Глава 17

Записи я передала. Впрочем, за следующие несколько дней после этой встречи я многое успела сделать. И многое не успела.

Ниру все еще держали в лекарском крыле, и мое утро начиналось с того, что я приносила ей свежую выпечку из столовой. Каждый раз она давала новые ценные указания по уходу за Басиком. С котом, кстати, у нас во время отсутствия хозяйки сложился полный мир. Не считая того факта, что периодически мне приходилось прибегать к помощи Луи, чтобы вымотать котика под вечер.

Фирс заглядывал к Нире куда-как чаще меня, и мне казалось, что у них начали зарождаться отношения. Однако и первый, и второй этот факт настойчиво отрицали. Сокурсник не отказался от идеи, докопаться до того, кто распространяет драфф, и чуть ли не ежедневно делился новой полученной информацией. Выбивал у меня разрешение на статью в Хроники, из-за чего мне пришлось отправить его за дозволением к Неррсу.

Не хотелось, чтобы Хроники спутали планы ректору, а потому к выбору тем для номера я относилась вдвое серьезнее, чем раньше. Впрочем, с учетом того, что наша редколлегия пополнилась целым выводком новеньких, делать это было и не особо сложно. Идеи буквально витали в воздухе!

С того самого момента, как Честер раскрылся… Во всеуслышание объявил о том, что он вовсе даже и не Честер Лекс — простой парень из семьи фермеров, а очень даже Ричард Уилкинс, вокруг него появилось еще больше фанатов. Преимущественно женского пола. Те довольно быстро выяснили, что он входит в редколлегию, и потому буквально на следующее утро у меня оказалось с десяток новый заявок. Отклонять я их не стала, рук действительно не хватало. Разве что ввела пробное тестовое задание, с которым плюс-минус все успешно справились.

Ричард часто пытался устроить нам беседу тет-а-тет, ссылаясь на то, что нам нужно обсудить что-то ну очень важное. Но из-за роя девушек, постоянно крутящихся по близости, а иногда и от того, что я игнорировала его желание поговорить, разговор не складывался. К счастью, из-за обрушившихся на него дел — в том числе дачи интервью канторовской прессе — у парня оставалось не слишком много свободного времени, чтобы настоять.

Также каждый вечер мне приходил вестник от Неррса. Что-то вроде:

“Привет, малышка Эрни!

Все хорошо, дела идут. Надеюсь на скорую встречу.

Твой Д.”.

Иногда я даже на эти вестники отвечала. Когда понимала, что действительно скучаю по ректору. За эти дни я уяснила, что мне его не хватает, что мне действительно хорошо в его обществе. Почти даже смирилась с мыслью, что хочу с ним что-то большее, чем общение — и эти мысли меня то удручали, то радовали. Из-за того, что эмоции бились от планки “Все хорошо” до уровня “Все плохо”, я часто чувствовала себя так, будто я в тумане.

Каждый день я ждала вестей от Морэна по поводу моего отца. Каждый день я выдавала Басику специальные гранулы. Каждый день я ходила на пары. И каждый день мечтала о том, чтобы эта натянутая струна ожидания, наконец, лопнула.

Я била себя по рукам всякий раз, когда Фирс приносил новые вести по поводу драффа — понимала, что не стоит ввязываться в это дело. И пыталась закрывать глаза, когда подмечала, что какой-то студент ведет себя так, будто находится под действием запрещенных травяных сборов. Утешала себя мыслью, что совсем скоро все закончится. Я верила в Дарена Неррса, верила в то, что он со всем справится и со всем разберется. Так, чтобы никто не пострадал.

И вот день Х наступил.

Начался он привычного завтрака, посещения Ниры и отсидки на парах. После заглянула в редколлегию, решив, что будет правильно, чтобы день тянулся ровно тем же образом, что и обычно. Выяснила, что совершенно несложно глушить нервозность — разве что раз в час эмоции переполняют от переживаний. Все ли пройдет хорошо? Не заподозрит ли преступник, что что-то не так?

Когда я возвращалась в нашу с Нирой комнату в общежитии, нервозность достигла пика. Потому когда я открыла дверь, и увидела темную фигуру у окна, откровенно струхнула. Даже сплела формулу из боевых чар…

— Эрна, мне удалось устроить встречу с твоим отцом. — К счастью, Морэн успел произнести это до того, как сработали мои инстинкт самосохранения и магическая формула.

И в тот момент я никак не могла сопоставить все факты, вспомнить детали, которые способствовали бы тому, чтобы я осталась в академии. Нет. В тот момент я действительно подумала о том, что Морэну удалось устроить встречу с отцом, а потому тут же накинула на себя теплое пальто, готовая к выходу.

Кристалл телепортации главного дознавателя сработал лишь до выхода, территорию покинули мы уже своим ходом. И почти тут же оказались у уже знакомой мне повозки. И только когда я в нее села, в голове начали возникать подозрения.

Морэн выглядел до привычного спокойным, с любопытством смотрел то в окно, то на меня.

— Мы ведь не к моему отцу едем, верно? — все же озвучила я.

— Верно, — просто ответил Морэн, тем самым вызвав внутри меня новую волну паники.

— Что… что происходит? — Я старалась подавить страх, но удавалось неважно.

— Оказываю услугу дорогому кузену. — Хмыкнул Морэн. — Убираю все лишнее из академии.

Я шумно и облегченно выдохнула. Лишь богам известно, что я успела навооброжать за эти долгие минуты.

