Глава 23

Джордан вернулся домой гораздо позже, чем намеревался. Дождь, который застал их в пути, замедлил передвижение всего стада, да и работников тоже. Шквалистый ветер отгонял коров назад, заставляя их нервничать и упираться. Даже умелые руки погонщиков не могли погнать их вперед.

Не собираясь рисковать своими людьми, Джордан уверено распорядился сделать еще один привал, чтобы переждать непогоду. Все остальное могло подождать своего часа. Наспех разбитый лагерь все же смог уберечь от возможности насквозь промокнуть. Только вот непогода затянулась и уже с наступлением вечер, мужчины, уставшие и измотанные, въехали на территорию ранчо.

Теперь, когда все рабочие дела были закончены, а впереди стояло клеймение, Джордан мог позволить себе небольшой отдых. Поприветствовав Уиллоуби, одного из рабочих, который присматривал за ранчо, Джордан спешился. Ноги тут же увязли в размякшей от дождя земле. Усмехнувшись, Джордан тряхнул ногой, надеясь немного сбросить грязь, но все оказалось без толку. Проклятье, он провел в этом месте большую часть своей жизни, но никак не мог смириться с такими причудами погоды.

Уиллоуби торопливо затушил сигареты и бросив вилы в стойло с сеном, подошел к Джордану. Его взгляд прошелся по заляпанным грязью сапогам и брюкам хозяина, покачал головой.

— Лиззи уже места себе не находит от переживания, — ворчливо пробормотал он, — Это ей тоже не понравится, — добавил он весело. Ему и самому нередко приходилось получать довольно резкий выговор за хождение по дому в грязных сапогах.

— Позаботься о нем, Уилл, — добродушно бросил Джордан, передавая поводья мужчине. — А я хочу как можно скорее переодеться. — его одежда все же оказалась вымокшей, потому что ему приходилось выходить из надежного укрытия навеса, чтобы проверить стадо. — думаю, принять ванну будет не самой плохой идеей.

Привычным и отточенным долгими годами движением, Уиллоуби сунул очередную сигарету между зубов. Потянув лошадь за собой, он направился к конюшням.

Не сомневаясь, что его просьба будет выполнена должным образом, Джордан, перешагивая через несколько ступеней, поднялся на веранду и уже через парадную дверь вошел в дом. Вода капала со шляпы на чистый пол, поэтому Джордан, чертыхнувшись, поспешно снял ее и направился к лестнице. Он так же сильно хотел избавиться и от рубашки, но сделать это мог только в своей комнате. Ни к чему шокировать девушек, которые постоянно крутились где-то рядом. Иной раз, Джордан все больше хотел вернуться в свой дом, который стоял немного дальше от основного. Но, не сейчас. Пока ему придется остаться здесь.

Он уже поднялся на второй этаж, когда у подножия лестница появилась Элизабет. Проклятье. В обычное время, он всегда рад был поговорить с женщиной, но только не сейчас.

— Джордан, — окликнула его Элизабет. Вытирая руки полотенцем, она быстро поднялась по ступенькам, — нам надо поговорить.

— Уверен, это может немного подождать, — ответил Джордан, но все же остановился и посмотрел на Элизабет. Только сейчас он заметил свернутую бумагу, которую она держала в руках, — Что это? — хмуро спросил он. Теперь ей удалось привлечь его внимание. Его людям на ранчо не требовалось передавать ему записки. Любой, кто хотел бы найти его, мог прийти сюда, в дом. Значит, хозяин записки не жил на ранчо.

Элизабет взглянула на свои руки, слово сама удивляясь тому, что держала. Джордан сделал шаг ближе. Ему уже не терпелось узнать, что содержание этой записки. В голове он уже прокручивал, каждый свой шаг, если то, о чем он думал, подтвердится.

— Это прислали от констебля. Этим утром, — пробормотала Элизабет, — Наверное, Анна снова что-то натворила.

Она будто знала, о чем он думал. Хмурясь еще сильнее, Джордан принял записку. Если девчонка умудрилась сбежать, он разрушит эту тюрьму до самого основания. Проклятье, все что от них требовалось, это присмотреть за Анной. Конечно, он сам немного задержался, но тех денег которых он заплатил офицерам, должно было хватить с лихвой. Со злостью развернув записку, Джордан быстро пробежал взглядом по написанному.

