Глава 8

Искра

Оказалось, что всего сада Фиар показать не успел. Следом за площадкой, припорошенной снегом, по которой мы проходили, обнаружилась хрустальная оранжерея – в форме ледяного терема с башнями по сторонам – и за ней ещё одна площадка. А если судить по размерам, пожалуй, что и площадь…

– Так… а где же снежноцветы? – растерянно спросила я Вьюго. – И… что ты говорил, светится в темноте?

– Вот и я думаю, – с серьёзным видом сдвинул на середину лба снежные бровки Вьюго. – Должно быть, снежноцветы не успели посадить. А лишайник – вон, на деревьях, у беседки. Эй, а ну-ка, сюда!

Он хлопнул в ладоши и взметнувшиеся над снежными клумбами бурунчики приняли форму снеговиков.

– А ну, за работу! – Пропищал Вьюго. – Где снежноцветы для госпожи?

Леда, что деловито склёвывала алую ягоду с белых висячих грядок, сердито чирикнула на малышей. Те присели в комичном ужасе и бросились врассыпную.

– Сейчас всё будет! – аж подпрыгнул от азарта Вьюго.

Вскоре снеговики вернулись. Пища и толкаясь, они волокли по дорожкам несколько ящиков с голубоватыми, будто припорошенными инеем, ростками. Вьюго захлопал в ладоши и принялся руководить посадкой ростков в промёрзшую почву.

– Такая лучше всего подходит для высадки снежноцвета, – серьёзно объяснил он мне.

На мои робкие заверения, что не стоило так торопиться, Вьюго лишь засуетился ещё больше!

Я вздохнула и решила не мешать. Вспомнив о лишайнике, потопала к беседке, на которую указал Вьюго. Сам лишайник, похожий на свисающие с веток лоскуты немного разочаровал. Потому что светящимися растениями всё же нужно любоваться в темноте. Зато моим вниманием завладела беседка. Точная копия оранжереи, только совсем маленькая. С хрустальными шариками на четырёх башнях и высокими арочными окнами. Внутри беседки обнаружился круглый стол с бокалом на высокой ножке и кресло. Одно. Сердце вдруг сжалось от невольной жалости к Фиару. Ничто здесь больше не кричало об одиночестве хозяина замка так громко, как это кресло. Даже огромный пустой замок не был столь красноречив…

Поёжившись, я подошла к окну.

И тут же невольно вздрогнула: хрустальные двери оранжереи распахнулись и в нашу часть сада вышли Ледяная Ворожея с Фиаром.

Полы искрящегося плаща на плечах свекрови взметнулись, на миг придавая Ворожее сходство с большой белой птицей. Затем игривой снежной змеёй вокруг прогуливающихся взмыла позёмка и спустя секунду Тринадцатый принц с матерью уже вышагивали мимо беседки! При этом они не замешкались ни на шаг.

Меня не заметили – я скорее от неожиданности, нежели осознанно, отпрянула от окна.

Совершенно бесшумно, но отчаянно мешая друг другу, в проём вслед за мной протиснулись Вьюго с Ледой. При этом они отчаянно жестикулировали и корчили друг другу рожи.

Оказавшись внутри, Вьюго чиркнул ребром ладошки по тому месту, где у снеговичка должна быть шея, и Леда с жаром закивала, мол, так и будет, уж поверь.

– …И пока здесь вьёт кольца эта гадина О, тебе, как никогда следует быть настороже, Фиар, – донёсся из окна голос Ледяной Ворожеи.

– Вы преувеличиваете, мама. Не удивлюсь, если О здесь только чтобы вас позлить. И пролонгировать интересы Брана с Вартом. Больше этот номер у неё не пройдёт.

– Где твоё благоразумие, сын? – тоном королевы в изгнании поинтересовалась Ледяная Ворожея. – Из-за этой…

– Осторожно, мама. – Вдруг сказал Фиар таким тоном, что меня озноб прошиб. Я даже не подозревала, что у него может быть настолько ледяной голос. – Искра здесь дома. Вы – нет.

– Ты утратил своё хладнокровие, сын. – Ничуть не обиделась Ворожея. – Это плохо.

