Глава 32

Анджело

Один из охранников обнаружил наш седан и, обыскав его, нашел на заднем сиденье багаж Виттории.

Сигнал устройства слежения пропал десять минут назад, значит, Виттория, скорее всего, села на чертов самолет. Либо уничтожила кольцо, в чем я сильно сомневаюсь.

– Узнай, каким рейсом летит Виттория! – рявкаю я, вернувшись к внедорожнику.

– Куда мы едем? – спрашивает Большой Рикки, беря в руки багаж Виттории.

– К нашему самолету. Нам нужно взлететь как можно скорее.

– Позвони мне, как только выяснишь, на какой рейс села миссис Риццо, – кричит Большой Рикки Бруно, который уже бежит ко входу в аэропорт.

Бруно машет рукой, показывая, что услышал приказ.

Господи, детка, остановись, чтобы я смог до тебя добраться.

Мы забираемся обратно во внедорожник, и пока Большой Рикки едет к месту стоянки частного самолета, я звоню пилоту, чтобы они могли дозаправиться и подготовиться к взлету.

О Господи! Единственное, на что я рассчитываю, – это то, что Виттория летит с пересадкой, а частный самолет отправится прямо в аэропорт имени Кеннеди.

Я перепроверяю, чтобы убедиться, что не ошибся, и с облегчением выдыхаю, увидев, что из Сицилии нет прямых коммерческих рейсов в Америку.

Я доберусь туда раньше Виттории.

Если, конечно, она вообще собирается вернуться в Нью-Йорк.

Я сердито вздыхаю.

Мне нужно сообщить остальным главарям «Коза Ностры» о том, что произошло. Я набираю номер и жду соединения.

– Привет, как дела? – отвечает мне Дамиано.

– У меня плохие новости, – говорю я охрипшим от напряжения голосом. – Мои дядя и тетя мертвы. Они меня предали.

– Господи, Анджело! – Дамиано потрясенно вздыхает. – Мне чертовски жаль, брат. Чем я могу тебе помочь?

– Просто будь наготове. Мне может понадобиться твоя помощь, чтобы найти Витторию.

– Почему она не с тобой?

– Я не знаю всех подробностей, но, когда мой дядя умер, Виттория сбежала. Скорее всего, она пережила шок и плохо соображает.

– Черт, – вздыхает Дамиано. – Мне попытаться ее разыскать?

Я качаю головой, хотя Дамиано не может меня видеть:

– Нет. Я сам этим займусь.

– Ты уже возвращаешься домой?

– Да, – вздыхаю я. – Как только я найду Витторию, назначу общий сбор.

– Хорошо. Мне рассказать остальным?

– Да, пожалуйста. Я буду тебе признателен.

– Будет сделано. – Дамиано ненадолго замолкает. – Если что, я готов помочь.

– Спасибо.

Когда мы заканчиваем разговор, Большой Рикки как раз останавливает внедорожник возле частного самолета. Я вылезаю из машины и разминаю плечи, чтобы снять напряжение.

Я замечаю пилота, который быстро спускается по трапу.

– Мистер Риццо, мы будем готовы к взлету через полчаса.

Я киваю, направляясь к трапу, и, заняв место в самолете, провожу рукой по лицу.

Боже Милостивый!

Прокручивая в голове все, что мне известно, я откидываю голову на подголовник и закрываю глаза.

Виттория, должно быть, вне себя от страха.

Черт, я ведь только добился того, чтобы она чувствовала себя рядом со мной в безопасности! Я надеюсь, что она не станет опять бояться меня после этого происшествия.

Большой Рикки садится напротив меня и говорит:

– Я только что поговорил с Бруно. Виттория направляется в Миннесоту.

Я хмурю лоб:

– Почему именно туда?

– Туда был ближайший рейс.

– Сообщи пилоту, – бормочу я.

Я смотрю в иллюминатор, и желание обнять Витторию становится непреодолимо сильным.

Тори

Когда я выхожу из самолета в Миннесоте, я словно впадаю в оцепенение от ужаса и паранойи.

Полет был мучительно долгим. Двадцать шесть часов, в течение которых я снова и снова переживала этот кошмар.

Не то чтобы я была голодна, но не могу вспомнить, когда в последний раз что-нибудь ела. Меня тошнит от страха, и я даже не могу думать о еде.

Боже, у меня такое ощущение, что я не спала несколько недель. Последний раз я смогла немного отдохнуть, когда мы летели на Сицилию. Платье у меня измято, а кожа липкая.

Чувствую я себя так же плохо, как и выгляжу.

Я иду вместе с остальными пассажирами, и, когда понимаю, что мне нужно пройти паспортный контроль, силы меня покидают.

От тревоги ноги у меня становятся ватными.

Я встаю в конец очереди и, прикусив нижнюю губу, настороженно разглядываю людей вокруг.

Я уже устала от этого бегства и понимаю, что Анджело меня непременно настигнет.

Если я не сменю имя. Как это сделать? Мне нужно новое имя, новый паспорт и новый страховой номер.

Я опускаю голову и тяжело вздыхаю.

Весьма вероятно, что Анджело уже поджидает меня у выхода.

Если мне пришлось лететь коммерческим рейсом, то он вполне мог воспользоваться своим частным самолетом. Он могущественный человек и легко мог узнать, каким рейсом я лечу.

Боже Милостивый!

Люди медленно продвигаются вперед, и когда подходит моя очередь, я протягиваю паспорт сотруднику. Он смотрит на меня, затем на мой паспорт.