Его губы сжались. Наверное, этого стоило ожидать. Усмехнувшись, он смял записку, а потом посмотрел на Элизабет.

— Пусть приготовят коня. Я уеду, как только переоденусь.

— Но, разве это не может подождать до утра?

Джордан не стал отвечать на вопрос Элизабет. Оставив женщину выполнять его поручение, он вошел в комнату и плотно закрыл за собой дверь.

Кажется, девчонка оказалась еще умнее и ловчее, чем он думал. Смогла разжалобить даже констебля. Джордан с самого детства знал этого человека и всегда удивлялся его несгибаемой воле. Теперь же хватило всего нескольких женских слезинок, чтобы растопить его сердце. Пусть. Пусть Анна думает, что смогла получить власть хоть над кем-то.

Может быть это было и к лучшему, что он так сильно задержался на перегоне. Это еще больше укрепило его намерения пойти до конца.

Сбросив промокшую рубашку и брюки, Джордан не спеша переоделся и только после этого вышел из комнаты. Записка так и осталась лежать на полу, смятая и небрежно отброшенная.

Ее снова тошнило. Даже глоток воды, сделанный уже из последних сил, лег на желудок словно камень.

Вытерев губы, Анна отползла к стене, обессиленно прижимаясь к ней спиной. Как бы сильно она хотела уснуть. Вот прямо сейчас, позабыв обо всем, что происходит вокруг, взять и просто уснуть. Но, глаза отказывались закрываться. Вздрогнув, Анна огляделась по сторонам. Глаза ныли от долгого моргания, а голова от сильного напряжения. Анна поморщилась. Кажется, ей не суждено дождаться суда. Она умрет раньше, в этой самой камере.

Ее глаза слипались, но разум и сердце отказывались подчиняться этому позыву. Страх, снова охватил ее сознание, заставляя вздрогнуть.

Офицер, который сидел за столом, отвлекся от своих дел и раздраженно посмотрел на Анну. Только распоряжение мистера Баррингтона мешало вывести ее из камеры, туда, где она никому не сможет помешать. Но, мистер Баррингтон ничего не говорил о том, что ее нельзя хорошенько припугнуть.

Выйдя из-за стола, он подошел к решетке. Анна испуганно вскинула голову. Ее рука взметнулась вверх, прижимаясь к губам. Инстинктивно, она еще сильнее прижалась к стене, молясь, что бы мужчина ушел. Хотя бы сегодня. Или, ее время наступило?

— Спите, мисс. Иначе, я отправлю вас в карцер, чтобы вы не пугали остальных заключенных.

Прикусив губу, Анна облегченно выдохнула и отвернулась. Значит, она всего лишь раздражала всех окружающих своими криками. Именно поэтому ей лучше не спать. Она знала, что едва закрыв глаза, тут же проснется от дикого крика. Прошлый сон стоял перед ее глазами, а собственный крик все еще звучал в ушах.

— Кажется, ты все же хочешь получить это наказание, — рявкнул офицер. Потянувшись к поясу, он сделал вид, что собирается снять ключ от ее камеры.

Анна не стала медлить. Вскочив на ноги, она тут же поморщилась от боли в лодыжке. Из-за всех сил стараясь не обращать на это внимание, Анна легка на скамью и отвернулась к стене. Она знала что такое карцер. Тот ужас, который ей пришлось испытать там, забыть просто не возможно. В Лондоне, в первые дни после той ужасной ночи, ей довелось провести там несколько дней. Несколько дней, которые показались ей длинную в вечность. Кромешная темнота, одиночество и воспоминания, сопровождаемые дикой головной болью.

Бросив быстрый взгляд на окно, Анна со страхом поняла, что вечер уже пошел на убыль. Совсем скоро наступит очередная бессонная ночь. И она не знала, сколько еще сможет держать себя в руках. Головокружение с каждым мгновением становилось только сильнее, и Анне казалось, что завтра просто не сможет подняться на ноги.

Где-то хлопнула дверь. Почти вжавшись в стену, Анна зажмурилась, перебарывая себя. Дыхание стала прерывистым и слишком громкий. Анне казалась, что все вокруг слышат именно ее. Затаившись, она задержала дыхание, так сильно, что перед глазами потемнело.

