Глава 13. Скала по имени Игорь

Роман в первую секунду подумал, что восседавшая на мужчине сверху обнажённая женщина это Полина, во вторую глаза же подсказали ему, что кожа смуглее, волосы длиннее, тело не то.

— Вы кто, блять, такие?! — заорал Роман, смахивая с комода вазу, чтобы выплеснуть злость.

Полина от него свою квартиру никогда не скрывала. Говорила, что не хочет её ни продавать, ни сдавать, слишком она ей нравится. Иногда супруги заезжали сюда после свиданий и выбивали пыль из кровати. Полина не хранила здесь почти никаких вещей, даже холодильник был пуст и отключен.

— Старшего сюда отселим, когда подростком бунтовать начнёт, — смеялась Полина.

Голая женщина, тем временем, сползла с мужчины, прикрываясь одеялом, он же спешно начал одеваться, натягивая одежду и извиняясь. Из смеси двух голосов и языков, Роман понял, что брюнетка это уборщица, которая приходит раз в две недели и убирает квартиру. Берёт ключи у вахтёра на пару часов, и, видимо, в это время привлекает к уборке ещё и дворника.

Роман остановил поток её слёз и извинений раздражённым взмахом руки.

— Когда вы пришли сюда, здесь кто-нибудь был?

Любовники переглянулись и помотали головами.

— А признаки того, что кто-то был в квартире? В ванной мокрое полотенце? Грязные следы в коридоре? Что-нибудь?! — сорвался на крик голос Ромы.

— Извините, никого не было, я тут даже не убираюсь иногда — всё совсем чисто, — всхлипнула девушка.

Рома всё ещё сомневался в отсутствии Полины, он обошёл все комнаты, в которых будто давно не ступала нога человека, потом включил голову — ключи были дома, вторая пара у вахтёра, как бы она сюда попала? Хотя, где-то в глубине его воспалённого разума забилась глупая мысль, что Поля использовала эту квартиру для своих измен с Арсом.

Рома тут же её отмёл волевым усилием совести, это он тварь и изменник, а Полина по углам с мужиками бы не тёрлась. Указала бы ему пальцем на выход и спокойно жила с новым мужчиной. Она слишком прямая. Жаль, что Роману эта мысль не пришла, когда ревность ослепила его напрочь.

Он поговорил с вахтёршей, всё ещё хватаясь за призрачную надежду, что Полина была здесь и надо просмотреть камеры, но женщина покачала головой.

— У нас тут на прошлой неделе обесточили три подъезда, камеры вывели из строя. Такой скандал был, а потом оказалось, спланированное ограбление, по первому показывали — четыре квартиры обнесли. Известного режиссёра обокрали, представляете? Камеры починили только два дня назад. Я позвоню председателю, спрошу можно ли вам дать.

На камерах Роман никаких гостей не увидел, только сегодняшних. На сервере сохранились данные за прошлый месяц, в квартире Полины никого не было кроме уборщицы.

***

Через час Рома дрожащим пальцем нажимал на звонок у двери квартиры человека, который мог ему помочь найти Полину. Его двоюродный брат — бывший полицейский, ныне работал в лучшем охранном агентстве столицы. Кроме того Игорь Давлатов больше двадцати лет был волонтёром поисковых отрядов, их дед лесник научил внуков ориентироваться на местности и выживать в лесу. Для Ромы, это было скорее развлечение, а Игорь относился к этому серьёзно. Он всегда помогал деду, если на вверенной ему территории пропадали грибники. Игорь спасал жизни, а Рома только что похерил свою, но, может, ещё есть шанс для Полины.

Давлатов открыл дверь в расстёгнутой белой рубашке, под которой перекатывались крепкие мышцы, он был старше Ромы на три года, но если младший мог похвастаться густой шевелюрой блондинистых волос, то старший только коротким ёжиком седины. Может, его довели стрессовая работа и увольнение из органов по собственному, а, может, дело было в двух бывших жёнах, которые оставили мужчину средних лет с алиментами и в съёмной однушке почти без мебели.

