Глава 4

 То, что мне даже из машины выходить не стоило, я поняла сразу. Уже на парковке от души надухаренная модель, вышагивающая на тонкой шпильке, кинула на меня брезгливый взгляд, а ее дружок, перекаченный мужлан, даже дернул подружку подальше от моей персоны.

 Ну что ж, начало положено.

 Мы прошли мимо десятиметровой елки, где вместо ветвей были железные кольца, а вместо иголок маленькие желтые лампочки, эдак пафосно—  богато. Попали на красную дорожку, промоченную мокрым снегом и уже слегка примороженную, и направились к широкоплечему вышибале, что стоял у стеклянных, с позолоченным металлом дверей, освещенных со всех возможных ракурсов.

 Я затормозила, не доходя несколько метров до входа.

 — Давай уже признаемся, что все это глупый развод, и я пойду домой,—  сказала я. Шутки шутками, а попасть на большие бабки в ресторане было страшно. Я же не могла за себя заплатить, а если у этого афериста денег тоже не было, то нас ждала кутузка. Эх, все— таки надо было заглянуть в бардачок и посмотреть документы, хоть фамилию узнать что ли. 

 И вдруг меня осенило — а если машина ворованная! ? Меня резко обдало холодом. 

 «Не паниковать», сказала сама себе! Такого быть не может, ведь тогда бы он не красовался со мной в самом центе города, верно? Верно, то верно, но как— то не по себе стало..

 — Никакой это не развод, успокойся, давай просто туда войдем,—  сказал провожатый.

 —  Я одета не по случаю,—  добавила как— то неуверенно. 

 — Ничего не знаю,—  потянул меня за локоть Антон.—  Столик заказан, а ужин уже давно стынет под колпаком.

 — Это все выглядит подозрительно.

 — А твое объявление нет?

 Я пожевала губу, а в общем— то, если все это большой розыгрыш, я ведь и подыграть могу? Так?

 — Ладно, идем,—  тут же улыбнулась я, легко соглашаясь, чем насторожила мужчину.

 — Ты странная, Вика,—  недоверчиво сузил глаза Антон.

 — На себя бы посмотрел. Идешь в ресторан не понято с кем.

 — Это ты про себя что ли?—  хохотнул он.—  Кажется, у кого— то самооценка занижена.

 — Нет, просто кто— то реалист. Нет, слушай, посмотри на меня, меня же сейчас при входе на клопов начнут проверять. А перед едой спросят—  «а руки помыла?».

 — Мне кажется или ты предвзято относишься к этому месту?

 — Или это место, к таким как я..

 — Все, хватит споров, у меня уже желудок от голода скручивает.

 И Антон силком повел меня через парадный вход, где охранник проводил меня скептическим взглядом, но слова поперек не сказал.

 А внутри так приятно пахло свежими цветами, и это в декабре! Улыбчивая девушка, в приталенном платье встретила нас у невысокой стойки и вежливо обратилась к моему спутнику.

 — Антон Николаевич, добрый вечер. Где желаете расположиться?

 Нифига себе, Антон Николаевич! Да он похоже действительно состоятельный мужчина. А я еще сомневалась идти с ним или нет. Вот это я куш сорвала. Катька ни за что не поверит. 

 Так стоп, только что ведь его в краже машины подозревала. Все Вика, раздвоение личности у тебя, одна половина готова бежать от этого мужика, а другая—  ему вдогонку. Определись уже.

 — На втором этаже,—  ответил Антон сурово. Блин а вот такой он мне не нравился—  собранный и серьезный, руководитель фигов.

 — Vip— зал?—  переспросила девушка.

 — Нет, сядем в общем.

 — Хорошо, проходите. Приятного вечера.

 Мы пошли через небольшой холл с дорогими коврами, а у меня было одно желание—  разуться. Глубокая стыдоба окатывала меня при каждом шаге, когда от моих промокших сапог оставались водянистые следы. Хоть иди извиняйся перед хозяевами за такое свинство.

 Подошли к широкой лестнице, с золотыми поручнями и поднялись на второй этаж. Там нас ждал консьерж.

 — Снимай куртку,—  скомандовал Антон, и я вздохнув принялась раздеваться.

 — Боже мой,—  протянул он, когда я сняла шапку.—  Как все запущено.

 — Что?—  не поняла я. Я же еще до свитера не дошла, вот где «Боже мой».

 — У тебя рядок?—  искренне изумился он.

