Глава 38

Анджело

Я сижу на диване, когда слышу стук каблучков Виттории на лестнице.

Я встаю, подхожу к лестнице и смотрю на нее снизу вверх.

Моя женщина потрясающе выглядит в голубом шелковом платье, а с макияжем, подчеркивающим ее красивые черты, она еще и чертовски соблазнительна.

Я подхожу ближе и протягиваю ей руку. Улыбка озаряет ее лицо, и она переплетает наши пальцы. А когда Виттория останавливается на последней ступеньке, ее глаза наполняются любовью.

Я притягиваю ее к груди, а другой рукой обхватываю за поясницу, чтобы еще крепче прижать к себе. Наклонившись к ее уху, я глубоко вдыхаю ее цветочный аромат.

Мой низкий голос наполнен желанием, когда я произношу:

– От твоей красоты у меня перехватывает дыхание, mia piccola tentatrice.

Поднимая ладони к моему гладко выбритому подбородку, Виттория смотрит на меня так, словно я – весь ее мир. Я никогда не чувствовал себя более могущественным, чем в этот миг.

Она нежно целует меня в губы и шепчет:

– Я люблю тебя, il mio diavolo [10].

Услышав, что она называет меня своим дьяволом, я улыбаюсь ей в губы. Она права. Ради нее я готов расшевелить всех чертей.

Переплетая наши пальцы, я помогаю ей спуститься с лестницы, и мы выходим из дома, где Тини и Большой Рикки уже ждут нас у машины.

Увидев нас, они оба широко улыбаются.

– Прекрасно выглядишь, Тори, – говорит Тини.

– Спасибо, – хихикает Виттория.

Я тяну ее за руку от внедорожника, и она бросает на меня растерянный взгляд, но он быстро сменяется удивленным, когда я открываю пассажирскую дверь «Ламборгини».

Как только Виттория забирается внутрь, я объясняю:

– Тини и Большой Рикки поедут за нами во внедорожнике.

Виттория кивает, рассматривая салон роскошного спортивного автомобиля.

Я закрываю дверцу и киваю своим людям, обходя «Ламборгини» спереди, потом расстегиваю пиджак и сажусь за руль.

Я проверяю, пристегнут ли ремень безопасности Виттории, и пристегиваюсь сам. Заводя двигатель, я ухмыляюсь, когда он с ревом оживает.

Боже, я обожаю этот звук!

– Готова? – спрашиваю я, подмигивая жене.

Она возбужденно кивает, и когда я кладу руку на подголовник ее кресла, чтобы выехать задним ходом, Виттория издает неожиданный стон.

Я перевожу взгляд на нее, и, видя на ее лице такое желание, что она прикусывает нижнюю губу, я чуть не меняю наши планы насчет ужина.

– Если ты не перестанешь так на меня смотреть, я трахну тебя прямо в машине, – предупреждаю я ее.

Виттория кладет руку мне на бедро и проводит пальцами по очертаниям моего затвердевшего члена.

– Тогда перестань быть таким сексуальным.

Я издаю хищный смешок и переключаю передачу на полный привод: «Ламборгини» ревет, когда я направляю машину к воротам.

Несмотря на то что эта машина создана для гонок, я соблюдаю скоростной режим, чтобы мы не потеряли Большого Рикки и Тини в вечернем потоке машин.

– Куда мы едем? – спрашивает моя маленькая соблазнительница, продолжая поглаживать пальчиком мой чувствительный член.

– Детка, если ты не остановишься, то я кончу прежде, чем мы доберемся до места, – предупреждаю я, хватаю ее руку и кладу к себе на колено. – Плохая девочка.

Виттория хихикает и переводит внимание на пейзаж за окном.

– Мы едем ужинать, – отвечаю я на ее вопрос.

– В «Маленькую Сицилию»?

Я киваю и сворачиваю на одну из главных улиц Лонг-Айленда.

Я закрыл свой ресторан на весь вечер, потому что хочу поужинать при свечах со своей женой.

Я останавливаю «Ламборгини» возле «Маленькой Сицилии», выключаю двигатель и отстегиваю ремень безопасности.

– Подожди, я открою тебе дверь.

– Хорошо.

Я смотрю в зеркало заднего вида и жду, пока Большой Рикки и Тини все проверят, прежде чем вылезти из машины. Обходя машину спереди, я оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что опасности нет.

Открываю дверь, помогаю Виттории выбраться из машины и прижимаю ее к себе. Когда мы заходим в ресторан и она видит пустые столики, ее улыбка становится еще шире.