Мне вдруг представилось детство Фиара – сидит этакий «кроха-Кай» у ног этой Снежной Королевы и слова из льдинок выкладывает… А она вещает свысока со всей своей невозмутимостью что-то о хладнокровии и благоразумии. Самое то, что нужно маленькому мальчику, как же. Я аж поёжилась – такой картинка грустной и холодной вышла. И Фиара ещё жальче стало. Ещё и кресло это, чтоб его…

– Но хоть ты не оправдал оказанного тебе доверия, ещё не поздно всё исправить.

– Это бессмысленный разговор, мама. – Отчеканил Фиар.

– Пока брак не осуществлён… – и не подумала прислушаться к сыну Ледяная Ворожея.

Как назло, вновь поднялся снежный вихрь, перебрасывая Фиара с ледяной свекровью дальше, так что окончание фразы Ворожеи оборвалось.

Подслушанный разговор оставил странное послевкусие. Я крепко задумалась, даже собралась удариться в философию, но не успела – Вьюго и Леда отвлекли.

Леда обернулась совой и, вспорхнув, заглянула в окно.

– Всё! – воскликнула она. – Чисто! Путь свободен!

Вьюго тут же выпрямился на манер бравого солдата и взял под козырёк.

Снеговик вывалился из беседки, а я последовала за ним, чтобы обнаружить поразительную картину. Сад был пуст! То есть абсолютно! Снежные работники словно испарились, и лишь торчащие из земли голубоватые ростки свидетельствовали, что мне не померещилось.

– А… где? – изумлённо выдохнула я.

Ответил дала Леда:

– Всё хорошо, Искорка. Просто мы немного опасаемся Ледяную Ворожею. Она бывает… строгой.

Последнее слово прозвучало настолько жалобно, что уровень моей антипатии к «потенциальной свекрови» взлетел до небес.

Ну а Вьюго громко свистнул, и я поймала ощущение дежавю – просто всё повторилось. Малозаметные снежные кочки вдруг ожили, повскакивали и опять превратились в забавных снеговичков. Сам Вьюго скомандовал, топнув ножкой:

– Продолжать!

Работники сразу ринулись к посадкам и принялись осыпать ростки снегом – видимо, вместо полива. Через пару минут я снова ахнула – на этих голубоватых палках начали наливаться самые настоящие бутоны…

– Не может быть, – неверяще выдохнула я.

– Ещё как может, – пролаяла Леда, которая обернулась северной лисицей и помчалась к новоявленным клумбам, чтобы проверить работу.

Вьюго тем временем подбоченился и выдал новое распоряжение:

– Так! А теперь нужно сделать дорожки! И это… как его… Скульптуры обновить!

Я нахмурилась и огляделась. Скульптуры? А где они?

Скульптур не наблюдалось, зато я заметила несколько особо выдающихся сугробов…

– Осмелюсь спросить, леди Искра, у вас есть пожелания по архитектурному оформлению? – уважительно уточнил Вьюго.

Я отрицательно качнула головой.

И тут началось… Набежали снеговички с лопатами, а вслед за ними явилась ещё одна бригада – эти тащили большой ящик с инструментами. Я заметила в их арсенале шпатели, стамески, ножи и даже небольшую пилу.

Происходящее было настолько нереалистичным, что я не выдержала:

– Вы серьёзно?

Вопрос адресовался скорее Вьюго с Ледой, но один из группы «скульпторов» неожиданно обернулся и заявил:

– Серьёзнее не бывает, девушка. А вы бы того… отошли подальше подобру-поздорову.

– Эй, Хрусь! – резко возмутился Вьюго. – Полегче! Леди Искра – наша будущая хозяйка.

– Да хоть хозяин! – Хрусь оказался поразительным хамом. – Вот когда сделаем, тогда пусть приходит и восхищается. А сейчас-то чего стоять?

У меня приоткрылся рот. Пожалуй, следовало разозлиться, но я не могла – это было то же самое, что сердиться на плюшевую игрушку.

Зато Вьюго прямо-таки рассвирепел – потрясая кулаками, он побежал к Хрусю и они заспорили где-то в стороне.

«Скульпторы» остановились и стали ждать Хруся, но в итоге им надоело. Снеговички дружно пожали плечами и, похватав из ящика инструменты, шагнули к ближайшему сугробу. Через пару минут мой рот приоткрылся вновь.

Сугроб стремительно превращался в огромную, великолепную птицу с распахнутыми крыльями, и сидевшая у моих ног белая лисица-Леда радостно затявкала.

