Глава 31

— Вы что, опять устроили?! — рявкнул Байдер, влетая в покои. Его стражи метнули быстрые, оценивающие взгляды внутрь, но остались на посту снаружи.

От его неподдельной ярости у меня даже глаз задёргался. Сам устроил это побоище, а мы крайние?

Геррианец ухватил Этема за ворот и притянул к себе, сверля тёмным взглядом.

— Олик, я велел не привлекать внимания! Следить за Эррой и дать нам время подготовить Совет к вашим способностям! Как думаешь, кто-то мог не заметить энергетический выброс, от которого завалило половину лабораторий?!

Бай попытался оттолкнуть «землянина», но тот не дрогнул, словно врос в пол. Этем даже улыбнулся в ответ на грубость императора — первоклассная имитация сути Олега. Но я-то знала: настоящий на его месте обязательно ляпнул бы что-нибудь этакое, по-своему едкое, а не стоял молча, как бездушная кукла.

Герр отмахнулся от непробиваемого, плюхнулся за стол и прикрыл глаза. Его сведённые брови то стремительно сближались, то расходились.

— Алисанда, ты понимаешь, что наделала? Скажи мне, террианцы способны просчитывать шаги наперёд? — его взгляд, чёрный и невидящий, застыл на каменной столешнице.

— Да, — кивнула я, не вникая в детали. Просчитывать могу. А вот совладать с эмоциями – не всегда получается.

— Теперь Совет уверен: будущая императрица — неуправляемая угроза для империи. А Зугра теперь имеет полное право стереть Терру с лица галактики.

— За что?!

— Это не захолустье, где можно безнаказанно уничтожать города! Ты в имперской столице сотворила непоправимое. Может, Герриан для тебя не дорог… но другого дома у тебя не будет!

Он провёл рукой по лицу, сглаживая напряжение, и продолжил, выплёскивая факты, как обвинения:

— Ты применила силу, от которой пострадали мирные дипломаты! Не враги – гости дома Ксата! Ты ударила по мужьям, по главам чужих семей! Ты показала подданным, что мы, императоры, для тебя ничего не значим!

Я видела, как быстро сменялись эмоции на его лице – гнев, усталость, отчаяние. Наверное, на моём сейчас была похожая картина. Лишь Этем словно находился в прострации и делал вид, что разговор его не касается.

— С Ферром… всё в порядке? — я задержала дыхание.

Злость мгновенно схлынула. Стало по-настоящему стыдно и страшно. Не из-за того, как мой поступок выглядел со стороны. А потому что я даже не проверила его состояние. Не подумала. Этем велел идти – и я пошла, проглотив тот же крючок.

— В порядке, — бросил Бай. — Исправляет то, что ты натворила.

Он нервно выстукивал пальцами с тяжёлыми кольцами по белой столешнице, будто играл на клавишах.

— Я хочу знать: ты применила силу случайно?

— Нет.

Врать не имело смысла. Такие выбросы не случались сами собой.

— Я не могла просто стоять и смотреть на бессмысленную жестокость. Драгу Олика чуть не убили! Кто вообще разрешил им участвовать?!

Пальцы Байдера замерли в воздухе. Он остолбенело уставился на собственную руку, широко раскрыв глаза, будто отказываясь верить услышанному.

Слишком спокойно встал. Ухватился за спинку стула так, что костяшки побелели.

— Из-за какой-то драги… ты решила поиграть чужими жизнями?! — взревел он и швырнул стул об стену.

Тот разлетелся вдребезги с оглушительным треском. Байдер пнул отлетевшую ножку, проходя мимо, и направился к выходу, так и не удостоив меня взглядом. Словно смотреть на меня было невыносимо.

Дверь закрылась за ним.

— Ты так и будешь стоять здесь как статуя? Олег бы так себя не вёл! — выплеснула я накопившуюся злость.

Сейчас мне хотелось видеть не это подобие человека, а его. Олега. Самого – обычного, привычного, по-своему странного.

— Мне непонятны твои мысли, — задумчиво вмешался Этем. — Когда я в твоей голове, они звучат иначе. Я видел тебя через призму разных глаз, и каждая пара замечает своё. Ты видишь себя не так, как видит тебя Олег. Даже черты твоего лица в его памяти – иные. Как странно, что одно и то же в каждой голове выглядит по-разному.

Он повернулся ко мне, и в его взгляде плескалась какая-то бездонная пустота.

— Землянин, глядя в твои глаза, видит лишь прошлое. Не замечает пламени. Ты же не видишь в своём отражении ничего, кроме огня. Вы… очень необычная раса.

— А что видишь ты? Или божество может смотреть только чужими глазами? — устав от его лирики, я подошла ближе.

Этем улыбнулся — мягко, почти по-человечески.

— Я вижу тебя сразу во всех временах, возрастах и реальностях. Глаза младенца, ребёнка, девушки, женщины… В твоём взгляде я вижу глаза твоих ещё нерождённых детей. В них же — всех твоих предков и потомков. Всё это — уже сейчас в твоих глазах.

Он погладил мою щеку тыльной стороной ладони. Прикосновение было таким… будто мы знакомы целую вечность.

— Ну, радует, что прибьют меня ещё не скоро, если верить предсказаниям о потомках. Зря Байдер так распсиховался… — я сделала паузу. — А сколько детей видишь?

Этем улыбнулся шире.

— Сколько есть — все твои.

— То есть не «твой», а «твои»? Значит, не один. Случайно не десять? Женихов-то ты мне вон сколько сосватал. Каждому по одному наследнику – уже четыре.

Я вспомнила, что драг значительно продлил мне жизнь. И поняла: на четырёх я, возможно, не остановлюсь.

— Они все будут желанными, — уклонился Этем от ответа. — Когда-нибудь я расскажу. Но не сейчас.

— Спасибо. Очень помог. Когда-нибудь я и сама не поленюсь – сосчитаю.

Я собралась уходить, не в силах скрыть раздражение: все вокруг что-то знали, а меня использовали вслепую. Но Этем ухватил меня за руку, останавливая. Его взгляд снова стал огненным, пронизывающим.

— Запомни: каждый твой ребёнок будет иметь решающее значение в судьбе галактики.

— Очередная твоя кукла? Которой ты будешь управлять, как вздумается? — голос сорвался. — И вообще, мужем моим кто будет? Ты или землянин? Или вы оба? Только что у меня было четыре мужа, а теперь, считаю, с тобой — пять? Ну да, Олег предупреждал, что карма у меня плохая, распутная.

— У тебя будет четыре мужа. Четвёртого ты выбрала сама. Зуг не входил в мой проект… но так получается даже лучше, чем я планировал.