Глава 24

В дороге нам не удалось поговорить. В самолёте нас рассадили раздельно, в машине он сел на переднее сидение и старался не смотреть в мою сторону.

В салон цветов мы вошли вместе с Мишей. Стоял полный хаос. Витрины разбиты, под ногами стекла, растоптанные цветы, веером валяются бумаги. Потерянные сотрудницы. Рита хотела собрать осколки, но её остановил криминалист. Я с ужасом смотрела во что превратился мой салон.

– Разберёмся. Не переживай, – Миша ободряюще сжал мою руку и пошел к Павлу.

– Привет, Миха! Сто лет тебя не видел, – они обнялись. Паша поприветствовал меня кивком и они отошли и сторону. Долго о чем-то болтали. Смеялись. Пашка, судя по выражению лица, журил Мишу, грозя пальцем.

С меня взяли показания. Я что-то отвечала на автомате и не могла оторвать взгляд от Миши, его улыбки. И вспоминала его признания.

Они проникли мне глубоко в сердце. Его страдания, воспринимались как мои собственные. Тогда я увидела его израненную и измученную душу. И всему виной я. Моя неопределённость, буря эмоций, с которой я никак не могу справиться. То мне хочется ломать всё крушить, кричать, то забиться в угол и побыть в одиночестве.

Миша прав. Мне не нравится своё собственное отражение. Потолстела на несколько килограммов. Пузико появилось, что меня крайне расстраивает.

А вот не нужно было жрать всякие сладости, в попытке утешиться. Врут журналы. Нет в них гормона счастья.

А ещё появилась сонливость. Нужно обратиться к врачу. Займусь своим здоровьем, как только разберусь с делами.

– Ну что там? – спросила у Миши, как только он подошёл.

– Всё нормально. Как только подключился Пашка, так сразу работа пошла полным ходом. Преступника поймали уже.

– Уже? И кто это?

– Костик.

– Погоди, Костик Ольги?

– Да. У него проблемы. Он ограбил одного серьёзного дядечку, тот потребовал вернуть деньги. Вот и решил грабануть тебя. Отключил сигнализацию, устроил погром, чтобы не сразу поняли, что главной его целью была не касса, а опустошение счетов. Так бы и было, если б не Павел. Костика взяли, когда он уже пытался вывести всё за границу и себе уже купил билет за бугор. А там – ищи ветра в поле.

– Да эта семейка Мышкиных неблагополучная, – подтвердил Павел. – Все, практически, за решёткой. А кого уже и в живых нет. Мамочка нарожала кучу детей и сплавила их на попечение государства. На свободе только сестрёнка этого Костика осталась.

– Ольга? – Паша кивнул.

Сестрёнка. Как Миша и говорил!

– Спасибо, Паш, – поблагодарила мужчину.

– Благодарностью ваша семейка не отделается, – усмехнулся он. – Я украду твоего мужа. Признаюсь честно. Верну пьяным в дребадан. Ну ты уж извини. Когда у нас ещё выдастся повод встретиться. Тем более этот чертеняка хочет свалить на несколько лет за границу.

Муж уезжает? Несколько лет? А как же… я?

Он устал ждать и бегать за мной, доказывать свою невиновность?

Он же говорил мне. Устал. Уедет, и я больше его никогда не увижу. Я чувствую. Он не вернётся.

Не знаю, что сказать. Что после слов Павла поверила ему, после того, как так часто отталкивала мужа? Он не будет больше меня слушать, но я не могу его отпустить! Буду молить о прощении, втором шансе.

– Миша, – дрожащим голосом обратилась я, вцепившись в его руку. – Нам надо поговорить.

– Позже, Лëсь, – мягко высвободился он. И ушёл вместе с Павлом.

Но не пришёл ко мне. Я не знаю, где его искать. Обзвонила всё гостиницы, приходила в нашу квартиру, его там нет, и он давно там не появлялся. Звонила на работу. Был, уже ушёл. Куда неизвестно.

Ко мне на работу пришла взволнованная Олеся.

– Мам, что происходит? Вы разводитесь с папой?

– С чего ты взяла? – попыталась улыбнуться, но вышло криво.

– Я слышала как кричал папа. А потом вы уехали, сказав что у вас дела. А ещё ходят слухи, что папа и эта Ольга…

Кошмар! Даже про это дочка знает.

– Лесь, пожалуйста, не здесь, – за дверьми подозрительно тихо. – Ты голодная? Тут неподалёку отличный ресторанчик.

Мы там обедали С Альбиной, пока она пыталась вывести мой салон из кризиса.

– У тебя всё в порядке? – дочь осмотрела мой непрезентабельный вид. Сегодня на мне спортивный костюм и кроссовки. – Ты всегда ходила на работу в туфлях и в костюмах, платьях. Даже с температурой.

