Глава 8

– Мама! – выскакивает Славка прямо в мои объятия.

– Привет! Ты себя хорошо вёл? – глажу своего белокурого мальчугана по голове. – Вы с Люсей не шкодили?

– Неа, вчера играли на площадке, а потом мультики смотрели. А ещё рисовали. Вот. – Сын протягивает лист бумаги. Видимо, это должен был быть автомобиль.

– Красота! – хвалю творчество своего начинающего художника. – Рит, я так тебе благодарна.

– Ничего, – машет рукой, – мне даже проще. Они с Люсей играми заняты, рисованием, собиранием конструктора. А я своими делами занимаюсь. К тому же ты меня тоже выручаешь. – Ритка кивает, намекая, что сегодня я обещала наших детей свозить в торговый центр в детскую комнату.

– Помню про обещание. Я переодеваться и через час зайду за Люсей. – Ритка согласно кивает. Сегодня её очередь отдыхать.

Я бы вот тоже от отдыха не отказалась, ноги еле двигаются, но если отменю наше развлечение, Славка не простит.

– Я тебе торт привезла, – выуживаю контейнер со сладостями, так заботливо приготовленный Ольгой Андреевной.

Уже через минуту сын запихивает в рот большущий кусок торта, даже глаза прикрывает от удовольствия. Сладкоежка!

– Вот, смотри, – открываю фото, – какая тётя Алиса красивая была на своей свадьбе.

– Вау, – выдыхает Славка, – она как пирожное! – Маленькие ручки обводят в воздухе большой, по его мнению, круг. – А это муж тёти Алисы?

– Да. Его Марк зовут.

– Он серьёзный. А он добрый? – шепчет, будто нас сейчас сам Марк Артов слышит.

– Добрый. Голос у него просто громкий и немножко страшный, но он очень добрый. Вот тётя Алиса вернётся из свадебного путешествия, и мы обязательно с ним познакомимся.

– Поедем к ней в гости? – загораются серебристые глазки.

– Да. Только не к ней домой, а к Марку, она теперь у него живёт.

– Я согласен! Быстрей бы уже… – вздыхает.

И я знаю почему. Славке катастрофически не хватает мужского внимания. Папы, который бы разговаривал, играл и чему-нибудь учил сына. Он тянется к мужчинам: к Яру, мужу Нади, и даже к Костику, когда приезжаем к Ленке в гости. Я всё понимаю, но, увы, сделать ничего не могу.

Через час забираем Люсю и едем в торговый центр с самой большой игровой комнатой. Здесь и батуты, и городок-лабиринт, и огромный бассейн с разноцветными шариками. Дети сломя голову врываются к развлечениям, а я оседаю на диванчик, наконец-то получив долгожданный отдых.

– Вика! – Среди множества людей не могу понять, кто меня окликает. Наконец, нахожу глазами Надьку, которая машет мне.

– И вы здесь? – Мальчишки подруги проносятся мимо меня вихрем, уже готовые к развлечениям. – Славка внутри! – кричу им в спину. Но меня уже никто не слышит.

– Привет, вы как здесь?

– Одним из условий нашего спокойного отдыха на свадьбе был строгий уговор: с родителей субботний выгул! – ржёт подруга. – Куда деваться, – разводит руками, – обещали же…

– Вот и я обещала.

Присаживаемся на диванчик, издалека наблюдая за детьми, которые весело резвятся.

– А где Яр?

– А то не знаешь, – подруга цокает, – в магазине «Всё для рыбалки».

Помешан Ярослав на рыбалке, но Надька покорно соглашается на все «нужные» покупки мужа, потому что взамен она свободно может пойти с нами куда угодно. Так сказать, взаимовыгодный обмен.

– Кстати, тебе уже сказали, что новый отдел открывается?

– Да. Сегодня, Марк уже оповестил. Будем набирать сотрудников, все вопросы к Павлу, пока они с Алиской не вернутся.

– Вик… вы вроде с Павлом достаточно общались на свадьбе… ничего не проскочило между вами?

– Ты о чём? – мысленно перебираю все случаи нашего общения прилюдно – никаких намёков, что между нами что-то было.

– Ты свободна, он теперь тоже… мы с девочками подумали, что вы неплохая пара… – Надя осекается, видимо, сейчас выражение моего лица напоминает один большой вопрос.

– А мы – это кто?

