Глава 10

   - Фрэн! - в нашу сторону бежала молоденькая девушка. - Ты надолго? А кто это с тобой? Зайдешь? Дед так рад будет тебя видеть, - щебетала она, повиснув на шее моего похитителя.

   - Здравствуй, Бернас, - Флэй обхватил девушку одной рукой и приподнял над землей. - Зайду, обязательно зайду. Как он?

   - После твоего лекаря совсем поправился, - радостно отвечала Бернас. - По деревне бегает, во все нос сует, всех извел своим ворчанием. Ты лучше на глаза людям не попадайся, - рассмеялась она. - А кто эта тарганна?

   - Моя жена, - соврал бывший начальник стражи, и вторая его рука легла мне на плечи, подтягивая ближе.

   - Жена? - девушка надула губки. - Ты обещал на мне жениться, так и знала, что обманешь.

   - Берни, малышка, ты мне смерти желаешь? Как я могу перейти дорогу твоему кузнецу? Пришлось выбрать другую, но, поверь, я ужасно страдал, - заверил он, глядя на девушку честными глазами.

   - Врун! - Берни шлепнула его ладошкой по плечу и отошла на шаг, разглядывая меня. - Красивая, глаза только печальные. Он вас обижает? Благородная тарганна, вы не молчите, жалуйтесь, если что. Мы быстро ума ему вложим.

   Я невольно улыбнулась, глядя на эту странную сцену. Эта девушка звала моего похитителя - Фрэн, значит, здесь его знали, как Фрэна Грэира, того мрачного и молчаливого человека, каким я привыкла его видеть. И вдруг такая радостная встреча. Значит, тяготился службой своему врагу, а здесь чувствовал себя свободно. И слова про дедушку и лекаря говорят, что он помогал этим людям. И мне помог. Детей спрятал, уверена, что спрятал. Если бы еще не это обещание убить быстро и безболезненно, я бы совсем расчувствовалась.

   А вот его слова насчет того, что я его жена, не удивили. Представить меня моим именем было бы глупо. Тарганна Сафи - уже давно имя нарицательное. Для невесты старовата, для сестры, слишком не похожа. Спутница? Женщина, путешествующая с мужчиной без прислуги и прочей охраны - это неприлично, значит, косые взгляды. Остается только жена.

   - Благодарю, я запомню, - улыбнулась я, глядя на Берни.

   - И чем же тебя, милая, мой ум не устраивает? - шутливо нахмурился Флэй.

   - Пока только восхищает... милый, - усмехнулась я.

   - А я, о чем, - подмигнул мой похититель, обнял нас с Берни за талию и увлек к приземистому домишке, стоявшему через пять дворов от того места, где мы стояли.

   Бернас вывернулась и умчалась вперед, что дало мне возможность немного расслабиться и тоже убрать руку Флэя со своей талии.

   - Неожиданная сцена, - произнесла я.

   - Познакомился с этими людьми год назад, когда нашел потайной ход, - ответил мужчина, щурясь на солнце. - С тех пор иногда наведываюсь. Тар Мерон, дед Берни, старейшина этой деревушки, как раз пропал, я взялся помочь в поисках. Нашел его с переломанной ногой, неудачно споткнулся и скатился с обрыва. Успел, как раз, вовремя, на него волк наседал. Зверя убил, позвал людей, деда принесли в деревню. Знахарь местный им занялся, но тар Мерон ходить толком не мог. Я привез лекаря, тот поработал над стариком, сейчас ползает по деревне, вон, всех жизни учит. - Он хохотнул и посмотрел на меня. - Они мне мое родное поселение напоминают. Мы общиной живем, все друг друга знают.

   - Откуда вы? - полюбопытствовала я.

   - Ледигьорд, - ответил Флэйри, пропуская меня вперед.

   Но я остановилась и потрясенно уставилась на него. Ледигьорд - дикие или свободные земли на другом берегу Финалейского моря, омывающего берег Таргара. Там живут свободные племена, сохранившие до сих пор общины вместо цивилизованных государств. Грубо говоря, дикари. Я по новому взглянула на своего похитителя. Что же такого сделал ему Найяр, если он перебрался через море, выучил язык и обычаи, стал Фрэном Грэиром, сумел завоевать доверие герцога и два года жить с ним бок о бок, готовя окончательный акт своей мести. Стоп, Грэир - это существующий род, как он сумел стать одним из представителей этой аристократической династии? Проклятье! Дикарь стал истинным таргом и начальником стражи дворца самого герцога Таргарского! Похоже, Най все-таки нашел себе достойного противника. И все это замечательно, но!

   - Что будет со мной, Флэй? - тихо спросила я.

   - Скинешь ненавистное ярмо, разве этого мало? - спросил в ответ мой похититель.

   - Вы заберете меня в Ледигьорд?

   - А тебе бы хотелось остаться здесь? - и вновь вопрос вместо ответа.

   - Что вам сделал Найяр?

   Но тут открылась дверь, и из дома вышел высокий старик, чьи волосы напоминали своей белизной снег. Он опирался на толстый посох, явно стараясь, свой вес больше переносить на правую ногу. Он подслеповато прищурился, разглядывая именно меня, а затем взмахнул рукой:

   - Слава богам! А я уж боялся, что твое хозяйство годно лишь выливать выпитый эль, - и разразился квакающим смехом.

   - Старый лис, ты сомневался в моем хозяйстве? - весело отозвался Флэй. - Будь ты женщиной, я бы заставил тебя на своей шкуре испытать все, что оно может.

   - Боги, - вполголоса произнесла я, невольно краснея от услышанного.

   - Будь я женщиной, твое хозяйство бы задымилось и сгорело, - снова заквакал старик.

   - Еще неизвестно, кто бы сгорел! - захохотал мой похититель.

   - Прости, милый, что прерываю твое бахвальство, но, как видишь, я даже не тлею, - встряла я в их диалог, устав слушать непристойности.

   Смех Флэя оборвался, сменившись округлившимися от возмущения глазами, зато старик пришел в полный восторг, распахивая мне объятья.

   - Ну, наконец, кто-то уел этого болтуна, - воскликнул он, обняв меня, как только я поравнялась с ним. - Как звать?

   - Сафи, - ответил за меня Флэй, догнав меня. - Такие язвы других имен не носят.

   - Женщина хорошая, а имя то еще, - фыркнул тар Мерон. - Ну, какое боги дали, лишь бы не как...

   - Э-э, дед, - усмехнулся мой похититель, - ты лишнее сейчас скажешь. Имя достойное, очень хорошее имя. Ты вот знаешь, что та самая Сафи детей кормит, поит, одевает, грамоте, да наукам разным обучает? А знаешь, что она для нищих столовую открыла? И уж точно ты не знаешь, что она училище для лекарей открывает, чтобы таких трухлявый пней было, кому на ноги ставить. Я уж не говорю о школах для девочек...

   - Да, зачем бабе грамота? - чистосердечно удивился старейшина. - Баба должна мужа накормить, ублажить, детей рожать, да растить их. Может, моя покойница по ночам мне должна была алхавит читать, пока я ее того?

   Я закатила глаза и скорей проскочила в дом. Ну и разговоры! Но, уже шагнув за дверь, я развернулась и вышла к ним.

