Глава 3

Сидела и тупо пялилась на незнакомца с вечеринки, как рыба, глотающая воздух. Оксана рассказывала что-то ещё, но я её уже не слушала. Мне было сложно переварить тот факт, что столь импозантный мужчина, на секундочку, ещё и владелец целого ночного клуба, здесь, в аудитории, полной студентов, подает материал и в ус не дует на то, что как бы целовал одну из собственных учениц.

С каких вообще пор преподом может стать каждый?

Хорошо, что подруги не знали о моём вчерашнем проколе, иначе от них не отвяжешься. Они вообще учились в параллельной группе, и пара Офтальмологии у них была только лишь следующей. Наверняка, во всю потирали ладошками, готовясь сделать самые сочные кадры нового преподавателя. Он же такой…

— Студентка, за красивые глазки экзамены не ставлю, записывайте.

Отвратительный он! Чего, спрашивается, привязался? Неужели, узнал во мне вчерашнюю дурочку-недоМонро и теперь решил отыграться?

Только за что? Я вообще, можно сказать, ему жизнь спасла в той драматической постановке, где, определённо, стала третьей лишней.

Прозвенел звонок на пятиминутный перерыв, одногруппники всполошились, разбежавшись, кто куда. Даже Оксана подозрительно юрко подскочила с места, тут же облепив своим вниманием "Димочку" вместе с ещё несколькими студентами, рьяно топящими за "хорошие" и "отличные" отметки в зачетке.

Подхалимы!

Я вытянула ноги, ставшие тяжёлыми из-за массивных каблуков под партой, упав головой на сложенные руки. Отчаянно хотелось, чтобы всё это оказалось сном. Пусть я и не заметила узнавания в глазах преподавателя, но как же было стыдно!

Вот что он подумает обо мне, если узнает? Вариант "а": погонит взашей ветреную студентку, совратившую тонкую душевную организацию представителя преподавательского состава. Вариант "б": предложит подтянуть успеваемость в более интимной обстановке.

Ни первый, ни второй вариант меня не устраивали. Я вообще-то сюда учиться пришла!

— Исаева здесь? — как назло из его уст зазвучала именно моя фамилия, отчего я вскинулась, больно ударившись коленом о парту.

Наши взгляды в очередной раз встретились. Его, тёмный и манящий, сейчас пышущий удивлением. И мой… затравленный и смущенный.

— Да вот же она, Дим… — некультурно ткнула в меня пальцем Оксана, растягивая губы в улыбке.

— Дмитрий Евгеньевич, — поправил блондинку он таким голосом, отчего у меня мурашки по коже побежали.

От страха! Я точно не сдам ему грядущую сессию…

— Подойдите, нужно поговорить о Вашей успеваемости.

Это крах! Точно, мне конец…

С мысленным стоном поднялась на ноги, балансируя на грани психического расстройства и тонких каблуках. Ничего хорошего я не ждала, ведь день, начавшийся не с той ноги, никогда не заканчивался на ура.

Спустя минуту, шла я долго и осторожно, тщательно оттягивая время, под его пристальным сканирующим взглядом предстала моя сгорбившаяся фигурка. Старалась не вылезать под его очи из-за спин заваливающих преподавателя вопросами одногруппников, но и не делала вид, что меня не интересует его реакция на остальных. Которая не заставила себя ждать:

— Разошлись по местам, скоро звонок, — приказным тоном потребовал он, отчего я тоже было дёрнулась вслед за отскочившей Оксаной, но была остановлена мягким: — А Вы останьтесь, Александра.

Боже, откуда он знает моё имя? А, ну да, у него же журнал есть.

Любопытствующие взгляды одногруппников буквально прожигали во мне дыру. И, конечно же, каждый ждал моего провала.

— Распишитесь, — подвинул он ко мне журнал, отчего я внутренне содрогнулась.

Было ощущение, что сейчас происходила сделка купли-продажи моей души.