 Я прошлась ладонью по макушке. Ну да, рядок, ровно посередине. Остальные волосы собраны в низкий хвост.

 — С ним ты похожа на женщину начала прошлого века,—  добавил Антон и скривился.

 — Эх, как завуалировал простое «дура деревенская». Но ладно, я прощаю.

 Потянулась к шарфу и размотав его, честно предупредила:

 — А теперь я сниму куртку, там тоже беда, но лучше бы тебе промолчать.

 — Не, после пробора, мне уже ничего не страшно,—  подшучивал Антон. Ну да, думай так, успокаивай себя.

 Сняла куртку и одернула низ старенького желтого свитера с катушками на рукавах и плечах. А что, я ж с работы, а не с приема у губернатора пришла. Какая есть.

 Штаны на мне тоже офигительные были—  болотного цвета шаровары, не стесняющие движения. Мои самые любимые, специально для работы от мамки притащила. 

Ну вот она я, красавица на зависть остальным. Надеюсь Антон своему счастью не верит. Взглянула на него и поймала веселый взгляд.

 — Ты сегодня произведешь фурор,—  лучились смехом его глаза.

 — Главное, чтобы не среди охранников, за право выставить мою задницу за дверь,—  съязвила и пошла прямо по коридору.—  Ну и где тут хваленая столовая?

 Коридор выходил прямиком в огромный зал, окутанный сумраком. Затемненные окна в пол, приглушенный свет, небольшие квадратные столики с видом на центральный парк. На стенах мозаика из зеркал, с окантовкой углов из огромных страз, бросающих множественные блики на помещение.

 — Вау,—  вырвалось у меня.—  Здесь такая атмосфера, что дрожь до костей пробирает. Как в сказке. В романтической сказке.

 — Ничего необычного, — раздался голос Антона со спины.—  Главное, что повар здесь отличный.

 Я стукнула его кулачком в плечо.

 — Как ты можешь так говорить? Это место великолепно!

 — Я и получше видел.

 — А я нет,—  зло зыркнула на мужчину.—  Да я этот момент на всю жизнь запомню, а ты «получше видел»,—  передразнила я.

 — Вот женюсь на тебе и буду каждый вечер по ресторанам водить, раз тебе так понравилось,—  усмехнулся Антон. Ему смешно, а я ведь уже мечтать начала, как войду в зал в красном платье с трехуровневой прической на голове... Сбросила ненужное наваждение и улыбнулась в ответ. А в голове как— то грустно вспомнились строки из известной песни «ах, судьба, моя судьба.. скажи, почему..».

 — Ладно, пошли уже за столик,—  сказал Антон.

 И действительно, стоять посреди зала в таком виде как у меня было нельзя. Я привлекала слишком много ненужного внимания.

 Мы прошли к свободному столику у окна. Мне сразу приглянулись стулья с мягкой спинкой, которые золотой строчкой по краям повторяли рисунок на белых скатертях. На каждом столике мини букет из живых роз и меню в кожаной обложке. Приятно и гармонично.

 — Слушай, а тебе точно за меня не стыдно?—  спросила я, как только мы сели. Да еще как сели—  Антон мне стул выдвинул. Мне, уборщице из супермаркета. Я тут о мужчине грезила, чтобы хоть носки на пятках целые были, а мне стул отодвигают. Я точно сплю, а такие классные сны мне снятся ровно перед тем, как вставать на работу. И будильник прозвенит на самом интересном месте, как обычно...

 — Ни сколько. Стыд—  страх перед мнением общества, а самодостаточных людей не интересует чужое мнение.

 — Какой важный,—  покачала я головой.

 — Мне приходится таким быть. В бизнесе по— другому нельзя. 

 — Значит ты бизнесмен?

 — Да. И на все твои остальные вопросы я отвечу как только мы сделаем заказ.

 Ну хорошо. Открыла меню, и морально рухнула со стула, смотря на сумасшедшие цены.

 — Это что, штрих код напротив названия блюд?

 Антон кинул на меня беглый взгляд и снова в меню.

 — Представим, что так и есть,—  никак не воспринял он мое удивление.

 — Окей, тут штрих код у бутылки газированной воды четырехзначный. Я даже боюсь представить себе, чьи газы внутри.

 — Викуль, это нормальная цена для заведения такого уровня.