   - По-вашему, женщина подобна скотине бессловесной? - возмутилась я. - Только на хозяйство и годится? И это я сейчас не о доме говорю...

   - Так а что в бабе главное? Руки, да то, что ниже пояса, - хмыкнул старик.

   - Ну, знаете! - воскликнула я. - Чтобы женщина была счастливой, она должна чувствовать себя цельной и нужной личностью!

   - Вот ты сейчас слова какие-то странные сказала, - прищурился тар Мерон. - Вам благородным-то бабам делать нечего, вот и маетесь блажью всякой, а нашим, простым, забот хватает, им не до этих, как его, цельностей. Муж, дети, дом, и чтоб животы не сводило - вот оно бабье счастье. А эти ваши мудрености вовсе ни к чему, пустое баловство.

   - Как это ни к чему?! - вновь воскликнула я, но рот мне закрыла длань моего мнимого супруга, и Флэй, посмеиваясь, потащил меня к дверям в дом.

   - Все бабьи беды от ума, - ворчал старик, ковыляя за нами.

   - Точно, меньше бы умничала, горела бы факелом, - хохотнул этот дикарь, бывший начальник дворцовой стражи. - А то не тлеет она.

   - Было б от чего тлеть, - пренебрежительно фыркнула я, освобождая рот от его руки. - Щепа, а не факел.

   - Ну, знаешь, - шепотом возмутился Флэйри, и я ощутила щипок за седалище. - Я ведь и доказать могу.

   - Мы, бабы, дуры, - мстительно прошипела я в ответ, - щепок не боимся, мы мрем от смеха, глядя на них.

   - Скормлю волкам, - пообещал мне мой похититель.

   - Не для того столько похищение готовил, чтобы волкам скармливать, - усмехнулась я.

   - Прав дед, ум в бабе - лишний орган, - посетовал мужчина, но глаза его искрились весельем. Похоже, он получал большое удовольствие от всего происходящего.

   Последнее высказывание я проигнорировала, более не собираясь участвовать в этом бессмысленном и грубом разговоре. В конце концов, я не в великосветской гостиной и вести подобные споры просто глупо. Со старейшиной я была согласна в главном, потребности и воспитания женщин разных слоев различно. И нет смысла навязывать свое мнение. Например, сейчас Берни споро накрывала на стол, я же присела на деревянную скамью и сложила руки на коленях. А могла бы читать книгу или продолжать вести спор. Есть ли время на книги у этой девушки?

   - О чем задумалась, дорогая супруга? - поинтересовался с улыбкой Флэй, проследил за моим взглядом и подмигнул. - У тебя будет возможность узнать разницу между благородными тарганнами и простыми женщинами.

   Я недоуменно посмотрела на него.

   - Неужели ты думаешь, что в будущем у тебя будут слуги? - усмехнулся мужчина. - В моих краях таких роскошеств не имеется. Есть помощницы у жены главы племени, но слуг нет. И, да, думаю, место жены главы племени уже занято, так что вряд ли тебе удастся войти в его дом.

   Хоть какая-то ясность. Меня увезут из Таргара, убивать не собираются, напротив, только что пообещали жизнь среди соплеменников моего похитителя. Вопрос только в том, как там относятся к иноземцам. Судя по тому, что Флэйри мстит Таргарскому государю, значит, мой народ там не в чести. И снова трудности? Плевать, главное, подальше от "дракона".

   - Не нравится идея стать простой женщиной? - с чуть кривой усмешкой спросил Флэй.

   - Я обещала Ру прийти к нему вечером, - вздохнула я.

   - Насколько помню, он просил тебя стать счастливой, - мягкая улыбка сменила усмешку. - Думаю, он задал бы тебе большую трепку, если бы вечером ты объявилась в садах Пращуров. А у тебя есть шанс сдержать обещание. Разве не будешь ты счастлива уже от того, что освободишься от цепи, на которой тебя держал пес?

   Я промолчала, не зная, что ответить. В общем-то, Руэри не звал меня вслед за собой, но мне просто хотелось соединиться с ним и хотя бы ТАМ познать совместное счастье. Но, если уж быть честной перед самой собой, это была единственная причина: сбежать от Найяра и обрести счастья с мужчиной, которого любила. Взглянув на Флэя, я натянуто улыбнулась.

   - Буду учиться печь хлеб.

   Уезжали мы из деревни спустя часа полтора. Я слышала, как мой похититель... или спаситель уже без всяких шуток разговаривал с таром Мероном, тот кивал и кивал, то ли соглашаясь, то ли запоминая. А после мы покинули гостеприимную деревушку на двух лошадях и с полными сумками припасов, что напихала нам Бернас.

   - Удачной дороги! - крикнул нам вслед старейшина. - И зажги свою жену! - старик довольно заквакал, а мой названный муженек не смог промолчать:

   - Будет так полыхать, что ты здесь увидишь и побеги пустишь, пень трухлявый!

   - Не сгорел бы раньше сам, - усмехнулась я, махнув на прощанье этим простым, но приятным людям.

   - Тарганна так и напрашивается на огонек, - хмыкнул Флэй.

   - Ну, что вы, благородный тарг, даже в мыслях не было, - ответила я и покосилась на него.

   Веселый взгляд темно-карих глаз вновь заставил меня смущенно потупиться. Дальше мы ехали молча, забираясь все глубже в лес. А вскоре начались болота. Флэй вымазал лошадиные ноги вонючей болотной жижей.

   - Фу, - я сморщила нос.

   - Не морщись, это собьет собак со следа, - ответил он. - Если герцог их возьмет, конечно.

   - Возьмет, - уверенно кивнула. - Когда он догнал нас с Ру, собаки были.

   Флэй кивнул и снова сел в седло.

   - Ночевать будем в лесу, надо будет дать отдых лошадям, потому что до следующего нашего следа помчимся без остановки.

   - А волки? - я зябко поежилась.

   - Тебе ли волков бояться, - насмешливо произнес мой спаситель-похититель.

   Лес постепенно темнел, не только из-за того, что мы были в чаще. Становилось все неприятней, даже страшно. Огня не было, и я ориентировалась только на едва уловимый силуэт моего спутника и шуршание травы под копытами его лошади. Я плотней закуталась в плащ, который мне подарила Берни, мой не перенес катания в желобе, и тихонько кашлянула.

   - Еще немного, - ответил Флэй.

   Мы остановились, когда добрались до какого-то разрушенного каменного строения. Флэй спешился и подошел ко мне.

   - Подожди здесь, - шепнул он, чиркнул огнивом, и я зажмурилась от яркой вспышки огня.

   Мужчина тут же повернулся ко мне спиной, скрывая факел, и направился к развалинам. Мне было сложно понять, что это, но по предполагаемым размерам явно не замок. Скорей небольшой храм. Я терпеливо ждала Флэя, следя за отблесками огня. Вскоре он вернулся ко мне и кивнул на развалины:

   - Никто наше гнездышко не занял, идем.

   Это действительно был храм, древний, всего статуи трех богов, значит, стоял он здесь еще во времена погибшей империи, не менее полутора тысяч лет, потому что последние два бога появились в храмах именно за этот период. Был ли здесь город или же что-то еще, сказать было сложно. Флэя спрашивать вовсе было бесполезно, сомневаюсь, что он знал нашу историю. А вот откуда узнал о руинах, я примерно догадывалась.