Дверь камеры открылась и кто-то вошел внутрь. Анна с ужасом поняла, что это не констебль и не офицер. Она слишком хорошо знала эти тяжелые шаги. И это могло значить только одно.

Нет. Нет.

Даже сквозь сомкнутые веки, Анна почувствовала горячие слезы, которые побежали по щекам, скатываясь вниз по горлу.

Он остановился прямо над ее скамьей. Она чувствовала, как он смотрит на нее и для этого ему не нужен был свет. Он ничего не боялся. В отличие от нее. Она боялась всего.

Вздох вырвался из ее груди, одновременно с тем, как она оказалась на ногах.

— Здравствуй, Анна.

Спасительная и вместе с этим безжалостная темнота охватила Анну. Всего мгновение и она обмякла в руках Джордана, теряя сознание.

Анна пришла в себя, так же резко и неожиданно, как и потеряла сознание. Не думая о том, что делает, она резко выпрямилась, но тут же схватилась за горло. Уже привычная тошнота взметнулась вверх, вновь затуманивая сознание и смешиваясь с паникой. Зажмурившись, она прижала ладонь ко рту и метнулась к краю скамье. Это действие стало для нее слишком привычным и она четко знала, сколько нужно сделать шагов от скамьи до самого темного угла камеры.

Но, мягкость ковра под ногой, оказалась тем, чего Анна никак не ожидала. От изумления, а может быть и от испуга, тошнота отступила. Открыв глаза, Анна огляделась. Та обстановка, которая ее окружала, мало походила на тюремную. Но, это не значит, что каждая деталь, каждая мелочь не было знакома. Анна отшатнулась назад, больно ударяясь спиной об изголовье кровати. Стол, кресло, ковер под ногами и даже красивая лампа. Свет льющийся из широкого окна, манил к себе, но Анна не смогла бы сделать и шага. Страх замер у нее в горле, медленно охватывая все тело.

Тяжело сглотнув, Анна встряхнула головой, пытаясь избавиться от оцепенения. Но все оказалось бесполезно. Когда за дверью послышались чьи-то шаги, Анна не смогла сдержать испуганного крика. Обхватив себя руками, она зажмурилась.

— Анна? Анна, что с тобой?

Брейди поспешно поставила поднос с тарелками на стол и подбежала к кровати. Схватив Анну за руки, она попыталась отвести их в сторону. Но, Анна отшатнулась от нее. Брейди стало не по себе от той гаммы чувств, что смешалось во взгляде Анна. Безумие, паника и страх. Дикий и неконтролируемый страх.

— Брейди? — прошептала Анна. Поспешно, она откинула одеяло в сторону и подползла к подруге. К той, которую уже и не надеялась увидеть. С отчаянием, она схватила Брейди за руку и притянула к себе с той силой, которую сама от себя не ожидала, — Брейди, прошу, помоги мне.

— Анна, что случилось? — Брейди не могла понять, что происходит. Когда этой ночью, Сайлус приказал ей отыскать сменную женскую одежду, она и не думала, что это нужно было Анне. Мистер Баррингтон, как всегда, молчаливый и суровый, принял ночную рубашку и платье, но в комнату ее, так и не пустил. — Как тебе помочь?

Приободренная этим словами, Анна резко выдохнула. Разжав руки, она опустила их на собственные колени, сжимая в кулаки ткань рубашки.

— Помоги мне сбежать отсюда. Прошу тебя, — снова взглянув на Брейди, Анна не смогла сдержать слез. — Я готова на все. Абсолютно на все.

Брейди удивленно вскинула брови. Кажется, Анна была твердо уверенна в том, что говорила. Что же произошло с ней за то время, пока они не виделись?

— Анна, успокойся, прошу тебя, — сказала Брейди. Она слишком хорошо понимала, что чувствует подруга прямо сейчас. Когда-то, в том прошлом от которого ей удалось сбежать, она и сама выглядела точно так же. И, всему виной был мужчина. — Что он сделал с тобой?

Анна всхлипнула и покачала головой. Она не могла больше выдавить из себя даже одно короткое слово. Отбросив за спину распущенные волосы, она с отчаянием посмотрела на подругу.

— Сейчас, я ничего не могу тебе сказать, — прошептала она, сжимая руки. Кто бы пожелал рассказать о тюрьме и предстоящем суде? Нет, такой ошибки она точно не сделает.