Игорь нисколько не унывал по этому поводу, пускался во все тяжкие с молоденькими девочками, которые вешались на его широкие плечи пачками, устроился на хорошую работу, где оценили его навыки следака в гораздо большем денежном эквиваленте.

— Чем обязан, Рома с космодрома? — вздохнул Игорь, запуская брата в квартиру. — Давай побыстрее, мне сегодня надо быть на одном закрытом мероприятии для толстосумов, проследить, чтобы они друг друга не убили и из карманов деньги не потырили.

Из ванной выпорхнула полуголая девица, которая громко ойкнула при виде мужчины, но даже грудь руками не прикрыла. Игорь хлопнул её по попе.

— Анна, тебе пора домой, поздно уже, мама заждалась.

— Меня Жанна зовут, — надула губы девочка.

— Какая нахрен разница, для мамы ты любимая доченька, давай беги домой, — усмехнулся Игорь, застёгивая рубашку.

Роман будто в рот воды набрал, сел за кухонный стол и смотрел, как его брат надевает кобуру поверх рубашки. Серебряков только сейчас в полной мере осознал, что он наделал — бросил жену в мороз ночью на дороге, четыре дня жалел себя в тепле и уюте, потом вдруг вспомнил о ней. О детях ему напомнила няня.

— Ты молчать пришёл. Ромыч? Говори!

Серебряков собрался с духом и сбивчиво пояснил, что произошло. Чем больше Игорь слушал, тем больше хмурился, его мышцы под рубашкой напрягались, кулак сжимался на столе, будто он хотел ударить брата, да посильнее. Рома закончил рассказ, а Игорь не произнес ни слова. Он вытащил из кармана телефон и начал что-то печатать.

— Нужно организовать поиски, вдруг она заблудилась в лесу? — робко предположил Рома.

— То есть ты хочешь отправить в зимний лес ещё людей, на ночь глядя, чтобы они там заблудились? — хмыкнул Игорь и приложил телефон к уху. — Алло, Константин Юрич, есть срочное дело, нужно будет подъехать в отдел, в качестве адвоката, с доверенностью, сможете часа через два?

Получив утвердительный ответ, Игорь поднялся из-за стола, как надёжная скала, за которой можно спрятаться от всех невзгод.

— Поехали, будешь подавать заявление о пропаже жены. Вечеринка с толстосумами подождёт.

Рома безропотно кивнул, Игорь знает, что делать, а он нет.

***

У входа в отдел их встретил адвокат, мужчина средних лет, в строгом костюме, с очками на крючковатом носу, он протянул Роме документы и тот вопросительно взглянул на брата.

— Подписывай, тебе нужен адвокат, потом другого найдёшь.

Роман подписал доверенность, адвокат отвлёкся на срочный звонок. Серебряков взглянул на брата, который поднял голову вверх и вглядывался в тяжёлые тучи, из которых начал валить густой снег.

— Зачем мне адвокат?

— Ром, ну чё ты как маленький! Тебя будут раскалывать. Ты сейчас в списке подозреваемых в убийство своей жены идёшь первым номером.

— Полина жива! Она просто потерялась! Пропала! Исчезла! Её надо искать!

Игорь повернулся к брату и взглянул на него тяжёлым, как свинцовое небо над их головами, взглядом, от которого у Ромы будто начал трещать позвоночник, потихоньку сгибая виноватую голову в поклоне.

— Ты оставил её зимой на улице, посреди леса. Той ночью температура опустилась до минус восемнадцати. Она не дошла обратно до дома матери, а если зашла в лес — там она и замерзла. Тебе пора привыкать к мысли, что её больше нет...

— Нет! Нет! Нет! Её просто надо найти! — закричал Роман, в отчаянии хватаясь за ворот куртки брата.

— Тогда её найдут, и это будет квалифицироваться, как убийство, пока не докажут обратное, — холодно сказал Игорь, отталкивая от себя Рому и кивая на его расцарапанную щёку. — У тебя следы сопротивления жертвы на лице нарисованы, её руками.

— Мы просто поссорились! Она была жива! Жива!

