Глава 6. Следствие ведут знатоки

То, что у нее самой за последнее время наладилось внезапное взаимовыгодное сотрудничество с Рузеном, Инга не то чтобы упустила, просто не сразу провела параллель. Но, слушая отчет Рихарда, краем сознания женщина выцепила этот интересный момент. Раньше они с владельцем «Черной луны» старались витать по разным орбитам. Он – негласный король всей городской нечисти, Инга – капитан команды, следящей за тем, чтобы нечисть соблюдала законы, практически полиция. Только вместо кучи разных вариантов наказаний дененсиры использовали лишь один – уничтожение.

– Чирк?! – выслушав Рихарда, громыхнул Рузен, даже подскочив со стула. – Это когда он успел с оборотнями связаться? И с вашим этим… как его… Дурнем?!

– Дурмом, – хохотнув, поправил проклятие Хенкель. – Но мне тоже интересно, что связывает оборотней, человека и мага. Перевертыши обычно неплохие ребята, пить только не умеют и драться любят. Но стараются держать себя в лапах.

«Еще бы, – хмыкнула про себя Инга, – у них же там иерархическая система – альфа, бета, гамма. Прямо греческий алфавит на четырех лапах! Сложнее только у вампиров».

Но вслух подвела лишь итоговую черту:

– Значит, надо как-то пугануть этого Чирка. Вызвать его в полицию?.. – И женщина вопросительно посмотрела на Рихарда.

Следователь, узнав, какая опасность нависла над городом, сразу согласился, что хрен редьки не слаще и его не устраивают ни демон, ни команда по зачистке от демонов. Намечался довольно интересный эксперимент: нечисть, люди и маги против демона, нечисти, людей и магов. Причем не факт, что командой врагов управляет именно демон.

– Я сделала запрос, и мне обещали прислать подробные сведения о Дурме. – Инга еще раз внимательно взглянула на Рихарда. Тот удовлетворенно кивнул.

Конечно, повышенный интерес к одному и тому же человеку у представителей администрации из одного и того же города вызовет подозрения, но только если кто-то сумеет отловить сразу два запроса. Однако обычно полиция работала отдельно, а магическая сеть – отдельно.

Зато у Рихарда появится возможность сравнить биографию Дурма для людей и магов, ведь та пока что должна быть идентичной.

– Преступления раскрываются через прошлое, – объяснил полицейский азы следовательской деятельности, когда попросил Ингу напрячь свои информационные каналы. – Так что я попытаюсь выяснить, кто же такой ваш главный преступник. Надо понять его цель, обнаружить слабые места, вычислить связи. Составить его психологический портрет.

– У нас нет на это времени! – попыталась тогда возмутиться привыкшая к действиям женщина.

– Так я же не собираюсь привлекать вас, это вы привлекаете меня, – спокойно напомнил ей Рихард, и Инге пришлось с ним согласиться. Действительно, это же маги привлекли полицию в помощь, а не наоборот.

Вот поэтому и был отправлен запрос в архивы, чтобы получить полную анкету на Дурма, тем более и повод имелся. Официально же он еще пока являлся членом команды Ингибитров, так как со всем этим дурдомом Инга до сих пор не отправила командованию список изгнанных. А интерес к биографии подчиненного вполне естественен. Кстати, к таким анкетам и психологические характеристики прилагались, любителям портретов может пригодиться.

– Чирка уже задержали, – продолжил отчитываться следователь. – Пока предъявить ему обвинение в организации нападения на частный дом мы не можем, доказательств нет. Но удерживаем из-за связи с одним из участников нападения. За сутки надо доказать, что он виновен. Кстати, – вспомнил Рихард, покосившись на вновь развалившееся на стуле проклятие, – обвиняемого в убийстве твоего знакомого мы раскололи, даже при хорошем адвокате ему светит пожизненное. В желудке одной из пойманных ими рыб, той, что досталась убитому, оказались жемчужины. И их пока, официально, не нашли.

Все понимающе переглянулись. Теперь надо будет переждать пару-тройку лет, и потом фобия сможет потихоньку продавать унаследованный жемчуг и жить припеваюче.

– Как эта рыба сразу не сдохла? – тихо удивился Тор, успевший оценить количество жемчужин.

– Да они там на дне чего только не глотают, – недовольно буркнул Рузен и на той же недовольной ноте пробубнил: – И ведь этот лошара предлагал поделить все напополам. А мог все себе оставить!

– Ну вот он мог все себе оставить, но не захотел, а его друг захотел, но не смог. – Инга уже начала привыкать к почти полному отсутствию эмоций в голосе Рихарда. Хотя инстинкты постоянно настораживались, так как безэмоциональность была одним из признаков мелкой нечисти.

– И чем вы, люди, от нас отличаетесь? – философски выдал Рузен и тут же сам вернулся к более актуальной теме: – Ну и чего с Чирком-то? Откуда он оборотней знает, выяснил?

Интерес проклятия к главарю одной из пытающихся удержаться самостоятельно на плаву условно конкурирующих банд Инга прекрасно понимала. Тем более когда пару суток назад в своей собственной команде оно обнаружило подосланца. И отомстить само ему не может, потому что плохой или хороший, но Чирк – человек.

– Пока ребята с ним работают, но, если будет что-то важное, мне сообщат. – Рихард успокаивающе кивнул Рузену и на всякий случай предупредил напрягшихся магов: – Про оборотней ребята не в курсе. Для них все – и подозреваемые, и пострадавшие – люди.

– Это хорошо, – облегченно выдохнула Инга. – Значит, вы копайте по-своему, а мы будем искать по-своему. Я выпущу шикигами…

– Нет, – неожиданно для всех рыкнул Габри. Разве что кулаком по столу не стукнул. – Лекарь сказал, чтобы ты магически не напрягалась, так что никаких шикигами.

Все в кабинете замерли, похоже мысленно делая ставки и пытаясь решить, как именно капитан прибьет обнаглевшее очеловечившееся искушение.

Однако оно ловко использовало свою собственную слабость в качестве аргумента:

– Опять магически истощишься, а я даже помочь тебе не смогу!

– Ничего, зато я смогу, – еще более неожиданно влез Рузен. – Не так мощно, как Габри, но с быстрой подзарядкой помогу. И это… он не со зла, а потому, что волнуется, – попыталось проклятие заранее вступиться за друга, пока того действительно не убили.

Просто у Инги был такой многообещающий взгляд, что всем стало не по себе.

– Лекарь сказал, что позвоночник тоже напрягать нельзя, – упорно гнул свою линию бывший соблазн.

– Захар много чего сказал, он целитель, ему простительно, – несколько раз сосчитав до ста и обратно, более-менее спокойно произнесла Инга. – Но это не значит, что и ты можешь говорить со мной в подобном тоне.

Теперь пришла очередь Габриэля искать внутри себя источник успокоения. Густая напряженная тишина провисела в кабинете почти полминуты, прежде чем парень сумел выдавить:

– Извини.

Одно короткое слово. Ни оправданий, ни объяснений. Но Инга удовлетворилась и этим, потому что сказано было прочувственно, от души. И все остальные облегченно выдохнули, особенно Рузен.