   - Деревенские рассказали? - спросила я.

   - Берни рассказала, - кивнул мужчина. - Но нашел сам. Она заплутала как-то, вышла недалеко от развалин. Место не запомнила, так что я недели две искал.

   - Как ты на все время находил? И во дворце службу нести, и что-то искать? - поразилась я.

   - Я способный, - усмехнулся Флэй.

   Лошадей он завел сюда же и поставил в одно из оставшихся помещений с дверью. Меня же отвел за алтарь, где было накидано сухое сено, и горел в треноге огонь. Пока я грела руки, он сноровисто распаковал одну из сумок и достал съестные припасы, нарезал хлеб, овощи, разделал половину курицу, которая тоже нашлась среди того, что нам собрала Бернас, а так же пирожки и бутыль с молоком.

   - Пир, настоящий пир! - провозгласил Флэй, салютуя куриным крылом.

   - Приятного аппетита, - пожелала я, посмотрела на свои руки и тяжело вздохнула, вспоминая о теплой воде и верной Габи. Как там она сейчас.

   Флэйри с явным интересом наблюдал за мной. Еще раз вздохнув, я решительно вытерла об себя руки, потому что даже носового платка при мне не было, и мужчина рассмеялся, протягивая мне куриную ножку.

   - Вот она жизнь простой крестьянки, - насмешливо произнес он. - Выдержит ли изнеженные желудок тарганны такое оскорбление? Ни лохани, ни слуг, ни нюхательных солей.

   - Оставь свои издевки, - с вызовом ответила я. - Я тоже способная, привыкну.

   - Мир, - улыбнулся мужчина и стукнул куриным крылом о куриную ножку, словно это были кубки с вином.

   - Мир, - ворчливо ответила я и запустила зубы в куриную плоть.

   Спать я легла первой и, уже засыпая, почувствовала, как мой спутник прижимается ко мне, обнимает, и его дыхание шевельнуло волосы на макушке. Я возмущенно отодвинулась, но он тут же вернул меня на место.

   - Глупая, не собираюсь я тебя не зажигать, не свой огромный факелище показывать, - проворчал мужчина. - Так теплей будет.

   И в этот момент стены древнего храма вздрогнули от моего хохота. Я смеялась легко, от души и без всякого стеснения, как много-много лет назад, когда не было Найяра, а был свобода и вечная весна в моей душе. Я расслышала негромкий смешок Флэя, а после мой рот закрыла его ладонь. И тут же я расслышала шорох и непонятные звуки.

   - Найяр, - испуганно выдохнула я.

   Флэй молча взял меч, факел и, приложив, к губам палец, призывая меня к молчанию, покинул наше убежище...

   * * *

   Дворец притих. И пусть еще никто толком ничего не знал, но придворные тонко уловили настроение своего господина. Его сиятельство, чеканя шаг, стремительно шел по переходам своей вотчины, не отвечая ни на поклоны благородных таргов, ни на реверансы прекрасных тарганн. Дав задание своему секретарю и архивариусу, он спешил в покои Сафи, гонимый смутным воспоминанием, неясной мыслью, чем-то что заметил, но не обратил внимания при утреннем посещении. Но сейчас ему это казалось важным, настолько важным, что бросив своих людей за копанием в старых картах, он направлялся в отдаленные покои на третьем этаже своего дворца.

   Габи встретила его сиятельство книксеном и потупленным взглядом. Герцог задержал на ней взгляд, затем подцепил за подбородок и задрал голову вверх. В испуганных глазах девушки плескалось удивление и растерянность, но взгляда она не прятала. Ничего не знает, понял Найяр. Естественно. Отпустив служанку, он прошелся по покоям, выискивая взглядом, что же не давало ему покоя последние четверть часа. Наконец, в памяти всплыл эпизод с ожерельем. Да, что-то было, что он пропустил мимо внимания, залюбовавшись игрой камней в лучах утреннего солнца. Бесово ожерелье отвлекло его, обмануло, заманило в сверкающую ловушку.

   Уверенно подойдя к ларцу, герцог попробовал открыть крышку, но ларец оказался заперт на ключ. Крикнув Габи, его сиятельство коротко велел:

   - Открыть.

   Девушка замельтешила, пытаясь найти ключ, но на привычном месте его не было. Служанке Сафи доверяла, она никогда не прятала ключ от Габи, но сейчас его не было, что еще более утвердило Найяра в правильности своих подозрений. Вскоре в покои вбежал слуга с фомкой. Герцог отошел в сторону, давая возможность пожилому мужчине выполнить его работу, но глаз с ларца не сводил, словно хотел увидеть сквозь, покрытую тонкой чеканкой, крышку содержимое.

   - Готово, ваше сиятельство, - поклонился слуга и покинул покои.

   Найяр подошел к ларцу, откинул крышку и нашел то, что мучило его. Флакончик, стеклянный, маленький, с желтоватыми кристаллами порошка. Герцог опустился на низкий деревянный стульчик и задумчиво покрутил флакончик в пальцах. Он понял, что это. Возможно, от этого же яда умерла герцогиня. На мгновение в лицо мужчины бросилась кровь, он вспомнил, как Сафи обещала ему вечер примирения. Хотела отравить? Отравить и освободиться... Змея! Мужской кулак с силой опустился на столик, и ларец подпрыгнул от резкого удара. Боль в руке отрезвила герцога. Сафи - убийца? Не-ет, даже думать о таком смешно. Хотя... Она так ненавидела его за смерть дитя и мужа, что вполне могла решиться.

   - Лаггера ко мне, - велел он Габи, стоявшей в дверях и ожидавшей приказаний.

   Девушка исчезла, а Найяр продолжил думать. Для чего его сокровищу мог понадобиться яд? Когда она его раздобыла? Если в тот момент, когда ее подделка еще была во дворце, то она могла задумать отравить дурочку Тэсгол и подложить вместо себя. И пока он выл над телом, она спокойно покинула ненавистную ей золотую клетку. Красиво, но не для Сафи. Она не убийца - это первое, а второе, любимая женщина Таргарского герцога была чужда всяческих интриг. Врать никогда толком не умела. Имела цель и шла к ней. Она даже ласками не вырывала необходимое ей, предпочитая привести доводы, а не использовать свое тело. Он всегда видел, если в ее головке что-то появлялось. Увидел бы и сейчас, если бы не начал упиваться своей болью, не позволил бы Сафи отдалиться, давая возможность успокоиться.

   - Проклятье, эта женщина делает меня слепым, глухим и слабым, - проворчал Найяр.

   Дверь распахнулась, и в покои вошел лекарь. Он поклонился и настороженно посмотрел на своего господина. Герцог поманил к себе пожилого мужчина. Тар Лаггер приблизился и снова замер.

   - Знакомо? - спокойно спросил Найяр, показывая флакончик с ядом.

   Лаггер взглянул на то, что показывал герцог и побледнел.

   - Это один из моих ядов, - ответил он. - Из моей лаборатории.

   - Зачем ты дал его Сафи? - голос его сиятельства оставался все таким же ровным, но лекарь почувствовал мурашки, скользнувшие по позвоночнику.