– Сменила имидж. Тебе не нравится? – не жаловаться же дочери, что не могу носить привычные шпильки. Ноги стали жутко отекать. А брюки и джинсы так давили на лишние килограммы, что приходилось расстегивать пуговку и скрывать всё это безобразие под туниками.

– Да нет. Ты всегда отлично выглядишь.

Льстит. Я ужасно выгляжу! Пора вернуться в фитнес-центр, купить одежду на размер больше.

Мы заняли места возле входа. А я заметила в центре Альбину. Уже хотела помахать ей и пригласить к нам за столик. И тут случилось то, что перевернуло весь мой мир.

К ней подошёл Миша. С букетом огромных цветов. А Альбина приняла, и чмокнула его в щеку, мелодично рассмеявшись стёрла помаду. Миша отодвинул ей стул, помогая сесть. И эта высоченная стройная брюнетка с грацией принцессы села, женственным движением откидывая кудрявые локоны за спину, оголяя голые плечи.

***

Ресторанчик был популярным и сейчас, в разгар обеда, полон гостей. И это к счастью. Парочка нас не замечала, увлечённо обсуждая меню. Не понимаю, чтобы за время работы Альбина так часто смеялась и обольстительно улыбалась.

– Мааам, – протянула Олеся, устремив взгляд в их сторону. – Кто она? И почему папа дарит ей цветы?!

– Альбина, – глухо проговорила. – Мы с ней работали.

– Ах, работали! Тогда ничего, что мы подойдем, – с боевым настроем дочка встала, закинув сумку на руку и поджала губы.

И показаться им в таком виде? Альбина словно сошла со страниц модного журнала и я в этом нелепом костюме. Чтобы Миша сравнил нас? Боюсь, очки будут не в мою пользу.

– Нет, вцепилась в руку дочери. – Давай уйдем! Пожалуйста, – пыталась сдержать слезы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я его потеряла! Вот такие, как Альбина, Мише бы понравились. Уточнённые, умные, состоявшиеся. Жутко красивые. Она всего на несколько лет младше Миши. С такой не стыдно показаться на светской вечеринке. Такие, а не Ольга.

Альбина никогда не закатит истерику, как я, она так уверена в себе, что даже бы мысли не допустила, что ей могут изменять. Не поверила бы просто. Она бы сначала спокойно поговорила с мужем. А не бежала бы, сверкая пятками.

Мы попрощались с дочкой. Я пообещала зайти к ней вечером. Придумала отмазку, что появились важные дела. А сама… осталась следить за входом в ресторан.

Как я докатилась до этого? Я не могла допустить, чтобы Миша поехал сейчас к ней. Ведь так могло быть. Свидание (а не на что другое это не похоже), ресторан, а потом…. Об этом даже страшно было подумать.

А почему Миша должен отказываться? Я же сама настаивала на разводе. Он почти свободный человек.

И ведь она слышала мой разговор по телефону с адвокатом. Когда я закончила, то чуть не сбила её дверью.

Отвлек от слежки звонок моего адвоката.

– Поздравляю, Елена. Дело сдвинулось с мёртвой точки.

– О чем вы?

– Позвонил адвокат вашего мужа и он готов обсуждать условия развода.

– Черт! Черт! – ударила по рулю.

В этот момент из ресторана вышли Миша и Альбина. Они стояли на расстоянии двух машин от меня. Нажала кнопку, открыла окно.

Я подслушиваю, шпионю. А когда-то за это осуждала Машу.

Мне плевать, как это выглядит. Я хочу знать, если у меня шанс всё исправить. И что между ними.

– Отличный ресторан.

– Согласен, – ответил Миша. Улыбаясь!

– Правда кофе был ужасным. Знаешь, Миш, – Альбина взяла его за руку, а я сжала руль так, что он жалобно скрипнул. – У меня дома есть кофе получше. Не хочешь?

Секунды, которые понадобились, Мише на ответ, показались мне вечностью. Чего он тянет? О чем тут думать?

Если он сейчас поедет к ней, что я буду делать? Уеду, или кинусь выдергивать этой модели волосы? Склоняюсь больше ко второму варианту.

Она наглым образом клеит МОЕГО МУЖА! Ясно ведь, что не на кофе зовёт. А она мне ещё нравилась – стерва.

– Спасибо за предложение, но нет, – выдохнула. Меня как будто вывернули на изнанку.

– Почему? Ты же разводишься. Слушай, никогда не навязывалась так мужчине. Но если дело только в том, что ты скоро уедешь, я могла бы поехать с тобой. Если ты захочешь. Ты мне понравился с первого взгляда.

– Прекрати, Альбина. Бросишь успешную карьеру, дом, родных ради меня? Я того не стою.