Брейди кивнула, принимая эти слова. Больше ей и не требовалось. Она и сама не была ни судьей, ни праведницей, чтобы выносить какой-то приговор. Все, что она могла сделать, помочь. Безоговорочно. И она сделает это.

— Если ты и правда хочешь сбежать, я сделаю все, чтобы тебе помочь, — быстро выпалила она. Прижав свою руку поверх руки Анны, она сжала ее в дружественной поддержке.

Анна не смогла удержаться. Зарыдав, она прильнула к Брейди. Слезы вырвались из ее груди, и она больше не могла сдерживать себя. Усталость, долгая бессоница и постоянный страх, все это подкосило ее. Она больше не могла, да и не хотела быть сильной.

— Брейди, я беременна, — сквозь слезы прошептала Анна, прячась от пристального взгляда Брейди. Стыд, с новой силой охватил ее. Сейчас, когда она озвучила свое новое положение все стало только хуже. Теперь и Брейди знала, как низко она упала. Какой ужасной стала.

Брейди закрыла глаза и покачала головой. Все еще хуже, чем она предполагала. Значит, тот обморок, который приключился с Анной в прошлый раз был не простым обмороком.

— Ребенок мистера Баррингтона? — спросила она, но почему-то уже знала, каким будет ответ Анны. Но, все в ней молило о том, чтобы ее подозрения оказались ошибочными.

— Нет. Все произошло на корабле, — прошептала Анна.

Брейди едва сдержалась от возгласа проклятья. Сейчас Анне это было вовсе ни к чему. Ее состояние и так вызывало ужас. Та грань, которую мог перейти человек, чтобы упасть в пучину отчаяния, Анна уже подошла к ней. Так близко, как только было возможно.

— Я не хочу его, — прошептала Анна, сжимаясь рядом с Брейди, — я не могу его родить. Он мне не нужен. Он никому не нужен.

Брейди бережно провела рукой по волосам Анны, раздумывая над ее словами. Она понимала, какие чувства двигали подругой. И ей было по-настоящему жаль Анну.

— Мистер Баррингтон знает? — прошептала она, бросив осторожный взгляд на дверь, чтобы точно удостовериться что кроме них в комнате больше никакого не было. В последний раз она видела мистера Баррингтона вместе с Сайлусом в обеденном зале. Сколько еще он пробудет там, она не знала. Но, судя по тому, что вчера ночью он так пристально следил за Анной, у них осталось совсем немного времени, чтобы спокойно поговорить.

Анна вздрогнула и выпрямилась. Ее взгляд испуганно метнулся к двери. Так же как и Брейди, она ожидала, что Джордан прямо сейчас войдет в комнату.

— Нет, — резко выдохнула Анна, взглянув на Брейди, — Неужели, капитан Дрейк не рассказал ему? — спросила она скорее у себя, чем у подруги, — Я просила капитана помочь мне, но он отказался. Он не верит что ребенок его, — ее голос вновь снизился до едва слышимого шепота. Мысли завертелись вокруг вопроса, который задала Брейди. Сейчас, впервые за все это время, она задумалась о том, действительно ли Джордан не знал о ребенке. Что если капитан все же рассказал? Может быть именно это и было причиной этой странной ненависти к ней? Но почему? Он всегда мог отказаться от нее как от любовницы, — Что если я ошибаюсь? Вдруг Джордан все знает?

Стиснув зубы от злости, Брейди покачала головой. Она и прежде была уверена, что капитан настоящий подлец. Теперь, она была в этом целиком и полностью уверена. Воспользовавшись Анной, он просто продал ее другому. Брейди знала, что в те ночи на корабле, когда Анны не была в трюме, она была в каюте капитана. Все в трюме знали об этом.

— Ублюдок, — прошипела она со всей злостью, которую ощущала прямо сейчас, — Такой, как он способен на любую подлость. Даже отказаться от собственного ребенка.

Анна качнула головой, соглашаясь. Только теперь это ее больше не волновало. Дрейк четко дал понять, что думает о ней. И, этого уже не изменить. Боль в голове застучала с новой силой. Понимая, что слезы ни к чему хорошему ни приведут, Анна вздохнула и выдохнула. Она надеялась, что это поможет ей привести себя в порядок. Как бы тяжело это не оказалась. Не просто тяжело, а практически невозможно.

