Глава 2

Властные мужские голоса были слышны даже с другого конца коридора. Отражались от облицованных мрамором стен, проникали под одежду и вызывали холодную оторопь.

Представители звёздной Империи Шен-Ани уже на Теракисе.

Госпожа препроводила их в обеденный зал, предложила устроиться на мягких подушках и уже полчаса занимала беседами на разные темы.

Стоя на кухне, слышу уровнем выше переливы заунывной мелодии. Гостей развлекают полуголые танцовщицы, но, кажется, они не обращают на разодетых рабынь внимания. Низкие мужские голоса становятся всё яростней, тяжелей.

Между ними и хозяйкой планеты начинается спор.

– Бери и бегом в обеденный зал.

Распорядительница Дома передает мне поднос с яствами в серебряной посуде и отталкивает к проему. На вкус многие из них – мне девушке с Земли очень даже понравились. Впрочем, сейчас следует думать, как не опозориться перед представителями правящей Империи.

Я без нижнего белья. А ветер за последние два часа заметно усилился. Под ногами с шорохом носятся стремительные сквозняки.

Платье из белого шелка мягко облегает мои точеные формы и струится в пол каскадом из легких складок. Тонкие бретельки удерживают его на груди, но стоит склониться – декольте отходит, беззастенчиво открывая на всеобщее обозрение полную обнаженную грудь.

Щеки обжигает жар смущение.

Не знаю, были ли у хозяйки моего нового тела мужчины, а я – Арина Петрова в свои двадцать два все еще невинна. Никита первый парень, с которым я рискнула начать отношения. Вот только будущее, на которое я возлагала такие надежды – обернулось страшным кошмаром.

– Иди же, - шикает Распорядительница.

Киваю и стремительно выбегаю в переход, взлетаю по лестнице и приближаюсь к огромному, отделанному золотом и мрамором залу.

– … прежние тридцать процентов вознаграждения, какие вам отчисляла Империя за возможность добывать на вашей планете луреций, по мнению владыки, были слишком завышены, - различаю ледяной мужской тон. Он отзывается в груди всплеском непривычного испуга. – Император готов предложить новую цену. Пятнадцать процентов. Вы или принимаете эти условия, сеи, или Империя будет вынуждена расторгнуть все прежние контракты с Теракисом.

Госпожа издает нервный смешок.

Впервые чувствую – что ей страшно. Она боится влиятельных гостей. Ее голос тише обычного, в нем на удивление лишь смирение и покорность.

– Конечно, генерал. Я охотно пойду на перезаключение контрактов с Шен-Ани. Вы защищаете Теракис от угроз из глубокого космоса, оберегаете наш покой. Я считаю условия Императора, эм… приемлемыми.

– Мы рады, что вы остаётесь верной союзницей Шен-Ани, сеи, - раздается второй мужской голос. Тяжелый и низкий. В нем нет командных решительных интонаций, как в первом голосе. А вот насмешливости немало.

– Да, Ваше высочество. Безусловно.

Именно в этот момент я пересекла порог залитого вечерними лучами обширного зала и наткнулась на леденящий взор Госпожи.

Она опять недовольна. На ее лице читается ярость за то, что так медленно несу поднос с угощениями к низенькому с узорными ножками столику.

Я нервничаю. Все внутри натягивается струной, когда боковое зрение выхватывает две мужские фигуры в низких мягких креслах. Колени под летящей юбкой предсказуемо слабеют.

Опускаю глаза. Не хочу рассматривать внешность энийцев.

Лишь краем глаза отмечаю, что мужчины очень молоды. Один из них – брюнет. Длинные черные волосы собраны в низкий хвост, фигуру обвивает форма наподобие военной: китель, нашивки, большие серебряные пуговицы в два ряда.

Второй – напротив пепельный блондин. Его волосы свободно струятся до плеч, руки расслабленно опущены на подлокотники, а пристальный взгляд скользит по полуголым танцовщицам.

Девушки артистично извивались у дальней стены. Они почти без одежды. Свет желтых ламп золотился на их упругих телах, подчеркивал полную грудь и широкие бедра, скрытые лишь тонкими полосками ткани.

Используя миг отвлеченности энийцев, подбегаю к столу и, присев, опускаю поднос с угощениями. Я едва ли привлекла внимание важных персон. Обычная служанка – молодая, красивая, ухоженная. Таких на каждой планете – пруд пруди.

С поклоном разгибаюсь в надежде скорее покинуть залитый закатным заревом просторный зал, но не успеваю. Из огромных окон внутрь врывается суховей.

Мои летящие юбки с мягким шелестом взметнулись вверх, открывая длинные стройные ножки и обнаженные бедра. Декольте предательски колыхнулось, на миг оголив грудь с розовыми вершинками.

Нет, нет, нет. Слишком поздно.

Оба мужчины, потеряв к танцовщицам интерес, чуть откидывают голову вбок и устремляют внимательные взгляды ко мне.

Слугам запрещено смотреть на аристократов и знать.