 Я отложила меню и вдруг посмотрела на Антона другими глазами. Он не обращает внимания на цены? Настолько богат? Или это показуха? Точно нет, он же идеально вписывается в своей ослепительно белой рубашке с открытым воротом, с дорогущими часами, с плавными движениями и манерами в эту пафосную обстановку. А эта улыбка на миллион долларов. Другой вопрос, что тут делаю я? Это не мой мир, он мне не по карману, а быть халявщицей я не привыкла. Все равно в итоге придется платить по счетам, так или иначе. Стало не по себе.

 — Можно я уйду?—  спросила вполне серьезно.

 Антон глянул на меня не понимающе, будто я глупость какую сморозила.

 — Что за резкая перемена настроения? Что случилось?

 — Я в этом здании случилась. Меня здесь быть не должно. Извини... мне правда лучше уйти.

 Я стала подниматься, но Антон среагировал быстрее, поднялся резко и ко мне шагнул, хватая за локоть.

 — Стой, стой, стой. Куда делась та бравая девушка, которая еще минуту назад сидела со мной за столиком?—  заглянул в глаза он, улыбаясь.

 — Скисла,—  сказала и отвернулась к окну.

 Антон приобнял меня за плечи и мы устремили взгляды на ночную улицу, подсвеченную фонарями. Я уронила голову на стекло, пытаясь всмотреться в парочки, гуляющие у главной елки города. Каким— то унылым все казалось без пушистого снега. И то грязно—  серо— коричневое месиво из снега, что лежало на асфальте, новогоднего настроения не прибавляло.

 — Ты в курсе, что здесь тройной стеклопакет?—  спросил Антон.

 — Ты о чем?—  не поняла я.

 — К тому, что твой приплющенный нос трижды отражается в стекле.

 Я устремила взгляд перед собой и заметила свое отражение, уходящее куда— то за окно. Улыбнулась.

 — Ну и как я тебе?

 — Красавица,—  сказал тихо, и я не поняла, шутил он или нет. Нашла его в отражении стекла и встретилась с ним глазами.

 — А вот так?—  спросила я и съехала лицом вниз, что бы нос вздернулся. Он улыбнулся.

 — И так тоже.

 Мы постояли еще какое— то время у окна, прежде чем Антон повернул ко мне голову и тихо сказал:

 — Поужинаешь со мной, Вика?

 Спросил искренне, действительно переживая за мой ответ.

 — Поужинаю,—  ответила я, немного расслабившись.

 И мы вернулись за наш столик, но в этот раз мой кавалер смотреть меню меня не просил, что— то сказал официанту и скрестив пальцы, посмотрел на меня внимательно.

 — Ну что, расскажешь о себе?

 Я пожала плечами.

 — А что рассказывать. Живу, работаю, сериалы смотрю. Жду, когда стукнет тридцать.

 — Последний пункт особенно порадовал. Сам собой напрашивается вопрос, а что будет после тридцати?

 — Буду ждать когда стукнет сорок?

 — Вот это план на жизнь.

 — Другого нет,—  я зажевала губу.—  А у тебя что за планы?

 — Не загадываю наперед, считаю плохой приметой.

 — Вот как? Значит как у меня спрашивать, так можно, а как самому рассказать—  так нет, я сглазить боюсь.

 — Ну, есть у меня план..—  слишком быстро сдался Антон. — К сорока годам планирую оказаться в верхних списках Форбс.

 — К сорока? А сколько же тебе сейчас? 

 — Тридцать четыре.

 — Да? А выглядишь моложе..дедуля,—  с вызовом сказала я.

 — Эй, тебе вообще скоро тридцать, потом в женщину переименуешься,—  не остался в долгу хохочущий мужчина.

 — Что? Да я навсегда останусь молодой и красивой и даже в пятьдесят буду супер конфеткой.

 — Я люблю конфетки,—  игриво заиграл бровями Антон.

 — Я не твоего полета птичка,—  вздернула подбородок самодовольно.—  Вот как будешь в списке Форбс, тогда и появится у тебя хоть какой— то шанс на меня.

 — А я уже в списках. Разве ты меня не услышала, к сорока я хочу подняться до первой десятки.

 Я недоверчиво сузила глаза.

 — В списках говоришь? А сейчас проверим.

 Довольная собой, я достала из кармана штанов старенький, не раз целовавшийся с асфальтом и от того имевший несколько трещин на экране телефон и включила передачу данных.

 — Ладно, как у тебя фамилия?

 — Вебер.

 Я вздернула брови. Фамилия нерусская. Иностранец что ли? А говорит как свой.

 — Вебер, так Вебер.

