Глава 3

 Антон

 Антон, глянул на экран телефона — повесила трубку. Улыбнулся сам себе и вернулся к спортивной машине.

 — Ну что там?—  спросил мужчину в рабочей униформе.

 — Колесо поменял, но заедьте в автосервис, пусть диагностику ходовой сделают. После таких ям может вылезти все что угодно.

 — Хорошо.

 Антон зло глянул на автобусников, отъезжающих от остановки. Из— за их наглости и невнимательности он и попал в эту разбитую яму, коих в городе от мокрого снега образовалось предостаточно. Пришлось вызывать помощь прямо на дорогу. Пока ждал людей с автосервиса, успел отсидеть пятую точку.

 Как только подмога прибыла, он вышел из машины покурить и как— то случайно забрел за остановку, прячась от пронизывающего ветра. А тут это идиотское объявление на глаза попалась. Пока курил, решил повеселиться, и позвонил по указанному номеру.

 Девушка оказалась своеобразной. Веселой и сообразительной. Как то слабо вязался образ уборщицы с тем характером, который имела его новая знакомая. Амбициозная и умная, она не могла работать на такой скучной и не престижной работе. Но судя по объявлению, с головой она дружила через раз, так что ожидать от нее было возможно чего угодно.

 Антон набрал номер директора местной сети его магазинов.

 — Виталий Павлович, а давайте совещание сегодня назначим пораньше, а то у меня планы на вечер появились…Нет, боюсь чтобы как в прошлый раз до ночи не засидеться…Тогда я в филиал не поеду, а сразу к вам, можете собирать всех.

И к вам еще одна просьба, узнайте в каком из магазинов работает Виктория Конская…Нет, ничего не натворила. Это по личному вопросу, и надеюсь вы на этот счет распространяться не будете…До связи.

 ВИКА

 Денек выдался отвратительный. Я весь день провела в отделе молочки, собирая с пола подтекающее молоко, отчего жутко промерзла. Как оказалось в итоге, вся партия мягких пакетов молока с местного завода была бракованной—  упаковочный аппарат плохо спаивал швы, вот молоко и подтекало отовсюду. А еще какая— то мадам уронила с верхней полки кефир в стеклянной банке, и белое месиво уделало все стены и пол на несколько метров вокруг. Под конец дня чей— то ребенок умудрился выстрелить из конфетти, и как назло все эта разноцветная стружка полетела на мои отделы. Убила бы.

 К вечеру, я была никакая. С синими губами и отмороженными руками, стояла в подсобке и держалась руками за горячую батарею, в надежде отогреться хотя бы до комнатной температуры. Баба Света уходя нехорошо на меня глянула.

 — Ой, заболела ты девка, повезло что впереди два выходных. Лечись давай, не запускай.

 Я кивнула и схватилась за радиатор в другом месте, а то под руками металл уже остыл.

 В магазине погасили свет, и охранники делали последний обход перед закрытием, а я все никак не могла заставиться себя высунуть нос на обледенелую от промозглых ветров улицу. Но не будешь же ночевать тут. А потому накинув куртку, натянув шапку по самые брови и намотав старенький шарф вокруг шеи, выбежала на улицу, сцепив тут же зубы от хлестнувшего по лицу колющего ветра.

 Да что ж за бесстыжий холод такой?!

 Побежала через опустевшую парковку, на которой кроме пары машин остались лишь высокие фонари. А в голове одна мысль—  какой же автобус я могу встретить в пол двенадцатого ночи? Только бы снова такси не вызывать, иначе на подарки не хватит.

 Под невеселые думы преодолела половину парковки, и остановилась. В прохудившиеся сапоги попал мокрый снег и теперь пальцы стали замерзать с пугающей быстротой. Этого еще не хватало. Я и так уже простыла, куда больше то? 

 Краем глаза заметила моргнувшие фары черной спортивной тачки, стоявшей в тени у одной из ограждений. Оглянулась по сторонам—  кому это она подмигивает, и не увидев никого поблизости, насторожилась.

  Пусто, рядом только скоростная трасса, и не души. Работники давно разбежались, охранники уже не выйдут, потому что только на смену заступили. Выходило, что я тут одна с маньяком на черной машине. Сделалось жутко.

 Плотнее вжавшись в шарф, еще быстрее замельтешила к выходу с территории супермаркета, больше и не думая задерживаться.

  На этот раз машина просигналила.

