Глава 40. Непотребства

Истерика у женщины закончилась. Она пыталась было плакать и цепляться за Раиля, но тот хладнокровно сообщил, что лучше всего женскую нервную горячку лечит оплеуха. Фрейлина тут же пришла в себя, но смотрела так странно, что целитель не решился оставить ее без присмотра, велел ей ложиться в постель, а сам прилег на короткую и узкую кушетку. Выспаться им не дали. Прошло не больше часа, как под окнами раздался рев мобиля, и в дом ворвался всклокоченный начальник Полицейского Департамента.

— Какого беса, Раиль? Что происходит? — взревел он. — Что за странные послания?

— Угомонись, — шикнул на него степняк, выразительно косясь на Анну-Марию. — Я всё объясню. Ты один?

— С агентом Штоссом и водителем.

— Отлично. Пусть отвезут девушку в участок и запрут ее там. Она важный свидетель. Только не нужно ее драконить. Ей и так пришлось нелегко.

— Понял, — кивнул Рюссоле и отправился раздавать указания.

Раиль же поставил вариться кофе. Вот еще один аргумент в пользу Франкии — кофе тут отменный, его привозят из-за моря. Его степной дед без кофе жить не может, этот густой запах неизменно возвращал Раиля в детство. А в Катае только чай пьют.

— Ты нашел его? — требовательно спросил он Карла, едва тот показался в дверях.

— Иди ты! — злобно поглядел на целителя Рюссоле. — Где я его среди ночи найду? О, кофе! И мне налей.

— Я тебе адрес аптеки сказал, — с досадой вздохнул Раиль. — Наверняка парень оставил какой-нибудь знак.

— Да зачем он тебе?

— Что ты знаешь о магах жизни? — задал неожиданный вопрос целитель, разливая кофе в чашки.

— Ну… они есть. Это базовый пласт магии. Такой же, как вода, огонь и воздух. Жизнь, она же природа или земля.

— Базовое, да. Но есть разные направления.

— Ага, целители, некроманты, ботаники всякие, геологи… лошадники у степняков.

— Молодец, — кивнул Раиль. — Ты даже знаешь, что некроманты — это маги жизни, а не смерти, как их называют.

— Я в университете учился. И с Маркусом давно дружу. И знаешь, не верю. Вот не верю!

— Правильно, — усмехнулся целитель. — Потому что среди магов жизни есть еще иллюзионисты. Те, которые создают подобие жизни. И дар этот обычно совсем слабый. Настолько слабый, что про него постоянно забывают.

— Иллюзионист! — пораженно выдохнул дознаватель, округляя глаза.

— Я, когда жил в Катае, познакомился с одним парнем. Знаешь, забавно — после Катайско-Франкской войны там народилось довольно много полукровок. Это дело, конечно, замяли и сделали вид, что такого позора не было вовсе. Вот только раньше среди катайцев не было магов. Оборотни были, ёкаи были… погонщики были. А маги все появились только после визита франкийцев. Ну и галлийцы тоже влили свежей крови в народ Катая.

— Кто такие ёкаи?

— Какая к бесу разница? Люди, которые оборачиваются в демонов… или демоны, которые могут становиться людьми, тебе от этого легче стало? Их все равно почти всех вырезали. Я про иллюзионистов. Был один в гильдии убийц. Он умел принимать личину любого человека. Ненадолго, на несколько минут, максимум — четверть часа. Этого ему хватало, кстати. У него совсем небольшой резерв был…

— И ты считаешь, что это не Маркус был?

— Абсолютно точно не Маркус. Похож, конечно, и по повадкам, и по жестам, и даже голос тот же. Но поток энергии совсем другой. Не некромант. Я в этом уверен.

— Слава всем богам, — пробормотал Рюссоле, напряженно глядя в чашку. — Мне прямо полегчало. А зачем тебе аптекарь?

— А он, кажется, через иллюзии видит. А может, просто очень наблюдателен. Он нужен, чтобы найти иллюзиониста.