— Ого, — протянул мужчина. — Не будет криков и истерик на тему того, что это бесчестно по отношению к остальным?

— Это бесчестно по отношению к остальным, — спокойно повторила я. Но если Дарену будет спокойнее, что я нахожусь далеко… пожалуй, я смогу с этим смириться.

— Согласен, — насмешливо ответил Морэн. — Особенно, с учетом того, что ты — одна из немногих, кто может справиться с артефактом.

— Что?

— Ничего. — Губы Морэна будто бы сами собой расплылись в улыбке. — Увы, я не знаю подробностей. В курсе лишь, что тут замешана какая-то родовая способность. Жаль, что Дарен не позволил выяснить поподробнее.

— То есть он в курсе?

— Знает не больше тебя, — пожал плечами Морэн, не сводя с меня при этом прищуренного взгляда. Оценивает реакцию, не иначе. — А ты, как я понимаю, тоже не особо в курсе.

Я промолчала. Ни о каких родовых способностей, помимо самой главной, не была осведомлена. Да и не чувствовала. Может ли это быть какой-то ошибкой? Вполне.

— А я тебе говорил, что Неррсы однолюбы. Он готов рискнуть многим, лишь бы с твоей головы не рухнуло ни волосинки.

— У вас же все под контролем.

— Это тебе Дарен так сказал? — насмешливо спросил Морэн и в этот же миг резко дернулся.

Мигнул портал. И… я оказалась в просторной комнате, минимально обставленной мебелью. Неподалеку трещал камин, на столике меня уже ждал чайник с горячим напитком, чашка на блюдце и кусок пирога. Пожалуй, устроили меня и правда с комфортом.

Только зачем прерывать диалог в самой середине? Еще и так резко.

Я подошла к окну и обомлела. За несколькими невысокими зданиями виднелись шпили академии. Значит, разместили меня совсем неподалеку — мы в повозке ехали дольше! Прислушалась к своей магии, и поняла, что никаких блокирующих артефактов в этой комнате нет. Морэн в таком случае мог бы даже дверь не закрывать! Или…

Или он и вовсе не хотел меня запирать и способствовать тому, чтобы я оказалась подальше от ВАКа. Вот только почему? Захотел, чтобы я себя посильнее накрутила и в самый горячий момент помчалась в академию спасать Дарена и всех студентов?

Вот глупости. Не верю я ни в какую родовую магию. И в то, что я действительно могу кого-то там спасти. Насмешливо фыркнула. И чтобы покрепче себя саму в этом убедить, уселась в мягкое кресло, взяла в руки наполненную кружку и сделала глоток, не сводя упрямого взгляда с камина.

Вдруг противник окажется слишком сильным? Если уж он умеет подсасывать силу из других магов, впитывать ее в артефакт, то умеет и использовать. Да, преступник высосал лишь студентку Шварц, вряд ли ее магический потенциал может как-то существенно перевернуть игру, но…

В размышлениях я просидела ровно до того момента, пока не осознала, что Морэн слишком расчетлив и умен. Я все-таки себя накрутила. Как он, предположительно, и хотел. К счастью, в противовес желанию в очередной раз сунуться туда, куда не просят, шло здравое:

А что, если я попросту буду мотаться под ногами и только помешаю?..

И совсем уж нездравая мысль, посетившая мою голову — стоит прогуляться. Сидеть в четырех стенах в полном одиночестве — невыносимо.

Дверь и правда была не заперта, разве что на внутренний засов. Я довольно быстро собралась и вышла в зябкую прохладу улицы. С трудом поборола мысль, что вполне могу вернуться в академию — с Басиком всяко веселее, чем в одиночестве. Но вместо этого зашагала к центральной улице Кантора.

В лицо моросил мелкий холодный дождь, прохожие скрывались от непогоды под зонтами и накидками — вряд ли хоть кто-то из них так же, как и я, вышел лишь с одной целью — проветриться. Чем дольше я гуляла в переплетениях улиц, тем меньше людей встречалось вокруг.

Я не особо смотрела по сторонам, и потому не сразу среагировала, когда столкнулась с спешащим куда-то мужчиной, выскользнувшим из узкого темного проулка.

— Какого… — Мужчина что-то уронил и тут же наклонился, глазами выискивая пропажу.

Инстинктивно наклонилась вместе с ним, обнаружив предмет почти в ту же секунду, что и он. Этого времени было вполне достаточно, чтобы разглядеть, что упало… Увиденное заставило испуганно замереть. Слишком знакомый символ, слишком знакомый мешок.

— Иди, куда шла, — огрызнулся он, убирая мешочек с драффом в карман. Не дожидаясь ответа, он продолжил путь.

Глупо было считать, что драфф реализуется лишь на территории ВАКа. Очень-очень глупо! Почти так же глупо, как думать, что под ударом только студенты академии, а не все жители Кантора!

Знает ли об этом Дарен?

Я нырнула в проулок, вглядываясь в темноту, пока не увидела лишнее подтверждение своим наблюдениям — мерцающий символ на стене. Затухающий с каждой новой секундой.

Глянула на временной артефакт. Понятия не имею, когда должен настать тот самый час, но есть вероятность, что я успею предупредить Дарена и Морэна. Предупредить о том, что в опасности куда больше людей, чем мы полагали раньше.

В тот момент я действительно считала, что это важно, что это не стало для меня лишь предлогом для того, чтобы вернуться в ВАК.