Глава 49

Обратная дорога началась ранним утром после трогательного прощания с Делией и Дареном. Неделя в Ранье пролетела как один день, наполненный покоем, дружескими беседами и той особой атмосферой понимания, которая так редко встречается между людьми. Делия обняла меня на прощание крепче обычного.

— Не забывай то, о чем мы говорили, — прошептала она мне на ухо. — Иногда стоит рискнуть ради счастья.

Я кивнула, не доверяя своему голосу. Ее слова о том, что нужно дать шанс чувствам, не давали мне покоя всю неделю. Особенно когда я ловила взгляд Ригана, внимательный и осторожный одновременно. Однако не все так просто, и довериться чувствам порой было слишком безрассудно.

Но вот автомобиль тронулся с места, и мы покатили по утренней дороге. Первые несколько миль прошли в молчании — каждый был погружен в свои мысли. Я смотрела на проплывающие за окном пейзажи Ранье, стараясь запомнить каждую деталь.

— Жаль расставаться, — наконец нарушил молчание Риган.

— Да, там хорошо, — согласилась я. — Спокойно. Можно просто быть собой.

— А дома нельзя? — он бросил на меня быстрый взгляд.

— Дома сейчас сложно, — я помолчала, подбирая слова. — Слишком много ролей приходится играть.

— Понимаю, — кивнул он. — У каждого есть маски, которые приходится носить.

— У вас тоже?

— Конечно. Особенно на службе.

— Вы служили долго? — поинтересовалась я.

— Достаточно, чтобы привыкнуть к дисциплине. И чтобы отвыкнуть от нее, — он усмехнулся. — Но навыки остаются на всю жизнь.

— Заметно. По тому, как вы держитесь, как оцениваете обстановку.

— Иногда это полезно, иногда мешает, — пожал плечами Риган.

Мы проехали мимо небольшой деревушки, где дети играли во дворе, а женщины развешивали белье. Обычная, мирная жизнь.

— Хотели бы такую жизнь? — спросила я, указывая на деревню.

— Простую? — он задумался. — Иногда. Но жизнь редко дает выбор.

— Дает. Просто мы боимся его сделать.

Он посмотрел на меня с интересом:

— Говорите по опыту?

— Отчасти, — уклончиво ответила я.

К полудню мы остановились у придорожного трактира. Риган заправил автомобиль, а я размяла ноги, прогулявшись по небольшому садику при заведении. Воздух был свежим, пахло травами и цветами.

— Еще несколько часов дороги, — сообщил Риган, вернувшись к машине. — Если не будет задержек.

— А что может задержать? — спросила я, садясь обратно.

— Дожди. Поломка. Всякое бывает на дорогах.

Как в воду глядел. Пейзаж за окнами постепенно менялся от холмистых равнин Ранье к более знакомым лесистым просторам, ведущим к нашему поместью. Солнце начинало клониться к закату, когда автомобиль вдруг издал странный металлический звук и начал терять скорость.

— Что случилось? — спросила я, хотя по напряженному выражению лица Ригана уже понимала, что ничего хорошего.

Он попытался завести двигатель несколько раз, но автомобиль лишь издавал жалобные звуки, отказываясь оживать.

— Боюсь, у нас проблемы, — сказал Риган, выходя из машины. — Нужно осмотреть.

Я последовала за ним. Мы находились на пустынной дороге, окруженной густым лесом. До ближайшего селения было не менее пяти миль, а солнце уже касалось верхушек деревьев.

— Можете починить?

Риган открыл капот, некоторое время нахмурившись смотрел и наконец задумчиво проговорил:

— Думаю, да, но не в темноте. Слишком сложная работа.

Я огляделась вокруг, чувствуя, как нарастает тревога. Провести ночь в лесу? Но что еще нам оставалось?

— Значит, остаемся здесь до утра? — спросила я, стараясь не показать беспокойство.

— Боюсь, что так, — кивнул он. — Но не волнуйтесь, мадам. Я позабочусь о том, чтобы вам было комфортно.

К моему удивлению, Риган открыл багажник и достал оттуда несколько теплых шерстяных одеял, небольшую корзину с едой и даже котелок.

— Вы что, планировали ночевку в пути? — изумилась я, подозрительно прищурившись.

— Привычка, — коротко ответил он, но я заметила легкую улыбку в уголках его рта. — В моей прежней жизни приходилось быть готовым ко всему.

— Какой прежней жизни? — спросила я, но он уже направился к опушке леса.

— Здесь есть ручей, — сказал он, не отвечая на мой вопрос. — Удобное место для стоянки.

Действительно, в нескольких десятках шагов от дороги среди берез журчал чистый ручеек. Место было защищено от ветра и достаточно открыто, чтобы не опасаться диких зверей.

Я наблюдала, как Риган с удивительной сноровкой обустраивает наш временный лагерь. Он собрал хворост, разжег костер, принес воды из ручья.

— Садитесь поближе к огню, — предложил он, расстелив одно из одеял на мягкой траве. — Сейчас приготовлю что-нибудь горячее.

