Глава 23

Как же сложно этого ледышку понять. Что ни скажет, то полный абсурд.

Я шумно сглотнула и хрипло выдавила:

— А друзей что, тоже того… пожертвуют? Не то, чтобы это меня касалось, но на лекции ты о коллективном жертвоприношении дружеской компании не говорил. Так причём тут мои друзья? Почему их не останется?

— Даша, — буквально прорычал он. — Пойми уже, я чувствую, что мразный выбрал именно тебя. А интуиция меня никогда не подводила.

— Всё бывает в первый раз, — пропищала я, втянув голову в плечи.

Он схватил меня за подбородок, заставил запрокинуть голову и выдохнул прямо в лицо:

— Он убьёт тебя. Только я могу остановить его. И мне очень не хочется, чтобы это произошло слишком поздно. Не хочу, чтобы ты погибла…

В противовес или вопреки ледяному взгляду, его рука оказалась горячей, как и дыхание. А ещё, на таком близком расстоянии, я вдруг рассмотрела в его глазах искорки, будто пульсирующие огнём. Бело-голубым, но огнём, а не холодом.

Зачарованно задержала дыхание, заворожённая этим голубым пламенем. Холод тоже может быть обжигающим…

Он застонал и прижался своим лбом к моему. Переместил руку с моего подбородка на плечо, сжал его и тихо произнёс:

— Твоя магия сводит с ума. Мешает думать, сбивает. Так нельзя. Это нужно остановить. Или охладить… — Он резко выпрямился, прищурился и повторил: — Нужно охладить.

А потом прижал меня к себе и начал целовать! Я замычала, пытаясь вырваться, но куда там! Это был горячий ледяной вихрь! Он буквально захватил меня и закружил.

Опомниться не успела, как оказалась лежащей на кровати, а сверху навалилась эта ледяная глыба. И сопротивления он вообще не замечал. А что нужно делать, когда что-то подобное происходит? Правильно — то, чего от тебя не ожидают!

Дядя Олег меня на такой случай ещё в четырнадцать лет проинструктировал. Сначала обескуражить, а потом коленом в пах и бежать. И орать как можно громче, чтобы услышали.

Я и начала действовать по заученной схеме. Перестала сопротивляться, ответила на поцелуй и прикусила ему губу.

Он отпрянул, нависая надо мной, удивлённо посмотрел, медленно протянул руку и стёр большим пальцем свою кровь с моей нижней губы. Я сглотнула и облизала губы.

Хотела ударить коленом, но ноги были прижаты его телом. А закричать почему-то не получилось. Честно хотела, собиралась, даже рот уже открыла, но не закричала. Просто подвисла, глядя ему в глаза.

А там, в этих невероятных голубых глазах такая буря была! На случай столкновения с магом у дяди Олега не было инструкций…

Когда он опять порывисто подался ко мне, вместо того, чтобы возразить, я почему-то запустила руки в его волосы и закрыла глаза. И опять крышесносный поцелуй. Где-то глубоко внутри разгорается пламя, и мне уже не хочется его тушить…

— Ай! — вскрикнула в его губы и отдёрнула руку, когда пальцы больно кольнуло.

Он тут же отпрянул, а я удивлённо уставилась на кровоточащие пальцы. Как? Откуда?

Эйс рывком поднялся с кровати и провёл рукой по своей ледяной косичке, вплетённой в волосы от виска к затылку. На его ладони осталась моя кровь…

— Прости. Я не должен был, — сдержанно проговорил он. — Буду присматривать за тобой на расстоянии, чтобы не навредить.

И он просто развернулся и вышел. Сломанный, сковывающий дверь, лёд осыпался с мелодичным звоном. А я осталась лежать на чужой кровати, с порезанными его волосами пальцами, безумно колотящимся сердцем и ощущением, что сделала что-то очень неправильное.

Понять бы ещё, что именно!

* * *

— Надо было остановить его! — категорично заявила Ганимеда.

— Сама знаю, — пробурчала я, отчаянно жалея, что поддалась порыву и рассказала ей о нашей жаркой встрече с ледышкой.

— Ты не поняла! Надо было остановить его, когда уходил! — взмахнула руками Ганя. — Он же влюбился в тебя, это очевидно! И ты к нему неравнодушна, раз ответила на поцелуй.

Лично я ничего очевидного в произошедшем найти не могла. Понятно было только одно — я повела себя неправильно. Но вот в какой именно момент?

Может не стоило сразу ему перечить и злить? Или нужно было сделать вид, что я с ним согласна, когда настаивал, что мне угрожает опасность? Определённо следовало отшить его, когда полез целоваться! Или Ганька права, и раз уж завертелось, то я должна была не дать ему уйти и сразу расставить все точки?

Теперь, вспоминая всё, найти правильный ответ я никак не могла. Мысли и эмоции перемешались в кашу. Но хуже всего было то, что, думая о льдистом, я уже боялась не его самого, а того, что он меня опять поцелует.

Или того, что не поцелует?..

Как же сложно всё в этом их магическом мире!