9. Марк

9. Марк

– А вот и папа вернулся! – ласково произнесла Диана, заметив меня. – Подай, пожалуйста, полотенце, Марк!

Слово "папа" резануло слух. Боже, я теперь отец. И муж. Надо как-то свыкнуться с этими статусами поскорее. Я незаметно поправил свой неуместный бугор в штанах и, схватив большое, пушистое полотенце с полки, подошёл к ванне. Диана повернулась, и мне стало совсем худо. Футболка на её груди намокла, став почти прозрачной, и облепила то, что мне видеть было бы интересно в любой другой момент, только не сейчас. Я смотрел, как она ловко заворачивает чистенькую Машеньку в полотенце, а сам думал совершенно не о детях, а о том, как они делаются.

Господи, дай мне сил и терпения!

– Давай, я её одену и покормлю? – предложил я Диане, лишь бы только чем-то заняться, лишь бы только не думать о пожаре в моих штанах.

– А ты сможешь? Ты умеешь? – недоверчиво спросила новоиспечённая мамочка.

– Постараюсь, – пообещал я и пулей выскочил из ванной с ребёнком на руках.

– Можно я возьму у тебя ещё одну футболку? – спросила Диана, выйдя следом за нами.

– Конечно, Дианочка, всё моё теперь твоё! – расщедрился я.

Пусть переоденется от греха подальше да поскорее! Сбивает меня тут с толку своими формами аппетитными!

Разложив малышку на своей кровати, я принялся аккуратно её одевать. С памперсом пришлось повозиться, потому что Машенька дрыгала ножками, а я боялся их оторвать неловким движением, но с рубашечкой и ползунками вышло уже получше.

Потом взял кроху на руки и принялся кормить из бутылочки. Лицо невольно расплылось в улыбке, когда я разглядывал миленькие глазки и пухлые щёчки Машеньки. Какая же она красивая всё-таки! Чисто куколка из магазина!

Доев всю смесь из бутылочки, Машенька потёрла кулачками глазки и начала засыпать. Я продолжил ею любоваться, испытывая какое-то необыкновенное ощущение. Внутри меня всё начало наполняться теплом, да так распирало, что слёзы на глаза наворачивались. Будто я держу в руках невероятное сокровище, такое маленькое и хрупкое, но в то же время настолько огромное, что не с чем сравнить.

– Уснула? – радостным шёпотом спросила Диана, подкравшаяся на цыпочках к кровати. – Пора и нам ложиться. Где моя комната будет?

Вот, чёрт! Она хочет свалить от меня в другую комнату? А я с Машенькой буду ночевать? Один? А если она ночью плакать будет или обкакается? Что же делать?

– Что значит где? – также шёпотом произнёс я. – Здесь, с нами. Мы теперь одна семья, Дианочка!

– Я не буду спать с вами в одной кровати! – возмущённо зашипела она, перейдя обратно на "вы".

– Да ты посмотри, сколько тут места! Ты там ляжешь, я здесь. Доченьку посерёдке положим, чтобы не укатилась. Хочешь, чтобы наша малышка с кровати упала и расшиблась?

– Это вы виноваты, что у ребёнка даже кроватки нету!

– Сказал же, завтра всё купим! Я где тебе её прямо сейчас возьму?

– Это всё потому, что ты думаешь только о себе! Надо было посоветоваться со мной!

Сейчас мы были очень похожи на ругающихся мужа и жену. Вот так я примерно и представлял себе семейную жизнь. Началось!

– Иди в душ первой, любовь моя! – как можно милее улыбнулся я Диане. – Я пока кровать расправлю.

Если бы взглядом можно было убивать, я бы уже валялся на полу мёртвый. Диана так на меня зыркнула, что я поёжился. Ничего больше не сказав, она ушла в ванную, а я, держа в одной руке малышку, второй принялся стаскивать с кровати покрывало. Потом аккуратно, боясь дышать, чтобы не разбудить Машеньку, положил её посередине кровати.

Она реально была огромная. Тут ещё пять человек можно положить. Чего Диана разбухтелась?

Я погасил верхний свет и включил ночник. Повернул его так, чтобы Машеньке в глазки не светил.

Намаялась моя радость за день? Надудонилась молочка и дрыхнет. А у меня в животе от голода урчало так, что боялся, ребёнка разбужу. Там словно киты разыгрались в брачный период. Еле дождался Диану. Она будто нарочно долго мылась и не хотела выходить из ванной.

– Посмотри за Машей, я на кухню схожу, – попросил я её. – Тебе захватить бутербродик, душа моя?

– Я после шести не ем, – буркнула она, укладываясь на противоположную сторону кровати.

Я вздохнул, наложил подушек со своей стороны, сделав из них заслон для безопасности дочери, и пошёл, наконец, ужинать.

Достал из холодильника контейнеры с едой, заботливо упакованные поваром, и принялся есть прямо из них. Разогревать просто не было терпения и сил. В душ уже не шёл, а полз. Не было бы Дианы рядом, я бы не морочился. Мне не хотелось вызвать у неё отторжение с первых минут совместного проживания. Подумает ещё, что я неряха какой-то, и замуж выходить за меня перехочет. Или цену так взвинтит, что мне мало не покажется.

Когда я лёг в постель, мои девочки уже спали, и слава богу!

Я укрылся одеялом до пояса, чтобы не смущать Диану своими труселями, и с блаженством закрыл глаза. Не было у меня печали, жил себе, не тужил. А теперь целых две барышни в доме, и с обеими надо сю-сю, му-му. Только попробуй что-то не так сделать...

Неужели такой стресс у меня теперь каждый день будет? Как выяснилось, то были цветочки. Что такое настоящий стресс, я познал уже ночью.