Глава 12

Мы отвратительнейшим образом прогуливали пары. Если точнее, прогуливал Честер, я же наслаждалась освобождением. В центре Кантора хорошо расчистили дороги, слякоти почти не было. Неожиданно выглянувшее из-за тяжелых туч солнце приятно раскрашивало невысокие дома в теплые оттенки, хотя саму погоду теплой ну никак нельзя было назвать.

Первым делом Честер меня накормил. И сколько я ни отбрыкивалась — денег-то у меня с собой не было — он меня усадил за стол и заказал наваристый овощной суп и горячее с мясом.

— Я тебе говорил, что найду способ устроить тебе свидание, — явно поддразнивая, произнес Честер.

— Считай это актом твоей доброй воли. Мне нельзя ходить на свидания, — в тон ему ответила. — У меня вообще-то жених есть.

— Правда? — отчего-то широко улыбнувшись, поинтересовался Честер. — Кто же?

Ага, не поверил, значит? Пф.

Я, конечно, тоже слабо верила, что бабушка отдаст дань аристократичной традиции брака по расчету — я-то не вхожу в ее род из-за отца — но это неверие меня насмешило.

— Понятия не имею, — фыркнула. — С этой бабушкиной таинственностью не удивлюсь, если узнаю не раньше свадьбы. Впрочем, я сильно сомневаюсь, что она состоится.

— Или во время брачной ночи, — хмыкнул Чес. После откровенно развеселился: — Я тоже сомневаюсь. В моих планах украсть твое сердце и увезти подальше, оставив твоего жениха ни с чем.

На удивление именно сегодня, даже несмотря на то, что мы обсуждали такие спорные темы, с Честером стало легко. Я не особенно заморачивалась по поводу того, что и как говорю. Захотелось расслабиться. Впервые за очень долгое время.

В голове промелькнуло циничное: “Неужели для моего расслабления должен был кто-то умереть?”…

— Она была твоей подругой? Шварц? — тихо спросила я, мыслями возвращаясь в утренние события.

— Ну не то, чтобы подругой… — немного подумав, ответил Честер. — Сокурсницей.

— Как ты? — я подняла на него взгляд, покрепче стискивая кружку с горячим пряным отваром. — Ты знал ее куда дольше и ближе.

— Нормально. — Парень неуверенно пожал плечами. — Люди умирают, так бывает.

— Ты часто с этим сталкивался? — осторожно поинтересовалась я, удивленная его спокойствию. Только сейчас я поняла, что и правда не ощутила в Честере какое-то горе от потери пусть не слишком близкого, но все же приятеля.

— Бывало, — Честер ответил не сразу. И довольно стремительно с серьезного тона перешел к полушутливому: — Но сегодня я предлагаю не обсуждать все эти внутренние драмы. Тебе надо восстановить силы. Твоя внезапная болезнь в воскресенье? Это ведь родовая особенность?

— Часть, — нехотя ответила я. Никто из аристократов или полуаристократов не любил распространяться о том, что им было доступно по крови. Даже если остальным это было известно. — Я не вхожу в род Роунвесских, я Браунс по отцу. Просто каким-то невероятным образом ко мне прилипла часть возможностей.

— И в чем заключается именно эта? — с любопытством поинтересовался Честер.

Я не хотела отвечать. Но… Но что, если я отвечу на этот простенький вопрос и задам свой. Сможет ли Честер отказать в ответе?

— Я не болею. Никаких простуд или любых других заболеваний. Царапины и несерьезные раны заживают на мне вдвое быстрее, чем у обычных людей. Но раз в год мне приходится… кхм… испытывать на себе все чудеса недомогания в полном магическом спектре. В лучшем случае, если я нахожусь без сознания.

— То есть раз в год твой организм испытывает все недомогания, которые простые люди растягивают на весь период? — серьезно уточнил Честер.

— Примерно так. — Кивнула.

— Жуть… — выдохнул он. — Спорная родовая способность. Я бы предпочел пару раз в год отлежаться с соплями, чем одним днем испытывать все эти муки.

Да, Честер, это точно. А еще я могу умереть и вернуться к жизни. Один единственный раз, и только если смерть наступила насильственным путем. Но тебе об этом знать не обязательно.

— А что ты скажешь о своей?

— О своей? — он нахмурился.

— О своей родовой способности, — деланно равнодушно спросила я.

— У меня нет… — он осекся, поймав мой взгляд. Понял, что его поймали.

— Да? Тогда ладно, — легко ответила я. — Как скажешь. Я уважаю чужие тайны.

И стараюсь не раскрывать своих. Надеюсь, после этого легкого щелчка по носу Честер будет меньше задавать вопросы.

