Глава 34. Неожиданный визит

Я вечное разочарование для моего отца, но смирилась с этим. Почти.

Пробуждение на этот раз прошло… сладко. Открыла глаза и поняла, что снова нахожусь в покоях Макса. Именно здесь мы и провели вместе эту ночь.

Какой же он… милый. Порой.

Но чаще всего это властный демон, стремящийся подмять под себя всё и вся. В том числе и меня. Хотя, чего можно ещё было ожидать? Пушистого безобидного кролика? Такой бы не продержался столько лет Императором, учитывая сколько интриг и заговоров норовят устроить окружающие. Что поделать, что при всём его хорошем отношении ко мне, вокруг него витает атмосфера недоверия и подозрительности. Но это не мешает Максимилиану быть щедрым и невероятным любовником.

Отрицать, что мне он нравится и даже немного больше этого бесполезно.

"Хотя надо бы", — проворчал Данев.

Я застонала. Вот не мог промолчать, а? Портить мне настроение прямо с утра после такой ночи?! Это могло только одно существо… Демон. Мой личный демон.

"А ничего что мы одно целое? Пусть и не донца. Но это только пока".

Хмыкнула и поднялась с постели. Вступать в полемику с Даневом с утра пораньше не лучшая идея.

Привела себя в порядок и успела выбрать небесно-голубое платье, прежде чем в комнату прошмыгнула Сара.

— О! — обрадовалась ей. — Хорошо, что пришла. Поможешь мне одеться? А то с этим фасоном не справлюсь самостоятельно.

— Конечно, мисси, — она улыбнулась и подошла ближе. — Для этого я и здесь. Чтобы помогать вам…

Скривилась. Вроде ничего такого не сказала, а у меня на душе стало паршиво.

— Я сказала что-то не то? — забеспокоилась девушка.

— Нет, что ты, Сара… Просто настроение сегодня так себе, — пожала плечами и встала прямо, чтобы служанка смогла без труда надеть на меня платье.

— А почему вы не носите бельё? — краснея, как милое дитя спросила девушка.

Но вместо ответа, я и сама покраснела, понимая, что моя кожа приобрела цвет переспелого баклажана. Вот тебе и опытная рабыня для утех…

— Я… эээ… хозяевам это обычно не нравится, — клянусь в этот момент мне хотелось провалиться сквозь землю и чтобы меня присыпали песочком сверху.

Но в ответ Сара только деловито кивнула и, стыдливо отводя глаза в сторону, продолжила меня одевать.

После я отправилась завтракать. Урок грамоты со слугами был назначен только через пару часов, так что после трапезы просто начала слоняться по замку в поисках какого-нибудь занятия.

Вот есть люди, которым нравится бездельничать и предаваться лености, но я явно не из таких. Усидеть на месте мне всегда было тяжело. Вот и сейчас не знала, чем себя занять. В какой-то миг в голову пришла идея сходить на кухню и попросить какую-нибудь работу. Местную кухарку звали Доротти и не думаю, что откажет мне в такой малости. Но, наверное, это покажется странным.

Так что я так и бродила, не зная, чем себя занять. А когда уже решилась заглянуть к Доротти и выпросить себе какое-нибудь занятие, мои планам не суждено было сбыться. Потому что, когда проходила мимо кабинета Максимилиана, меня схватили за плечи и утянули туда, подталкивая в спину.

На мгновение я обомлела от чьей-то наглости, но потом решила, что это Макс таким образом разнообразит нашу жизнь, но стоило с улыбкой повернуться к хозяину, когда поняла, что это вовсе не он. Передо мной стоял хмурый Доминик Данеру.

— Наконец-то, — выдохнул отец. — Я около часа ждал в этом коридоре в надежде что ты здесь пройдёшь. Как только узнал, что Вотеру уже у себя в императорском дворце, сразу переместился сюда.

— Неужели? — мои губы скривились. — И зачем?

— Как ты можешь такое спрашивать, Богдана? — возмутился дадо. — Ты моя дочь! Что ты вообще здесь делаешь? И почему жива?

— Я что должна оправдываться перед тобой за то, что жива? — переспросила с недоумением, а по сердцу будто мазнули ножом, делая там открытую рану, от которой перехватило дыхание.

Так и хотелось потереть это место, но этот жест бы выдал моё смятение. А сейчас как никогда мне надо было оставаться холодной и невозмутимой.

— Конечно, нет! — окаменел Данеру. — Просто мне сказали, что ты была в числе тех, кого казнили четыре года назад.

— И переживал? — хмыкнула.

— Пусть и никчёмная, но ты моя дочь, Богдана, — он высокомерно задрал подбородок. — Я всегда приглядывал за тобой. В том числе и у матери. И не мог поверить, что ты совершила тот глупый поступок. Зачем тебе вообще понадобилось красть? Я пришёл за тобой, как только узнал, но мне сказали, чтобы уже поздно…

Мне показалось или в его глазах мелькнула боль? Точно показалось, потому что в следующий миг его челюсть сжалась, а меня окатило презрение, словно он разочаровался во мне. Скорее всего так и есть. Но чтобы испытать подобные чувства надо ведь испытывать хоть что-то, кроме пренебрежения.

— Вот такая я никчёмная, — фыркнула. — Люблю нарушать закон и быть плохой… что ещё ты хочешь от цыганской крови?

— Что тебя связывает с Максимилианом Вотеру? — спросил он, игнорируя мои слова. — Как ты здесь оказалась? Вы любовники? Впрочем, на последний вопрос не отвечай. Это и так очевидно. Но оно и не удивительно, учитывая чья ты дочь…

— О да, — я закатила глаза. — Именно поэтому дае так и не впустила в свою жизнь и постель никого кроме тебя. Такая ветреная, что ужас…

— А ты изменилась, — прищурился Данеру. — Раньше ты не была так остра на язык. Да что там… ты больше напоминала забитую моль, покорную судьбе.

— Проваливай, — прорычала, стискивая кулаки. Он был прав и от этого ещё больнее. Но больше я не ребёнок. — Видеть тебя больше не хочу.

— Нет уж, Дана… — хмыкнул дадо ни капли не впечатлённый вспышкой моего гнева. — Сначала ты расскажешь мне, что тебя связывает с Максом. Как могла ты опуститься до того, чтобы стать подстилкой для высшего?

— Я совершеннолетняя и ты больше не только не мой опекун, но и никто мне, Доминик. На моё счастье ты не признал меня официально, а теперь и не сможешь, потому что никогда не дам своего согласия, — попыталась сказать это как можно более спокойнее. — Так что убирайся и не попадайся мне на глаза. Желательно никогда.

Но отец удивил меня тем, что смягчился и произнёс:

— Послушай я всего лишь хочу тебе помочь. Если ты находишься тут против своей воли… ты же была смертницей… значит тебя выкупили. Ты рабыня? Ты рабыня Вотеру? И ты думаешь я могу такое допустить? Чтобы ты была чьей-то бесправной собственностью? Игрушкой какого-то демона? Пусть Макс хоть десять тысяч раз бывший Император, но это не даёт ему права пользоваться тобой.

На короткий миг моё сердце пропустило удар… неужели он всё же хоть немного любит меня? Но он тут же опроверг эти глупые мысли и вспыхнувшую было надежду, заявив бескомпромиссным тоном:

— Я забираю тебя. Мы что-нибудь придумаем как избавиться от твоего хозяина и его власти над тобой…Чтобы ты не думала, но ты принадлежишь мне!

— Неужели? — яростно спросил Максимилиан Вотеру, стоящий в проёме.

Харас! Как давно он там и что слышал?!