Глава 21

Фиар

Дворец встретил мириадой огней, отзвуками музыки, взрывами фейерверков и счастливым смехом.

Воздушная золочёная карета плавно опустилась на подъездную дорожку и покатила к крыльцу.

Тринадцатый принц не скрывался. Более того, он разрешил Джолту выбрать для этой поездки самый помпезный и самый, как всегда говорил сам Фиар, бесполезный из экипажей. Тот, что был украшен и вычурными гербами Ледяной Ворожеи, и перечёркнутым гербом Императорского дома. Экипаж, в котором феникс ехал в первый и, скорее всего, последний раз.

Раньше он злился, глядя на гербы, а утопающий в роскоши дворец отца вызывал стойкое желание поморщиться.

Сейчас же всё изменилось. Было немного плевать на происходящее, единственное, что оставалось ценным – это узкая девичья ладошка, зажатая в его руке.

Искра была прекрасна. В серебристом платье, над которым весь вечер колдовала Джилла, в хрустальных туфельках и с пальцами, усеянными драгоценными перстнями. В огненных волосах сверкала бриллиантовая диадема из его сокровищницы, а на губах играла лёгкая улыбка, за которую можно отдать всё. И земли, и сокровища, и саму жизнь.

Пусть визит был серьёзным, даже злым, сейчас Фиар искренне наслаждался, наблюдая за восторгом любимой. Она смотрела на дворец так, словно увидела воплощённую мечту.

Впрочем, вспоминая тот город из серого камня, наполненный таким же серым снегом с бурыми полосами улиц, из которого Фиар её умыкнул… Восторг был объясним, но!

– Никакие огни не сравнятся с блеском твоих глаз, – наклонившись к розовому ушку, шепнул феникс.

Искра зарделась.

Это был отличный момент для поцелуя, но мужчина благоразумно отодвинулся. Всё будет, но чуть позже. Не сейчас.

Экипаж подъехал к роскошной лестнице из золотого мрамора, а лакеи, поджидавшие на площадке, вдруг замерли в оцепенении. Целую бесконечную секунду они не понимали что делать, наконец самый старший очнулся и что-то сказал остальным.

Слуги тут же подскочили, вежливо открыли дверцу, и Фиар выбрался наружу, чтобы лично подать руку своей леди.

Если кто-то думает, что челядь понимает меньше, чем господа, он сильно заблуждается.

При виде обновлённых крыльев Снежного лица вытянулись, рты пооткрывались. А поклоны стали не просто уважительными – подобострастными! Никому из наследников не кланялись вот так.

Фиар отметил этот момент вскользь, и… Нет, ничего не дрогнуло.

Всего неделю назад он бы отдал многое за подобную реакцию на собственную персону, а сейчас было всё равно.

– Готова? – ласково шепнул он той, что разожгла его пламя.

– Не очень, – честно ответила та. – Но ведь другого варианта всё равно нет?

А вот сейчас феникс удивился!

– Как это нет? – произнёс тихо. – Мы можем уйти, если ты не хочешь.

Ещё одна невероятная для прежнего Фиара вещь – спокойствие любимой было гораздо важней.

Искра фыркнула, показывая, что не так уж боится. Точнее, вообще не боится! А лёгкая нервозность – это нормальное явление и не нужно никуда бежать.

– Пойдём уже, – выдохнула она.

Он видел, что девушка тоже в какой-то степени злилась. К счастью, причиной её раздражённости был всё-таки не Фиар.

Неторопливо, с величием достойным легендарных вождей древности, они поднялись по лестнице и вошли в двери.

Первый зал, второй, третий… У входа в четвёртую – самую большую торжественную залу, – пришлось остановиться. Там скопилась очередь из трёх высокопоставленных пар, а Фиар и Искра совершенно не спешили, скорее наоборот.

Тринадцатый принц даже повернулся спиной, загораживая спутницу, и иронично улыбнулся, точно зная, что его крылья начинают притягивать изумлённые взгляды.

А через несколько минут, когда феникс обернулся и поймал ошалелый взгляд церемониймейстера… В общем, началось.

Искра

– Э… Хм… Мм… – заблеял церемониймейстер, и это было удивительно.

Я посмотрела на этого грузного, важного мужчину с изумлением, и тот аж покраснел.

Пунцовый, он сунул палец за ворот камзола, словно пытаясь ослабить давящую на горло ткань, но чуда не случилось.