   - Я не давал, богами клянусь, не давал... - мужчина осекся, и жесткий взгляд синих глаз правителя вцепился в лицо лекаря. - Она заходила ко мне вчера, сказала, что болит голова. Я был в лаборатории, и Сафи вошла ко мне. Пока я мыл руки, она рассматривала содержимое полок... Наверное, тогда и взяла.

   Тут же в памяти Найяра всплыла встреча недалеко от его покоев. Да, возможно, как раз шла от лекаря. И сговора не было, Сафи бы не вовлекла Лаггера в свои замыслы. Да и по лекарю герцог видел, что тот не врет. Он был напуган, но не врал.

   - Свободен, - махнул рукой Найяр.

   Как уходил его лекарь, он уже не видел потому, что снова погрузился в свои размышления. Эту догадку он не хотел рассматривать, хоть она и была первой. Последние дни его сокровища более всего напоминали подготовку... к смерти. Она создала комитет, полностью скинув с плеч обязанности по благотворительности. Это было ее дело, ее! Ей нравилось заботиться о других, но она даже не вошла в комитет, отдав на откуп свое увлечение тарганне Коген и ее помощницам. Он ведь почувствовал неладное, заметил, но тот вечер так расслабил, что не стал акцентировать внимание, уверенный в том, что она никуда не денется, что пройдет время, и его женщина успокоится.

   Найяр откинул голову назад и прикрыл глаза. Не ездила к детям... Самое странное, эта приютская мелочь всегда успокаивала Сафи. Но она упорно не ехала... почему? Отослала своего щенка, куда? Взяла яд, зачем? Почему именно сегодня? Какой сюрприз готовила на вечер? То, что Сафи готовилась именно к сегодняшнему дню, герцог не сомневался. Закончила дела, причем, последнее было в том храме в Одриге. Если она хотела отравить себя, то собиралась вернуться. Сюрпризом должно было стать ее бездыханное тело?

   - О, да, мое сокровище, это была бы страшная месть, - усмехнулся герцог.

   Он бы мчался к ней, окрыленный надеждами, а нашел лишь бездыханное тело. Она оставила бы ему свое тело, но душа умчалась к ее проклятому безголовому муженьку. Герцог выпрямился, уже уверенный в том, что этот вывод самый верный. Вот это более всего отвечало характеру его женщины. Убить его, потом умереть самой на плахе, значит, встретиться ТАМ, но она желала избавиться от него, исчезнуть. Значит, только самоубийство. Но тогда она не собиралась сбегать, и Грэир заманил ее и похитил.

   - Ублюдок, - рыкнул герцог, порывисто поднимаясь на ноги.

   Теперь он еще больше хотел понять, кто же такой этот Фрэн Грэир, спасший ему жизнь во время последней войны и змеем влезший к нему в доверие. Но за одно Найяр был благодарен предателю, Сафи осталась жива... Не было смысла ее убивать и забирать тело. На мгновение новая вспышка затмила разум - ревность. Возжелал его сокровище?

   - Зубами рвать буду, - прошипел Найяр и выскочил за дверь последних покоев Сафи.

   Когда он вернулся в кабинет, где расположились секретарь и архивариус, ему были предоставлены три возможных выхода на поверхность. Слава богам, на одном из выходов ныне стоял жилой квартал разросшейся столицы, и на этом месте был жилой дом. Значит, оставались всего два. Запомнив, оба места, Найяр уже мчался вниз, намереваясь настичь похитителя и собственными руками вырвать сердце этой лживой мрази, посмевшей покуситься на то светлое, что было в его, наполненной чужой кровью жизни.

   Уже мчась к воротам в сопровождении своих наемников, герцог заметил неспешно идущего главного казначея. Конь возмущенно заржал, поднятый на дыбы резко натянутыми поводьями. Эбер Военор поклонился, приветствуя своего господина. Найяр поманил его к себе.

   - Она о чем-то просила тебя? - без предисловий спросил его сиятельство.

   Герцог не сводил цепкого взгляда с лица казначея, отмечая каждую эмоцию, мелькнувшую в глазах мужчины: от удивления, до понимая и вновь покоя.

   - Мне будет проще ответить вам, ваше сиятельство, если вы уточните вопрос, - без всякого волнения ответил Эбер.

   - О чем просила Сафи в последние дни? - отчеканил герцог.

   - Тарганна Сафи...

   - Сафиллина, либо Тиган, но не Сафи, - резко оборвал его Найяр.

   - Тарганна Тиган, - поправился Военор, - просила помогать тарганне Коген, поддерживать ее деятельность, связанную с благотворительностью.

   - Еще, - потребовал герцог.

   - Просила проследить за казной училища, чтобы собранные средства не исчезли в чужих кошелях, - все так же ровно отвечал казначей.

   - Еще?

   - Просила пристроить Габи, - теперь в глазах Военора мелькнуло удивление. - Что-то произошло с тарганной Тиган?

   - Почему ты должен был пристроить Габи? - взгляд его сиятельства стал тяжелым.

   - Тарганна Тиган опасалась за жизнь девушки. Она говорила, что хочет сменить служанку, причину не объяснила.

   Никаких лишних эмоций, взгляд открытый, прямой, тон спокойный и ровный. Не лжет. Все это герцог отметил и немного расслабился. Да, готовясь к смерти, Сафи должна была позаботиться обо всех. Парня отослала, потому что знала, что Найяр испытывает к нему неприязнь и свою боль мог излить в первую очередь на щенка.

   - Что произошло, ваше сиятельство? - в голосе Военора мелькнуло беспокойство.

   Ничего не знает, ничего. Найяр пришпорил коня, более не обращая внимания на казначея.

   - Пропала, - бросил наемник Дьол, поравнявшись с Эбером.

   Тарг Военор проводил взглядом мчавшийся галопом отряд. Пропала...

   - Пусть будут боги с тобой, моя нежная, - прошептал казначей и направился во дворец, мысленно выдохнув.

   Открыв правду, которую скрывать было ни к чему и правду, которая стала бы явью, он скрыл главную. Дела детского приюта остались скрытыми под менее значимым. Военор давно научился прятать свои настоящие эмоции. С его господином, да при его должности иначе было нельзя.

   Найяр мчался к городским воротам, терзаемый еще одним вопросом, и этот вопрос все настойчивей требовал ответа. Она все продумала, подготовилась, позаботилась о щенке и девчонке-служанке, но не могла же Сафи бросить на произвол судьбы своих детей. Это был основной рычаг его влияния на нее. Она должна была позаботиться о них, не могла бросить, НЕ МОГЛА! Если уж об училище позаботилась, то о детях должна была подумать в первую очередь.

   Отряд свернул к детскому приюту, и герцог остановил коня, стремительно спешиваясь и вбегая в здание приюта. Здесь было пусто. Ни души! Не было детских вещей, не было вещей воспитателей и учителей, исчезли ножи, которыми так гордилась кухарка. Их не было, не было!!! Но одной Сафи вывезти детей было не под силу, и мальчишка Огал не смог бы все провернуть один. У нее должен быть помощник, тот, кто позаботился...

   - Грэир-р-р, - в бешенстве прорычал герцог.

