Глава 12

– Не ожидал, что ты все-таки приедешь, – произносит отец, не спуская с меня глаз.

Я вхожу в его кабинет, впервые за долгое время не чувствуя ничего. Будто гора, которая долгие годы давила на мои плечи, неожиданно исчезла, лопнув как мыльный пузырь.

– Надеюсь, я не опоздал?

Приблизившись к отцовскому столу, за которым тот обычно принимает посетителей в своем кабинете дома, останавливаюсь и жду дозволения сесть. Отец кивает. Я присаживаюсь напротив, смотря на отца точно так же, как он делал всегда – прямо в глаза. Раньше я терпеть не мог такие взгляды, казалось, будто он мог читать мысли, а мысли в моей голове частенько были не самые хорошие, но сегодня в чертогах моего разума спокойно. Поэтому взгляд отца больше не пугает.

– Нет, ты вовремя, – он качает головой. – Хотя ужин ты все же пропустил.

– Были важные дела.

Седая бровь изумленно изгибается. Он не спрашивает про мои важные дела, которые оказываются значимей, чем ужин с отцом, но и я не тороплюсь рассказывать, что решил провести те дни в компании женщины, сводящей меня с ума. Нам до сих пор не хватает времени, чтобы наверстать упущенные десять лет. Так что засиживаться я сегодня не планирую.

– О чем ты хотел поговорить?

– Сразу к делу?

Киваю. Отец хмыкает и, поднеся ладонь к лицу, важно потирает подбородок.

– К делу, так к делу, – произносит он, выпрямившись. – Ты уже наверняка слышал, что Саша решила взять отпуск.

Теперь киваю я.

За последние дни произошли какие-то глобальные, фантастические перемены в нашей семье, и мне пока с трудом верится, что всё это правда. Но я не удивлен решению Саши. У моей старшей сестры сдали нервы, и она в своей манере послала отца куда подальше. Высказать все в лицо она бы не посмела, но изящно осадить его все же смогла. И я вижу это по тому, как меняется лицо отца. Он, медленно покачав головой, продолжает говорить:

– И раз она решила взять отпуск, то я не могу отказать ей. Но… – отец делает многозначительную паузу и смотрит на меня, – кто-то же должен теперь управлять компанией, если моя дочь предпочла провести время с официантом.

Я мысленно усмехаюсь.

– Тебе не нравится ее выбор?

Он пожимает плечами.

– Если честно, – спустя несколько секунд отвечает отец, призадумавшись, – я рассчитывал, что она выберет кого-нибудь другого.

Кривая ухмылка не сходит с моих губ. Впрочем, ответ отца был очевиден. Руслан, тот самый официант, про которого благодаря Карине я знаю практически все, явно не вариант, по мнению отца. Но с другой стороны, почему Саша должна играть по всем правилам?

– Думаю, нужно просто принять ее выбор.

– То есть ты не против?

Теперь удивляться приходится мне.

– Она взрослая девочка со своей головой на плечах.

Отец хмыкает, продолжая потирать подбородок.

– А может, не так уж и плох. Все-таки молодой, целеустремленный, и ребенок есть. Значит, здоровый.

Я закатываю глаза. Ясно к чему клонит отец.

– Ожидаешь к следующему лету пополнение?

Отец отмахивается.

– А как же! Дождешься от вас. Хотя, – неожиданно затихает отец, а мне совершенно не нравятся подобные паузы, которые вгоняют в тупик. – Надо бы клинику подыскать. Парень-то молодой, здоровый, но Саша наша, как ты верно сказал, девочка взрослая. Кто же ее знает, вдруг что со здоровьем не то.

– Отец, пожалуйста, – выдыхаю, представляя, как тот начнет всеми правдами и неправдами пытаться заставить Сашу плодиться и размножаться в угоду эго Георгия Воронцова.

– Ах, ну да. Пусть сначала поженятся. Хотя сейчас и без штампов живут, но все же… Саша у меня единственная дочь.