— Я тебе обо всем расскажу, — внезапно произнес парень. Его голос звучал напряженно, он тщательно подбирал каждое слово, и это чувствовалось. — Просто не сейчас. Когда буду готов.

Наш разговор прервал вестник. От ректора. Он же разрушил возникшую внезапно густую тяжелую атмосферу.

“Студентка Браунс!

Минус десять баллов за то, что покинули Высшую академию Кантора в неположенное время без моего дозволения.

P.S. Надеюсь, вы хоть немного развеялись и поели. Загляните, пожалуйста, завтра ко мне в кабинет.

С уважением,

Д.В. Неррс”.

— Что там? — теперь Честер вновь вернулся к своему легкому и веселому тону.

— Минус десять баллов, — фыркнула я. — За то, что слиняла из ВАКа.

— Щадяще, — улыбнулся Чес. — У наших обычно по полтиннику снимают.

В этот же момент Честеру тоже пришел вестник. Парень ознакомился с текстом и фыркнул.

— Впрочем, с меня полтинник и сняли, — совершенно не расстроившись, произнес он.

— Прости, — виновато пробормотала я.

— За что? — искренне удивился он.

— Ну, ты же из-за меня…

— Не из-за тебя, а из-за своего желания вытащить тебя на свидание, — отшутился он. — Свидание с тобой может стоить и сто баллов.

— Как ты будешь нагонять?

— Эрна, я вообще-то отличник и любимец преподов. Точно, конечно, не скажу, но я максимум в ноль вышел. Будто неделю учебы пропустил, это ведь не беда.

Мысленно присвистнула. Ушел в ноль… Это значит, что у него было пятьдесят и больше баллов за первую неделю.

— Может, нам стоит вернуться? — засомневалась я.

— А смысл? Свои штрафные мы уже получили, давай их хорошенько отгуляем.

* * *

В академию мы вернулись ближе к вечеру. Честер проводил меня чуть ли не до дверей комнаты. На косые взгляды и злобные шепотки я не обращала никакого внимания. Точнее — делала вид, что не обращала.

Все эти…

— Она ее нашла…

— Может, она ее…

— У них недавно была дуэль, Шварц ее раскатала, как…

— Отомстила…

… сильно били по эмоциям и выдержке.

— Ты куда пропала? — налетела на меня Нира, когда я зашла в нашу комнату. — Я испереживалась!

Всклоченные волосы, припухшие глаза — если подруга и преувеличивала, то несильно.

— Прости… — повинилась я. — Мы с Честером сбежали в город.

— В следующий раз, если вдруг где-то найдешь труп, а потом сбежишь, оставь хотя бы какую-то весточку! — на одном дыхании выдала она. — Я уже думала к Неррсу идти!

— Прости, — повторила я и глупо улыбнулась. От заботы и переживаний Ниры стало тепло.

— У нас завтра дежурство, я просто боялась, что придется мыть унитазы в одиночестве, — отшутилась Нира, возвращаясь к письменному столу.

Развернула стул к центру комнаты, села, положив ногу на ноги. Поставила локоток поближе к коленке и оперлась о ладонь головой. Весь ее вид выражал крайнюю задумчивость, но вместе с тем соседка по комнате не сводила с меня взгляда.

— Что?

Я сняла пальто, повесила его на вешалку и почувствовала, что в этой громкой тишине мне неуютно.

— Я не буду тебя спрашивать о всяких плохих событиях, но хочу узнать, как вы погуляли с Чесом. — Нира хитро улыбнулась. — Это ведь было свидание?

— Он говорит, что да, — хмыкнула.

— А ты?

— А я расцениваю это как прогулку двух приятелей.

— Хочешь сказать, что он даже не пытался тебя поцеловать? — искренне поразилась Нира.

— Разве это что-то запредельное?

— Ну-у-у… Про Честера же не просто так в женских туалетах пишут.

— Пусть пишут, — отмахнулась я.

Довольно быстро выбросила парня из головы. Впрочем, как и все произошедшее за день. Почти все. Передо мной стояла другая проблема, требующая срочного решения — завтрашнее дежурство. Я хорошо отдавала отчет тому, что это не самое большое событие в моей жизни, но поступила та самая проблема, которую следовало решить.

* * *

Бросила взгляд на артефакт. Час ночи. Скорее всего, все уже спят. Или делают вид, как Басик, косящий на меня желтым светящимся в темноте глазом.