Брови Дмитрия, как поняла, Евгеньевича иронично приподнялись, когда от меня не последовало необходимой реакции. Ну, той, в которой я чинно сгибаюсь перед ним в три погибели, а-ля цирковая гимнастка.

Я такого навыка, увы, не приобретала. Стояла, как дура, топчась на месте, не зная, с какого края лучше наклониться так, чтобы одногруппники потом не рассылали фото по пабликам-мемов, где студентка соблазняет преподавателя провокационной позой.

— Можете порасторопнее, пара с минуты на минуту начнётся, — без капли сочувствия произнес он, явно издеваясь.

Я даже взгляд с журнала на его лицо подняла, дабы убедиться. И да, в глазах мужчины точно застыло веселье!

Первой мыслью было показать ему заветный средний палец и гордо удалиться к своему месту. Пусть сам расписывается! Но по объективным причинам я понимала, что "гордо" и "я" употребляться в одном предложении, ну, никак не могло. Просто несовместимые понятия… А вот схлопотать очередную помарку в графе оценка за свою выходку я вполне могла.

Робко улыбнулась ему в ответ и всё же наплевала на общественное мнение, склонившись над его столом. И если кому-то моя поза покажется провокационной — пусть так. Всё равно все спишут это на мою природную неуклюжесть. Да и злить того, из-за кого меня могут выгнать из университета — вообще не было в моих интересах.

— Извините, а Вы не могли бы… — томно попросила на выдохе. Просто, правда, было сложно с моей нулевой растяжкой, стоять в полусгибе.

— Да..? — увлеченно поинтересовался он, уголки его губ дрожали от сдерживаемой улыбки.

— Проявить хоть капельку сочувствия. Я же сейчас сломаюсь, — не смогла сдержаться, сорвавшись на шипение. — Имейте совесть, в таком положении до ручки я не дотянусь, — чуть тише добавила.

И, о чудо, он сжалился! Подал мне пишущую принадлежность с таким видом, будто делал одолжение и принялся дальше наблюдать за спектаклем. Но баста, я в клоуны не нанималась!

Поставив быстрый росчерк, с трудом разогнулась, чувствуя себя актёром из рекламы мази от радикулита, и умчалась поскорее за парту. При этом мысленно приговаривая: "моя попа не хочет приключения, она просто хочет посидеть".

Да, сомнений больше не оставалось, "Димочка" не страдал потерей памяти и легко узнал во вчерашней простушке Мэрилин вполне неуклюжую меня. И было вполне ясно, почему он не показывал перед другими, что мы знакомы.

Но интереснее всего, конечно же, стало то, каким ветром на медицинский факультет занесло директора ночного клуба. И то, сколько положительных оценок гипотетически можно вытянуть из препода, который нагло украл первый поцелуй своей студентки…

Прозвенел звонок с перерыва, аудитория вновь заполнилась под завязку. А я сидела, чинно сложив ручки на парте и буравила взглядом нового преподавателя, коварно улыбаясь. Никогда ещё не была настолько уверенной в том, что этот предмет сдам на все сто!

***

— Саню-ю-юш! Санечка… Ты видела его, да? Скажи же, просто прелесть! — мечтательно протянула Женя, та самая, что притащила меня вчера на вечеринку, а сейчас самозабвенно пялилась на экран собственного смартфона, позабыв о том, что в обеденный перерыв нужно было есть, а не обсуждать всяких…

— Как по мне, ненадежный, — закатила глаза, махнув вилкой, на зубья которой зацепилась капуста из салата. — По глазам вижу, будет гадить.

— Да ну тебя! — отмахнулась подруга, отхлебнув кисель. Я скривилась — этот напиток ещё со школьных лет вызывал у меня исключительно рвотные позывы. Особенно после того, как одноклассники решили подшутить надо мной, заверив в том, что это были чьи-то сопли. — Умные у него глаза. А какая стать, какие мышцы!