 Как я не завизжала, большая тайна, причем даже для меня. Сильнейший испуг окатил с головы до ног, разнося крупную дрожь по телу. Я не сбавляя темпа полезла в сумочку за телефоном и с трудом набрала номер подруги.

 — Катя, кажется, меня собираются похитить. Если что, на парковке супермаркета стоит черная спортивная машина. Это однозначно будет дело рук ее владельца.

 Хотела еще что— то добавить, но услышала мужской голос.

 — Конская! Куда поскакала?

 Я остановилась. Знает мою фамилию, значит не совсем посторонний человек. Развернулась и посмотрела на мужчину в черной кожаной куртке, стоявшей у той самой машины.

 — Вика, это я, твой миллиардер. Мы же договаривались, забыла уже?

 Я выдохнула. Вот дура глупая, завтра же все объявления посдираю. Нашла проблему на свою голову.

 — Слушай, —  говорила я громко, стараясь перекричать завывания злого ветра,—  я пошутила, если ты не понял. Это розыгрыш. Езжай уже домой.

 А про себя добавила—  миллиардер недоделанный.

 И немного успокоившись, тут же сказала в телефон, где на другом конце «провода» ждала Катька:

 — Отбой, кажется, ничего страшного,—  и отключившись, сунула мобильник в карман.

 — Не, так не пойдет,—  пробасил мужчина на всю стоянку и направился уверенной походкой ко мне.

 Я даже попятилась слегка. Потом подумала нужно бежать, но тут же вспомнила, что некуда. На окраине города шансов улизнуть у меня не было.

 Тем временем мужчина успел подойти и остановиться в нескольких шагах. Ух ты ж едрен батон, да он же красавчик! Наш Артем с соседнего двора нервно курит в сторонке, по сравнению с этим Ален Делоном.

 — Понравился?—  спросил мужчина, широко улыбнувшись на мой восхищенный взгляд.

 — Конечно!—  выдала я. А что скрывать, раз решила быть честной, то до конца! — Вон волосы ветром игриво взъерошены, куртка моднячая, да и сам смазливый—  глаза глубоко посаженные, и такие выразительные. Какого цвета?

 Я подошла ближе к очаровательному незнакомцу и сразу уловила запах дорогого парфюма. Почему дорогого? Да потому что дешевый запах я бы узнала сразу, не даром почти полгода в будке с разливными духами проработала.

 — Итак, брови широкие, ресницы длинные, но не пушистые, глаза карие, кстати с твоими черными волосами очень сочетаются. Нос прямой, немного узкий, но тебе к лицу, губы с четким контуром, скулы широкие, подбородок волевой. Ты определенно первый парень на деревне.

 —  Спасибо за подробности, не ожидал,—  усмехнулся собеседник.—  Моя очередь тебя охарактеризовывать?

 — Ну уж нет. Меня лестными словами не опишешь, так что опустим это. Лучше скажи, что ты тут забыл, гроза девчонок?

 — Для начала зовут меня Антон, а сюда я за тобой приехал. У нас свидание.

 — Вот как? Почему же я не в курсе?

 — Устала наверное и забыла. Кстати хватит дрожать, пошли в машину греться.

 У меня действительно стучали зубы, но уж не знаю от чего больше, от холода или пережитого испуга.

 Подойдя к машине, определенно дорогой, я как то засомневалась, что вообще тут делаю. Какой— то двинутый мужик (именно двинутый, потому что нормальный бы ни за что не приехал) ловит меня после работы и предлагает увезти в ночь, а я дура доверчивая соглашаюсь. Где логика? Где моя, ешкин кот, логика?

 — Садись, чего встала?

 Оказывается я стояла у распахнутой перед носом дверцы и не шевелилась. Посмотрев в едва освещаемый салон, замялась, не в силах понять, что меня смущает. А нет поняла. Безумно дорогой интерьер машины и моя дутая, выстиранная тысячу раз куртка.

 — Не поверишь, стою и думаю, что заражу твой салон.

 — Чем же?

 — Бедностью.

 Мужчина захохотал в голос. Приятный смех кстати.

 — Ну точно пришибленная. Садись уже, греться поедем.

 А теперь насторожилась я.

 — Надеюсь не в горизонтальном положении?

 — А ты против? Я кажется, тебе понравился.

 — Ну что ты, просто у меня все трусы постираны, пришлось бабкины панталоны нацепить, вот теперь переживаю, что ты подумаешь, когда раздевать меня начнешь.

 — Что чистое белье закончилось? И так как я теперь все знаю, можешь больше не волноваться. Садись же, а то и я замерз.