Мимо промчался снеговичок с большой снегоуборочной лопатой, а в следующий миг он запел.

Песню быстро подхватили и другие, кто-то начал пританцовывать и танец тоже оказался «заразным». Не успела я опомниться, как сад превратился в этакую съёмочную площадку диснеевского мультфильма. Только музыки не звучало, и разобрать слова песни я не могла.

Щёки заболели от улыбки практически сразу!

Я смотрела на танцующе-поющих снеговичков и не верила глазам!

Даже Вьюго с Хрусем успокоились. Разошлись в разные стороны – Вьюго подхватил мелодию, а Хрусь… тоже забурчал что-то музыкальное и гордо прошагал к ящику.

Он выхватил из ящика пояс с навешанными шпателями, и направился к самому высокому сугробу с видом оскорблённого творца.

Но даже грозный Хрусь вызывал улыбку! Всё вызывало невероятную радость! Наблюдая за малышами, я забыла обо всех бедах, и даже образ Ледяной Ворожеи, который засел в сознании этаким ржавым гвоздём, померк.

Не знаю сколько длилось это счастье… А потом песня снеговичков резко оборвалась, а я медленно обернулась, чтобы обнаружить за своей спиной Фиара.

Феникс был непроницаем, как глыба льда!

Сад наполнила неестественная тишина, но вот странность, когда тут проходила Ледяная Ворожея, снеговички просто попрятались, превратились в кочки, словно их не бывало. А сейчас…

– Ой, – пискнул кто-то.

– Шухер! – воскликнул один из «снегоуборщиков».

И малыши забегали почище тараканов.

Бросились врассыпную, кто куда, каждый в свою сторону! При этом они сталкивались друг с другом, падали, теряли лопаты и прочий инвентарь. Потом поднимались, бежали снова, опять сталкивались, и всё это с писком и неподдельным рвением!

Я не выдержала. Сначала просто захихикала, а через секунду расхохоталась в голос.

Это было невозможно! Невероятно! И нет, они не тараканы, а пугливые девицы в банный день!

Особенно Хрусь! Хамоватый снеговик визжал так, что я практически легла на снег от смеха. А Фиар стоял рядом, с тем же непроницаемым лицом, и смотрел…

Сначала феникс взирал на малышей, но в какой-то момент всё внимание сосредоточилось на мне – оно было цепким и хищным, словно горная птица.

– Хозяин, хозяин… мы… а-а-а!!! – донеслось откуда-то издалека, чуть ни с другого конца сада.

А гораздо ближе, практически у нас под ногами что-то брякнуло, бухнуло и звякнуло, а кто-то пискляво ругнулся. Причём весьма неприлично! Фиар сразу встрепенулся, посмотрел на снеговичка с та-аким возмущением, что мой смех перешёл в истерический!

Чёрт, ещё один такой финт, и я хрюкать начну.

Тринадцатый принц ждал. Просто стоял и молчал, а когда дама немного успокоилась, протянул руку, требуя мою ладонь, и я подчинилась.

Один удар сердца, и нас подхватил снежный вихрь.

Фиар

Он стоял и не мог опомниться – её смех оказался невероятным! Как звенящий ручей, как пламя высокого, летящего к небу костра.

Снежный феникс застыл, боясь разрушить это волшебное мгновение и даже не пытаясь одёрнуть Вьюго, который явно решил вспомнить молодость. Устроил представление как когда-то. Много лет назад, когда Фиар только отстроил этот замок и, ради шутки, создал снежных малышей.

Старинное дурачество обернулось неожиданным удовольствием. Точнее, удовольствие получала Искра, а феникс смотрел на девушку, ощущая отзвук странного пожара в груди.

Но потом всё прошло, пламя погасло. Может вообще померещилось?

Впрочем, не важно. Фиар явился в сад не за этим.

Едва леди вытерла слёзы веселья, он протянул руку и вызвал снежный вихрь. Они переместились в просторную гостиную его личных покоев, где был накрыт небольшой стол с закусками и разожжён камин.

Джилла рассказала про интерес Искры к огню, и Фиар решил воспользоваться.

Живое пламя? Пожалуйста. Ледяному замку ничто не повредит.

Широким жестом Фиар указал на одно из двух придвинутых к камину кресел и предложил:

– Располагайся.

