе внимание окружающих. На ней было странное одеяние, состоящее из ткани, напоминающей газ, плотным материалом обладали лишь вставки на груди и юбке. Наряд был увешан звенящими украшениями, которые были вплетены и в волосы.

И вдруг она запела:

Вот почти что с четверть века,

Как шмыгнула в белый свет,

А чудные человеки

Ведьмой кличут двадцать лет:

Мол, девчонкой пятилетней

При сияющей луне

Мать меня порою летней

Подарила Сатане.

А дальше её поддержал хор девушек, приплясывающих за ней:

Плюнуть или каяться -

Кто же разберет.

Кто не испугается -

В жены пусть берет!

И дальше запела вновь она, только с перерывами на припевы, которые подхватывала всё та же группа поддержки.

Только есть одна проблема -

В город толком не войти:

Люди с криком "Ведьма, ведьма!"

Разбегаются с пути.

Люди прячут злые морды

В обывательском тепле,

Ну, а я над ними гордо

Пролетаю на метле!

Чтоб позлить свою соседку

И привадить к ней воров,

Я топор втыкаю в стенку

И дою ее коров.

До сих пор она икает,

Увидавши со двора,

Как молоко ручьем стекает

С рукоятки топора.

Через улицу соседу,

Что противен, толст и лыс,

Я в компанию к обеду

Под окно пускаю крыс.

Крысы роют в доме норы -

И порядка нет как нет:

Обвалилось ползабора -

То-то будет рад сосед!

Она играючи обходила всех людей, пританцовывая и не забывая про мелодию. На следующем куплете она уже подошла к нам, остановилась около моего мужа, расцепила наши руки, не забыв подмигнуть мне, и запела:

Я который день лью слезы -

Присмирела егоза:

В сердце нож воткнули острый

Чьи-то синие глаза!

Месяц ядом вновь налился,

И себе желаю я,

Чтоб в меня скорей влюбился

Тот, кого хочу в мужья.

Согрешишь - покаешься,

И пойдешь домой;

Песне улыбаешься -

Значит, будешь мой!

Вновь подмигнув, на этот раз и мне, и моему супругу, она соединила наши руки и ушла, так же продолжая танцевать. Перед толпой расступались люди, кто-то старался подпевать, когда она, пройдя чуть дальше, вновь начала исполнять песню, только уже другую. Я зачаровано смотрела ей вслед, вспоминая старую земную классику фолка «Канцлера Ги», которой и принадлежала эта песня. Да и девушка была землянкой.

- Понравилось? – рассмеялся Аз Хош, смотря на моё потрясенное лицо. Я согласно кивнула.

Только понравился мне и наряд девушки. Танцую я не настолько хорошо, но можно попробовать… Я бросила взгляд в сторону: где-нибудь здесь обязательно должен продаваться такой же «звенящий» наряд.

- Хош, а можно я немного поброжу здесь одна? Подождешь меня на выходе?

- Что ты задумала? – нахмурился муж.

- Мне нужно сделать тебе сюрприз, а для этого ты не должен быть рядом, - подмигнув, ответила я.

Аз Хош смотрел недоверчиво, явно борясь с собственным предубеждением. В конце концов он кивнул, поцеловал меня в щеку и направился к выходу. Уверена, туда он не дойдет, развернется и пойдет искать меня, так что времени немного. Поэтому я не стала его терять и ринулась к ближайшей продавщице – спрашивать, где сей откровенный наряд можно купить. Муж же меня испытывал в нашу первую брачную ночь этим невыносимым свадебным платьем, теперь моя очередь доводить его до исступления. Женщина, подмигнув мне, указала нужный прилавок, который находился на другом конце. Поблагодарив, я бегом направилась туда.

- Этаке ноэ? – перехватив меня поперек талии, вопросил кто-то сверху. Я испуганно подняла взгляд, встретившись с фиолетовыми глазами урджия без перчаток и с открытым лицом.

- Отпустите меня, - пискнула я, но молодой человек лишь похабно улыбнулся.

- Тоэро ротана фас экле? – спросил он, и я ни слова не поняла. Это было на джийском! Обязательно его выучу, как только разберемся со всеми этими неполадками во времени!

- Фас экле орэ тоэро, - услышала я знакомый голос, после чего силки, удерживающие меня, мгновенно ослабли, и я оказалась прижата к мужской груди. Парни сразу же отступили на шаг назад, а Аз Хош поднял мою руку с поблескивающим мисталом на запястье. – Орэ тоэро фас долитэ. Корт!

Парни понятливо кивнули и постарались смыться с горизонта, а я обернулась к мужу, выдохнув и прижавшись к его телу. Он был зол, но не на меня, а на незнакомцев.

- Я так испугалась! Неужели на Урлионе есть еще те, кто не разговаривает на межгалактическом? Это ужасно!

- Люди здесь не особо жалуют образование, - вздохнул Аз Хош, нахмурившись. – Так и знал, что отпускать тебя нельзя. Поверь мне, на Урлионе тоже достаточно публичных домов, и проституция на курортных островах только процветает. Ты только что встретилась с сутенерами.

- Прости, я больше от тебя ни на шаг, - вздохнула я, взяв мужа за руку. – Идем домой.

- Ты взяла, что хотела?

- Нет, но уже безразлично. Лучше я осуществлю свой сюрприз как-нибудь потом, в будущем, - расплывчато ответила я, подумав, что стоит записаться на танцы. Мы направились к выходу. – А что они спрашивали, и что ты им отвечал?

- Они спросили, занята ли ты сегодня вечером. Я ответил, что вечером она занята, потом добавил, что занята она на всю жизнь и приказал уходить.