Я молчу. Можно было бы много чего сказать, но если отец что-то втемяшит себе в голову, то я уже бессилен. Пусть дальше играется, а Саша сама сможет его осадить вовремя. Один раз получилось, получится и еще.

– Так, так, так, – продолжает говорить отец, опустив руку и теперь постукивая пальцами по столешнице. – Дочку пристроил. Младший, конечно, тоже отчудил, но одумается.

На последних словах я морщусь. Не знаю, что там точно отчудил Леша, но как я и обещал, в его дела не лезу. Парню надо самому набираться ума и опыта на собственных ошибках.

– А ты…

Я вздрагиваю и смотрю на отца. Кажется, задумался и отвлекся, прослушав часть очередной пламенной речи.

– Да?

– У меня для тебя есть важное дело.

Стоит, пожалуй, напрячься и встретить очередной указ отца в штыки, но так не поступаю. Во-первых, злость, которая долгие годы питала и отравляла, наконец-то покинула меня, дав возможность выдохнуть. Во-вторых, я знаю причину, по которой отец вызвал меня сегодня. Благо, что теперь у меня есть собственный информатор. Карина все же незаменимый сотрудник и бесценный соратник.

– Управление компанией с сегодняшнего дня полностью теперь на тебе, сын. Так что не подведи меня.

Ни один мускул не дергается на моем лице. Вот еще одно доказательство, что гнева во мне больше нет.

– Хорошо. – В ответ я киваю и поднимаюсь.

– Уже уходишь?

Разворачиваюсь и бросаю через плечо:

– Работы много.

Отец начинает смеяться, когда я покидаю его кабинет. Нам не нужны лишние слова, чтобы понять все, что мы бы хотели сказать друг другу. Отец полностью удовлетворен тем, как все получилось. Дочь наконец-то обрела счастье и без пяти минут как выскочила замуж (по умозаключению отца), Леша тоже его изрядно удивил и порадовал. А я…

Я остаюсь собой и не играю по его правилам.

Но кажется, я все же попадаю в ловушку, ведь стоит мне оказаться в салоне автомобиля, как мои плечи обвивают длинные руки Карины. Она приехала со мной, клятвенно обещая спасти, если что-то пойдет не по плану.

– Как все прошло? – шепчет, приблизившись ко мне со спины. Словно маленький чертенок, сидящий на плече.

Я накрываю ладони своими руками и с трудом держусь, чтобы не забраться на заднее кресло поближе к женщине, от которой мозги плавятся, стоит услышать ее шепот или ощутить теплое дыхание, ласкающее ухо.

– Я здесь. Жив и здоров.

– И даже не напряжен.

– Если только малость.

Карина хмыкает. Ей понятны мои мысли и желания. Они у нас, как оказалось, совершенно идентичны.

– Так все прошло?

– Вперед не хочешь пересесть?

– Нет, – она продолжает шептать, а я, поправив зеркало, наконец-то могу разглядеть ее хитрое лицо. – Что он сказал?

– Про нас ни слова. Можешь выдыхать.

– Думаешь, не знает?

Пожимаю плечами.

– Все он знает, но предпочел говорить про других детей.

– Значит, я была права. Теперь вся компания на тебе?

Приходится кивнуть. Объемы работы не пугают, я всегда был готов к этому. Но волнует нечто иное – из-за работы я буду реже видеть Карину, а это опять путь, полный гнева и раздражения. Только если не найти удобный и приятный способ совместить полезное с приятным.

– Мне понадобится помощник. Есть кто-то на примете?

По блеску, вспыхнувшему искрами в глаза Карины, я понимаю, что она мыслит со мной совершенно одинаково.

– Будет сложно. Двадцать четыре часа, семь дней в неделю. Как думаешь, мой новый помощник выдержит?

Карина закусывает губу и от вида ее острых белоснежных зубок, которые оставляли всю ночь отметки на моем теле, ведёт так, что дышать становится сложно.

– Думаю, твой новый помощник выдержит, – с придыханием произносит Карина, продолжая гипнотизировать взглядом. – А еще ее нового босса нужно научить ходить на свидания. Ведь он совершенно не умеет делать это правильно.