Девушка, которая минуту назад хохотала до слёз, посмотрела с подозрением. Не верила в добрые намерения феникса? Мм-м… а может не зря?

– Располагайся, – повторил он, а сам шагнул к столу, чтобы лично откупорить бутылку вина и наполнить бокалы.

Кажется, обыкновенный жест, но Искра, которая всё же сбросила шубу и присела на кресло, посмотрела настороженней прежнего.

Он не выдержал:

– Что не так?

Ответ? О, Вечные льды! Придумают же такое!

– Хочешь подпоить меня и воспользоваться? – Искра прищурила свои удивительные глаза. – Не выйдет, ваше высочество. Я не такая!

– Для тебя Фиар, и на ты, – поправил феникс. Ведь с самого начала ему тыкает, так с чего вдруг перешла на титулы?

А про «воспользоваться»…

– Это была шутка?

– То есть ты не отрицаешь!

Они сказали одновременно, и Тринадцатый понял, что сойдёт с ума.

Ещё чуть-чуть! Вот прямо сейчас!

Впрочем, стоп. Он сильно тряхнул головой – сдаваться на милость лекарям и успокоительным настойкам рано. Они с Искрой знакомы всего день, а впереди холодная зимняя ночь…

– По ночам в наших краях очень холодно, – слетело с языка. Просто слетело! Само! И да, это было намёком, но он не собирался этот намёк озвучивать!

Леди очаровательно порозовела и… практически вырвала бокал из его пальцев. Где логика, а?

Искра отсалютовала бокалом, сделала большой глоток, а через миг… О, нет, она невозможна!

– Ничего, я вполне морозоустойчивая, – заявила девушка строго. – В моём мире зимы знаешь какие? Так что не надо пугать!

Он промолчал, а она…

– Мы зимой ещё в бане паримся, а потом в ледяную прорубь ныряем. Голышом!

Фиар как раз отпил вина и закашлялся.

Что такое «баня» он уточнить не решился, а про прорубь спросил:

– И ты тоже ныряешь?

Девушка гордо вздёрнула подбородок, а в глазах мелькнуло нечто похожее на панику. Настала его очередь улыбаться до ушей.

А что? Разве не смешно? Очаровательная девичья бравада и интригующее обещание. Ведь Фиар умеет делать проруби как никто другой, да и озеро поблизости есть…

Но додумать, развить неожиданную фантазию он не успел, Искра перебила:

– Не смотри так. Не дождёшься!

Она надула губы и добавила:

– А все горячие ночи только после свадьбы.

Не зря братья так возбудились, увидав иномирянку, в ней действительно жила частичка какого-то совершенно особенного пламени. Такого, что даже предельно сдержанный, не особо склонный к юмору Фиар, заявил:

– Хочешь поженимся прямо сейчас?

Сказал, и вдруг понял, что не шутит. Они действительно могут пройти обряд, и феникс, невзирая на категоричные протесты матери, не против.

Тот факт, что Огненный двор, который готовит целую дипломатическую войну, взбесится ничуть не меньше Ледяной Ворожеи, его тоже не волновал.

Волновала только Искра, которая вдруг побледнела и вжалась в спинку кресла.

– Погоди, погоди, – выдохнула девушка после паузы. – А как же платье? Гости? Я, знаешь ли, сказку хочу! Чтобы цветочки кругом, карета с лентами, единороги…

Феникс снова улыбнулся, давая понять, что украшения не проблема и даже единорогов он достанет. В крайнем случае лично замаскирует лошадей так, что ни одна въедливая невеста не отличит!

Леди резко замолчала. Бравада не закончилась, зато Искра поняла несостоятельность своих аргументов.

Занервничала, однако быстро придумала новый довод:

– Кстати, пока твоя мама против, мы не можем. Родителей надо уважать!

И вот странность – кажется, его отшивают, просят пойти вон как какого-то дворового мальчишку, а он не расстроен и вообще сияет.

– Прекрати, – Фиар опустился в соседнее кресло.

Он посмотрел пристально и без злобы. И попросил:

– Лучше расскажи о себе.

– Я уже рассказывала, – Искра резко отрастила колючки. – Ледяная Ворожея, знаешь ли, задала много вопросов о моей жизни.

Тринадцатый не ответил. Продолжил смотреть, давая Искре возможность передумать.

Скажет или не скажет? Захочет увидеть в нём мужчину, достойного её открытости, или нет?