Глава 30

— Отпустите меня, — сказала Анна, взглянув на Джордана. Она уже сбилась со счета сколько раз произносила эти два слова пока мистер Баррингтон упрямо держал ее на руках и нес к главному дому. — Отпустите меня, мистер Баррингтон, — теперь еще настойчивее сказала она, необдуманно дергаясь, даже не подумав о том, что может упасть.

Джордан лишь усмехнулся и сильнее сжал руки на ее бедрах и плечах, удерживая еще крепче. Анна едва смогла сдержать стон отчаяния, когда осознала, что у нее ничего не получилось. Всего несколько шагов отделяло их от главного дома. И Джордан быстро преодолел их, после чего толкнув дверь плечом, вошел в дом.

Анна затаила дыхание и замерла, увидев миссис Милфи, которая появилась в холле, едва услышав шаги. Судя по удивлению на лице женщины, она точно не ожидала увидеть Анну в руках Джордана. Но, ей удалось быстро взять себя в руки.

— Вам что-то понадобится? — сдержанно спросила она, обращаясь к Джордану. Теперь, она старательно держалась, чтобы не смотреть на Анну.

— Да, пусть принесут обед в комнату, — невозмутимо ответил Джордан, удерживая Анну так легко, словно она совсем ничего не весила. Кивнув Элизабет, он направился к лестнице.

Испуганно обхватив его за шею, Анна случайно обернулась. Элизабет все еще стояла у подножия лестницы, глядя им вслед. От той ненависти, что виднелась на ее лице, Анне стало не по себе. Инстинктивно, она еще сильнее обхватила Джордана за шею.

— Я, все же, могу пойти сама, — прошептала Анна, когда ей, наконец, удалось стряхнуть с себя страх. Теперь она и сама осознала, что слишком крепко держалась за мужчину, — И будет лучше, если вы поставите меня на ноги.

— Уже скоро, — невозмутимо ответил Джордан.

Открыв дверь своей комнаты, он там позволил Анне встать на ноги. Схватив ее за руку, он подтащил ее к столу и усадил на стул. Анна вздохнула, собираясь с мыслями.

— Что происходит, мистер Баррингтон? — вскинув голову, Анна посмотрела на мужчину, который остановился рядом с окном. Джордан не стал садиться за один стол с ней, хотя было очевидно, что столик рассчитан на двух человек. Свободный стул по другую сторону так и остался не занятым. Это о многом говорило.

Анна сжала руки на коленях, не позволяя каким-либо чувствам проникнуть в ее сознание. Все, что она должна ощущать, полное равнодушие ко всему. И пока это у нее прекрасно получалось.

Джордан посмотрел на нее. Его взгляд казался слишком пристальным, словно он изучал ее и пытался отыскать что-то понятное только ей одной. Анна едва смогла скрыть усмешку. Вот уж нет. Ему никогда не проникнуть дальше чем она того захочет. Ни ему, ни кому-либо другому.

— Вам не следовало приводить меня сюда, — спокойно сказала Анна, так и не дождавшись ответа от Джордана, — Зачем вы сделали это?

— Что именно? — сухо спросил Джордан, сузив глаза, — Почему забрал тебя с огорода? — он помедлил, а затем продолжил, — Я так захотел, — сейчас его тон был именно тем, который так хорошо знала Анна. Этот тон не позволял ему возразить. Не в слух, ни в мысленно.

Тяжело сглотнув, Анна кивнула. Конечно. Не стоило забывать о том, что ее жизнь больше не принадлежит ей самой.

— Хорошо, пусть так, — безразлично проговорила она. Отвернувшись, она заскользила взглядом по комнате, пытаясь хоть за что-нибудь зацепиться и отвлечься от ненужных мыслей. К сожалению, как и в любой другой раз в этом месте ничего не изменилось. Все, что здесь было она успела изучить вдоль и поперек. Кроме, конечно же, хозяина этой комнаты. Его ей не понять никогда.

Когда в дверь постучали, Анна едва не подпрыгнула на месте. Вскинув голову, она посмотрела на Джордана, ожидая пока он ответит. Но, вместо этого, он оттолкнулся от подоконника и сам подошел к двери. Анна едва смогла удержать от того, чтобы не вытянуть шею, пытаясь разглядеть того, кто пришел. Но, массивная фигура Джордана мешала увидеть хоть что-либо.