А заминка состояла в следующем: он понятия не имел, как объявить Фиара! Вообще не знал, что говорить!

В итоге прозвучало:

– Леди Искра Чеканова, иномирянка! Его высочество… Тринадцатый принц огненного дома. Бастард! – наконец сориентировался церемониймейстер, ведь титул у снежного точно не поменялся.

Зал не то чтобы замер, но ситуация начала стремительно меняться. Музыка играла всё так же, но разговоры медленно затихали, лакеи с подносами плавно превращались в этакие живые статуи, а со стороны далёкого возвышения, на котором стоял трон Императора, и где расположились все его жёны, повеяло чем-то очень похожим на шок.

Украдкой вздохнув, я вздёрнула подбородок и выпрямила спину.

Мы с Фиаром начали неторопливое и неотвратимое шествие туда, вперёд.

В прошлый раз, на том первом и единственном балу, я испытывала неловкость и чувствовала себя этакой самозванкой, а сейчас скорее злилась. Слишком ясно понимала, что мы явились в стан врага и от того, как пройдёт эта встреча, зависит наша жизнь.

Чем дальше в логово зверя, тем тише становилось вокруг, тем сильнее вытягивались лица присутствующих.

Вдруг от толпы отделился кто-то… Широкоплечий, с яркими огненными крыльями, сжатыми кулаками и перекошенным лицом.

Я узнала Фаеро. За ним появились Сваргус и, кажется, Ожар. А ещё Варт вышел – невзирая на всю магию этого мира наследник светил огромным фингалом. Только испугаться разгневанных принцев я не успела…

Миг, и они замерли, изумлённо уставившись на снежного брата. Застыли на несколько бесконечных мгновений, чтобы плавно, с какой-то почти осязаемой покорностью отступить.

Их злость ушла. Сменилась хмурым непониманием и чем-то очень похожим на уважение. Принцы даже головы склонили! Они по-настоящему кланялись тому, кого ещё недавно презирали и мечтали убить.

Придворные тоже очнулись. Тоже начались склоняться, а Император – мы были ещё далеко, но я точно видела, что это он, – раздражённо махнул рукой, приказывая оркестру замолчать.

В итоге к трону правителя мы подошли в той самой тишине, которой я немного опасалась, но которая очень красиво подчёркивала момент.

Приблизились, остановились, и… тишина стала какой-то совсем уж запредельной!

Я намеренно не смотрела на Первую Королеву, да и остальных игнорировала. Только Император! На чьём холёном лице читалось абсолютное недоумение.

Наконец мы услышали:

– Но как?

Вместо ответа Фиар пожал плечами. Мимолётно, словно невзначай, будто речь о самом незначительном пустяке.

Образ абсолютной невозмутимости испортила только ироничная ухмылка, скользнувшая по губам снежного – после этого взгляд Императора резко переметнулся на меня. От такого внимания захотелось поёжиться, но я держалась.

– Леди Искра, – задумчиво произнёс Правитель. – Чужачка. Частица особенного пламени.

Я вежливо склонила голову.

И лишь теперь вспомнила об этикете – с великим запозданием, но таки сдала реверанс.

Он вышел не очень глубоким, не особо почтительным, однако иного мои будущие родственники пока не заслуживали. И Император тоже! Понимаю, что Ледяная Ворожея перед ним провинилась, что пыталась обманом зачать самого сильного наследника, но это не повод переносить грехи отцов на головы детей?

Фиар не виноват в поступке своей матери, но гнобили именно его, причём с молчаливого попустительства огненного… ладно, гадом называть не буду, хотя сути это не изменит.

– Ты сгорел и возродился! – возвращаясь к Фиару, торжественно воскликнул Император. После чего поднялся с трона, и… да, тоже поклонился.

А выпрямившись спросил:

– Как я могу называть тебя, возрождённый?

– Ты можешь называть меня Фиаром, отец, – снежный красиво повёл мерцающим огненными искрами крылом.

Император недоумённо приподнял бровь. Сказал после паузы:

– Это неправильно, сын. Фиар – твоё прошлое имя.

– И прошлое, и нынешнее, – отозвался феникс. – Почему нет?

Подозреваю, что аргументы у Императора всё-таки имелись, но огненный их не озвучил.

– Я нарекаю тебя Фиар-Рейм, – властно сказал он.

