8. Марк

8. Диана

– Вы ещё не мэр! – поправила я его по привычке, потому что цензурных слов больше не было, а при ребёнке как-то некрасиво выражаться.

– Да какая разница вообще? – повысил голос Данилов, и Машенька расплакалась. – Ну, не плачь, солнышко! Ну, ты чего? Папку напугалась? – засюсюкал он.

– Я ухожу! Всего доброго! – решительно объявила я.

– Подожди, Дианочка! – преградил мне дорогу босс, вместе с тем пытаясь успокоить плачущую девочку. – Побудь с ней хоть полчасика. Мне очень надо!

– Не хочу! Не впутывайте меня в это дело!

– Я тебя уволю! – пригрозил Данилов.

– Плевать! – разошлась я, хотя и знала, что пожалею о своих словах. Увольняться мне было никак нельзя.

– Будь человеком, Диана! Мне больше не к кому обратиться! – уже взмолился босс. – Я сейчас обоссусь! – поступила новая угроза. – Дай хоть в туалет сходить? Или ты хочешь, чтобы я это при ребёнке делал?

А Машенька меж тем всё плакала и плакала. У меня сдали нервы. Похоже, у Данилова тоже. Нам всем надо успокоиться!

– Иди ко мне, малышка! – протянула я руки к девочке.

Данилов так обрадовался, что буквально впихнул Машеньку мне в руки. Та на удивление сразу притихла и принялась с интересом рассматривать мои бусики.

– Вот видишь, а говоришь, не умеешь! – хмыкнул Марк Борисович и пулей улетел куда-то вглубь дома.

Не было его довольно долго. Наверное, реально в туалет побежал. Я присела с ребёнком обратно на диван, размышляя, как быть дальше. Данилов, конечно, начудил, но если он говорит, что удочерил девочку, то куда теперь её девать? Обратно же не сдашь? Даже с собаками так не поступают, а это живой человек. А вдруг узнает кто-то из прессы, что кандидат в мэры Данилов взял ребёнка, а потом вернул? До конца жизни Марк Борисович от такого позора не отмоется.

Пусть он и преследует меркантильные цели в этом мероприятии, но усыновить ребёнка – это всё же благородно с другой стороны. Я не могла знать, какой из Данилова отец, но то, что он не станет обижать ребёнка, я знала на двести процентов. Я всей душой хотела ему помочь, но не знала чем. И увольняться не хотела. Я же уже говорила, что такой денежной работы во всем городе нет. Кто будет платить за мои кредиты? Фиг с ней, с машиной, но если у меня банк за долги отожмёт мою уютненькую квартирку, я этого не переживу.

Машенька сидела такая тихонькая, как будто понимала, что сейчас решается её судьба в каком-то смысле, будто хотела мне понравиться, чтобы я не оставляла её наедине с Даниловым. Представляю, какая его ждёт ночь наедине с маленьким ребёнком, к которому не знаешь с какой стороны подойти.

Я тоже не особо разбиралась. Когда мой племянник был настолько крошечным, мне с ним не доводилось сидеть. И вообще, я детей как-то не очень. Максимум могу пару часов понянькаться.

Вернулся Данилов, и я с облегчением вздохнула в надежде, что он сейчас заберёт у меня Машеньку, а меня отпустит домой в мою уютную квартирку, где тихо, и нет ни его самого, ни его приёмных детей.

Марк Борисович переоделся в домашнее – футболку и спортивные шорты. Я впервые увидела его не в костюме, и от этого было непривычно на него смотреть. Сейчас он выглядел не таким пафосным, обычным каким-то, что ли.

Машеньку он забирать не спешил. Уселся в кресло напротив нас и сложил ладони домиком.

– Спасибо, что не бросила меня в беде, Дианочка, но давай теперь поговорим, как взрослые люди? – Можно подумать до этого мы с ним всё время дурачились! – У меня предложение, от которого ты не сможешь отказаться! Я с тебя не слезу, пока ты меня не выслушаешь! – пригрозил мне в очередной раз босс.

Не многовато ли угроз за один вечер? Страшно представить, что он там придумал, сидя на толчке, но похоже, придётся выслушать.

Марк

Я не представлял, как проведу ночь вдвоём с Машенькой. В жизни ничего так не боялся, как остаться один на один с этой маленькой девочкой.

Жалел ли я о том, что забрал ребенка из детского дома? Нет, конечно. Жалел, что сделал это спонтанно, не подготовившись. Была бы сейчас здесь няня какая-то, мне было бы не так боязно. Но её не было, а Медведева уже лыжи намазала, чтобы свалить. Я же вижу, как она в сторону выхода поглядывает.

Что она обо мне думает, я даже знать не хочу. Наверняка считает, что я чокнулся совсем? Диана поймёт, что я молодец, но не сейчас, а потом, когда я выборы выиграю.

Потом – это будет ещё не скоро. Как мне сейчас уговорить её остаться и помочь мне?

Я всегда был беспринципным манипулятором, но сегодня башка совершенно не варила. Что у Медведевой за проблемы, которые я помог бы решить взамен на её помощь? Насколько мне было известно, не было у Дианы никаких проблем. Это у меня теперь проблемы.