— Спасибо, Сэнди. Можешь быть свободна, — сказал Джордан, принимая заставленный тарелками поднос.

Теперь ругая себя за желание узнать, кто стоит за этой дверью, Анна вжалась в кресло, желая стать как можно незаметнее. Вчера, да и сегодня. Теперь все вокруг будут знать, где она провела обеденное время. Только этого ей и не хватало.

Дверь захлопнулась с глухим звуком. Легко удерживая поднос, Джордан подошел к столику. Анна прикусила губу и отвернулась. Как и прежде, сейчас она искренне сомневалась, что сможет съесть хоть кусочек. Хотя еще некоторое время назад так сильно хотелось есть. Кажется, ее тело полностью жило своей жизнью.

Не обращая внимание на Анну, Джордан расставил тарелки, действуя с ловкостью самой умелой горничной.

— Неужели Лиззи думает, что хоть кто-то сможет наесться этим? — пробормотал он, удивлено приподняв брови и рассматривая содержимое того, что сам же и поставил на стол.

Не в силах преодолеть любопытство, Анна тоже слегка подалась вперед, оглядывая тарелки. Ей пришлось тяжело сглотнуть, чтобы снова получить возможность дышать. Большой кусок ароматного сыра, едва прикрытый тонким полотенцем, свежеиспеченный хлеб и тарелка с тушенным мясом и картофелем. На тарелку Анна едва ли смогла бы взглянуть, что нельзя было сказать о сыре и хлебе. Как же она хотела съесть хотя бы кусочек

— Кажется, ты другого мнения, — вмешался Джордан, заметив взгляд, с которым девушка смотрела на еду.

Анна быстро выпрямилась, чувствуя неловкость от того, что мужчина понял о чем она думала. Ей не следовало позволять ему этого. Все это лишь слабость, которой он тут же воспользуется. Выдохнув, она быстро заморгала. Лучше думать о предстоящей работе.

Джордан сразу заметил как Анна изменилась. Всего в одно мгновение ее, кажется, настоящее лицо, скрылось под маской равнодушия. И ему это не понравилось. Ей не следовало позволять ему задумываться о том, какой она была. Лучше бы для нее же самой оставить все как есть. Не следует дразнить такого как он. А сейчас, черт бы ее побрал, именно это и происходило. Он не мог остановить себя от желания узнать о ней все. Абсолютно все. Каждая часть ее тела, души. Для него не останется никаких тайн в этой девушке.

— Я не голодна, — тихо пробормотала Анна, опуская взгляд на свои руки, которые тесно сжала на коленях, — Время обеда закончилось и я должна вернуться на работу.

Джордан сел в кресло и откинувшись на высокую спинку, задумчиво потер подбородок. Его взгляд неотрывно следил за Анной, пока она все сильнее стискивала собственные пальцы. Волнение, вот что она ощущала. И он это ясно видел. Потому что лгала? Или почему же еще?

— Тебе следует лучше есть, — громко сказал он, делая это неожиданное замечание, — Ты слишком похудела за это время. Не думаю, что это пойдет на пользу ребенку, которого ты носишь.

Анна пожала плечами. Чувствовала ли она себя изможденной или похудевшей? Бесспорно. Но, ничего не могла с этим поделать. Думала ли она в этот момент о ребенке? Нет. Нет. И еще раз нет. За все это время, Анна могла бы по пальцам посчитать сколько раз вспоминала о ребенке. Хотела ли она заботиться о нем? Нет. Нахмурившись, Анна встряхнула головой. Она не будет думать об этом. Только не сейчас, и никогда позже.

— Ешь, — раздраженно сказал Джордан подталкивая тарелку в сторону к Анне. И вновь новое странное выражение в глазах Анны. Что-то известное только ей одной. Проклятье.

— Я не голодна, — еще настойчивее сказала Анна, качая головой, — я если даже попытаюсь то меня просто стошнит. Я просто хочу вернуться обратно.