— Анна, — окликнула Брейди, заметив что подруга о чем-то задумалась, — Как ты собираешься поступить с ребенком?

Этот вопрос ударил по больному. Холод пробежал по телу, принося еще больше неприятных ощущений. Обхватив себя руками за плечи, Анна отползла ближе к изголовью. Что она могла ответить на этот вопрос? Сейчас, она ничего не чувствовала к ребенку, которого носила.

— Я не знаю, Брейди, — хрипло ответила она, невольно начиная раскачиваться из стороны в сторону, — Я не знаю, как мне жить дальше. Не знаю, что делать с этим ребенком.

Встав с кровати, Брейди подошла к столику, где оставила поднос с едой. Ее пальцы сжались на ручках подноса, пока она собиралась с мыслями для подходящего ответа для Анны. Она очень сильно хотела огородить ее от самой большой ошибки в ее жизни. В ее глазах блеснули слезы. Странно, ей казалось что она выплакала их уже очень давно. Как оказалось, нет.

— Анна, — развернувшись, она поймала растерянный взгляд подруги, — Ты обязательно все поймешь. Но, немного позже. Когда немного отдохнешь и придешь в себя. Сейчас, тебе просто нужно поесть и набраться сил.

Анна с трудом смогла выдавить из себя улыбку. Как бы сильно она не хотела сбежать, умом все же понимала, что Брейди никогда не сможет ей помочь. А если и попытается сделать это, то окажется в тюрьме. Там, где она сама недавно побывала.

— Да, я и правда очень проголодалась, — согласилась Анна, сжимая руки на коленях, — Уже и не помню, когда ела в последний раз.

Брейди хмуро посмотрела на нее и Анне показалось, что подруга раскусит ее. Но, встряхнув головой, Брейди поставила поднос на кровать. Мясо и картофель еще не остыли, а хлеб и сыр, аккуратно накрытые белоснежной салфеткой, оставались нежными и аппетитными.

Анна сдвинулась в сторону, едва взглянув на еду.

— Как думаешь, ты сможешь съесть это сейчас? — неуверенно спросила Брейди, с сомнением рассматривая тарелки.

— Если честно, я не уверена. Меня все время тошнит, — прошептала Анна, передергивая плечами. Сейчас, она немного лукавила. Но, для того, что она собиралась сделать, Брейди должна выйти из комнаты. Времени на то, чтобы поесть у нее точно не будет.

Брейди задумалась, а потом улыбнулась.

— На кухне есть еще немного куриного супа и сухари из свежего хлеба, — радостно воскликнула она, — Если ты немного подождешь, я все принесу.

Анна облегченно выдохнула, но тут же улыбнулась.

— Кажется, дальше этой комнаты мне точно не уйти, — ответила она, — поэтому, буду ждать тебя здесь.

Когда Брейди вышла из комнаты, Анна только силой воли, заставила себя усидеть на кровати. Она молила себя продержаться, хотя бы еще несколько минут, чтобы подруга смогла спуститься на первый этаж и зайти на кухню. Мысленно, она прокручивала в голове каждую деталь из того, что должна сделать.

Наконец, приняв решение, что Брейди ушла так далеко, как только возможно, Анна отползла к противоположной стороне кровати. Осторожно, она встала на ноги и подошла к двери. Боль прострелила лодыжку, но Анна не обратила на это внимание. Не тратя время на осторожность, она открыла дверь и выглянула. Ей не когда было осторожничать и она просто Длинный затемненный коридор был пуст.

Не ощущая совершенно ничего, Анна захромала по коридору. Холод пробегала по ее ногам, словно молчаливое напоминание о том, что кроме длинной ночной рубашки, на ней больше ничего не было. Ну и что? В прошлый раз ей никакая подготовка не помогла.

Голова закружилась, тошнота подкатила к горлу. Слепо вытянув руку, Анна прижалась к стене и зажмурилась. Темнота все больше охватывала ее сознание, а ноги задрожали. Анну думала, что прямо сейчас окажется на полу. Но, этому не суждено было сбыться. Лишь одно мгновение отделяло ее от падения, когда-то кто-то подхватил ее на руки, крепко прижимая к себе.