Соскользнув с кровати, я обулась и направилась к выходу. Запустила поисковые чары, чтобы найти, где установлен блок. Потратила на это минут пять, пока магия не потянула меня в нужном направлении. Какое счастье, что удалось исправить эту формулу под себя: изменить две постоянных, и получить почти идеальные чары, уже не раз пришедшие мне на выручку.

Дверь нужной подсобки я нашла довольно быстро, она даже оказалась не заперта. Конечно, никому и в голову не придет, что в крохотном помещении со швабрами, может храниться то, что позволит вообще не использовать эти самые швабры.

Потянулась к коробке, встроенной в стену, от которой исходили слабые магические импульсы.

— Вам помочь, студентка Браунс? — От зловещего шепота прямо над ухом я дернулась, по спине пробежался холодок.

— Я… э…

— Куда же делась ваша словоохотливость? — притворно удивился Неррс.

Я медленно повернулась, пытаясь выиграть хотя бы пару дополнительных мгновений, чтобы придумать достойное оправдание.

— Ай-ай-ай, Эрналия! — Ректор театрально покачал головой, хотя даже в полумраке подсобки было видно хитринку в его глазах. — Если вы снимите блок на бытовые чары, кто тогда будет выполнять трудовую повинность?

Внезапно сделалось слишком тесно. Слишком уж небольшое помещение, чтобы одновременно вместить и меня, и ректора, стоящего в непозволительной близости и явно потешающегося над сложившейся ситуацией.

— Мне кажется, трудовые повинности в качестве воспитания безнадежно устарели, — выдала я. И только потом прикусила язык.

— Думаете? А как по вашему, чего стоит маг, который ничего не может без магии? — Тон ректора стал куда серьезнее. — Особенно, в свете последних событий.

До меня запоздало дошло, что выходить в ночи незнамо куда — не самое лучшее решение, когда совсем недавно была найдена убитая студентка. Но вот другой вопрос — что сам Неррс забыл в этом коридоре ночью?! Внезапно сделалось до одури страшно.

* * *

Идиотка! Так подумал Дарен Неррс, когда увидел субтильную фигурку Эраналии в темном коридоре хозяйственного крыла общежития. Нет, он не относил себя к тем, кто подозревал девушку в причастности к убийству возле столовой — лишь беспокоился за ее жизнь. Тихой тенью решил проследовать за ней.

Когда уловил магию с довольно интересно вплетенной формулой поиска, Дарен сразу же понял, что задумала Браунс. Решил не мешать до поры до времени.

Наблюдать за ней — одно удовольствие. В последнее время Неррс все чаще ловил себя на мысли, что ему любопытно, что выкинет Браунс в следующий раз. Одно изменение формы чего стоило! И почему раньше никто не додумался до лазейки в виде “единого цвета”, но без указания самого цвета. И, главное, не подкопаться.

Форма в едином цвете?

В едином.

Выданная администрацией?

Бесспорно.

Дарен Неррс пробрался вслед за Эрналией в подсобку, в которой располагался хозяйственный магблок и не смог отказать себе в удовольствии:

— Вам помочь, студентка Браунс?

Девушка испуганно дернулась.

— Я… э…

— Куда же делась ваша словоохотливость?

Медленно повернулась к нему. В холодных серых глазах засверкала паника и испуг.

— Ай-ай-ай, Эрналия! Если вы снимите блок на бытовые чары, кто тогда будет выполнять трудовую повинность?

Дарен наслаждался ситуацией. Впервые за все время нахождения Эрналии в академии она попалась на горячем и очень уж было интересно, как девчонка попробует выкрутиться.

— Мне кажется, трудовые повинности в качестве воспитания безнадежно устарели, — выдавила она.

Наглости ей не занимать, вот уж точно.

— Думаете? А как по вашему, чего стоит маг, который ничего не может без магии? — Настроение ректора поползло вниз, но не из-за Браунс, а оттого, что мысли о произошедшем вновь вернулись… — Особенно, в свете последних событий.

Девушка испуганно дернулась.

— Вы боитесь меня? — Дарен Неррс не стал скрывать удивление. Наоборот, решил хорошенько припугнуть, чтобы Эрналия и не думала шляться по ночам непонятно где. Шагнул вперед. — Думаете, я как-то причастен к убийству?

— Н-нет, — испуганно выдавила студентка.

— Это почему? — Ректор насмешливо приподнял брови и сделал еще один шаг вперед.

Слишком близко. Он уже чувствовал ее аромат — легкий и цветочный, как ее имя. Мужчина мгновенно взял себя в руки, чтобы не думать о том, о чем совсем не следовало.

— У вас есть… алиби, — выдохнула она, отступая к самой стенке. — В момент произошедшего у вас было утреннее собрание преподавателей. Вряд ли вы бы смогли быть в двух местах одновременно.