– Здесь только мы?

– Да. Я не хотел ни с кем тебя делить, – бормочу я.

Подходя к столику со свечами, я выдвигаю для Виттории стул. Я попросил Эдди все приготовить для сегодняшнего вечера.

Наши стулья стоят рядом, а из окон открывается вид на озеро Ронконкома.

Я сажусь рядом с Витторией и улыбаюсь своей жене.

Она бросает взгляд на столик, за которым сидят Тини и Большой Рикки, а потом полностью сосредотачивается на мне:

– Чудесно.

– Особенный вечер для моей особенной девочки, – говорю я, и официант приносит бутылку вина.

– Добрый вечер, мистер Риццо… миссис Риццо. Могу ли я налить вам вина? – спрашивает он.

Я киваю и наблюдаю, как он наполняет наши бокалы наполовину.

Когда он оставляет нас наедине, я беру Витторию за руку и просто смотрю на нее, потягивая вино.

Она улыбается еще шире и хихикает:

– Если ты продолжишь так на меня смотреть, я взорвусь.

Я смеюсь и провожу большим пальцем по тыльной стороне ее ладони.

– Так тебе и надо за то, что ты чуть не заставила меня взорваться в машине.

Она одаривает меня застенчивой улыбкой, и я чувствую, что люблю ее еще сильнее.

Я наклоняю голову и расслабляюсь на стуле.

– Мы это еще не обсуждали, но я хотел спросить, что ты планируешь делать со своим наследством, когда его получишь?

Виттория хмурит брови:

– Ты знаешь о моем наследстве?

Уголки моего рта приподнимаются в улыбке.

– Я знаю все, детка.

Она игриво закатывает глаза:

– Не знаю. Сначала я собиралась использовать эти деньги, чтобы сбежать от Джорджио. – Она пожимает плечами. – Скорее всего, просто оставлю их на своем банковском счете.

– Если хочешь, я могу помочь тебе вложить деньги.

Виттория с облегчением кивает:

– Я была бы тебе признательна.

Большим пальцем я продолжаю гладить ее нежную кожу.

– Что ты собираешься делать с домом своего отца?

Виттория на мгновение задумывается, потом отвечает:

– Я не хочу его продавать.

– Тебе и не нужно. – Я скольжу взглядом по ее лицу. – Ты можешь сдать его в аренду или оставить пустым.

Она просовывает ладонь под мою руку и переплетает наши пальцы.

– Я подумаю об этом.

Официант приносит нам закуски, и мы наслаждаемся жареными гребешками. Впервые за эту неделю я чувствую себя спокойно.

Виттория вытирает уголки рта салфеткой и спрашивает:

– Сколько детей ты бы хотел иметь?

– Столько, сколько захочешь, – с улыбкой отвечаю я. – Я к твоим услугам круглосуточно и без выходных.

Виттория смеется, и я упиваюсь этим волшебным звуком.

Мы наслаждаемся остальными блюдами, и после того, как официант уносит тарелки, я достаю из нагрудного кармана крошечную бархатную коробочку и встаю со стула.

Виттория вопросительно смотрит на меня, а я опускаюсь перед ней на одно колено:

– Понимаю, что делаю все не в том порядке, но… – Я открываю коробочку и показываю ей кольцо с бриллиантом. – Когда я тебя увидел, я впервые в своей жизни бесповоротно влюбился. Ты меня околдовала, и я просто должен был тебя заполучить. Я хотел всю свою оставшуюся жизнь просыпаться и видеть рядом твое прекрасное лицо. Я захотел владеть каждой частичкой твоей невинности. Я хотел тебя больше всего на свете.

Я делаю глубокий вдох, беру ее левую руку и, проводя большим пальцем по ее обручальному кольцу, продолжаю:

– Ты – свет моей жизни, Виттория. Mia raggio di sole. Без тебя я как во тьме.

Свободной рукой Виттория вытирает со щеки слезу и дарит мне дрожащую улыбку.

– Я знаю, что мог бы все сделать по-другому и не заставлять тебя выходить за меня замуж, но риск потерять тебя мешал мне мыслить ясно. Но я не жалею об этом и сделал бы это снова.

Виттория издает смешок и качает головой.

Я достаю из коробочки кольцо с бриллиантом и держу его перед ее левой рукой.

– Я клянусь любить и чтить тебя до конца своих дней, Виттория.

Виттория соскальзывает со стула и опускается на колени рядом со мной, слезы катятся по ее щекам.