– Я, Ленка и Алиса. Вы очень хорошо смотритесь вместе, ты в его вкусе. Почему нет?

– Я птица не его полёта, вот почему. И мы все это прекрасно понимаем. Социальный статус никто не отменял.

– Алиса всем нам доказала, что это не имеет особого значения. Главное – чувства!

– Это ты сейчас о бесчувственном Павле говоришь? Надя, в его постели женщины меняются чаще, чем я зубы чищу. – И я действительно так думаю. Он расстался с Полиной неделю назад, но это не помешало ему провести ночь со мной.

– Но ведь построил же он отношения с этой Полиной, значит, главное, чтобы женщина его зацепила, понимаешь? Так сказать, поймала на крючок. – Подруга щёлкает пальчиками.

– Это ты от Яра названий нахваталась? – смеюсь, представляя, как Павел Артов висит на таком огромном крючке в моих руках. – Надя, такой, как Артов, пока сам не пожелает, никто его поймать не сможет. Слишком искушён чрезмерным женским вниманием, не испытывает потребности в длительных отношениях, с лёгкостью заменяя в своей постели одну модель другой. Я даже не знаю, что такого должна сделать женщина и какими качествами обладать, чтобы он с ней задержался, а тем более женился. Скорее, мир рухнет в чёрную бездну, чем Павел Алексеевич Артов свяжет себя узами брака.

Выдаю длинную тираду и, кажется, не дышу. Произношу каждое слово почти с надрывом, понимаю, что только что озвучила всю правду, как она есть, без прикрас и мечтательных фантазий. Так и есть, всё до последнего слова.

И как бы девочки ни предполагали, никогда Павел не остановится на мне, несмотря на жгучую близость между нами. Единичный случай, который был выгоден нам обоим.

После нашей ночи я лишь на секунду позволила себе представить – а что, если бы?.. Но тут же запихнула все свои розовые фантазии в картонную коробочку и глубоко закопала, присыпав обильно земелькой. «Если бы» – это не про нас, не к нам, не с нами. Такого просто быть не может.

Исключение из правил, которое по сути своей невозможно.

– А вообще ты не права, Вик, – продолжает гнуть свою линию Надька. – Мне кажется, что в нём что-то изменилось. Ты видела его эту неделю?

– Нет. Я на шестнадцатом этаже работаю, а вы с ним на восьмом, – сейчас радуюсь, что мы достаточно далеко друг от друга, а между нами бетонные перекрытия и целых восемь этажей.

– Я его таким серьёзным никогда не видела. Обычно заходит в бухгалтерию, шуточки отпускает, комплиментами нас одаривает так, что каждая растекается, как мороженко под июльским солнышком. А тут ничего. Вот совсем. Зашёл, документы забрал и всё, или того хуже: вызвал с отчётами к себе в кабинет. Даже никого не принимал, мы решили, что он желает походить на нелюдимого Марка, берёт, так сказать, пример с брата.

– Ах, ну да, это совершенная трагедия! – возношу руки к небу. – Павел Алексеевич жестоко лишил вас своей белоснежной улыбки во все тридцать два и пошленьких шуточек. Надеюсь, никто из окна не выбросился в расстроенных чувствах? Все живы? – ржу во весь голос так, что на меня оборачиваются другие мамаши.

– Ну хватит, Вик, – умоляет подруга. – Я серьёзно. У него даже взгляд глубже стал, тоскливее, как у котёнка, которого выбросили на улицу… Такой жалобный-жалобный. – В этот момент Надька закатывает глазки и смешно морщит носик.

А я фантазирую, как этого большого голубоглазого котяру за шкирку вышвыривают на улицу. И даже взгляд жалобный представила, вот только он через пару секунду сменился воспоминанием его голодных от похоти глаз, влажного тела и твёрдых губ, скользящих по моей коже.

Внизу живота приятно ноет от воспоминаний, а тянущая боль в ногах напоминает, где были эти ножки сегодня ночью.

Так, Вика, стоп! Нельзя. Не смей думать о Павле. Было и было. Мы договорились, обсудили все условия, а значит, ты, как примерный партнёр, должна их соблюдать. Не думать, не вспоминать, и не надеяться на то, чего в природе быть не может.

– Ничего страшно не случилось. Поверь, Павел надолго один не останется. Его тоску быстро излечит очередная модель или просто юная красавица для утех в постели. Это ведь Артов – он вообще не умеет страдать. Да и зачем? Просто одну женщину можно заменить на другую. Всё, – отрезаю, закрывая тему Павла.