– Научишь?

– Еще как! – смеется Карина, откинувшись назад. Зрительный контакт теряется, но чувство, которое меня сейчас переполняет, не исчезнет никогда.

Я выдыхаю и кладу руки на руль. Пора убираться подальше, пока моему отцу не пришла в голову очередная безумная идея. И пока Карина не передумала научить меня ходить на свидания. Ведь я тоже кое-что знаю. Например, о ее собственноручном составленном плане, согласно которому Саша и Руслан должны были пускать пыль в глаза нашему отцу. И мне особенно приглянулся последний пункт после ужинов, баров, прогулок по ночному городу. И раз уж я пока не вступил в новую должность, то у меня найдется несколько часов, чтобы с огоньком провести их в отеле.

– Куда едем? – интересуется Карина, когда автомобиль трогается с места.

– Есть одно важное дело.

– Какое?

Я ловлю ее взгляд в зеркале и хищно улыбаюсь.

– Срочная инспекция отремонтированного номера люкс.

Ее улыбка красноречивее слов.

***

– С каждым разом все быстрее и быстрее, – произносит Павел Дмитриевич, входя в кабинет. Он смотрит на друга, который задумчиво потирает подбородок.

– Да, быстрее, – отвечает Георгий и приглашает своего верного помощника занять место, которое еще совсем недавно занимал Антон.

Сын ушел, приняв на себя новые обязанности по управлению компанией. Если Саша решила передохнуть, уделив время себе и своему молодому человеку, то так тому и быть. Георгий не будет мешать им, но и не позволит тянуть время. Все-таки Антон был прав – к следующему лету Георгий будет ожидать внука или внучку. Дочка Руслана (а теперь он будет называть парня Саши по имени) определенно идеальна. Красива, умна не по годам, здорова и крепка. Так что меньшего от внуков Воронцов и не ожидает. Остается лишь ждать и присматривать за дочерью, впрочем, как и за младшим сыном. Алексей наворотил дел, но даже ему нужно время, чтобы все исправить. Георгий понимал, что сын, решив пойти против воли отца, обязательно добьется своей цели. Станет самостоятельным, самодостаточным парнем. Поменяет свой взгляд на мир и на жизнь, и вот тогда-то все и изменится. Поэтому Георгий принимает верное решение – ждать и еще раз ждать.

– И как все прошло?

Георгий пожимает плечами, но при этом его губ касается добрая улыбка. Он выдыхает и, откинувшись назад, прижимается к спинке удобного кресла.

– Удивительно, но без скандала. Я опасался, что Антон встанет в позу, но тут все обошлось. Интересно, почему?

Павел Дмитриевич улыбается, зная истинную причину смены настроения старшего сына друга, о чем не забывает сообщить тому, придав своему голосу налет секретности.

– Думаю, дело в том, что Антон наконец-то увидел бриллиант, который так долго искал.

Георгий усмехается. Вот о ком он не беспокоится так об Антоне. Парень всегда знал чего хотел. Кроме одного – он не слышал лишь своего сердца.

– Значит, все-таки до него дошло?

– И не только.

– Она с ним?

Павел Дмитриевич кивает. Георгий выдыхает и, покачав головой, отвечает:

– Ну что за молодежь нынче пошла! Карина могла бы заглянуть, поздороваться. Никакого воспитания! – и он смеется, прижав к груди руку. Ему так весело, что смех оказывается заразителен, и вместе с ним выдыхает и Павел Дмитриевич, который впервые за долгое время может расслабиться.

– Значит, все закончилось?

Георгий выпрямляется.

– Нет, дружище. Это только начало!

И они общаются, придаваясь воспоминаниям. Строят планы, плетут паутину как два хитрых паука, но никто из них даже не вспоминает о причинах. У Георгия вполне хватит здоровья, чтобы дождаться внуков от всех своих детей. А у Павла Дмитриевича еще столько идей, чтобы достичь этих целей, что двум закадычным друзьям есть что обсудить за поздним ужином или игрой в шахматы.