— Я ему послание оставил. Если этот парень так хорош, как ты говоришь, он найдет нас сам. Знаешь, что? Поехали во дворец. Надо об этом поговорить с Маркусом. Там как раз мобиль вернулся.

***

Шесса плакала. Она больше не могла, совсем не могла.

— Да успокойся же ты, — уговаривала ее Иванна. — Маркус, скажи ей!

— Что сказать? Что я и сам не знаю, где пропадает Раиль? Подозреваю, конечно… но точно сказать не могу.

— Что подозреваешь? — требовательно спросила королева.

— Ээээ… Ну, это вряд ли утешит девочку.

— Лучше горькая правда, чем неизвестность, — шмыгнула носом катаянка, поднимая на некроманта жалобные глаза.

Он хотел промолчать, что-нибудь соврать, но быстро сдался.

— Они, скорее всего, с Карлом на рыбалке.

— Глупости. Раиль подобным никогда не увлекался. Да и сказал бы он мне. Что в этом такого?

— Ну… — Маркус не знал, что еще придумать. — Ты ведь не думаешь, что они всякими непотребствами занимаются, правда?

— Конечно, нет, — устало ответила Шесса. — Непотребствами Раиль может заниматься и со мной. Просто я теперь понимаю, какое место занимаю в его жизни.

— Не надо так, — всполошился мужчина. — Ты сейчас сгоряча рубишь! Подожди, когда он вернется, и спроси сама.

— Я больше не могу, — тихо ответила Шесса. — Всё. Чаша переполнена. Я столько лет была ему добрым другом. Заботилась о нем. Любила. А ему всё равно. Простите. Я… наверное, мне лучше вернуться в Катай.

— Нет! — ахнула Иванна. — Ты обещала! А как же я? Ты же мой лекарь!

— Точно, — кивнула катаянка. — Обещала. Значит, надо побыстрее искать квартиру.

— Карл Рюссоле в своей не живет. Он, кажется, окончательно помирился с женой, — сообщил Маркус, который никак не хотел отпускать супругу Раиля, резонно полагая, что целителю это не понравится. — Я спрошу у него, думаю, он будет н против тебя пустить пожить.

— Я буду вам очень благодарна, ваше величество.

— Шесса, прекрати «выкать», — поморщился Маркус. — Ты своя теперь. Тем более, ты внучка катайского императора, важная персона. Погоди, я тебя еще баронессой сделаю.

— Спасибо, но не нужно, — улыбнулась девушка, утирая заплаканные глаза. — Простите. И спокойной ночи, я пойду к себе.

Маркус поглядел на светлеющее небо за окном, зевающую Иванну и улыбнулся. Выспаться от всегда успеет. В гробу поспит, как любят говорить некроманты. А вот Шессе, конечно, надо успокоиться.

— Ты выглядишь усталой, — шепнул Маркус жене. — Спать? Или займемся непотребствами?

Иванна лукаво улыбнулась и принялась расстегивать пуговицы не его рубашке. Отказаться от столь заманчивого предложения она не могла. Поднялась на носочки, прижалась губами к шее, прикусила кожу на ключице, радуясь тому, что руки мужа стиснули ее бока, приподнимая. Губы к губам, переплетенные пальцы, поспешно отброшенное в сторону платье с порванным в нетерпении рукавом.

Однако планам супругов не суждено было осуществиться: едва только Маркус уложил жену в постель и прильнул губами к нежной девичьей груди, в дверь задолбили так, что она задрожала.

— Идите к бесу, — рявкнул некромант, и не думая останавливаться. — Занято!

— К бесу — это недалеко! — ответил голос Рюссоле за дверью.

— Если это какая-то глупость, я тебя придушу, — пообещал король, накидывая халат и выглядывая за дверь. Он был раздражен.

— Предполагаемый убийца во дворце, — сразу заявил Рюссоле. — Отдай приказ, чтобы выходы перекрыли и совсем никого не выпускали. Даже собак.

— Ну уж собак вряд ли, — усомнился Раиль. — Иллюзию собаки на человека накинуть сложно.

— Но не невозможно, — отрезал Карл. — Ваше величество, соображайте быстрее. Уйдет ведь!