— Да что ты там под этой махнёй рассмотрела? — буркнула, гулко выдохнув через нос. Не думать о соплях, не думать…

— А лицо! — Женька чуть ли не подпрыгнула на месте. — Вот она — порода!

— Да какое лицо? Как есть, морда, — с трудом прожевала последний листик салат, отодвигая от себя тарелку и обреченно вздыхая, когда подруга в очередной раз ткнула в меня своим телефоном.

— О ком говорите? — на стол опустился поднос нашей третьей соседки — Оли, что наконец отстояла очередь к буфету и вернулась с трофеем в виде обеда. Она так же, как и я, была вчера на вечеринке, но придерживалась куда более позитивного мнения о прошедшем мероприятии.

— Оль, ну, скажи же, лапочка! — Женьку было не удержать, поэтому экран смартфона тут же чуть не вмазался в лицо ошарашенной подруги.

— Фу, убери от меня это чудовище! — возмутилась рыжая. — Я же говорила у меня аллергия.

— Вот именно, — поддакнула, поддерживая протест подруги заводить у нас в комнате котёнка.

Женя уже всю плешь проела своей неуемной тягой ко всяким бродячим животным. То собачку, то котика, то попугайчика. А у нас, между прочим, в общежитии категорически запрещено заводить в комнатах животных. Парней и тараканов, впрочем, тоже.

— Ну, давайте я лысиков посмотрю. Сфинкса какого-нибудь… — слегка разочарованно предложила подруга.

— Жень, угомонись, — с угрозой в голосе проговорила Оля, наша вечно строгая подруга, так часто заменяющая мамочку. — Комната ещё после прошлого твоего питомца не проветрилась.

— Ну зачем ты так о Нурисламе? — взмолилась Женя, любительница менять парней как перчатки. И ладно бы приличных, так нет, её тянет на этаких плохишей, воспитанных улицей. — Вот, что он тебе такого сделал?

— Не мылся! — парировала Оля, поправив свой идеальный пучок на голове.

— Да ну вас, нудные вы, — обиженно надула губки Женя, наконец обратив внимания на свой обед.

Когда подруги молча принялись уничтожать содержимое подносов, я даже слегка выпала из реальности. Настолько это было непривычным, что, казалось, рядом со мной сидели совершенно незнакомые люди.

— Неужели, вы даже не спросите? — подивившись наступившей тишине вопросила.

Всё верно, с начала учебного дня минуло уже добрых три пары, а от подруг, так рьяно любящих обсуждать парней, ещё не было произнесено ни слова о нашем новом преподавателе. С одной стороны, это не могло ни радовать, а с другой — вызывало лишь сплошное подозрение.

Ни за что не поверю, что они не были очарованы его диктаторскими замашками и волевым личиком.

— О чем? — подула Оля на свой чай, слегка отхлебнув. — Если ты о вчерашнем дне…

— О нет, Оль, она ж вчера сбежала, как трусливый кролик, — ехидно произнесла наша заводила. — Кстати, о кроликах.

— Ноу. Нет. Найн. Пожалуйста, остановись, — погрозила пальчиком рыжая. — Мне кажется, наша мышка говорит о…

— Хм, мышка, — зацепилась за слово Женька, тут же принявшись вбивать что-то в строку поиска браузера.

— Женя, фу! — мгновенно отобрала телефон у подруги Оля. — Она о Дмитрии Евгеньевиче.

Девчонки странно переглянулись, хмуря брови. Казалось, в столовой резко похолодало, настолько градус настроения упал после предположения Оли.

— Девчат, у вас всё хорошо? — неуверенно начала я. — Почему я не слышу ваши хвалебные оды?

— А что, понравился, да? — Женька не упустила момента поддеть меня, прекрасно зная о моей нулевой популярности у парней. Для неё было нормой скакать с плохого настроения на хорошее по щелчку пальцев.

— Ага, скорее вселенная схлопнется, чем наша Сашка втрескается в такого тюфяка, как Волков, — флегматично прокомментировала Оля, добавляя, на мой взгляд, слишком много соли в суп. Она вообще любила всегда переходить грань.