— Да хватит уже орать, истеричка! — рявкнул на него Игорь. — Была жива, да! Была! Но когда ты оставляешь человека без телефона в мороз на пустой дороге, вероятность, что он на утро выживет — почти ноль! Идиота ты, кусок!

— Её мог кто-то подобрать на дороге, мог...

— Почему тогда она не вернулась домой? Знаешь, как в девяностые было, если кто-то подбирал на дороге одинокую девушку, её потом находили в лесополосе! По частям!

— Но сейчас не девяностые!

— А люди всё те же! Одинокие беззащитные женщины ночью чаще всего становятся жертвами преступлений. Её найдут, Рома, и то, что найдут не будет квалифицироваться как живой человек. Хватит сопли разводить, мальчик! Ты жену убил, всё!

— Нет... нет... нет... — замотал головой Рома.

— Да, Рома, да! Перед тем, как мы туда войдём, тебе нужно найти ответ на один вопрос, от которого зависит твой срок, даже, если ты её не убивал. Есть такая статья — оставление в опасности, — вздохнул Игорь. — Два варианта ответа: она сама вышла из машины психанув, или ты её выкинул на обочину, как дворнягу помойную? Решай, сказать правду или соврать себе во благо.

***

Он сказал правду, как сказал правду родителям, которые стыдливо прятали глаза от собственного сына, пытаясь развлечь внуков, которые играли новыми игрушками возле наряженной ёлки в гостиной. Рома на свой страх и риск вернулся после допроса домой, Полина так туда и не пришла. Только мать со слезами на глазах встретила его поздно ночью, утром пришёл отец.

Его престарелые родители не сказали ни слова, когда Рома рассказал, что случилось. Мама плакала, отец молча курил на улице сигарету за сигаретой. О причине ссоры их сын не сказал.

— Давайте поедим, проводим старый год, — дрожащим голосом сказала мать Ромы, ставя на праздничный стол поднос с жареной курицей.

Она провела на кухне за готовкой несколько часов, чтобы занять руки, постоянно вытирала глаза передником, стоило одному из внуков задать вопрос «Где мама?». Рома не мог смотреть детям в глаза, вспоминая, что сказал их матери перед тем, как выкинуть её на мороз. Что она им не мать, и это было правдой. Полина не могла ни родить, ни зачать. Он зажмурился и замотал головой, вспоминая свои слова, которые убили её раньше, чем холод и тьма ночи — «я просто позволял тебе играть в маму». А он, видимо, играл в хорошего мужа. Проиграли оба...

Полночи он давал показания в отделе полиции, где каждый вопрос дежурного убивал его своим равнодушием и усталостью. Ему было плевать, кто пропал, где пропал, почему. Он заполнял протокол и задавал стандартные вопросы. Вернувшись домой, Рома начал обзванивать больницы. К утру — никаких результатов.

— Рома, садись, — робко позвала его мать.

— Я не голодный, — хрипло сказал он, глядя на сыновей, которые уплетали любимую курочку от бабушки за обе щеки.

Отцу пришлось спешно покупать подарки детям, чтобы отвлечь от вопроса о маме, который резал его без ножа до самых костей. Полина вроде что-то купила, но Рома даже не помнил что и где это лежит. Пока стрелки часов старой черепахой приближались к полночи, Рома надеялся, что дверь вот-вот откроется и мама вернётся к детям. Пусть она устроит скандал, выгонит его самого, наорёт и начнёт портить ему жизнь. Пусть... Только бы она пришла.

Когда в дверь раздался звонок, Рома подскочил как ужаленный. Мальчики выпрыгнули из-за стола первыми и кинулись к двери с криками: «Мамочка!». Роман на ватных ногах и с бешено стучащим сердцем пошёл открывать. Сердце остановилось, когда на пороге он увидел свою тёщу, в шубе и с тростью, на которую она тяжело опиралась. Одна, без Глаши.

— Бабушка, а где мама? — надул губы младший внук Леониды.

Она надменно взглянула на обоих детей, подняла свой тяжёлый взгляд на зятя и презрительно поджала губы:

— Это надо у вашего папы спросить. Где моя дочь, мразь ты конченая?