– Я клянусь любить и чтить тебя до конца своих дней, Анджело, – говорит она, глядя мне прямо в глаза.

Расплываясь в улыбке, я обнимаю ее лицо ладонями и прижимаюсь губами к ее губам.

Тини и Большой Рикки взрываются аплодисментами, а Тини даже присвистывает.

Тори

Я оглядываюсь и вздыхаю.

Все места вокруг нас в соборе пусты. Они пусты не потому, что Анджело запретил кому-либо сидеть рядом с нами, а потому, что все прихожане слишком напуганы, чтобы к нам приближаться.

Пока отец Паризи читает проповедь о том, как противостоять жизненным невзгодам, Тини в четвертый раз засыпает.

Я слегка толкаю его локтем в плечо, он выпрямляется и пытается прогнать сон.

Я снова сосредоточиваюсь на проповеди, но чувствую, как другие прихожане украдкой поглядывают на нас. Еще месяц назад меня это беспокоило, но сейчас мне все равно. Анджело – мой муж, и я горжусь тем, что он рядом со мной.

Я слышу, как Большой Рикки что-то шепчет Анджело, и они тихонько хихикают.

– Тсс… Ведите себя прилично! – шикаю я на них.

Они оба закрывают рты и делают невинные лица. Я качаю головой и изо всех сил стараюсь сдержать улыбку.

Анджело наклоняется так близко, что я чувствую на ухе его дыхание:

– Меня заводит, когда ты ведешь себя так властно. Можно отвести тебя в исповедальню и исповедаться в своих грехах?

Я кладу руку ему на бедро и сжимаю губы, чтобы не улыбнуться.

– Тише.

Тини продолжает клевать носом, и в конце концов я оставляю его в покое.

– Да благословит вас Всемогущий Бог Отец, и Сын, и Святой Дух, – наконец произносит отец Паризи.

Я снова осеняю себя крестным знамением и шепчу:

– Аминь.

Анджело и Большой Рикки быстро повторяют за мной.

– Месса окончена. Идите с миром, любите друг друга и служите Богу.

– Слава Всевышнему, – отвечаю я на слова отца Паризи.

– Ну наконец-то, – вздыхает Тини рядом со мной. – Не знаю, что они добавляют тут в кондиционер, но я отрубаюсь каждое воскресенье. – Он встает вместе с остальными и объявляет: – Теперь кофе с кексами!

– Клянусь, это единственная причина, по которой ты сюда приходишь, – поддразниваю я Тини, а Анджело берет меня за руку.

Все прихожане ждут, пока мы выйдем, и держатся от нас на безопасном расстоянии.

– Возьми кекс с собой, Тини. Мы не останемся на кофе. Боюсь, что нервы прихожан не выдержат еще целый час с Анджело.

– Нам стоило бы остаться всем чертям назло, – хихикает Большой Рикки.

Бросая на него хмурый взгляд, я шепчу:

– Никаких чертей!

– Прости, Тори, – с раскаянием извиняется он.

– Поехали домой, – говорит Анджело, прикрывая рот, чтобы скрыть зевоту.

– Можно мы заедем к вам на обед? – спрашивает Тини, стащив с кофейного столика два кекса. – Мы еще не закончили смотреть «Любовь с уведомлением».

Я смотрю на Анджело, когда мы выходим из собора:

– У меня все есть для жаркого с хрустящим картофелем, сладкой кукурузой и…

– Ну пожалуйста, босс, – умоляет Тини.

– Ладно, – соглашается Анджело, и уголки его рта приподнимаются в улыбке.

– Ура! – Тини широко улыбается и открывает заднюю дверцу внедорожника.

Я забираюсь в машину и, когда Анджело устраивается рядом со мной, кладу голову ему на плечо. Подняв руку, он обнимает меня и целует в макушку.

Большой Рикки везет нас домой, а Анджело гладит пальцем бриллиант, сверкающий на моем безымянном пальце, и я вспоминаю наше свидание.

Оно было прекрасно.

Я прижимаюсь щекой к груди Анджело и счастливо вздыхаю.

Спасибо тебе за то, что осуществил мои мечты.

– О чем ты думаешь? – спрашивает Анджело.

– О том, как я счастлива. – Я поворачиваюсь и смотрю на него снизу вверх. – И о том, как сбылись почти все мои надежды и мечты.

– Правда? – Анджело наклоняет голову и нежно целует меня в губы.

– Да, – выдыхаю я ему в губы.