— Тюфяка? — нахмурилась, не понимая, как это определение может быть связано с Дмитрием Евгеньевичем.

— Да смотри-смотри, как у неё глазки засверкали! — поиграла бровями Женька. — Сашу-у-уль, а я и не знала, что тебе нравятся постарше.

— Да что ты заладила, — прикусила губу, собираясь оправдываться. — Нормальные у меня глазки, не сверкающие. И не нравится он мне.

Незачем им было знать про ту ситуацию, что произошла вчера.

— Вынуждена с тобой согласиться, Женька, — деловито покивала рыжая. — Дело плохо. Ну, рассказывай.

Две пары глаз сомкнули на одной мне. Маленькой, растерянной, но твёрдо вознамерившейся отстаивать свои позиции.

— Ничего такого. Просто показалось странным, что вы не говорите о нём ничего. Весь универ трещит, а вы…

— А мы не весь универ, забыла? — высокомерно перебила меня Оля, не терпящая того, чтобы её сравнивали с другими.

— Да завалил он нас, Сань, завалил. Назадавал кучу домашки к семинару, отчитал пару тройку опоздавших. Ещё и к моей юбке прицепился, — тут же расстроенно заявила Женя, откусив огромный кусок от сладкой булочки.

Всё ясно, стресс заедала.

— А что не так с твоей юбкой? — не поняла я, мимоходом осматривая привычный яркий наряд подруги. Она, конечно, любила быть в центре внимания, но никогда не перегибала палку с излишней откровенностью своей одежды.

— В том-то и дело, что ему больше не за что было придраться к Женьке, раз уж за розовые волосы не накажешь, — внезапно вспылила вечно спокойна Оля

— Представляешь, сказал ей, чтобы не строила из себя девицу лёгкого поведения да и выгнал с пары.

Я удивленно открыла рот, не зная, что и сказать. Мне-то таких комментариев от Волкова слышать не приходилось, да и Оксану как-то обошло подобное стороной.

— Но я не расстроена, правда, — пожала плечами Женька, заправляя за ухо яркую прядь. — Как раз было время котят поискать.

— Женя, блин, твоё легкомыслие меня убивает просто. Мало тебе Волкова — зверя, Нурика — классического животного, так ты ещё скотину в дом тащишь, — ощерилась Оля, легко ударяя себя по лбу.

— Поняла, вас не задело, — усмехнулась невесело, прерывая ссору девчонок. — У меня просто полгруппы растеклись лужицей при виде его.

— Идиоты. По нему же видно — классический сексист. Только дай повод унизить за половую принадлежность, — высказалась Оля, вернувшись к интересующей меня теме.

— Опять эти твои феминистские наклонности, Оль… — не смогла промолчать Женя, в упор не замечая того, что тем самым только драконит нашу подругу.

— Не феминистка я, сколько раз повторять. Просто бесит! — прошипела рыжая. — Студентов надо по уму оценивать, а не по длине юбки! Кстати, Саш, тебе наверное, тоже досталось за каблы?

— Ну, как сказать, — отвела взгляд, стесняясь признаться, что мне так вообще оказали помощь в передвижении по аудитории.

— Где ты вообще из надыбала? И почему вчера в кедах приперлась, раз уж были такие сокровища в закромах, — потерла ручками Женька, впиваясь в меня своими зелеными глазищами.

— Оксана одолжила утром. Я в лужу наступила, когда бежала на пару. Вы же не разбудили, — с небольшим укором произнесла в ответ.

Вспомнив своё утром, тут же пожалела, что вообще завела этот диалог. Кто знает, что на этот раз преподнесет мне "удача".

— Ну, как обычно. Ничего нового, — флегматично пробухтела Оля, впиваясь зубами в кусочек чёрного хлеба.