— О боги, — с отвращением пробормотал король. — Когда всё это кончится? Почему я не могу спокойно заняться любовью с женой?

— Так и я не могу, — пожал плечами Рюссоле. — Меня тоже выдернули на самом интересном месте.

— А я вообще жену три дня не видел, — поддакнул Раиль.

«Будешь продолжать в том же духе — вообще никогда не увидишь», — подумал Маркус, но, вспомнив измученный вид Шессы, решил Раилю ничего не говорить. Еще помчится отношения выяснять — а этот помчится.

— В кабинет, — скомандовал король, оглянувшись на жену, которая даже прикрываться не стала, всем своим видом показывая, что протестует против всех этих интриг в ущерб делам любовным. — Прости, любимая. Я компенсирую, обещаю.

Иванна недовольно надула губы и показала ему язык, а после завернулась в одеяло и принялась строить планы мести. Маркус натянул штаны, накинул рубашку и пошел в кабинет вслед за друзьями.

— Валяйте, — махнул он рукой. — Добивайте своего несчастного короля.

Криво ухмыльнувшись и потерев лицо руками, Раиль начал рассказывать Маркусу события этой ночи. Через пару минут король нахмурился и выпрямился, еще через пару — гневно раскрыл рот, намереваясь возмущенно оправдываться, а под конец повествования уныло раскачивался на стуле.

— Я всегда думал, что удел мага-иллюзиониста — фокусы на ярмарке показывать, — сообщил он. — Что может сделать иллюзионист опасного?

— Очень многое. Например, принять облик некроманта и убивать людей. Или указ какой подписать, — вздохнул Рюссоле. — Может прийти в полицейский участок и приказать выпустить преступника.

— Не может, — покачал головой Раиль. — Чтобы изображать человека, недостаточно скопировать его внешность. Есть походка, жесты, манера разговора.

— Глупости, — отрезал дознаватель. — Ну приду я в участок, наору на всех и выпущу, к примеру, Анну-Марию, кто мне возразит? Скажут просто — дурное настроение у человека. Это Жаклин может понять, что что-то не то. А простой человек не сможет.

— Здесь другое, — возразил целитель. — Я сам был уверен, что там, в доме, был Маркус. Жесты, походка, поворот головы — всё идеально. Если бы не потоки энергии, я бы не понял, что это не он.

— Ты считаешь, что иллюзионист знал, что ты за ним наблюдаешь?

— Не мог не знать. Нас просчитали. Во многом благодаря Анне-Марии. Я думаю, она доносила обо всем.

— А змея? — неожиданно спросил Рюссоле.

— Какая змея?

— Змея на кладбище. Она была живая. Иллюзия не может заставить мертвое двигаться.

— Очень даже мертвая. Никто не видел, как она ползает, правда? Раиль легко ее поймал, слишком легко. Он держал ее в руках…

— С трудом, надо заметить. Разве можно сделать иллюзию осязаемой? Она шевелилась, я готов поклясться!

— Это только говорит о высоком уровне силы. Разумеется, некоторые иллюзии осязаемы! Иначе какой в них смысл? Да, иллюзорной стрелой невозможно убить человека. Но ткань от иллюзорного плаща можно потрогать. На некоторое время. Что снова возвращает нас к вопросу: а точно ли наш искусный приятель прячется в королевском дворце, или давно уже сбежал под видом стражника или повара?

— Среди ночи? — усомнился Рюссоле. — Это было бы слишком заметно. К тому же стражники знают друг друга в лицо. Кстати, я отправил отряд агентов в замок Аурелии. Моя интуиция криком кричит, что таинственный гость оттуда. Пусть проверят всех обитателей поименно.

— А что Анна-Мария?

— Плачет и молчит. Если не заговорит — придется принимать меры. Хотя пытать женщину… я не знаю. Это явно не добавит популярности полиции.

— В Славии и в Катае подобные допросы проводят с зельем истины, — вспомнил Раиль. — Безопасная штука. Не надо пыток, у меня есть рецепт. Не думал, что пригодится, но мало ли.