   Так он и влез в доверие к его сокровищу! Сначала отвел к мужу в тюрьму, потом вывез детей. Ну, конечно! Она ждала эту неделю, ждала отчета от него! И шла, чтобы удостовериться, что с детьми все в порядке. Потом собиралась вернуться во дворец и наложить на себя руки. Осколки мозаики сложились, прокручивая перед внутренним взором герцога последнюю неделю жизни Сафи.

   Он выбежал из здания приюта и обвел яростным взглядом спокойные лица наемников. Они не могли не знать о встречах с Грэиром, еще во дворце, знали! Знали и ничего не сказали! Найяр вспомнил, как Сафи исчезла ночью, перед казнью. Тогда он нашел ее в одной из беседок, находившейся в заброшенном уголке дворцового парка. Ему еще тогда показалось, что кто-то стремительно покинул беседку. Охрана промолчала, Сафи была напряжена, словно боялась случайно повернуть голову. Но он, Найяр, был слишком поглощен страхом, что с ней что-то случилось, когда не обнаружил свою любовницу рядом. Значит, не показалось, значит, был там кто-то, и этим кем-то вполне мог стать Грэир. Они сговаривались.

   - Вперед, - процедил сквозь стиснутые зубы герцог. Он еще найдет, как отплатить тем, кто предал его доверие. Не сейчас... он умеет ждать.

   К маленькой деревеньке, недалеко от проезжего тракта, где по карте должен был находить второй выход на поверхность, герцог выехал к рассвету следующего дня. Пока нашли первый выход, пока разобрались, что следы, которые они нашли, оставлены намеренно, пока Найяр в ярости кромсал мечом молодую поросль, чтобы выпустить пар от своего разочарования, наступила ночь. К тому же первый выход находился совсем с другой стороны столицы, и пришлось объезжать город, чтобы выбраться к этому месту.

   Искать скрытый в земле люк его сиятельство не стал, решив начать с допроса жителей деревни. Отряд въехал в деревушку, оповещая просыпающихся людей криками:

   - Его сиятельство, герцог Найяр Таргарский!

   Вскоре деревенскую улицу заполнили жители, протирающие глаза и разглядывая испуганно-удивленными взглядами нежданных гостей. Вперед вышел старик, опирающийся на посох. Он подволакивал левую ногу, что не помешало ему склониться в низком поклоне.

   - Старейшина? - сразу понял герцог.

   - Он самый, господин, - снова поклонился старик.

   - Вчера кто-нибудь приходил в вашу деревню? - спросил Найяр.

   - Был захожий, - кивнул старейшина.

   - Один?

   - Двое, ваше сиятельство. Благородный тарг с женой. Лошадей купили и ускакали, - не врал, ни словом не врал, отметил герцог. Только вот...

   - С кем? - очень тихо спросил герцог. - С женой?

   - Истинно так, господин, - поклонился старейшина. - Красивая тарганна, глаз не оторвать.

   - В сознании? Тащил? Она протестовала? Плакала? - засыпал вопросами старика его сиятельство.

   - Нет, сама шла, улыбалась, - ответил тар Мерон и вдруг решил добавить от себя, не смотря на все поучения Фрэна Гриэра. - Уж такая пара, ваше сиятельство, чисто голубки. А смотрели, как друг на друга.

   Свист хлыста в тот же миг вспорол воздух, и старик едва не упал, хватаясь за рассеченную щеку.

   - Лжешь, старая мразь, лжешь! - выкрикнул герцог, замахиваясь повторно.

   - Дед! - к ним пробилась молоденька девушка, лет пятнадцати-шестнадцати. - Не бейте дедушку, господин! - сквозь слезы взмолилась она. - Он старый, не надо!

   - Имя тарга, - отрывисто произнес Найяр.

   - Мы не знаем, - воскликнула девушка, все еще закрывая от герцога деда.

   - Берни, - прошептал тар Мерон. - Помолчи.

   Но глаза герцога уже скользнули по лицу Бернас, спустились ниже, и на губах появилась жесткая усмешка.

   - Ты его знаешь, - сказал он, спешиваясь. - Вы все его знаете.

   - Тарг Грэир, - поспешил ответить на вопрос старик, задвигая внучку за себя.

   - Не сомневался, - вновь усмехнулся Найяр.

   Он подцепил девушку за локоть и вытащил вперед. На губах герцога заиграла добрая улыбка.

   - Расскажи мне про тарга Грэира, - попросил он.

   - Я ничего не знаю, - испуганно всхлипнула Берни.

   - Господин, я отвечу на ваши вопросы, отпустите внучку, будьте милостивы, - вновь подал голос Мерон. - Я все-все скажу, будьте уверены.

   - Дед! - девушка гневно посмотрела на старика, и Найяр усмехнулся.

   - Нам нечего скрывать, господин! - продолжал старейшина. - Он спас меня от волка, привел лекаря, только и всего. Благородный тарг просто оказал помощь и все.

   - Но это милое создание знает что-то еще, - промурлыкал герцог, - не так ли, малышка? Ты ведь мне расскажешь?

   - Я ничего не знаю, - пролепетала девушка.

   Герцог, все так же добродушно улыбаясь, провел тыльной стороной по лицу Берни.

   - Какая кожа, - отметил он, - не каждая благородная тарганна такую имеет. Как тебя зовут, малышка?

   - Бернас, господин, - тихо ответила девушка, потупив взор.

   - Бернас, - герцог вновь улыбнулся и, приобняв девушку за талию, увлек в сторону.

   - Берни!

   Из толпы деревенских жителей выскочил высокий коренастый парень и тут же остановился, упершись грудью в острие меча одного из наемников. Найяр отвел девушку к высокому деревянному забору и откинул на него. Улыбка исчезла с красивого лица, глаза господина холодно сверкнули, и пальцы сомкнулись на девичьей шее. Затем неприятно звякнула сталь, и нож, вытащенный из ножен, ткнулся острием в нежную кожу рядом с голубым глазом девушки.

   - Так что ты хочешь мне рассказать? - спросил Найяр, вновь окидывая ее хрупкую фигурку ленивым взглядом.

   - Н-ничего, - заикаясь, пробормотала Берни.

   Острие ножа скользнуло к губам и очертило их контур.

   - Ты уверена? - заглядывая в глаза девушке, спросил герцог неожиданным бархатистым голосом.

   - Ваше сиятельство, это всего лишь глупая девчонка! - закричал тар Мерон. - Спросите меня, я все расскажу!

   - Тебя спрашивать не так интересно, - усмехнулся герцог, и острие спустилось к шнуровке на рубашке Бернас. - Давно знаешь Грэира? - спросил он, приближая лицо к лицу девушки. - М-м, как пахнешь, - прошептал мужчина и скользнул губами по виску, спустился к уху и провел кончиком языка по мочке. - Сладкая малышка.

   Нож резко распорол шнуровку, Бернас зажмурилась и вскрикнула:

   - Год, я его знаю год! Фрэн хороший, он дедушку нашел и спас!

   - Вы подружились, да, Берни? - задал следующий вопрос Найяр, обведя ножом контур левой груди и уткнув острие напротив сердца.

   - Да-а, - шепотом протянула она, уже не открывая глаз.

   - Отпустите ее, - закричал Мерон, в его голосе послышались слезы.