Джордан нахмурился. Его взгляд медленно опустился к животу Анны, скрытому под плотным слоем юбки. Ребенок, который родится уже совсем скоро. Меньше чем через шесть месяцев Анна будет связана с ним, как ни одна другая женщина.

— Хорошо. Ты сможешь уйти отсюда, но только после того, как поешь. Не раньше.

Сказав это Джордан усмехнулся и приготовился поспорить. В том, что Анна воспротивится его приказу, он не сомневался. Именно этого он от нее и ожидал.

Но, когда Анна пожала плечами и склонившись над столом, подтянула к себе тарелку, он недовольно нахмурился. Она опять сделала это. Обманула его.

— Чтобы оказаться как можно дальше от вас, я готова на большее. Даже съесть немного, — пробормотала Анна. Взяв с тарелки тоненький пластик сыра и хлеб, она откусила совсем кусочек. Как она и думала. Сыр оказался настоящим лакомством. Приятный аромат наполнил ее сознание, заставляя зажмуриться. И совсем никакой тошноты, к которой она так привыкла.

Джордан заерзал в кресле, как только увидел с каким аппетитом есть Анна. Его еше никогда не возбуждал вид женщины, которая была поглощена едой. Но, сейчас, едва слышный стон Анны встряхнул его, заставляя резко выдохнуть.

Встряхнув головой, Джордан поспешно сбросил с себя не нужное сейчас чувство. И, нет, конечно же дело было вовсе не в Анне и в ее стонах. Просто у него слишком давно не было женщины. Пора исправлять эту ошибку. И он сделает это уже вечером. Он отправится в город и проведет ночь, а может быть и несколько в постели одной из женщин, которые были только рады его вниманию. Со своей последней любовницей он расстался уже давно, еще до своей поездки в Англию.

— Почему не рассказала об отношении моих людей к тебе? — спросил Джордан, чтобы отвлечься от желания, которое все еще пылало в его крови. — Я ведь говорил, что твоя жизнь принадлежит мне. Я должен знать все, что творится с тобой. В конце концов я заплатил за тебя слишком много денег, чтобы так легко потерять их если ты умрешь от голода. Тебе стоило прийти ко мне, может быть я бы помог тебе.

Анна медленно прожевала хлеб, и только потом посмотрела на Джордана. Стоило ли ожидать от него других слов? Конечно нет. Аппетит пропал, а сыр стал совсем пресным на вкус. Больше никакого аромата, который так манил ее. Теперь, он был больше похож на трухлявое дерево.

— Рассказывать о том, что вы и так знали? Разве в этом есть что-то удивительное? — спокойно сказала она, невозмутимо стряхивая крошки с рук, — Я не дура и слишком хорошо осознаю кто именно стоит за всем этим. Никто бы не узнал о моем прошлом, если бы не вы, мистер Баррингтон. Не стоит делать вид, что вас что-то волнует в моей жизни. В этом месте меня ненавидят все. Абсолютно все.

Вскочив на ноги, Анна сжала руки перед собой.

— Я выполнила ваше условие. Теперь я могу преступить к работе? — спросила она, скрывая надежду на скорое избавление от мужчины. Она вернется к своему труду, и постарается забыть о том, что происходило в этой комнате. Сейчас работа казалась ей самым настоящим спасением.

Джордан задумчиво посмотрел на нее, а потом покачал головой.

— Нет, не можешь. Я тебя не отпускаю, — с насмешкой сказал он, проведя пальцем по виску. Рана, которую доктор перевязал, теперь медленно, но уверенно начинала болеть.

— Но, ведь вы сами сказали что я смогу уйти, — возмущенно сказала Анна, еще крепче сжимая руки. — Чем вы лучше меня, если врете на каждом шагу?

Джордан встал с кресла и шагнул к Анне. Медленно его взгляд прошелся по девушку, позволяя ей почувствовать его как самое настоящее прикосновение.

— Я отличаюсь тем, что это ты принадлежишь мне. А не я тебе, — вкрадчиво сказал Джордан, — Именно это нас и отличает. Я вправе указать тебе на то место, которое ты должна занять.