В общем, всё как и предсказывала Леда. Что ж. Фиар-Рейм, так Фиар-Рейм.

Снежный низко поклонился, выражая благодарность за имя, а император вернулся на трон. Снова мазнул взглядом по мне и кивнул:

– Поздравляю тебя, сын. Ты сделал правильный выбор. – Ну а следующие слова явно дались ему непросто: – Ты стал достойным фениксом. Я рад, видеть тебя здесь. Рад твоему бессмертию.

Потом он махнул рукой и даже не приказал, а скорее предложил, причём довольно мягко:

– Веселитесь. Полный Круг – это хороший праздник.

Хороший-то хороший, но не в этот раз. Точнее не для всех.

Фиар витиевато поблагодарил отца, пожелал ему и ветра в крылья, и чего-то ещё, не менее с точки зрения фениксов важного. После чего попросил разрешения задержаться у трона на секунду…

Отпустил мою руку, вытащил из кармана рубин с каплей императорской крови и демонстративно протянул его сидевшей в одном из кресел О.

– Матушка, вы обронили, когда были у меня в гостях, – не без иронии произнёс он.

Вот теперь я всё-таки взглянула на Первую Королеву, и зрелище оказалось специфичным. Бледная до синевы! В глазах отчаяние вперемешку с паникой! Даже яркие крылья словно посерели!

– Обронили прямо в Источник, – продолжил Фиар-Рейм, – и это едва меня не убило. К счастью, высшим силам было угодно, чтобы я выжил. С уважением и почтением возвращаюсь это пламя вам.

Он даже не наезжал! Не обвинял! Просто констатировал!

Но этого оказалось достаточно, ведь любой подлости есть предел.

– Моя кровь? – переспросил Император. Он обращался к О. – Ты хотела убить моего сына? При помощи моей крови?

– О, нет, мой супруг, – прошептала Первая Королева. – Вы всё не так поняли. Это случайность.

Угу. Случайно пробраться к великолепно защищённому озеру, случайно уронить мощнейший артефакт в самое уязвимое место. Случайно исцарапать стены и изломать цветы.

А до этого случайно выводить Ледяную Ворожею на эмоции и случайно разыгрывать из себя любящую матушку.

К счастью, озвучивать всё это не пришлось, Императору свидетельские показания не требовались.

В зале словно повисла туча – чёрная и невероятно опасная. Сгустились сумерки, поглотив всю сказочную атмосферу, и повеяло таким жаром, что захотелось срочно переместиться куда-нибудь в район северных гор.

А потом Император произнёс:

– Ты, О, будешь подвергнута наказанию. А ты Фиар-Рейм, кровь от крови моей, плоть от плоти… – Хозяин Огненных чертогов взял паузу и посмотрел остро.

Миг, и его голос усилился так, что стал слышен и в самых дальних уголках зала:

– Ты бастард, но теперь ты бессмертен, и я более не вижу причин ущемлять тебя в твоём праве. Ты зовёшься Тринадцатым, но по рождению являешься Третьим. Так тому и быть.

Теперь побледнела не только О, а все Императорские жёны, но это была ерунда в сравнении с тем, что Фиар дёрнулся, как-то подозрительно расправил плечи и явно собрался послать родителя и всё его потенциальное наследство куда подальше.

Даже рот уже приоткрыл! Даже ногу вперёд выставил!

И не то чтоб я меркантильная, но… я прицельно пихнула возлюбленного локтем в бок.

Он запнулся, не успев сказать, и посмотрел вопросительно. А я состроила гримасу, вопрошающую: почему нет?

Феникс заломил бровь, а я недобро прищурилась! Ведь действительно – почему нет? Титул Третьего ни к чему такому не обязывает, а Император живее всех живых, и вообще бессмертный, так что вопрос наследования возможно вообще никогда не встанет.

Зато Третий – это уже иной статус, и просто идеальная затрещина для гадины О.

В итоге Фиар-Рейм выдохнул:

– Благодарю, отец. Это большая честь для меня. Я постараюсь оправдать твоё доверие.

И он вновь протянул рубин зеленеющей Первой Королеве – ведь в прошлый раз её прямо-таки приморозило, и камень О не взяла.

– Я… – задыхаясь прошептала она.

Фиар продолжил настаивать, однако передачи артефакта так и не вышло.

Просто случилось кое-что ещё.