Я устроилась у костра и смотрела, как он колдует над котелком. Вскоре воздух наполнился ароматом чая с травами и поджаривающегося на костре мяса.

— И все же, с чего такая предусмотрительность? — настояла я, принимая из его рук кружку с горячим чаем.

— Привычка, — повторил он, садясь рядом, но на почтительном расстоянии. — Там, где я вырос, нужно было всегда быть готовым к неожиданностям.

— Похвально, но я вам не верю.

— Кхм… и неудивительно, — смущенно кашлянул Риган и, чуть помедлив, заговорил, — всего в миле от вашего поместья состоится важная встреча. Вам ничего не угрожает, но лучше, чтобы о вас этот человек не знал. Это может быть опасно.

— Опасно то, что его высочество, которого все считают умершим, находится в моем доме, — насмешливо произнесла, делая глоток невероятно вкусного чая. — Риган, может, достаточно тайн? Кто вы? Кто вы принцу, ведь явно не слуга, не соратник? То, как вы общаетесь, говорит о многом.

— Некоторые…

— О, только не повторяйте эти глупости о том, что незнание безопасней, — прервала я мужчину. — Когда его высочество заявился в мой дом без приглашения, когда вы обманом проникли в мой дом, вы уже подвергли меня и моих людей опасности.

— Вы правы, и я был против того, чтобы Алек разместился в вашем доме, — спустя, казалось бы, бесконечную минуту заговорил Риган и, криво усмехнувшись, добавил, — но его высочество бывает упрям, и если отбросить хм… личное, то он не ошибся, ваше поместье идеально для дела.

— Не буду говорить, что я этому рада, — язвительным тоном произнесла я, откидываясь спиной на ствол дерева.

— Понимаю.

— Но вы так и не ответили, кто вы принцу?

— Мы вместе выросли. И оба являемся угрозой для наследников.

— И вы решили вернуть то, что принадлежит вам? Вернуть свое имя и что там еще полагается вам по праву? — не скрывая иронии, произнесла я, внимательно наблюдая за мужчиной.

— Скажем, нас вынудили, — не сразу ответил Риган, почему-то довольно улыбаясь, — а знаете, я должен сказать, что восхищаюсь вами.

— В каком смысле? — удивилась я неожиданной смене темы нашей беседы.

— Не каждая дама смогла бы так стойко перенести подобную неприятность. Большинство впали бы в панику или истерику. А вы… — он посмотрел на меня с теплотой. — Вы принимаете все как есть, не жалуетесь, не обвиняете. Хотя, — он усмехнулся, — я давно понял, что вы особенная.

— Я была вынуждена, — с улыбкой ответила я, невольно вздрогнув от ночной прохлады и передернув плечами.

Риган тотчас встал и накрыл меня одеялом, но оно тут же начало сползать с моих плеч.

— Позвольте, — начал было он, протягивая руку, чтобы поправить сползающее одеяло. Его пальцы на мгновение коснулись моей кожи, и по всему телу пробежали мурашки. Мы замерли, глядя друг другу в глаза. В свете костра его лицо казалось особенно красивым, а взгляд — таким нежным и в то же время полным сдерживаемого желания.

— Адель, простите, — спохватился он, отдергивая руку. — Я не должен был…

— Все в порядке, — тихо сказала я, хотя сердце колотилось так громко, что, казалось, его слышал весь лес.

Мы замолчали, но теперь между нами словно протянулась невидимая нить. Каждый взгляд, каждое случайное прикосновение, когда мы передавали друг другу кружки или подкладывали дрова в костер, отзывались в моем теле волнами тепла.

Когда огонь начал затухать, а воздух стал совсем прохладным, мы перебрались в автомобиль. Риган галантно предложил мне заднее сиденье, а сам устроился впереди.

— Спокойной ночи, — сказал он, укрываясь одеялом.

— Спокойной ночи, — ответила я, сворачиваясь калачиком на заднем сиденье.

Но сон не шел. В тесном пространстве автомобиля я остро ощущала его присутствие — его дыхание, едва различимый аромат его одеколона, тепло его тела.

— Риган? — позвала я в темноте.

— Да?

— А что будет потом? Когда принц добьется своего?

— Не знаю, — честно ответил он. — Может, наконец-то смогу жить своей жизнью.

— И чем бы хотели заниматься?

— Хорошим вопрос, — он помолчал. — Наверное, чем-то мирным. Разводить лошадей, например. Или выращивать виноград.

— А не скучно будет после всех приключений?

— Нет, — уверенно сказал он. — Приключений хватит на несколько жизней.

Мы снова замолчали. Я лежала, слушая его ровное дыхание, и думала о том, как странно устроена жизнь. Еще утром мы были в Ранье, а теперь ночуем в лесу. И завтра снова вернемся к сложной игре, где каждый носит маску.

Когда я, наконец, уснула, мне снились нежный взгляд и сильные руки, бережно укрывающие меня одеялом.