41

Настя приходила в себя медленно. Гул в голове и невнятный посторонний шум дали понять, что битва еще в разгаре. Но что с ней? Едва разлепив глаза, девушка со стоном подняла голову – та болела так сильно, что, казалось, одно движение веками – и расколется надвое. Взгляд был мутным, будто через пелену, вдалеке мелькали какие-то тени, слышались крики и лязг оружия. Подняв ватную руку, она протерла глаза и поморгала, превозмогая боль. Оказалось, что она лежит на краю поляны, где продолжали биться ее друзья с басурманами, а по мосту движется отряд, возглавляемый Колобком на коне и Соловьем-разбойником. Чуть позади них на некотором отдалении следовала девица пышных форм в латах и шлеме с открытым лицом, валькирия, не иначе, а рядом с ней на могучем жеребце сидел сам Серый Волк. Вот же засранец! Она за него переживала, думала, его пристукнул кто за углом, а он тут любезничает с девками! От возмущения сжав зубы, Яга чуть не вскрикнула от приступа головной боли. Ей захотелось убивать немедленно. Всех, а особенно одного серого пса. Но до убийства спустить с него шкуру и всласть помучить. – Не замечала раньше за собой такой кровожадности, – задумчиво произнесла она, пытаясь присесть. Ей это почти удалось, но в голове набатом бухал молоток – бумммм-бумммм-буммм! – отчего, казалось, черепушка звенела как колокол. Кто ее оттащил сюда – неизвестно, спасибо бы этому спасителю сказать. Едва она настроилась вставать, как над ней пролетел Змей. – Сиди тут! – рыкнул он, махнув лапой. Яга послушно осталась на месте, но продолжила сверлить взглядом Волка. Между тем, битва становилась все эпичнее. Зомби, какими бы крутыми не были, имели от Кощея указание врагов не жрать, а потому все больше и больше их лежало безголовыми, а басурмане стали радоваться численному перевесу. Пока не подоспела подмога во главе с хлебным кругляшом. Тот ворвался в центр сражения как безусый Чапаев с шашкой наголо и принялся махать ею туда-сюда, больше создавая ветер и видимость действий, чем реально помогая приближать победу. В другой стороне происходило не менее интересное – Змей Горыныч, распавшись на братьев, бился возле сине-золотого шатра с шамаханской царицей. Ну, вернее, как бился – Валигор пытался победить, а двое других подначивали его. И пока противники были равны и по габаритам, и по возможностям. Царица жахнула Змея по лицу рукой. Тот в ответ захватил ее за шею, прижав голову к себе. Оба затоптались на полянке. Издалека было не очень хорошо видно, но Яга успела рассмотреть, как Валигор успел пожамкать шамаханскую попу, за что получил в ухо, отлетел и упал на землю, тряся головой. И смеялся при этом! Царь-баба, явно раздраженная таким исходом, зарычала гневно и кинулась сверху, будто в рестлинге, и принялась наминать бока незадачливому ухажеру. Когда победа была уже почти одержана, на опушке показалось еще одно войско, возглавляемое царем. Он держался прямо, приказы отдавал четко и сухим голосом, воины слышались его беспрекословно. Басурмане начали отступать, и вскоре бежали с поля боя, сверкая пятками, одна царица подзадержалась, сражаясь с прилипшим Змеем. – Дай, я тебя поцелую разок, – услышала Настя голос Валигора и засмеялась – вот же бабник! – Ты как? – Волк подошел ближе и подал ей руку. – Можно было б и получше, – сухо отозвалась девушка, однако, от помощи не отказалась, поднимаясь на ноги и покачиваясь. Серый воспользовался моментом и обнял ее за талию, прижав к себе. – Ну что ты дичишься? – прошептал он, когда Яга дернулась и попыталась вырваться. – Отпусти! – резко выдохнула она, глянув на него снизу вверх. – А если нет, то что? – ехидно ухмыльнулся Серый. – То вот! – Настя со всех сил пнула его в голень. – Не сработало, – с долей сожаления в голосе весело цокнул Волк. – Попробуй еще раз. Он обнял ее уже двумя руками и прижал к своей груди, рассматривая раскрасневшееся лицо, взлохмаченные русые прядки, выбившиеся из косы и обрамлявшие лицо пушистым облачком, насупленные брови и упрямо сжатые губы. Яга была чудо как хороша. – И что дальше? – упрямо спросила она, вздернув подбородок вверх и заглядывая в серо-стальные глаза. – Дальше? – он ухмыльнулся. – Дальше я тебя поцелую прямо при всех. Настя оторопела, потому как лицо волчары приблизилось, а его губы нежно коснулись ее крепко сжатого рта, вынуждая ее прогнуться в спине назад в попытке отстраниться. Однако, рукой Серый прижал ее затылок, не давая отвернуться, и принялся ласковыми касаниями целовать углы рта, отчего мурашки табуном побежали по телу. Что это с ней? Что за невероятные ощущения? Невольно вздохнув, Настя поняла, что попалась, потому как ее губы приоткрылись, чем и успел воспользоваться этот серый прохиндей, приласкав кончиком языка ее рот. – Такая сладкая малышка, – шепнул он и вновь склонился к ней. – А что это вы тут делаете, а? – раздался противный голос позади.