 Вбила в поиске три слова «Форбс», « Антон» и «Вебер». Через несколько секунд на экране появились ссылки. Нажала первую попавшуюся и перешла на страницу со ста богатейшими людьми мира. На восемьдесят девятом месте значился Антон Вебер с состоянием двенадцать миллиардов долларов, занимающийся металлургией и розничной торговлей.

 Я прищурилась. А кто сказал, что Антон не назвал фамилию другого человека. Улыбнулась терпеливо ждущему мужчине и набрала новый поиск «Антон Вебер миллиардер». Высветились первые ссылки, а под ними картинки с очаровательно улыбающимся Антоном в профиль. 

 Я сглотнула и улыбка медленно сползла с моих губ.

 Плавно перевела взгляд на Антона, затем вновь на экран телефона. Похож. Нет, это он и есть. Чтобы убедиться точно, открыла все картинки по запросу, и ...зависла. На всех фотографиях был Антон, то в окружении белых воротничков, то на теннисном корте, то на каком— то приеме, то на вершине гор. Снимки со знаменитостями, певцами и актерами, видными политическими деятелями. Да у меня глаза разбегались от всего того многообразия разномастных фотографий, которыми пестрил интернет. Выходит Антон не врал и передо мной сидит человек, который может позволить себе купить весь этот город со мной в придачу.

 Не знаю, что конкретно чувствовала внутри, но ощущение реальности вдруг поменялось. Больше я не видела перед собой того простого парня на хорошей машине, с которым было весело болтать и приятно находиться рядом. Напротив сидел человек с другой планеты, для которого наверняка жизнь человека равнялась чашке кофе. Где он и где я. Если меня переедет поезд, об этом даже в газете не напишут, а у этого человека каждый вздох освещается в СМИ.

 Я усмехнулась про себя, подумав, что вот такое чувство неуверенности у меня возникает в кабинете начальника, потому что тот успешнее, богаче, имеет большую власть. Впрочем, на это все я не претендовала, и знала свое место «при дворе».

 Сразу такая скованность напала, начала хаотично вспоминать, что же я успела наговорить этому важному человеку за сегодня. Блин, и как он терпел меня все это время.

 Схватилась за лоб, поставив локоть на стол, потом передумала, положила руки перед собой. Вспомнила, что у меня ногти то коротко обрезаны, да и не ухожены вовсе и убрала их совсем под стол.

 — Извините, Антон,—  прочистила горло,—  Николаевич. Я похоже от незнания много лишнего наговорила.

 Подняла глаза и встретила настолько прожигающий взгляд, что внутри резко похолодело.

 — Вик, ты серьезно?—  спросил мужчина не шутя.

 — А вы как думаете?—  сглотнула.—  Я же понимаю, что всего лишь пыль под ногами таких людей, как вы.

 По лицу мужчины заходили желваки. Он сжал губы в тонкую линию, отвернулся на секунду к окну, а когда вновь повернулся, на его лице появилась досада.

 — Я думал, хоть ты не будешь относиться ко мне предвзято... Ошибся.

 Я его разочаровала, видела это по потускневшим, опущенным глазам. А что я могла сделать? Продолжать вечер как ни в чем не бывало? Сижу тут, что— то из себя строю. Я не такая, я могу шутить и веселиться с равным себе мужчиной, простым и понятным, с тем, кто будет рад моему обществу, кто подумает, как ему повезло, ведь Вика такая одна на весь Воронеж. А Антон никогда так не подумает. У него наверняка была тысяча красавиц в постели и не по одной за раз. Что он от меня— то хотел? Устал от крашеных девиц? Надоели накладные ногти и приклеенные ресницы? Нет уж. Кто привык к благам цивилизации, уезжая в деревню, уже на другой день начинает ныть. Вот и Антона бы хватило на день. А потом снова захотелось бы красных губ и кружевного белья на идеальной загорелой коже.

 А я бедная, убогая, нищая девушка и ничего кроме жалости и отвращения вызвать не могу. Тем более сейчас, находясь в этом позолоченном ресторане, среди этих зазнаек.

 — Извините.

 Я встала и не раздумывая направилась к выходу, не позволяя ни одной слезинке вырваться из глаз. Бедная, но гордая и это право у меня никто не отнимет.

  На этот раз Антон даже не дернулся, чтобы меня остановить. Оно и понятно, так поступил бы обычный парень, пригласивший девушку на свидание, а не тот, кто уже через пару минут найдет замену. С его деньгами и внешностью это не трудно.