Глава 21

Марина

— Снимай свое прелестное платье, — ухмыляется Богдан, а сам уже снимает брюки.

Бежать бесполезно. Я в ловушке. Дёрнусь – всё равно догонит. Нервно посмеиваюсь, осматривая обнажённое мужское тело.

Хорош, зараза...

Мои глаза, снова не спросив меня, смотрят в район его уже возбуждённого члена.

Ну вот что за мужчина?

У него даже член не маленький – не над чем пошутить, чтобы остудить его пыл.

Я паникую, да.

Паникую, словно девственница. Да потому что так и есть. Когда это было? И у Серёги достоинство было меньше.

— А поговорить? — ляпаю я.

— Так наговорились уже, Монро, — усмехается Богдан. Он отворачивается к комоду. А я пользуюсь моментом и вскакиваю с кровати.

Вот зачем я столько выпила вина?

Смыться по-быстрому не получается. Богдан резко разворачивается и под мой очередной визг хватает меня и кидает назад на кровать. А следом за мной коробочку с презервативами.

— Я смотрю, тебе вообще не жалко платье, — произносит возбуждённым хриплым голосом.

— Почему это? — улыбаюсь, как дура, облизывая губы, когда смотрю, как Богдан снимает боксёры.

Ой, мамочки. Захлопываю глаза. Какой большой мальчик. С утра на ощупь я не успела его оценить.

— Потому что, если не снимешь сама, я его порву, — угрожающе рычит.

И вот, несмотря на то, что я как бы сопротивляюсь и пытаюсь избежать секса, по моему телу идёт горячая, обжигающая волна возбуждения.

Да к чёрту всё!

Я же хочу. Очень хочу. Низ живота сводит от возбуждения.

Если что, завтра скажу, что была пьяна и Богдан Гад Борисович мной воспользовался.

Открываю глаза и смотрю на Богдана с вызовом! Сажусь на колени и под его горящим взглядом решительно снимаю с себя платье. Бюстгальтера на мне нет, как и колготок.

Хватаюсь за резинку трусиков, закусывая губы, потому что его реакция на мое тело такая, что спирает дыхание.

Мои мозги со мной прощаются. Я забываю о своем плане, о том, что пьяна… Обо всем на свете.

— Не трогай трусики, — низко произносит Богдан, качая головой, и становится коленями на кровать. Замираю. Он совсем рядом, мы лицом к лицу. Медленно моргаю, начиная плыть под его взглядом. Горячее дыхание обжигает лицо, сглатываю.

— Выключи свет, — шепотом прошу его я.

— Нет. Я хочу смотреть на тебя. Меня заводит твое тело и твоя реакция. Ты прекрасна. Нельзя это прятать, — хрипит он мне и слегка толкает, вынуждая упасть на подушки.

Всхлипываю, стискивая покрывало руками, когда Богдан наклоняется, ведет носом по моему животу и цепляет зубами мои трусики.

Ой, мамочки. Он снимает с меня белье зубами.

Его щетина приятно колет кожу, которая остро реагирует на каждое прикосновение.

Всё. Я полностью обнажена.

— Согни ноги в коленях и разведи, — просит грубый мужской голос. Я ничего не соображаю. Тело ватное и горит. Но мне и не нужно ничего делать. Богдан сам помогает мне развести ноги.

— Ах, — срывается с моих губ, когда он целует меня прямо туда. Черт. Зачем я отказывалась? Это так… — А-а-а-а-а, — выгибаюсь, закатывая глаза, когда его губы всасывают мой клитор. Это так чувствительно. — Боже! — выкрикиваю, когда этот умелый язык начинает выписывать круги, а наглые пальцы врываются в меня.

— Бог здесь ни при чём, детка, — усмехается и прикусывает мой клитор. И это тоже так чувствительно, что я почти кончаю.

— Нет! — распахиваю глаза, когда Богдан оставляет центр моего удовольствия и нависает надо мной. Я хочу еще. Да, мне много уже и не надо. Ещё чуть-чуть, и я снова буду в раю.

— Ммм, какая жадная девочка, — целует мои губы, передавая мне вкус моего возбуждения. Спускается ниже, уже агрессивно всасывает кожу на моей груди, кусает соски.

Его твердый член упирается в мои складки. И давит. Богдан подхватывает мои ноги, разводит шире и снова давит членом. Немного больно.

— Остановись! Я… Я… — теряю мысль, потому что его язык уже ласково вырисовывает узоры на моих сосках.

— Только не говори, что ты девственница, — усмехается Богдан.

— Нет, я хочу сверху, — хватаю воздух, потому что головка его члена уже во мне.

— Нет, я веду в этой игре, детка, — возвращается к моим губам, целует и…

Рывок.

Мой вскрик.

Расцарапываю мужские плечи.

И он во мне. Очень глубоко. Хватаю воздух.

— Больно? — хрипит Богдан.

— Ну ты большой, да… — хнычу.

— Тихо, расслабься и отключи голову.

Так я уже без мозгов и памяти. Несмотря на то, что он невероятно растягивает меня изнутри, я хочу еще.

Богдан поднимает мои ноги высоко, на уровень своей головы, и целует мою щиколотку.

— Оближи свои пальчики, — просит он, начиная медленно двигаться. Мне кажется, я чувствую каждый миллиметр его члена.

— Зачем?