С каждым произнесенным словом к ней возвращалась смелость и уверенность, это заставило ректора отступить. И улыбнуться.

— То есть все же подозревали? — Усмехнулся он.

— Редколлегия “Хроник” в моем лице взяла на себя обязательство разобраться в произошедшем! — совершенно спокойно произнесла она. — А вам не кажется странным, что убийство произошло сразу после того, как статуе вашего прадеда сняли голову? Вы не знаете, что было в нише? Какой-то мощный артефакт?

Ректор на секунду опешил от того, как быстро Эрналии удалось связать два эти факта. Но взял себя в руки, чтобы не множить вопросы и не кормить ненужное и опасное любопытство. С этой предстояло разобраться самому Неррсу.

— Я согласен. Давно пора было отменить устоявшуюся традицию в ВАКе. — Дарен махнул рукой, снимая все блоки на бытовую магию уборки.

Он понимал, что без его помощи Эрналия бы тут провозилась не меньше трех часов, и не факт, что справилась бы. Многие пытались. Отступил еще на шаг, ловя себя на мысли, что и предыдущее положение его вполне устраивало.

— Мне даже интересно, как быстро студенты поймут, что больше не надо мыть туалеты. Прошу вас, не сообщайте раньше этого.

— Это для того, чтобы я не задавала вопросы? — зацепилась студентка Браунс. Теперь она сделала шаг вперед, вцепившись в ректора пытливым взглядом.

— Это для того, чтобы вы больше не покидали выделенную вам комнату после комендантского часа. Это, знаете ли, опасно. Не горю желанием в следующий раз вызывать магическую полицию на ваш труп, — отчеканил ректор. — Что касается ваших вопросов, то я обязательно сообщу вам лично, как только найду виновного. Редколлегию же, в вашем лице, прошу расследованием не заниматься. Оперативной работе учат в другой академии.

Эрналия замерла, наклонила голову набок и посмотрела на ректора испытующим взглядом. Внезапно улыбнулась.

— Господин ректор, а можно взять у вас интервью?

— Зачем? — ошарашенно выдохнул Неррс. Такого поворота он явно не ожидал.

— Для “Хроник ВАКа”, — легко ответила она.

— Я повторю свой вопрос — зачем?

— Я только что придумала тему для следующего номера, — поспешно начала она. — Хочу взять интервью у вас, нескольких преподавателей и студентов. Так сказать, сравнить мнения. Это займет всего час! В любое удобное для вас время.

Целый час один на один с этой Браунс? Опасно. Именно эта мысль посетила Дарена Неррса в первую очередь. Во-первых, слишком дотошная. Она явно не отступится от желания докопаться до правды. А во-вторых…

— И вы не будете заниматься расследованием?

— И я не буду задавать никаких вопросов по поводу событий, связанных со Шварц, — предельно честно ответила Эрналия.

Вот только ректор сразу уловил хитрую формулировку.

— Хорошо. Я отправлю вам магического вестника, когда выдастся свободная минутка, — все же произнес Неррс.

Хотя понимал, что пожалеет. Точно пожалеет.

— У вас должна выдастся свободная минутка завтра после трех. Вроде как вы как раз вызывали меня на ковер.

Неррс бросил на девушку очередной оценивающий взгляд. С ней не соскучишься, это точно. Стоит, пожалуй, по максимуму воспользоваться случаем.

— Пусть будет так. И кстати, Браунс. Минус десять очков за то, что покинули комнату после комендантского часа.

— А почему кстати? — с любопытством поинтересовалась она.

— Хотите схлопотать еще минус десять за пререкания? — деланно сурово поинтересовался ректор.

— Нет, — тут же ответила Браунс и чему-то хихикнула.

Нет, это просто невозможно! У нее и улыбка красивая! Ректор раздраженно выдохнул, совсем ему не понравились свои собственные мысли. Он слишком отчетливо понимал, что играет с огнем, но никак не мог отказать себе в удовольствии дотронуться до пламя еще разок.

— Я сказал что-то смешное?

— Вовсе нет. Просто кажется, что еще чуть-чуть, и я снова уйду в минус.

— Вас это забавит?

— Немного, — призналась Эрналия. — В АВМ по всем предметам у меня был высший балл. Стоило преподавателю хоть за что-то его снизить, как я тут же думала, как исправить положение. А сейчас… Не знаю, даже как-то нестрашно. (3303c)

— Вы просто избавились от синдрома отличницы.

— Вашими молитвами, — вновь хихикнула Эрналия.

— Я провожу вас до комнаты, Эрналия, — тихо произнес ректор.