Я одёргиваю себя. Изо всех сил стараюсь разглядывать мозаичную плитку под босыми ногами, но новый порыв в очередной раз вздергивает легкие юбки почти до ушей. Я краснею и непроизвольно вскидываю голову.

Взгляд упирается в молодого блондина.

Он с не меньшим интересом изучает меня и чуть уловимо изгибает тонкие губы. Энийец – невероятно красив. Правильные черты лица. Белые волосы лучатся лунными огнями. Серые глаза притягивают, манят. Я на силу перевожу взгляд к его темноволосому спутнику.

Кажется, Госпожа называла его – генерал.

Дыхание неожиданно перехватывает.

Жесткий взор синих как ясное летнее небо глаз моментально берёт в свой плен. Он – полная противоположность блондина. Суровый облик генерала подавляет, вводит в ступор. Я хочу отвернуться, сбежать, но не могу пошевелиться и тону в его синих бездонных омутах.

– Прошу, простите, - гнетущую атмосферу, где я была объектом внимания двух пугающих до озноба мужчин, прерывает испуганный возглас хозяйки планеты.

Госпожа в тихом бешенстве.

Ее выдаёт частое дыхание и чрезмерно расширенные темные зрачки.

Вскочив с дивана, она резко склонилась перед гостями и заискивающе пробормотала:

– Тирианка совсем еще молода. Я купила ее недавно. И она еще не успела ознакомиться со Сводом поведения на званых приемах. Клянусь Светлой Эрр девчонка понесет наказание. Я сегодня же лично её выпорю.

– Оставьте, сеи, - по залу прокатывается лишенный эмоций голос темноволосого генерала.

Сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

– Девушка всего лишь проявила любопытство и не заслуживает физического наказания.

– Конечно, вы правы. Я погорячилась, - еще ниже припадая к полу, бормотала моя отвратительная и жестокая хозяйка. – Ты, - острый взгляд на меня, - иди.

И резкий выброс руки в сторону арочного проёма.

– С тобой потом поговорю.

Слышу, как едва уловимо шелестит мягкий светлый шелк, когда я на ватных ногах начинаю пятиться к порогу. Внутри разливается чувство страха и успокоения одновременно.

Энийец вступился за меня перед Госпожой?

Мило. А вот его взгляд мне совсем не понравился. К слову, блондин, откинувшись на мягкую спинку, по-прежнему не сводил с меня заинтересованных глаз. Его осязаемый взгляд жалил как пламя. Вызывал дискомфорт.

Сжимаю кулаки и рвано выдыхаю.

Почему он так смотрит? Генерал тоже не отстаёт. Синий огонь в нечеловеческих глазах завораживает и в то же время предупреждает держаться от энийца как можно дальше.

– Угощайтесь, милорды, - слышу тихое угодливое бормотание Госпожи, что изо всех сил стремиться перетянуть внимание важных персон на себя. – Стряпухи готовили специально для вас.

Блондин с интересом переводит взор на тарелки с кусочками мяса и пробует один из них.

– Недурно. В мясо добавили мераи?

– Э… - Госпожа в замешательстве качает головой. – Думаю, да. Его.

Уже неплохо знакомая с пищевыми специями, используемыми на Теракисе, понимаю, что Госпожа нагло врет. Мераи – аналог земного шафрана невероятно дорог в этой звездной системе и почти не используется в приготовлении пищи. Здесь его заменяют более дешевой и низкокачественной специей – тойри.

– Это тойри, господин, - подаю тихий голос и вздрагиваю всем телом.

Арина, идиотка! Зачем ты опять привлекаешь внимание этих бессердечных и опасных мужчин?

Блондин предсказуемо издал тихий смешок и, слизнув с пальцев жир, покосился на Госпожу. А вот генерал – по-прежнему буравил меня синими, переливающимися странной энергией прищуренными глазами.

– Ваша служанка осведомлена о блюдах для гостей, лучше, чем вы – хозяйка Дома? – Леденящий душу голос опять заполнил каждый сантиметр залитого закатными лучами зала.

На Теракисе – плюс тридцать девять. От жары не спасают ни кондиционеры, ни простенькие, встроенные в потолки вентиляторы. Но едва в поместье появились два холодных энийца из Шен-Ани – оно, словно бы заледенело изнутри.

Осознавая какую оплошность допустила, Госпожа заискивающе улыбается.

– Я потому и купила ее на невольничьем рынке. Девушка не обделена интеллектом. Из нее выйдет толковая служанка. А со времен, быть может, и личная помощница.

– Это заметно, - зло бросает темноволосый и, наконец, выпускает из плена пристального взгляда.

С тела спадают призрачные оковы.

Я снова могу дышать, шевелиться.

Энийцы давно оценили все мои прелести под прозрачным перламутровым шелком, хватит смущаться! Исполняю поклон, не обращая внимания, что грудь опять видна до розовых вершинок и, задержав дыхание, стремительно сбегаю из роскошного зала.