 Я криво улыбнулась и осторожно села в низкую машину. Прежде чем поставить на коврик облепленные белой кашицей сапоги, несколько раз стукнула ими друг об друга на улице, скидывая мокрый груз—  папа приучил, отчитывая за лужи из— под снега в своей ниве тысяча девятьсот какого— то года. 

 Села, или даже сказать легла, я на переднее сидение (а задних и не было) и затихла. Мотор плавно завелся и я уже в мыслях представила, как мы несемся на скорости двести восемьдесят километров в час.. и тут нас заносит.

 МА— МА!

 — Знаешь, может ты не будешь гнать, пока я твой пассажир?—  спросила виновато.

 — Я еще даже не тронулся, а ты мне уже отчитываешь.

 — Я просто не люблю большие скорости. Мнительная очень.

 — Окей, и какую скорость ты предпочитаешь?

 — А с какой едут автобусы?

 — Эм, я никогда на них не ездил, но предполагаю километров пятьдесят—  шестьдесят.

 — А вот и самая идеальная скорость!—  обрадовалась я.

 Взгляд слева был весьма недовольным, но так как я девочка и мне нужно уступать, водитель не произнес ни слова, молча выезжая на проезжую часть. 

 Что со скоростью я погорячилась, поняла, когда уже восьмая машина обгоняя нас, громко сигналила, а некоторые из водителей крутили пальцем у виска.

 — И чего это их всех так колбасит то?

 — Возможно, потому что мы плетемся как черепахи?

 Антон глянул на меня подняв бровь, а я пожала плечами. Хотя учитывая толщину моего пуховика, возможно он этого и не заметил.

 — Нормально мы едим, автобусам же можно..

 А дальше мы заехали в город, где мне стало гораздо спокойнее. Я поднесла замерзшие руки к воздуховодам , с удовольствием ощущая горячие потоки воздуха на своих пальцах. Не отрываясь от основного действа, прошлась глазами по приборной панели. Светящаяся в темноте куча разных лампочек, подсветок, экранчиков делали ее похожей на инопланетный корабль, что казалось очень впечатляющим. Сама отделка пластиком и кожей выглядела безумно дорого. Пахло кстати в машине приятно—  исключительно мужской древесный ароматизатор и кожа. Прямо как у брутального мачо. Хотя откуда мне знать как пахнет у брутального мачо, вдруг это запах трехдневного пота. Посмотрела в окно и заметила, что мы уже подъезжали к центру города.

 — А куда ты меня везешь? Мне бы домой..

 — В ресторан.

 Я посмотрела на водителя как на дурака.

 — Ты серьезно? Меня в ресторан?

 — Да. Или сейчас свидания по— другому проходят?

 — Так стоп. Останови машину, нужно поговорить.

 — Мы вообще— то и так приехали, так что сможем поговорить за столиком.

 Кажется, мужчину, сидящего рядом, ничего не смущало. Он плавно заехал на парковку у самого пафосного ресторана города и заглушил мотор.

 — Итак,—  начала я несмело.—  Что тебе от меня нужно? Понятно же, не девочка на ночь, потому что если эта машина на самом деле твоя, и ты можешь позволить себе зайти в этот ресторан,—  я ткнула пальцем в здание спереди,—  просто зайти, я уже не говорю о том чтобы заказать воды, то выходит, что ты не такой уж и нищеброд, каким я тебя назвала, и в услугах подобных мне дам не нуждаешься. Поэтому повторю свой вопрос—  что тебе от меня нужно?

 Пронзительные карие глаза уставились на меня с насмешкой, а я все больше нервничала под этим уверенным взглядом.

 — Машина моя—  документы в бардачке. Деньги у меня есть. От тебя мне ничего не нужно, это тебе было нужно что— то от меня.

 Я опустила глаза и зажевала губу.

 — Не конкретно от тебя... Но ты можешь просто дать мне денег и ухать,—  выдала вдруг пришедшую в голову мысль.

 — Нет, это слишком просто. Сначала свидание, а потом разговор о деньгах или о их количестве.

 — Значит нужно поужинать, прежде чем поговорить о деле? 

 — Да.

 — Ну тогда учти—  я после смены и голодная как стая волков. Тебе придется заказать мне не меньше двух горячих блюд, а учитывая размер порций в таких ресторанах, я по телеку видела, то все шесть. Плюс салат, десерт и обязательно кофе, а то меня жутко в сон клонит, ведь уже полночь.

 — Как скажешь, Вика.