– Почему вы так недолго пробыли на Сицилии?

От волнения у меня в животе все сжимается.

– Мне пришлось вернуться домой из-за некоторых обстоятельств.

– Каких именно обстоятельств? – прищуривается он.

– Смерть родственника.

Мое сердце бешено колотится в груди, но сотрудник просто ставит штамп в паспорт и возвращает его мне.

– Следующий, – произносит он.

Кажется, я умру от нервного срыва – задолго до того, как Анджело меня найдет.

Я следую за другими пассажирами, но, когда они направляются к багажной ленте, я отхожу в сторону и выжидаю.

Если Анджело здесь, мне нужно будет пройти мимо него незамеченной, а это возможно, только если я затеряюсь в толпе.

Если Анджело вообще здесь. Может, он все еще на Сицилии. Он вполне мог послать одного из своих людей меня убить. Может, он даже не знает, где я нахожусь.

Возможностей много, но я готовлюсь к худшему.

Заметив семью из семи человек, я быстро направляюсь в их сторону. Родители с трудом справляются с двумя младшими мальчиками, а трое подростков идут чуть впереди.

Когда мать останавливается, чтобы взять одного из мальчиков на руки, я их догоняю. Используя мать и ребенка как прикрытие, я быстро перекидываю ремень сумочки через плечо.

Как только выйдешь на улицу, беги!

Я держусь рядом с женщиной, по мере приближения к выходу сердце начинает сильнее колотиться у меня в груди. Когда мы проходим через открытые двери, меня прямо подмывает поискать взглядом Анджело, но я боюсь выдать себя.

Внезапно мальчик начинает плакать, и мать останавливается, чтобы его успокоить.

Я окидываю взглядом толпу встречающих, и когда мой взгляд останавливается на Анджело, кровь застывает у меня в жилах.

Не-е-ет!

Мое тело мгновенно переходит в режим бегства, и я бросаюсь в направлении, противоположном от Анджело.

О боже! Он меня убьет!

Я и раньше испытывала страх, но это ничто по сравнению с ужасом, охватившим меня сейчас.

Я тяжело дышу и постоянно оглядываюсь через плечо. Большой Рикки ближе ко мне, чем Анджело. Я даже не заметила его, когда побежала.

Большой Рикки и Анджело догоняют меня, и я с визгом бегу что есть мочи.

Вылетев на улицу, я поворачиваю направо и мчусь по тротуару. Найдя взглядом такси, я бросаюсь к машине, открываю заднюю дверь и забираюсь внутрь.

– Куда едем? – спрашивает водитель.

– Поезжайте! Просто поезжайте! – кричу я, оглядываясь сквозь заднее стекло. – Быстрее!

Когда такси отъезжает от обочины, Большой Рикки направляет на нас пистолет.

– Нет! – выдыхаю я.

Но прежде чем он успевает выстрелить, Анджело его останавливает. Через секунду они уже бегут к черному внедорожнику.

– Пожалуйста, поезжайте быстрее, – прошу я, обращаясь к водителю.

– Куда вы так спешите? – спрашивает он, бросая взгляд в зеркало заднего вида.

– Меня преследуют.

– Мне не нужны неприятности, леди, – качает головой таксист.

– Прошу вас! Я заплачу вам тысячу долларов. Только уезжайте отсюда побыстрее!

Обещание денег, кажется, подействовало, потому что, как только мы выезжаем из аэропорта, он едет гораздо быстрее. Когда мы выезжаем на автостраду, таксист превышает скорость, и я чувствую облегчение.

– Спасибо, – говорю я и, снова оглянувшись через заднее стекло, с замиранием сердца наблюдаю, как внедорожник приближается к нам в плотном потоке машин.

Я судорожно оглядываюсь по сторонам, размышляя, не попросить ли водителя остановиться и не скрыться ли мне с шоссе.

Прежде чем я успеваю решить, что мне делать дальше, внедорожник проносится мимо нас, резко разворачивается и останавливается прямо перед такси.

– Господи! – кричит водитель, резко нажимая на тормоз.

– О боже! – взвизгиваю я, и как только мы останавливаемся, я распахиваю дверь и выпрыгиваю из машины.

– Эй, – кричит таксист. – Вернитесь!

Не обращая на него внимания, я выбегаю на встречную полосу. Машины виляют, объезжая меня, а колеса бешено визжат.

– Виттория! – слышу я у себя за спиной крик Анджело.

Нет!

Все вокруг словно замедляется, в голове у меня проносится воспоминание о том, как Анджело с любовью смотрит на меня.

Я чувствую его губы на своих губах.

Я слышу его смех.

Я испускаю леденящий кровь крик, а моя душа разрывается от полного опустошения.

Услышав автомобильный гудок, я перевожу взгляд в сторону этого звука и вижу, что автомобиль мчится прямо на меня.

Внезапно кто-то хватает меня сзади. Мои ноги отрываются от земли, и кто-то отбрасывает меня в сторону от мчащегося автомобиля.

– Не-е-ет! Нет-нет-нет! – кричу я, потому что ужас, который я испытываю после смерти Маурицио, становится невыносимым.

Кажется, я схожу с ума.

– Я здесь, – громыхает голос Анджело, словно гром.

У меня все расплывается перед глазами, Анджело перекидывает меня через плечо, и последнее, что я вижу, прежде чем потерять сознание, – это следы шин на асфальте.