Анна отступила в сторону, кипя от возмущения. Ей следовало понять. Следовало раскусить намерения этого жестокого человека.

— Что же мне делать здесь? У вас есть какая-то работа для меня? Лечь на кровать? Позволить вам овладеть собой? — сдержанно спросила Анна, прямо посмотрев на мужчину. Но кажется он ожидал от нее другого ответа.

Схватив ее за руку, Джордан притянул к себе, сильно и грубо встряхивая. Анна застыла в его руках.

— Я не люблю когда мне врут, девушка. Тебе разозлили мои слова, не так ли?

Анна удивленно приподняла брови, но не стала даже делать попытку вырваться из его жесткой хватки.

— Почему же меня должно это злить? — спросила она, склонив голову, — Разве у меня есть подобная роскошь? Право чувствовать хоть что-то?

Джордан стиснул зубы. Злость вытеснила в нем все остальные чувства.

— Ты должна делать только то, что говорю я.

— Я вас не понимаю. Я полностью подчиняюсь вам. Что еще? — с горькой усмешкой на лице спросила Анна.

— Мне этого мало, — рявкнул Джордан, еще ближе притягивая ее к себе. — Хочу знать что творится в твоем черном сердце и грязной душе. Вот чего я хочу.

Анна закрыла глаза, вздыхая. Неужели он все еще надеялся добиться этого от нее? Как же он не понимает? Одна только мысль о том, что у него это получится, причиняла больше боли, чем крепкий захват на ее руках.

— Сердце и душа? — спросила она, вновь взглянув на Джордана, — Нет. Они принадлежат только мне. И даже вам, со всеми деньгами, никогда не получить их.

Она едва успела закончить свою фразу, когда Джордан поднял ее и потащил к кровати. Бросив ее на матрас, он навис над ней. Анна прикусила губу, с трудом сдерживая страх. Только не это.

— Кажется вы не хотели прикасаться ко мне? — выдохнула Анна беспокойно заерзав под тяжелым телом Джордана. — Неужели я перестала быть омерзительной для вас?

Джордан еще ниже наклонился над ней. Его дыхание было таким же жарким, как и полный презрения взгляд.

— Ты для меня не просто омерзительна. Я ненавижу тебя, так сильно что не передать словами, — прошептал он. Теперь его пальцы причиняли настоящую боль.

— Почему? — прошептала Анна, морщась от неприятных ощущений. Сейчас ей стало по действительно страшно. Джордан просто пылал от своих чувств, который тут же передались ей. Он по-настоящему ненавидел ее, она чувствовала это всем своим телом — Почему вы так сильно ненавидите меня? Вы знали меня, там, в Англии?

Джордан отпрянул от нее. В его глазах промелькнуло удивление. Анна затаила дыхание и невольно подалась ему на встречу, приподнимаясь на кровати так, как было возможно. Неужели она сама того не ведая попала в ту правду, которую мужчина скрывал от нее.

— Ведь это так? Но я не помню вас. Миссис Милфи сказала, что вы тоже жили в Англии, — тихо спросила Анна, не в силах отступить перед собственным любопытством.

Джордан стряхнул с себя первоначальное изумление, которое всего на мгновение едва не раскрыло его перед Анной.

— Сомневаюсь, Анна. Хотя, если бы мы были представлены друг другу, я бы тебя не запомнил. В тебе нет ничего особенного, что может привлечь мужчину.

— Тогда отпустите меня, — проговорила Анна, дергаясь под ним, — Я ведь больше не ваша любовница нет так ли?

Вместо ответа Джордан сделал то, чего так сильно не хотел. Он впился поцелуем в ее губы, словно наказывая ее за что-то. Анна застонала и попыталась увернуться. Она не желала этого поцелуя, не хотела, чтобы мужчина прикасался к ней.

Джордан прервал поцелуй и посмотрел на Анну уничижительным взглядом.

— Оставайся в комнате. Я запрещаю тебе выходить из дома, — скатившись с кровати, он в одно мгновение поднялся на ноги, — не сейчас, ни когда-либо в прошлом ты не была моей любовнице, Анна. Можешь спать спокойно. Я уезжаю в город. Сегодня мне нужна женщина, а не шлюха.