Что ей предложить? Что?

– Я вас слушаю, Марк Борисович! – поторопила меня Диана. – Предлагайте уже быстрее!

Надо реально быстрее соображать, пока Машенька не капризничает. Она же нам в случае чего даже поговорить не даст.

– Если станешь моей фиктивной женой на несколько месяцев, я закрою кредит за твой "Лексус", – выдвинул я более чем щедрое предложение.

– А что мне нужно будет делать? Я люблю конкретику.

– Будешь изображать любящую жену на публике, помогать мне с дочерью, когда няни не будет, рассказывать журналистам, какой я великолепный муж и отец. Поводов выкладывать фотки в соцсети у тебя будет более чем предостаточно. Я мужчина щедрый – моря, цацки, розочки – всё будет!

– Этого мало, – равнодушно пожала плечами Диана. – Ипотеку тоже оплатите. Сразу. Прямо после ЗАГСА. А лучше до.

– Ничего себе у тебя запросы! – от возмущения я аж из кресла подскочил.

– Хозяин – барин!

– Половину ипотеки, идёт? – принялся торговаться.

– Нет, не идёт, – упёрлась Диана. – А говорите, что щедрый мужчина? Как вам верить после этого?

– За такие деньги исполнение супружеского долга должно входить в стоимость, – кровожадно ухмыльнулся я.

– Ещё чего! – настала очередь Дианы возмутиться. – Как вам не стыдно такое говорить? Да ещё и при ребёнке!

– Дианочка, кошечка моя, это же совсем ненадолго! Всего несколько месяцев!

– А Машеньку куда вы потом денете? Мы разведёмся, а я буду выглядеть кукушкой, бросившей свою дочку? Вы точно сошли с ума!

Я не стал говорить Диане, что Машеньку я собирался потом вернуть обратно после выборов. Ну, а что? Она маленькая ещё, ничего не понимает. Какая ей разница, где жить?

– Придумаем что-нибудь, солнце моё ненаглядное! Это всё решаемо!

– Марк Борисович, соглашайтесь быстрее! – поторопила меня Диана и сморщила носик принюхиваясь. – Мне кажется, Машенька того... Обкакалась!

Господи, только не это! Это что я теперь должен идти мыть ей попу? Я?

– Я согласен, Диана! – с упавшим сердцем произнёс я. – Ипотека и автокредит... Завтра же оплачу, клянусь! Но и ты поклянись мне помогать во всём, быть идеальной женой и матерью!

– Без интима, надеюсь?

– Без.

– И только попробуйте мне изменить! – пригрозила она. – Я такой скандал в прессе подниму, офигеете!

Это что мне несколько месяцев монахом жить? Я не смогу. Я умру без женской ласки. Выбора мне Медведева не оставляла совершенно. Вот ведь стерва! Обобрала меня как липку!

Ничего-ничего! Я себе ещё заработаю. Наворую в конце концов. Дайте только мэром стать!

– Что ты опять про меня выдумываешь? – осуждающе покачал головой. – Разве похож я на подлого изменника?

– Ещё как похожи! Так... – Диана поднялась с дивана, прижимая к себе девочку. – Дайте мне во что-нибудь переодеться и покажите, где я могу искупать Машеньку.

От радости, что не мне придётся мыть обосравшегося младенчика, я забегал вокруг Дианы, как петух вокруг курочки. Ещё бы – спасительница моя! Святая женщина! Меркантильная правда, но кто не без греха? Выдал ей свою футболку, воду в эксклюзивной французской ванне помог настроить – это всё, на что меня хватило.

– Сейчас будем купаться, да моя куколка? – сюсюкала Диана с Машенькой, снимая с неё одёжки. – Подайте мне салфетки влажные и принесите Маше чистую одежду! – сменила тон на приказной, обратившись ко мне.

Вообще-то, я должен командовать, если что!

Метнулся кабанчиком обратно в гостиную за пакетом, что мне выдали в доме малютки. Там были кое-какие детские одёжки, игрушки и упаковка памперсов.

– А теперь приготовьте Машеньке бутылочку! – поступил очередной приказ, когда я вернулся с "приданым" ребёнка. – Не надо так на меня смотреть, Марк Борисович! Все родительские обязанности делим пополам, как мать и отец!

Ладно, это справедливо. Это хотя бы не попу мыть. Я смотрел, как ловко управляется Диана с девочкой, и немного успокаивался. Я всё сделал правильно, купив себе такую жену. Она будет хорошей мамой для Машеньки.

– Зови меня, Марк, Дианочка! Я же теперь вроде как твой муж!

– Марк, ты ещё здесь? – с раздражением обернулась Диана, и я поплёлся на кухню.

Когда я вернулся с бутылочкой смеси в ванную, то ненадолго завис на пороге. Диана стояла, загнувшись раком в ванну, а мне открылся великолепнейший вид. Она уже успела переодеться в мою футболку, поэтому её стройные ножки и красивая попка, туго обтянутая мягкой тканью стали для меня аппетитным зрелищем.

В штанах внезапно стало так туго, что я дышать перестал. Кровь отлила от мозга вниз, и я забыл, зачем пришёл.