   - Заткните старика, - не глядя, велел герцог.

   Берни вскрикнула, когда услышала звук удара и вскрик деда.

   - Отпустите ее, господин! - с надрывом крикнул коренастый парень.

   Найяр обернулся и смерил того насмешливым взглядом.

   - Твой жених? - спросил он, Берни кивнула.

   - Какой секрет ты скрываешь, Берни? - герцог потерся кончиком носа о ее щеку. - Скажи мне, сладкая малышка.

   Нож скользнул на живот, опустился ниже и плашмя потерся о лобок девушки, скрытый длинной юбкой. Она заплакала, пыталась сдержать всхлипы, но они прорывались, становясь все громче и громче.

   - Секрет, Берни, скажи мне ваш с Грэиром секрет, - прошептал Найяр целуя ее губы.

   - Отпустите ее! - бесновался парень.

   - Нет секрета, - выдавила Берни сквозь рыдания.

   Найяр обернулся и коротко велел:

   - Взять его.

   Парня тут же схватили. Герцог вновь приобнял Берни и потянул ее за собой.

   - Идем, познакомишь меня со своим женихом, - добродушно улыбнулся он.

   - Нет, не надо, пожалуйста, - взмолилась девушка.

   - Секрет, - подмигнул Найяр.

   - Нет секрета, правда, нет! - выкрикнула Бернас.

   Они дошли до жениха Берни, которого держали наемники.

   - Снимите штаны, - велел его сиятельство, и порты парня упали вниз.

   - Хоро-ош, - хохотнул герцог, глядя на то, чем наградили юношу боги.

   Пальцы Найяра пропорхали по спине девушки вверх, зарылись в волосы и сжались. Она зашипела и попыталась освободиться.

   - Смотри, Берни, смотри на это добро. - Он почти носом ткнул Берни в естество ее жениха. - Через минуту твой жених его лишиться. Стоит Грэир этого? Нужен жених скопец?

   Парень дернулся, но острие герцогского ножа оставило первый кровоточащий след в паху и переместилось ниже.

   - Скажи ему "прощай", Берни, - холодно произнес Найяр.

   - Нет! Не надо! - завизжала девушка. - Я все скажу, все! Только уберите нож, только уберите!

   - Умница, - усмехнулся его сиятельство, убирая нож, и коротко хохотнул, услышав, как выдохнул юноша. - Ты был на волосок, - подмигнул ему герцог. И вновь обернулся к Берни. - Рассказывай.

   - В лесу есть развалины, - захлебываясь слезами и заикаясь, заговорила девушка. - Я случайно нашла их, Фрэн потом несколько раз спрашивал, мы даже вместе ходили в лес. Потом он один искал, нашел. Он брал у нас телегу, накидал туда сено, набрал факелов, брал масло для светильников, потом все это в лес отвез. Они в ту сторону поехали, я видела.

   - Покажешь эту сторону, - уже ровным тоном велел герцог.

   - Я не найду развалины, клянусь богами! Только могу показать, куда они поехали, - ответила она, падая на колени и прижимая руки к сердцу.

   - Показывай, - велел его сиятельство.

   Берни побежала впереди, указывая рукой.

   - Если в чем-то обманула, я вернусь и продолжим, - пообещал ей Найяр, когда отряд углубился в лес.

   - Прости, Фрэн, - всхлипнула она, бессильно падая на пожухлую траву и пряча лицо в ладони. Девушку трясло.

   * * *

   Флэй исчез за дверью, каким-то чудом закрывавшейся без перекосов. Я вскочила, огляделась и заметила оставленный мужчиной нож, которым он разделывал курицу. Сжав его, я решила, что всажу его себе в сердце, как только Най ворвется сюда. Но за дверью послышалось рычание, затем визг и скулеж. Найяр, конечно, зверь, но не оборотень же! Там явно был волк. Я приблизилась к двери и сразу шарахнулась в сторону, когда с той стороны что-то сильно ударилось.

   И все же я рискнула приоткрыть дверь и закрыла рот рукой, глядя как Флэй, прикрываясь горящим факелом, отбивается мечом от кидающегося на него волка. Один убитый зверь лежал недалеко от двери, но еще двое обходили моего спасителя-похитителя. Я захлопнула дверь, прижалась к ней спиной и закрыла глаза. Грудь часто вздымалась от прерывистого дыхания. Он один, волков трое. Взвизгнув от страха, я схватила еще один факел, зажгла его от огня в треноге и, зажмурившись, выскочила за дверь.

   - Куда?! - рявкнул Флэйри.

   - Тебя спасать, - истерично выкрикнула я и зарядила горящим факелом по волчьей морде, развернувшейся ко мне.

   Волк завизжал и отскочил в сторону. Из-за дверей, где стояли лошади, слышалось ржание и метание испуганных животных.

   - Исчезни! - вскрик мужчины вырвался с рычанием. - Я справлюсь.

   - Там еще страшней, - ответила я, вдруг преисполняясь смелости и вновь замахиваясь факелом на волка.

   Волк попятился. Он скалился и рычал, а я топала ногами и ругалась на него:

   - Иди отсюда! Хорошие волки так себя не ведут, а, ну, брысь! Кому говорю?

   Волк снова рыкнул и отбежал в сторону.

   - Сзади! - заорал Флэй.

   Я отскочила, скорей, испугавшись громкого крика, чем поняв слова. Тут же затрещала ткань моего платья. Третий волк вырвал из подола кусок и тут же получил факелом по голове, от меня.

   - А как я теперь ходить буду?! - Возмущенно воскликнула я. - Ой, боги, - схватилась я за бешено колотящиеся сердце, когда до меня дошло, что зверь едва не вцепился в меня.

   Тут же раздался визг еще одного хищника, и Флэй оказался рядом, вонзая меч в волка, который вновь шел на меня. Третий, которого я отчитывала, выскочил за каменные границы развалин. Мужчина запустил в него горящим факелом, и зверь убежал, поджав хвост.

   - О, как ты его воспитала, - усмехнулся Флэйри. - Проникся.

   - Не смешно, - сердито отозвалась я, рассматривая изуродованный подол. - Платье жалко, - вдруг всхлипнула я.

   - А волков? - полюбопытствовал мой похититель.

   - Волков еще больше, - губы задрожали, по щекам потекли слезы.

   - А нас? - насмешливо поинтересовался Флэй.

   - А нас совсе-е-ем жалко, - захлебываясь слезами, воскликнула я.

   Флэй рассмеялся и привлек меня к себе.

   - Это нервное, сейчас пройдет, - сказал он, гладя меня по волосам. - Воительница, нет, волчья воспитательница. Или нет, вот, как будет красиво. Сафи - заклинательница волков.

   - Дурак! - от души обозвала я его и оттолкнула, но сквозь слезы пробилась улыбка.

   Мужчина весело рассмеялся и положил мне руку на плечо, увлекая к тому помещению, где мы уже один раз укладывались спать.