Достаточно, и так уделили ему много времени. Не стоит он того. Моего внимания не стоит.

Я его в своё сердце не пущу. Знаю, если только оставить маленькую щёлочку, он проникнет, по-хозяйски поселится в мыслях, подчинив меня себе. Больше я себе такого не позволю. Слишком дорогое удовольствие зализывать раны, собирая себя по кусочкам.

У меня есть Славка, не хочу, чтобы сын видел заплаканную маму в соплях, хлюпающую носом с потухшими глазами. Поэтому лучше мне держаться на приличном расстоянии от Павла.

Сегодня он дал понять, что шуточки с намёком на нашу горячую ночь вполне возможны. Пока не знаю, как поведёт себя в офисе, но я всегда настороже. В Павла может прилететь что-то совсем неприличное с моей стороны, но это только в том случае, если грязные намёки продолжатся.

Всё-таки он тоже соглашался на договорённости между нами, и было бы нечестно их не соблюдать.

Ленка: Девочки, свадьба через три недели, всем быть наготове!

Переглядываемся с Надькой, прочитав сообщение в общем чате. Визжим от радости, вот и Ленка станет Вороновой, заполучив Костика в законные мужья.

Я: Мы за любой кипишь, лишь бы не били))) Шучу! Мы с тобой, ко всему готовы. Где будем?

Ленка: Большой ресторан в центре. Скромнее, конечно, чем у Алиски, но всё на высшем уровне!

Надя: А там отель рядом есть?

Смотрю на подругу рядом и не понимаю её вопроса. Зачем? Мы вообще-то в городе будем, ехать далеко не придётся. Надька лишь закатывает глаза, даёт понять, что знает, о чём спрашивает сейчас.

Ленка: Есть…

Надя: Отлично! Мы с Яром снимем номер. Отдохнём вдвоём. Без детей.

Смеюсь, потому что до меня наконец доходит хитрый план подруги. Вчера они посвятили время друг другу, и видимо, очень понравилось. Вот только у меня такого же повторения не будет…

Ленка: Нужно обсудить некоторые моменты. Когда соберёмся?

Алиса: Эй, меня подождите! Так нечестно! Я тоже хочу принять участие. Я с Марком буду.

Я: Это понятно… Куда ты теперь без мужа-то)))

Алиса: Вик, а ты одна будешь?..

Я: Не поняла…

Перевожу взгляд на Надю, сидящую рядом. Подруга лишь виновато опускает глаза, рассматривая собственные кроссовочки. Значит, не простой был разговор о нас с Павлом. Всё придумали, спланировали, обсудили за моей спиной…

Я: Одна. Точка. Не смейте заниматься сводничеством. Мне это не нужно. Отношения не нужны. А Павлу Артову тем более.

Ленка: Мы подумали, что было бы неплохо, если бы вы присмотрелись друг к другу. И только.

Я: Девочки, последний раз прошу – закончили. Больше никаких намёков и обсуждений за моей спиной. Знаете, я этого не люблю.

Алиса: Ладно.

Ленка: Ладно.

– Ладно, подтверждает рядом Надька. – Мы же как лучше хотели…

– Хотели, как лучше, а получилось, как вышло потом. Мне и одной отлично.

Внутри неприятно скребут противные кошки, так явно напоминающие об одиночестве. Но каждый сам для себя решает, что это – одиночество или уединение. Убеждала себя во втором, повторяя изо дня в день, что я счастливая одинокая женщина, вполне способная самостоятельно справится со всеми тяготами жизни.

Мне, как и всем, хотелось надёжного мужского плеча, но я быстро поняла, что своё плечо надёжнее, даже два, а мужчины день за днём мельчают, скорее, опираясь на подставленное плечо женщины.

Даже если на секунду предположить наши отношения с Павлом (что-то из серии сверхъестественного), он просто неспособен взять на себя ответственность за кого-то ещё. У меня есть Славка и всегда будет. А Павел просто неспособен принять чужого ребёнка и, как мне кажется, ребёнка вообще.

Снова меня занесло по течению бурных фантазий. Пора окончательно абстрагироваться от Павла и принять уже тот факт, что мы с завтрашнего дня просто босс и подчинённая. Всё. Проехали.