— Саш, мы будили тебя, поверь, — тут же принялась оправдываться Женька. — И ты даже проснулась, говорила с нами. Уж не знаю, что там было дальше, когда мы ушли, но вполне возможно, что ты опять завалилась спать.

— Сильнее будить надо было, — обиженно буркнула, больше не обижаясь на подруг.

У меня и правда была такая вредная привычка по утру: просыпаться на пару минут, жить своей жизнью, а следом вновь убегать в царство Морфея. Причём всё произошедшее, как по волшебству, стиралось из моей памяти напрочь.

— Пойду за соком схожу, — поднялась из-за стола, пока тема не свернула в обратную сторону, где девчонки обсуждают мою личную жизнь.

— Смотри не растянись на полу. Очередь похлеще, чем в больнице, — хмыкнула мне вслед Оля, комкая в руках салфетку, расправившись с первым блюдом.

— Уж постараюсь, — буркнула сквозь зубы, чеканя каждый шаг.

Толпа возле буфета образовалась неимоверная. Какой наивный вообще назвал бы подобное месиво очередью?

— Извините, — случайно толкнув первого плечом, произнесла. — Простите, — тут же наступила кому-то на ногу. — Я занимала, — нагло соврала в лицо незнакомую студенту, ткнув пальцем в спину рандомному человеку. — Только спросить, — это уже оправдание для низкорослой первокурсницы, что вслед мне заворчала похлеще заправской девицы: — Нет, не обнаглела, — на секунду обернувшись, показала ей язык и проскользнула дальше, тут же уперевшись в чью-то широкую спину, показавшуюся мне каменной стеной со словами: — Я быстро, правда.

— Это вряд ли, — тут же отозвалась стена… ой, спина. Ну, то есть, её обладатель.

— Что, прости? — нахмурившись, не поняла о чем идёт речь и повернулась. А там…

Ну, конечно же, наш новый преподаватель.

— Сложно на таких каблуках что-либо делать быстро, — взглядом прошёлся по мне мужчина, указывая на обувь.

И всё бы ничего. Обычное мужское внимание, что вполне должно льстить любой девушке. Но не посреди же давки в очереди к буфету! Да и вообще, здесь слишком много лишних глаз. Особенно, вот этих двух: наглых и насмешливых.

— О… Дмитрий Евгеньевич, здравствуйте, — выговорила достаточно громко, чтобы никто даже не подумал навязать нам какие-либо взаимоотношения.

— Уже виделись, — кисло улыбнулся мужчина, пропуская меня вперёд.

— Не знала, что Вы питаетесь в подобных местах, — не спеша принимать предложение протиснуться вперёд, произнесла.

Дело в том, что, чтобы пройти дальше, мне нужно было оказаться уж слишком близко к мужчине, наверняка обтерев его всем телом. Не то, чтобы могло иметь какой-то подтекст в сложившейся ситуации, просто… Ну, стремно же!

— К несчастью, ближайшие рестораны пока ещё не открылись. Приходится толпиться здесь, — пояснил он терпеливо.

Повисло неловкое молчание. Я не двигалась больше вперёд, а он всё так же продолжал удерживать рукой пространство для того, чтобы пропустить меня. И вроде всё прилично, но отчаянно хотелось прояснить сложившуюся ситуацию.

— Насчёт вчерашнего, я…

— Забудь, — мгновенно перебил меня мужчина. — Мы не знакомы, студентка, — и произнёс это так надрывно, не без намёка.

Не знакомы, значит?! И это после того, как он буквально мной воспользовался ради собственной выгоды? Да я! Я!..

— Как скажете Дмитрий Евгеньевич, — покорно отозвалась, с трудом разворачиваясь в очереди. Сок пить расхотелось.

На удивление быстро преодолев расстояние до столика, плюхнулась на стул, злясь на весь мир разом, со словами:

— А, знаете, девчонки, вы правы. Волков — тот ещё козёл.

Подруги, ни черта не понимая причин изменения моего настроения, лишь растерянно похлопали глазками.