– Стоишь, Миш. Жаль, что Лена не понимает, как ей повезло.

– Спасибо тебе за всё Альбина.

За что это благодарит её Миша? Что она сделала для него? Утешала?

Меня колотит от ревности.

– В любом случае, я буду ждать твоего звонка. Если передумаешь.

– Не передумаю.

Альбина уехала, а Миша стоял, уставившись на ботинки, и засунув руки в карманы.

Нужно действовать. Если есть хоть мизерный шанс вернуть мужа – я должна его использовать!

Выдохнув, вышла из машины.

– Миш, – поднял взгляд.

– Здравствуй, Лен, – его взгляд был холоден, безразличен. В нём не было больше того тепла. Он был чужим.

Меня это не остановило. Я кинулась ему на шею, обливаясь слезами. Возможно, в последний раз я обнимаю его.

– Прости меня. Ты всё правильно говорил. Я идиотка, дура. Я так виновата, что так долго не верила тебе. Но я всегда любила тебя. Люблю.

Он не отвечал. Продолжал стоять каменным изваянием. Даже руки из карман не достал, чтобы обнять меня. Утешить. Сказать хоть что-то.

– Ужа поздно да? – слезы высохли, а в груди поселилась боль, которой я не знала раньше. Настоящей потери.

Ведь до этого, у меня была надежда, что когда-нибудь мы будем вместе. Я ни на секунду не переставала в это верить. Даже когда застала его в постели Ольги, знала, что это не конец. Что однажды мы это переживем.

У меня была хорошая семья, самый лучший любящий муж. А я задавила нашу любовь. Растоптала. Он мне говорил, а я не слушала. Так погрузилась в свои комплексы, упивалась своей болью. Как жить с тем, кто отказывается слушать?

– Я столько раз пытался до тебя достучаться Лен. Но как в бетонную стену долбился. У нас была семья, но разве она крепкая, если её может разрушить какая-то малявка?

– Я готова меняться.

Молчит.

– Ты прав. Но прежде чем улетишь, я хочу чтобы ты знал, – обвила его шею сильнее и поцеловала упрямые губы. Вложила в поцелуй всю нежность, любовь. Не ответил. – Я тебя люблю, Миш, – провела по идеально выбритой щеке. – И мне очень жаль, что всё так сложилось.

Я повернулась, кутаясь в тёплую шубку не могла согреться. Хотя на улице всего минус три.

Он схватил меня за руку и развернул лицом к себе.

– Вот куда ты пошла, дурындочка моя? – упёрся лбом в мой.

– Домой.

– Поехали вместе, – обнял за шею и повёл к своей машине, попутно целуя в висок. А я прижималась к его груди и млела от счастья.

В квартире пахло свежим ремонтом, который наконец закончили. Повсюду стояла не распакованная мебель. Лишь одна комната была в порядке. Спальня. Куда мы и шли целуясь, сбрасывая по дороге одежду друг с друга. С особым остервенением целовала оголившиеся участки тела. Его шею, водила по рельефному животу мурча от удовольствия. По увеличившимся бицепсам.

– Ого, какой ты накаченный. Тренировался?

– Надо же было мне где-то спускать пар.

Он сел на кровать, я между его ног. Муж потянул за край кофты.

– Стой, Миш.

– Что? Опять не дашь? Учти. Теперь Я не готов слушать!

– Я не о том. Можно я разденусь под одеялом? И можно закрыть шторы?

– Я хочу тебя видеть. Всю, – кусала губу изнутри. – Ты стесняешься? – Догадался он.

– Я набрала пару лишних килограммов.

– Брось, – стянул кофту. – Тебе идёт, – следом полетел лифчик. – Сиськи просто шикарные.

Со стоном всасывал сосок, сдергивая спортивки.

– Стой!

– Что опять? – недовольно пробурчал он.

– За мной должок, – коварно улыбнувшись, толкнула его на кровать и устроилась между его ног. Снимала с нетерпением джинсы, боксёры. С каким-то больным обожанием ласкала твёрдый член. Миша подтянул подушку и подложил под голову. Любит смотреть, как я это делаю. В этот момент в его глазах такое пламя, что я сама вспыхивают как спичка.

– Лëсь, да маленькая моя. Еще. Как же он скучал по твоему ротику, – твердил как в бреду, зарываясь в мои волосы.

Хватило Миши ненадолго, вскоре он перетащил меня на себя, и целовал припухшие губы, входя быстрым движением.

Я наверху, он видит меня всю без прикрас, и в его взгляде похоть граничит с восхищением, обожанием.

А я забываю, про лишние килограммы, пузико, выскочивший на носу не замазанный прыщ. Мой муж меня любит, считает самой красивой. Кто я такая, чтобы с ним спорить? Вообще зареклась это делать. Буду его слушать.