После

– Что-то я нервничаю! – едва не рычу, когда удается наконец-то взять передышку и еще раз оглядеть торжественно украшенный зал, полный гостей.

– Карин, прекращай. Все нормально, – подле меня стоит Антон и пытается приободрить, хотя получается так себе. Ему-то не нужно нервничать, ведь свадьба не его. Да и не моя. Но Саша доверила лишь мне устроить главное торжество ее жизни, так что я не могу подвести подругу. Поэтому и трясусь над каждой деталью, наблюдая, как все веселятся.

– Напомни, чтобы я больше в подобное не ввязывалась.

Антон еще крепче обнимает меня за талию и наклонившись шепчет:

– А как же наша свадьба?

– Чего?! – возмущенно тяну, уставившись на мужчину моей мечты. – С ума не сходи! Я после такого еще год не смогу смотреть на платья, торты, скатерти и прочую дребедень.

Антон не ослабляет хватку, но и не пытается возразить, пока до меня наконец не доходит смысл его слов.

– Ты мне сейчас предложение сделал?

Он пожимает плечами и молчит, чем делает только хуже. Я начинаю нервничать уже по новому поводу.

– Ну спасибо, удружил, – фыркаю, выпутываясь из его рук. – И как теперь дожить до конца вечера?

– Просто расслабься, Карин, и наслаждайся. Все в порядке.

Сглатываю комок и медленно оборачиваюсь. Антон улыбается и протягивает мне руку. Я кладу ладонь на согнутый локоть и позволяю вести себя в самый центр, там, где собрались гости. Саша хотела скромное торжество, но глава семейства настоял на пышном банкете. В итоге сторговались на что-то среднее, хотя торжество получилось на славу. Еще бы! Воронцов выдает замуж свою единственную дочь!

Сашу и Руслана я замечаю там же в центре. Они принимают поздравления. Саша светится от счастья, ее щеки горят от смущения. Так думают гости, но я-то знаю истинную причину этого румянца. Пришлось попотеть, чтобы найти мастеров, способных сшить для Саши платье, в котором не будет заметен животик. Ее маленькая тайна, о которой, пожалуй, знают единицы. Я в том числе. Саша обещала сделать официальное заявление после свадьбы, но никак не раньше. Руслан стойко выдерживает осаду гостей, хотя к подобному он точно не привык. Где-то бегает крошка Элина, у которой скоро появится братик или сестричка, но девочка пока не знает, иначе бы всем разболтала, с гордостью задрав крошечный носик. Георгий Иванович, судя по всему, подозревает или уже в курсе (ему-то не знать!), но позволяет дочери поступать так, как хочет она.

Рядом с Воронцовым-старшим находится Павел Дмитриевич. Он правая рука, хороший друг и мой наставник. И я не держу на него зла. Понимаю, что тогда все было сделано лишь ради того, чтобы сейчас я могла быть рядом с Антоном, при этом не погибнув под лавиной чувств, которые мы испытываем друг к другу. В двадцать я бы сдалась и сломалась, теперь все иначе.

Среди гостей замечаю макушку Леши. Он утаскивает со стола закуску и крадется, оглядываясь по сторонам. Останавливается около своей девушки, с которой нас так неохотно знакомил, и предлагает ей закуску. Она удивленно смотрит на тарелку, а потом отчитывает парня. Леша что-то пытается ответить, но возмущению Кати нет предела, и Леша, раскаявшись, все же уминает все с тарелки, за что получает тычок локтем в бок.

– Как дети, – фыркает Антон, который тоже замечает парочку.

– Не придирайся. Пусть наслаждаются отношениями.

Антон оборачивается и пристально смотрит на меня.

– Наслаждаются? А ты?

– Я?

– Наслаждаешься?

Прикусываю губу, пока раздумываю. В глазах Антона вспыхивает озорной огонек. Знаю этот взгляд – он возбужден, впрочем, как и я.

– А ты как думаешь?

– Ты искушаешь меня, – шепчет, наклонившись. Еще чуть-чуть и я вцеплюсь в него на глазах у публики.

– Даже не представляешь, как ты действуешь на меня.

Антон сладко улыбается. Выпрямившись, он оглядывает гостей, а после оборачивается ко мне.

– Как думаешь, они справятся без нас?

Я выдыхаю. Сердцебиение учащается.

– Тебе нужно расслабиться и немного отдохнуть. Согласна?

– Согласна.