— Без вопросов, — вколачивается в меня сильнее, заставляя стонать громче. — Быстро! — командует.

Облизываю пальцы, увлекаюсь на волнах экстаза, всасываю их.

— Ммм, какая хулиганка, — сбивается его дыхание, поскольку он увеличивает темп. — А теперь опусти пальчики на клитор и ласкай себя одновременно со мной.

Мотаю головой, закатывая глаза.

— Марина! — рычит на меня, входя так глубоко, что я содрогаюсь.

Накрываю своими пальцами клитор, начиная его растирать.

— Ааа, — опять стону, запрокидывая голову. Это еще чувствительнее. Когда ласкаю себя в темпе с его членом внутри. Двойное невыносимое, но такое сладкое удовольствие.

— Да, вот так, детка, не останавливайся, — хрипит Богдан. — Быстрее!

И я уже, как кукла, слушаюсь его беспрекословно. Потому что да, хочу быстрее. Его толчки становятся грубыми и быстрыми.

Вспышка, мои пальцы тоже ускоряют ритм и…

— Да! — выкрикиваю, кончая, убирая пальцы, ибо это невыносимо чувствительно. Мне кажется, я на мгновение теряю сознание. Это было… было… очень…

Чувствую, как Богдан из меня выходит, и только сейчас мой мозг решил включиться и подкинуть мне мысль, что Богдан так и надел презерватив.

Распахиваю глаза, опуская дрожащие ноги.

— Ты что, кончил в меня?

Ааа! Я же не предохраняюсь, и день сегодня такой, когда могу запросто залететь.

— Тихо! — хрипло усмехается он. — Я не кончил. Мы только начали.

И пока я вытекшими мозгами соображаю, что к чему, он ловко рвет упаковку и раскатывает по члену презерватив.

— Переворачивайся на живот, сладкая моя, и вставай на колени, голову на подушку.

— Как только начали? Я больше не могу, — снова паникую, ибо меня до сих пор трясёт от еще не отпустившего оргазма.

— Сможешь, куда ты денешься, — усмехается, сам переворачивает меня на живот и тянет бедра на себя.

Это марафон?

О боже….

Снова теряю мысль, ибо Богдан уже рывком входит в меня, а рукой вжимает мою голову в подушку, вынуждая прогнуться сильнее.

И все повторяется. Теперь он не просто двигается. Он реально меня трахает, стискивая мои бедра, на которых, похоже, останутся синяки. А я даже возмутиться не могу, язык не слушается. Я могу только стонать, закусывая края подушки.

Сначала мне просто дико нравится, что он творит. Нравится, что я привыкла к его размеру, что он приятно меня растягивает. Как он хрипло дышит, как целует и покусывает мою спину и плечи, как шепчет о том, какая я охренительная и сладкая девочка. А потом меня накрывает новой предоргазменной волной, и я уже сама поднимаю попку выше и двигаюсь с ним в такт, ибо хочу глубже и быстрее. Даже не подозревала, что так бывает, что способна кончить второй раз почти сразу после первого.

— Да! Да! — судорожно выдыхаю от волны мурашек и жара по телу.

Богдан такой сильный, такой умелый, такой грубый и ласковый одновременно. Он такой мужчина… Настоящий, порывистый, мощный. И мне, черт его возьми, всё это нравится. До такой степени, что я кусаю подушку, мычу в нее, снова кончаю, содрогаясь. Я разлетаюсь на осколки, взрываясь от яркого оргазма. Чувствую, как Богдан тоже срывается, буквально через несколько секунд после меня. Он прижимает меня к матрасу и с хриплым стоном прикусывает кожу на моем плече. Самец. Хищник. Настоящий.

Ой, Монро, ты точно подвлюбилась. Так быстро…

Всхлипываю, когда Богдан уже аккуратно выходит из меня, снимает презерватив и падает на спину рядом со мной, пытаясь отдышаться.

А мне хочется, как удовлетворенной кошке, ластиться к нему. И я ложусь на грудь Богдана, выводя узоры на его плечах.

— Ты как? — спрашивает он, зарываясь в мои волосы, перебирая их.

— Не знаю, мне кажется, я завтра ходить не смогу, — усмехаюсь, пряча лицо на его груди.

— Приму за комплимент, — целует меня в волосы. Глубоко вздыхаю. Как же пахнет от Богдана. Мужчиной. Настоящим мужчиной.

Лежим молча несколько минут, приходя в себя.

И тут меня, как настоящую женщину, тянет поговорить после секса. И тему я тоже выбираю неподходящую.

Ну а когда я принимала правильные решения?

— А по какой причине ты развёлся с женой? — выдаю ему.

Богдан застывает.

Что, больной вопрос?

— Моя супруга – последняя, о ком я хочу сейчас говорить, — недовольно выдаёт он, но продолжает ласково перебирать мои волосы.

— Ну, знаешь ли, женщины так устроены, что после секса хотят знать всё о мужчине, особенно про бывших, — игриво ударяю ладонью по его груди.

— Я тоже после секса хотел бы знать, какого хрена твой бывший таскается к тебе под видом друга?

— Ой, всё! Поняла. Так бы и сказал, что это неуместная тема.

— Я так и сказал, — смеётся. — Пойдём в душ?

— Ооо, иди без меня. Я ног не соберу.

— Я тебя отнесу.

— Да, носи меня на руках, — смеюсь я.