Глава 5 — Гопник

Волонтерский центр у нас в самом центре города, но в подвальном помещении. Выбили у мэра муниципальную аренду.

Рядом общежитие спортивной школы.

Пикая, фургон с гуманитаркой сдает назад, подъезжая ближе к крыльцу.

Мужиков в центре у нас две калеки, в основном женский батальон.

Свистнув, окликаю толпу пацанов из Спарты, стоящих на крыльце.

— Парни, помогите перетаскать тюки.

Скидывая рюкзаки впрягаются в разгрузку. Я забираю самые тяжёлые, оставляя им те, что полегче.

— Спасибо! — жму руки после разгрузки.

Спускаюсь вниз. Падаю в старенькое перекошенное компьютерное кресло. Покручиваюсь, отдыхая, пока женщины сортируют мешки. Закрываю глаза.

— Свет… — заигрывающим голосом.

Маша, кажется… Недавно здесь.

— М?

— У тебя женщина есть?

— С какой целью интересуешься?

— Ну интересно…

— Ты не в его вкусе, — заходит Зоя.

Она здесь главная. Центр этот открыла именно она. Мы знаем друг друга ещё с интерната.

— Привет, Заяц, — не открывая глаз, тяну кулак.

Стукает своим об мой.

— Привет.

Заяц — девочка брутальная, пробивная. В комбезе милитари, берцах, с косами. Ни грамма косметики. "С ноги" входит не хуже меня.

Но в отличие от меня умеет договариваться с вышестоящими инстанциями.

— Как новенькая?

— Нормальная… — растягиваются мои губы в улыбке. — Нет, ну тоже ебанутая немного.

Кручу в воздухе пальцами.

— Так здесь других не бывает…

Киваю.

— По детям нареканий нет, все сделала что надо.

— А чё ты так загадочно улыбаешься? — подъебывает меня, пиная по ботинку своим.

— Я? Не… Дай сигарету?

Открывает наверху окно возле меня. Угощает сигаретами.

Выдыхаю кольцами дым, вспоминая как моя шизотеричка открыла дверь.

Прыскаю смехом, поджимая губы.

Красивая девочка…

— Тихомиров! Не кури здесь! — ругается пожилая ВалентинВанна, беспардонно отбирая у меня сигарету. — Фу, надымил.

— Я ж в окно.

— И холод запустил! — ворчливо кутается в шаль, закрывая окно. — Дать бы тебе по жопе.

Она тут всех строит, на правах самой старшей.

Тихо ржём с Зайцем.

— Брата твоего вчера видела. С тёлкой новой, — садится напротив.

— Вот, урод, — морщусь.

Настроение портится.

— Не уговорил его на вазектомию?

— Не-а. За яйца свои трясется.

— Слушай, а как ты узнал, что у вас "Ундина"?

“Синдром проклятия Ундины”, да…

— Мы только вдвоем с ним выжили. А мать родила семерых. Остальные задохнулись в первые сутки. Мутация гена и "нарушение вегетативного контроля дыхания во время сна." Врачи раньше в душе не чаяли, что за херня. Засыпает и не дышит. Внезапная младенческая смерть во сне и все. Это потом уже выяснилось, когда у брата ребенок родился. Его раз семь реанимировали. Все равно умер.

— А Вы теперь носители гена?

— Да.

— И вероятность рождения больного ребенка?

— Семьдесят пять процентов.

— Жесть…

— Давай не будем о грустном. А то я ему опять табло разобью и на пятнадцать суток отчалю.

— Хочешь с девочкой тебя познакомлю хорошей. У нее сыну год.

— Отец у сына есть?

— Есть.

— Тогда, не хочу. Хочу чтобы мой был сын. Усыновить.

Зоя уходит на другой край зала, разбираться с тюками.

— Здравствуйте! — заходит Света.

Растерянно оглядывается.

— Я Светлана Чалкина. Светлячок.

— Здравствуй, Свет. Проходи, — идёт ей навстречу Заяц. — Я — Зоя Васильевна. Можно просто Зоя.

— Ой! А я вас совсем по-другому представляла, — ахает с улыбкой Света.

Смеются… Тихо разговаривают о чем-то. Она стоит ко мне вполоборота спиной и не замечает.

Волосы собраны на затылке в шишку и заколоты одной спицей на японский манер.

Сегодня — в спортивном костюме и курточке.

Сам не замечаю, как встаю и…

Возвращаю балаклаву на лицо.

Подхожу сзади к ней. Пока она болтает, медленно и аккуратно тяну из ее волос шпильку.

Разжимаю пальцы, позволяя ей упасть. И делая шаг назад, смотрю как рассыпается по плечам роскошная копна ярко-рыжих волос.

Ох…

— Ой! — хватается за голову.

Разворачивается, растерянно глядя мне в глаза.

Подмигнув ей, иду на выход.

— Нет, ты посмотри, блядь, гопник какой! — беззлобно шмякает мне ВалентинВанна по заднице зажатыми в руке вещами, которые перебирала. — За косички ещё подёргай! — отчитывает меня.

Я могу…

Увернувшись от очередного шлепка, сваливаю.

Пусть работают…