   - Идем, с рассветом уезжаем отсюда, - сказал мой спаситель-похититель. - Есть еще несколько часов на сон. До утра герцог нас точно не найдет. Карту с тайным ходом я уничтожил, но в дворцовом архиве он должен был найти вторую. У этого подземного хода три выхода, было. Один уничтожила столица, погребла под домом какого-то горожанина. Но два остались. Насколько я успел выучить герцога, он помчится к тому, который со стороны северных ворот. Там уйти удобней, на первый взгляд, потому что и догонять удобней. Я совсем недавно оставил фальшивые следы. Пока поймет, что его водят за нос, пока доберется до второго хода, пока его найдет, пока пройдет по нашим следам в деревню...

   - Боги, что он с людьми может сделать, - ужаснулась я, возвращаясь к дневным мыслям.

   - За деревню говорит старейшина, это закон. Я велел Мерону говорить правду, только правду, ничего не скрывать. Сам проговорил все, что он должен сказать, чтобы не взъярить зверя. Пес зря кидаться не будет. Он видит, когда лгут и что-то скрывают. Так что, все должно обойтись. - Уверил меня Флэй. - В любом случае, ночью в лес, через болота не сунется даже он. Отдыхаем и едем дальше. Надеюсь, больше гостей не будет.

   Мужчина говорил все это, подталкивая меня к дверям. После подождал, пока я лягу, устроился рядом и хмыкнул:

   - Заклинательница волков.

   - Я не знаю, что делать в такой ситуации, - немного обиделась я.

   - Спасибо за помощь, - уже с улыбкой произнес Флэй. - Даже не думал, что ты решишься. Но я, действительно бы справился.

   - В следующий раз, когда один волк будет тебе ногу отгрызать, второй голову, а ты отбиваться от третьего, обещаю не вставать. Поворчу, что ты своими хрипами мне спать мешаешь, и перевернусь на другой бок, - ответила я, глядя в поблескивающие в свете треноги карие глаза.

   - Какая любопытная картина, - мужчина поднял глаза к потолку, словно раздумывая. - А знаешь, я, пожалуй, в таком случае обижусь на тебя. Без головы-то я еще как-нибудь проживу, а вот без ноги уже никуда.

   - Пустомеля! - воскликнула я, качая головой. - Прав был дед на твой счет.

   - Дед вообще мудрый человек, - хмыкнул Флэй и лег рядом, вновь близко придвигаясь ко мне.

   Я недовольно заерзала.

   - Что не так? - ворчливо спросил мужчина.

   - Я, конечно, все понимаю, я красивая женщина, как говорят, но не мог бы ты свой... кхм, факел держать от меня подальше? Он мне в спину упирается.

   - Это ножны от ножа! - возмущенно воскликнул Флэй. - Надо больно в тебя факелом упираться, - ворчливо закончил он, и я поняла, что он снимает ножны.

   - Спасибо за приятное известие, - вежливо поблагодарила я. - А то я уже с твоими невозможными пошлыми высказываниями начала думать, что нравлюсь тебе.

   - Ты? Мне?! Таргарка и сын Белой Рыси? - возмутился Флэйри. - Никогда!

   Может и усталость виновата, может нервы, но мне послышалась фальшивая нотка в возмущении мужчины. В любом случае, я вдруг оскорбилась и, буркнув:

   - Добрых снов, - перестала на него реагировать.

   А вскоре и вовсе заснула, хотя так и хотелось сказать, что сынам самой Белой Рыси не стоит так тесно прижиматься к таргарке. А потом мне приснился сон. Странный, жуткий и совсем нереальный. Мне снилось, что я кружусь в бальном зале нашего замка и мне снова шестнадцать лет. Солнце светило в окна зала, его лучи переплетались, и я все выше поднималась по этим золотым невесомым переплетениям. Неизвестно откуда лилась красивая мелодия, завораживая, погружая в бесконечно счастливое состояние.

   Неожиданно за окнами мелькнула тень, но через мгновение вновь солнце заливало зал, и я продолжала кружиться, когда раздался страшный, разрывающий душу рев:

   - Сафи!

   И солнце померкло, стены замка расплылись, как марево, растаяли, и я упала на землю. Исчезло красивое голубое платье, превращаясь в то самое платье, которое подрал волк. Небо заволокло черными тучами, и в разрядах ярких вспышек молний показался огромный дракон.

   - Сафи! - заревел дракон.

   Я вскочила и побежала, оскальзываясь на склизкой земле, падая, но вновь поднимаясь и устремляясь вперед.

   - Не убежишь, - шипел с неба дракон, выписывая надо мной круги. - Найду, поймаю, сокровище...

   Я закричала и вскочила, но теплые и такие заботливые руки уложили меня на место, и голос моего спасителя-похитителя прошептал:

   - Я рядом, я с тобой.

   И я поверила, вновь проваливаясь в свой кошмар. Я вновь бежала от дракона, а мне навстречу скакал воин в белых доспехах. На голове его был шлем, напоминавший голову рыси. Он подхватил меня, и мы помчались. Нас нес такой же белоснежный конь, как и доспехи рыцаря. Мужчина крепко прижимал меня к себе, а я все смотрела на небо, где бесновался дракон.

   - Сафи, вернись! - рычало чудовище.

   Рыцарь вдруг соскочил на землю, а конь понес меня дальше. Я обернулась и увидела, как дракон выпустил огненную струю в моего спасителя, но тот взметнул над головой сверкающий щит, и пламя разбилось на искры, так и не добравшись до рыцаря. А потом дракон атаковал снова и снова. Я видела, как теряет силы мой защитник. Но появились тени. Много теней. Мой муж шел, неся свою голову в одной руке, а в другой чудного младенца с зелеными глазами. Младенец тянул руки ко мне, а голова Руэри улыбалась бескровными губами.

   - Это мой сын, сердечко, это наш сын, - говорила голова.

   А следом брела герцогиня. У нее были почерневшие губы, но совсем не было отметин от оспы. Шли какие-то воины, шли крестьяне, шли жители, одетые, как горожане. Вот они были изъедены оспой, шли повешенные градоправители, шли истерзанные и замученные в пыточной призраки. Их было так много, и все они подступали к моему спасителю. Мгновение, и они вошли в рыцаря. И тогда он стал огромным, таким огромным, что достал до дракона. Вот тогда битва грянула с новой силой...

   - Сафи, заклинательница волков, просыпайся, - тихий, но настойчивый голос вторгся в мой сон. - Уже пора.

   С трудом разлепив глаза, я обнаружила себя в развалинах древнего храма, а рядом со мной стоял Флэй, глядя с добродушной, чуть насмешливой улыбкой. Он сунул мне в руки плошку с водой.

   - Быстро умойся, перекусишь в седле. Шевелись... таргарка, - усмехнулся мужчина и покинул место нашей ночевки.

   Умывшись, как смогла таким малым количеством воды, пригладив волосы пальцами, я почувствовала себя отвратительно, но, предчувствуя насмешки сына Белой Рыси, вышла к нему с совершенно независимым видом. Он одобрительно хмыкнул и кивнул на уже оседланных лошадей. Я послушно забралась в седло, и мы покинули развалины.

   Лес был еще темным и неприятным, но никто не спешил нападать на нас. Только осадок от сна еще будоражил кровь и мне все мерещились неясные тени и шорохи. А потом вспомнился младенец, как он тянул ко мне ручки, и я тайком утерла выступившие слезы. Я ведь могла держать его на руках...

