Глава 27

— Это просто цветы, Феликс! — спокойно произнесла я, продолжая складывать вещи дочери в чемодан.

Время пронеслось незаметно. И уже через несколько часов самолет вернет домой всю нашу дружную, загорелую и отдохнувшую компанию.

Я испытывала противоречивые чувства. С одной стороны наслаждалась каждым днем нашей с Феликсом сказки. С другой — мысли о родителях не давали покоя. Я не знала, как у них дела, и что с ними происходит. Феликс успокаивал меня, говорил, что все контролирует.

А меня тревожили мысли о том, что мама и папа придумают, как отнять у меня мужа. Я знала: этого не произойдет. Но необъяснимый страх едва различимой тенью всплывал где-то на границе той самой сказки, в которую я погрузилась с появлением Феликса в моей жизни.

— Это чертов веник от левого мужика! — пробормотал Исай, но я расслышала его слова.

— Олег спас нашу дочь, Феликс, — напомнила я. — И я не стану выбрасывать букет, который он прислал.

— Отлично! — уже громче рявкнул Феликс и вышел из комнаты на террасу.

Вздохнула. Невозможный мужчина! Самый настоящий упрямец!

Но я так сильно его люблю, что сама мысль о ссоре невыносима для меня.

Бросила вещи в чемодан и пошла вслед за мужем.

Широкая, напряженная спина на фоне спокойного моря и сумеречного неба казалась гранитной и неприступной. Но я знала, что мой любимый — самый нежный, внимательный и заботливый мужчина во вселенной.

Подошла ближе к Феликсу. Он повернул голову, услышав мои шаги. А я скользнула ладонями по его талии, прижалась теснее, чувствуя, как с каждым мгновением напряженная спина расслабляется, а сам Феликс словно оттаивает.

— Ты еще в школе ему нравилась, — пробормотал муж, а я замерла.

Я никогда не обращала особого внимания на других парней, не замечала их взглядов или намеков. Просто не видела никого, кроме Феликса.

Исай накрыл ладонью мои пальцы, сплетенные в замок на его животе. Я прикрыла глаза, наслаждаясь нежностью, сквозящей в каждом прикосновении любимого.

— Задолго до того, как я нашел тебя. До той встречи в кафе, я был в доме Судаковых. Брат помог, переговорил с нужными людьми, и Судаковы приняли меня. Показали фотки. Рассказали, как тебе хорошо живется с их сыном, — говорил Феликс, а я не верила, что такое возможно. — Наверное, я спятил именно тогда, как только представил тебя и Судакова. Теперь и Заикин. Сень, я, правда, не могу тебя ни с кем делить. Даже в мыслях.

— И не нужно, Фелюш, — улыбалась я, не открывая глаз, наслаждаясь прикосновением щеки к уверенной спине моего мужа. — Я только твоя. Мне никто больше не нужен.

— Хорошо, родная, — хрипло прошептал муж, — Потому что я не знаю, как жить, если нет рядом тебя и Верочки.

— Очень надеюсь, что ты об этом так и не узнаешь, Феликс, — тихо рассмеялась я, словно боялась громкими признаниями разрушить тихое счастье, окружавшее нас. — Мне приснилось слишком много кошмаров за последние годы, Фелюш. Я не вынесу их повторения.

— Я знаю, Белочка, — вздохнул муж.

Исай повернулся, прижал меня к груди, а я, запрокинув голову, смотрела в любимые глаза, в которых плескалось чувство …вины?

— Мне нужно тебе кое-что рассказать до того, как мы вернемся, — произнес Феликс.

Я внимательно слушала каждое его слово. Интуитивно чувствовала, что новости будут неприятными. И боялась их.

— У твоих родителей крупные неприятности с властями. Им грозит серьезный срок. И как только мы вернемся, они будут стараться связаться с тобой, — говорил Феликс, глядя в глаза. — Я не позволю им приблизиться к вам с Верой. И предпочел бы не рассказывать обо всем, но они раздули скандал, побежали в прессу. Карьера твоего отца полетела к черту. А фирма, которой в последние годы управляла мать, развалена. Сень, я не собирался заходить так далеко. Честно. Думал, все закончится проверкой от налоговиков, припаяют им штраф, спишут все на главбуха, и твои родители от нас отстанут. Но выяснилось, что их бизнес построен на взятках и нарушениях. Сама знаешь, мне плевать, если что-то где-то не сошлось в документах. Брат у меня вообще стоит во главе криминала. Да что уж скрывать, я и сам регулярно откатываю Дэну процент за «крышу». Но твои родители…. Там существует реальная угроза для работников компании. Короче, родная, грамотный адвокат смог бы их «отмазать». Но я не стану искать подходящего спеца.

— И что теперь? — прошептала я.

В моей голове не укладывались мысли о том, что у моих родителей настолько серьезные проблемы.

— Теперь, — вздохнул Исай. — Мы наблюдаем со стороны.

— Как они уходят на дно? — догадалась я.

Феликс не ответил, не кивнул, никак не показал того, что мое предположение было верным. Однако я все поняла и без слов мужа.

— Белка, не жалей их. Они не стоят этого! — вздохнул Феликс, обхватив мое лицо ладонями. — Они знали, что я жив. Не сказали тебе, хоть и видели, как ты страдаешь. Они знали, что Вера моя, и убедили тебя в моей смерти. Они хотели выдать тебя за педика Ваню Судакова, чтобы организовать ему приличный имидж. А еще Заикин признался, что они подослали его переспать с тобой, а я бы вас застукал и помчался тут же разводиться с тобой. Они просто сволочи, Сень. И я не собираюсь им помогать.

— Они мои родители! — всхлипнула я. — Я не могу так. Знать, что их можно спасти, и бездействовать!

— Белка, черт! — тряхнул головой Исай, но я уже сделала шаг назад, сбросив его руки. — Они уже разлучили нас однажды. И делают это вновь! Разве ты не видишь?

— Они мои родители, Фелюш! — всхлипнула я. — Я должна им помочь.

— А мне? Я твой муж, Сеня. Мне ты ничего не должна? — повысил голос Исай.

— Фелюш, я ведь не отказываюсь от тебя, от нас! — твердо произнесла я. — Я просто хочу помочь родителям.

— От меня помощи они не дождутся, — пригрозил Феликс, а я глубоко вздохнула.

— Я и не прошу тебя им помогать, — решительно ответила я и вернулась в комнату, чтобы собрать чемодан и, спустя несколько часов, оказаться дома.

Наутро после нашего возвращения я оставила бабушек с Верой. А сама, собрав все свои сбережения, паспорт и сложив в рюкзак пару сменных вещей на сутки, вышла из дома.

У крыльца меня уже ждала машина. Феликс сидел за рулем. Хмурый, угрюмый, невыспавшийся. Но я все равно улыбнулась мужу.

— Можешь не встречаться с ними, — предложила я.

Но мой Исай лишь хмуро взглянул на меня, продолжая хранить тяжелое молчание. На заднем сиденье автомобиля лежала такая же сумка, как и моя: сменные вещи на ближайшие сутки.

— Хрен им, а не личную беседу с тобой, — пробормотал муж.

Я отвернулась к окну. Кажется, дорога будет долгой.