- Красивый у вас язык, - вздохнула я, приводя своё сердцебиение в порядок. Рядом с Аз Хошем страх уходил. – Но почему никто не подошел? Не остановил его?

- Рори, люди здесь все друг друга знают, и знают, кто и чем промышляет. Ты – незнакомка, к тому же не разговариваешь на джийском. Значит, приезжая, заступиться некому, по рынку одна идешь. Никто из местных не хотел проблем и предпочел думать, что это «муж нашел жену». Он был без эштаны и без перчаток, а на тебе мистал.

- Вот именно, на мне ведь твой браслет! Он же знал, что за меня заступятся! Тем более я всегда слышала, что Джийская система – самое безопасное место в конфедерации!

- Рори, - Аз Хош остановился, наклонившись ко мне. – Не путай наше время и это. На Урлионе и раньше были преступления, невозможно добиться полного подчинения законам, но теперь Джийская система – это военная держава, производящая оружие. Криминального стало намного больше, к тому же урджии редко вступают в брак с представителями других гуманоидных рас, а в этом времени заключить брак по нашим традициям стало относительно легко, были бы нужные средства.

Я замолчала, испуганно глядя на мужа. Я забыла, что мы не в том времени, в котором жили. Здесь всё иначе, сложнее, запутаннее. Я понятливо кивнула, взяла мужа за руку и быстрым шагом направилась к выходу. Теперь понятно, что он изучал часами у себя в кабинете – он исследовал новую для него систему, выявляя все её недостатки. И вот почему он сразу не хотел меня отпускать. Мне страшно жить в этом времени, я хочу вернуться домой.

Чтобы расслабиться и снять напряжение последнего инцидента, мы принялись вместе готовить, хотя еда, приготовленная неизвестной мне Мией, еще оставалась. Холодильник также был забит всяческими продуктами и напитками, которые мы и решили использовать. Готовить вместе с мужем было истинное удовольствие, мы вместе нарезали овощи, я мыла посуду, пока он мариновал мясо. Потом мы вместе укладывали всё на противень, споря по поводу того, в каком порядке нужно утрамбовать слои. В итоге сдался Аз Хош, поэтому сделали всё по-моему.

- Идем в море искупаемся, пока мясо будет пропекаться, - предложила я и отправилась искать свой купальник.

Наш пляж был частным, поэтому на расстоянии нескольких сотен метров не было ни души – вот он, положительный аспект статуса невестки главы Джийской системы. Попросив Хоша нанести солнцезащитный крем, я искренне наслаждалась его прикосновениями. Они обжигали сильнее лучей местной звезды, но я бы ни за что не отказалась от них, пусть даже они меня испепелят.

- Рори, давай в воду? – хрипло произнес муж, и я, сдерживая победоносную улыбку, кивнула. О каком костюме танцовщицы идет речь, когда я и так завожу его с пол-оборота?

После утреннего шторма море было теплым, как парное молоко. По нему бежали блики заходящего Джия, но Аз Хош, стоя по колени в воде, всё равно щурился, смотря на меня. Он сложил руки на груди, и на его лице блуждала коварная улыбка, наличие которой я разгадала не сразу, а когда разгадала – было слишком поздно убегать. Меня заключили в крепкие объятия, руки урджия легли мне под попу, приподнимая и заставляя обхватить ногами мужской торс, а губы уже накрыли мои, приказывая ответить на сладкий поцелуй. Жар пробежался по моему телу, толкая на решительные действия и проча невероятные удовольствия. Мой купальник уже намок, поэтому я оставляла на груди Аз Хоша мокрые следы, прижимаясь всё сильнее. Мне было его мало, но в то же время ощущался он везде, будто обволакивал меня всю.

Про мясо пришлось забыть. Вынужденно, неосознанно, но то, что творилось на пляже, было нашим исступлением, находясь в котором думать о чем-то другом было просто невозможно. Именно поэтому сгоревший противень пришлось выкинуть, так как гарь отодрать было нереально. Дом мы проветрили, правда, запах сгоревшей еды впитался в шторы, но это были мелочи. Ужин мы приготовили снова вместе, но на этот раз уложили слои овощей и мяса в том порядке, в котором хотел мой муж.

- Это ты специально заставил меня забыть про мясо, чтобы приготовить его по-своему, - смеялась я, подмигивая Хошу. Он отвечал загадочной улыбкой.

Мужчина готов идти на уступки до секса, женщина – после. Именно равновесие делает нас двумя половинками.

Оставшиеся дни были для меня подобны сказке, дочитывая последние страницы которой, я не хотела закрывать книгу. Но и этот период моей жизни подошел к концу, оставив фейерверк эмоций и сладкие воспоминания, которые можно обдумывать в старости с улыбкой и озорным огоньком в глазах.

Абс встретил нас с потаенным страхом, хотя внешне храбрился. Но счастливый Аз Хош даже не обратил на него внимания, видимо, уже забыв об инциденте с одеждой. Зверек от такой перемены в характере мужа даже сел от удивления на пятую точку, провожая его заинтересованным взглядом.

- Кажется, ты его меняешь. Где же та самая хваленая мстительность?

Не такая уж она и хваленая и не так уж я его изменила. Абсу всё же прилетело: Хош натер края раковины мылом, поэтому, когда Абсент отправился умываться, поскользнулся и упал прямо под струю сильной воды. Он долго отплевывался и вспоминал некоего создателя очень нелестными эпитетами. Я смеялась, но в их дела не вмешивалась. Интересно, стоит ли ожидать следующий раунд этой борьбы?