   - Что-то моя спасительница совсем притихла, - услышала я негромкий голос Флэя. Он протянул мне уже несвежий пирог. - Завтрак подан, благородная тарганна.

   - Пир продолжается, - невесело усмехнулась я.

   Флэй был молчалив, от его веселья не осталось и следа. Хотя, было рассветное время, мы поспали совсем мало, так что о настроении говорить не приходилось. Сжевав пирог и запив молоком из бутыли, я покосилась на своего спутника. Он клевал носом, отчего мне вдруг стало совсем одиноко.

   - Флэй, - позвала я.

   Он вскинул голову и недовольно посмотрел на меня. Я изобразила на лице улыбку, и мужчина снова попытался ускользнуть в дрему.

   - Флэй! - рявкнула я.

   - Что? - со вздохом спросил он.

   Я не нашлась, что ответить, и сын Белой Рыси снова клюнул носом.

   - Флэй!

   - Что надо? - уже раздраженно спросил мужчина.

   - Не спи, - потребовала я.

   - Почему?

   - Мне одиноко и страшно, - пожаловалась я.

   - Если бы я знал, что ты такая вредная, я бы тебя красть не стал, - проворчал Флэй. - Ты дрыхла в свое удовольствие, а я то прислушивался, то тебя успокаивал. Дай, хоть немного вздремнуть.

   Я вздохнула, почувствовав укол совести. Мужчина опять опустил голову на грудь, закрыл глаза и какое-то время мы так и ехали, пока он неожиданно не вскинул голову и обвиняюще не посмотрел на меня.

   - Нет, ты совершенно невыносима! - воскликнул он.

   - Что я сделала? - в недоумении спросила я.

   - Ничего, - проворчал Флэй. - Теперь я не могу заснуть, потому что тебе страшно, - эта фраза вышла ядовитой, и я нахохлилась, чувствуя себя незаслуженно оскорбленной. - И почему ты оказалась такая...

   - Какая такая? - недовольно спросила я.

   - Такая... - ответил мой спаситель-похититель, - вредная.

   - Какая есть, - огрызнулась я. - Мог бы не красть, уже бы в земле лежала, и ты был бы отомщен, чтобы тебе Найяр не сделал.

   Флэй резко обернулся и смерил меня хмурым взглядом, разом став похожим на привычного мне Фрэна Грэира. Но я выдержала его взгляд.

   - Он убил мою жену, - негромко произнес мужчина, глядя перед собой. - Изнасиловал и убил. - Я не посмела ничего сказать, лишь продолжала слушать. - Это было утро после нашей свадьбы... Я ее несколько лет ждал! - неожиданно громко и зло воскликнул Флэй. - Заприметил, когда еще только расцветала. Ждал, оберегал, лелеял. Она была моим цветком, моим нежным цветком, в который я всю душу вложил. Никому не позволил приблизиться. Она отвечала мне взаимностью. Когда вошла в брачную пору, дала согласие стать моей. Я ходил, как помешанный, мне казалось, что за спиной крылья. Я летал, она смеялась, глядя на меня. И это были самые счастливые дни моей жизни. А потом Волгар - шаман моего племени, развел Священный Огонь, который соединил нас. Моя Золи, как она была прекрасна в своем белом платье и в венке из цветов. - Флэй на мгновение замолчал. Он прикрыл глаза, и я увидела, как дернулся его кадык, когда мужчина тяжело сглотнул. - Волосы - как утреннее солнышко, глаза, как васильки, губы - спелая земляника и такие же сладкие, кожа такая нежная, что даже страшно было прикоснуться. Ночь она подарила мне, нашу первую и последнюю ночь... А утром она разбудила меня и сказала, что пришли таргары. Мы бежали. - Он снова ненадолго замолчал. - Я умолял ее не ждать меня. Я уговаривал ее бежать до поселения, но моя глупышка не хотела бросать меня. А потом появились они, - мужчина зло сплюнул и ожесточенно продолжил. - Меня напичкали стрелами. А потом выстрелили в нее, когда Золи уже решилась бежать. Я видел, как мимо меня прошли сапоги, на которых были изображены драконы. Он смеялся, я слышал его смех. Она кричала, а он смеялся, мразь! - И вновь короткая тишина. После которой Флэй продолжил уже тихо и хрипло. - А когда я пришел в себя, ее уже не было. Он изнасиловал ее и задушил. Забрал все, мою душу, мое сердце, мою жизнь... И тогда, сжимая ее холодное тело в объятьях, я поклялся, что найду эту тварь и заберу у него самое ценное, чтобы его корежило в огне так же, как меня.

   - И это я, - прошептала я. - Ты хочешь помотать его, а потом убить меня?

   Флэй вскинул голову и некоторое время смотрел на меня, словно пытаясь понять, кто я и о чем говорю. Затем мотнул головой.

   - Хотел, много лет так и хотел сделать, но, - странный взгляд темно-карих глаз остановился на мне. - Я не такой, как он. Я не могу забрать жизнь просто так, тем более у женщины. Я убью тебя только в одном случае, если он догонит нас, и ты сама попросишь меня об этом, чтобы не возвращаться. Тогда я сделаю это так быстро, что ты даже не поймешь, что уже на пути в сад Пращуров. Я могу и отпустить тебя, но, мне показалось, что исчезнуть из Таргара ты сама не прочь.

   - Ты все еще любишь ее? - спросила я.

   Мужчина отвернулся и некоторое время смотрел куда-то в сторону.

   - Любовь, - наконец, заговорил он, - сложно сохранить за столько лет такой, какой она была. Я помню мою Золи, ни на мгновение не забывал о ней. Я помню ее голос, ее лицо, ее тело, ее жаркий шепот той ночью, ее смех ясными днями. Но в моей душе живут боль и тоска по несбывшемуся счастью. Не знаю, можно ли это назвать любовью. Я пуст, как сосуд, откуда вычерпали весь хмельной напиток. Только запах и остался.

   - Только запах и остался, - горько усмехнулась я. - Как верно ты сказал. - Затем попыталась улыбнуться. - Тебе было тяжело во дворце?

   - Неимоверно. Мне чуждо там все. Сама жизнь для меня там чужда. Претворяться было все сложней, только в храме в Одриге, да в той деревушке удавалось привести нервы в порядок, - ответил Флэйри. - Отец Сэчэри чудеснейший человек. Пьяница, как и его помощник, но такой забавный. Мы вместе нашли того дракона, пока его помощник спал, упившись вина, - по губам моего спутника скользнула улыбка, оживив его лицо в рассветных сумерках. - Он один знал мою почти настоящую историю. Кстати, он тебя защищал, когда я отзывался о тебе так, как привык слышать. А потом... в общем, потом я повинился, и отче чуть дух из меня не вышиб, отпуская грех неверия через щелбаны.

   Мужчина рассмеялся и машинально потер лоб. Я удивленно смотрела на него. Неужели не все поголовно ненавидели меня? Флэй вдруг замолчал, рассматривая меня. Я смущенно потупилась, и он вздохнул:

   - Почему же ты такая... вредная.

   - Таргарка, - я пожала плечами и хмыкнула.

   - Точно, - весело расхохотался сын Белой Рыси. - Как я сам не догадался.

   Я улыбнулась ему, и сквозь макушки деревьев пробился первый солнечный луч.