Глава 20

Прошла целая чёртова неделя.

Кая ни разу не выходила из своей комнаты, не спускалась поесть и не пыталась сбежать. Ничего.

В тот день, когда я отнёс девушку в комнату после того, как признался, что её отец убил её мать, я ещё долго сидел под её дверью, слушая, как она плачет.

Это длилось долго. Очень долго.

Думаю, тогда она наконец смогла освободиться от них. От того количества слёз, которые она копила в себе всё это время.

А когда они закончились, наступила тишина.

Каждый раз, когда я заходил к ней в комнату, чтобы проверить не сделала ли она с собой что-нибудь, что я не смогу исправить, Кая просто лежала повернувшись ко мне спиной. Я пытался заговорить с ней, но она никогда не отвечала мне и тогда я уходил.

Я знал, что она чувствовала и знал, что с ней может стать, если она продолжит топить себя в злости и отчаянии.

Она превратится в меня.

В то состояние, из которого у неё больше никогда не получится выбраться.

Я понимал её горечь о том, что крайние годы своей жизни, она пыталась расплатиться за убийцу своей матери, но то, что она собиралась вернуться туда ради совершенно чужой для неё девчонки, за которую она почему-то решила взять ответственность, я не мог понять.

Ей грозила опасность, масштабы которой, как мне казалось она не осознавала.

– Ты влюбляешься в неё? – спросил Доминик, нанося очередной удар, который я смог перехватить.

Мы тренировались вместе, как минимум три раза в неделю, потому что со слов Доминика, ему нужен был достойный спарринг партнёр перед очередным показательным боем, на котором он сможет запугать жителей Сакраменто своей силой и покажет мужчинам, с которыми мы работали, что им не стоит нарушать наши правила и устои.

– Не неси чушь, – ответил я, когда мой кулак нацелился прямо в его солнечное сплетение, но друг отпрыгнул, не позволяя мне ударить его.

– Почему нет? – настаивал он.

Тренировка подходила к концу, но видимо Доминик не хотел прощаться со мной, иначе я не понимал, зачем он пытался вывести меня из себя своими вопросами.

Я рассказал ему о Кае и о случившемся, потому что только войдя в клуб, меня встретил вопрос о том, какого чёрта я приехал сюда один. Он намеревался увидеть рядом со мной Каю. Почему? Я тоже не понимал.

За последнее время жизнь стала для меня одной большой загадкой.

– Потому что я любил и твои родители любили, – упомянул я, чего делать не особо хотел. – И все мы знаем, чем это закончилось.

Все они были мертвы.

Доминик отвлекся и я успел нанести ему парочку ударов, после которых он вышел из транса и ответил мне тем же.

– Не сравнивай это, – попросил друг.

Я вытер пот со лба и увернулся от его кулака.

– Кая не станет следующей, – прорычал я.

– Так значит ты собираешься отпустить её?

Жар распространялся по моему телу.

У Доминика явно были планы оставить кого-то из нас со сломанными рёбрами.

– Да.

– Когда? – не унимался он.

Друг улыбнулся, замечая мою реакцию на его бесконечные вопросы по поводу Каи.

– Как только мы исполним план. Я не могу вернуть её назад прямо сейчас.

На самом деле я вообще не хотел думать о том, что мне придётся отпускать её.

К чему она вернётся?

У неё не было образования, приличного жилья, нормальной работы, друзей, родителей, связей и денег.

Она собиралась вернуться в клуб и продолжить убивать себя на ринге, пока кто-нибудь не проломит ей череп и не оставит умирать где-нибудь на окраине города? Или пока один из Каморристов не решит сделать её своей шлюхой, потому что дерясь там, она автоматически начинала принадлежать им?

Думая об этом, во мне бушевало непонятное мне чувство, горячо разливающееся по венам.

– О чём ты думаешь? – спросил Доминик.

Я сузил глаза и приблизился к нему, чтобы нанести очередной удар.

Он помахал в сторону своей шеи.

– У тебя сейчас вены лопнут от перенапряжения.

– Это потому что ты не можешь заткнуться и дать мне расслабиться, – сразу же ответил я.

Доминик закатил глаза.

– Могу поставить свой клуб, на то, что твои мысли заняты совсем не мной, – начал друг. – Но если я ошибаюсь и твой член находится на стадии полной готовности, чтобы встать, при мыслях обо мне, я польщен.

Очень смешно.

Мой кулак врезался в его челюсть, но уже через секунду Доминик был готов, чтобы отмстить мне.

– После исполнения плана я стану Боссом. Может я не разрешу тебе отпускать её, а оставлю Каю для себя, – он улыбнулся, когда кровь покрывала его белоснежные зубы.

Я знал, что всё это игры разума, которыми он любил мучить людей, но всё же мои кулаки сжались сильнее.

– Оставлю её для себя, раз тебе она не нужна, – Доминик пожал плечами, будто по-настоящему рассматривал эту идею.

Я кинулся на него и повалил его на пол так, что он не успел среагировать. Мой кулак завис в воздухе, когда парень даже не стал прикрываться от моего удара, а смотрел на меня будто он уже победил.

– Что и требовалось доказать, – друг оттолкнул меня и мы оба легли на спину по середине ринга, пытаясь отдышаться.

Моя футболка, пропитавшись потом, прилипла к торсу. Я никогда не снимал вверх во время тренировки за исключением того раза, когда Кая тренировалась со мной в зале на первом этаже моего дома.

Доминик же предпочитал его никогда не надевать. Татуировки крыльев на его плечах заставляли людей остановиться и пялиться на него, словно они находились в цирке. Он набил их сразу после случившегося. По началу его раздражало, что люди ассоциировали их с пожаром, но потом он привык и принял их, как свою силу, которая показывала остальным, что он был не убиваем, даже огнём.

Я только начал наслаждаться тишиной, когда он вдруг опять решил заговорить:

– В прошлый раз именно твоё безразличие привело к этому.

Мой кулак с грохотом приземлился на пол и голова повернулась в сторону друга.

– Я никогда не был безразличен!

– Но она этого не знала, – напомнил он мне.

Доминику никогда не нравилась тактика, которой я придерживался. Но я не следовал ей, когда появилась Кая. Я никогда не скрывал от неё того, что её касалось.

Я отвернулся, смотря в потолок.

– Я стараюсь исправить ситуацию, но ей не место в этом мире. Она заслуживает свободы.

– Мы сможем защитить её, – уверил меня он. – И к тому времени на одну проблему будет меньше. Кая будет вольна в своих действиях, потому что боюсь, если я запрещу ей что-то, она ни на секунду не поколеблется, прежде чем попробует надереть мне зад, – сказав это, Доминик усмехнулся напоследок.

Я улыбнулся.

Да, она точно сделает это.

– Она с рождения принадлежала этому миру, – продолжил он. – К тому же, я думаю, она понравится Джулии, – его тон сразу стал мягче при упоминании сестры. – Может хотя бы с ней она наконец начнет драться.

– Господи, отстань от бедной девочки, – попросил я. – Она – самая нормальная из всех нас, потому что не жаждет причинять физическую боль всему окружающему её миру.

Джулия была послана Доминику, как ангел, который замаливал все его грехи, которые грузом сваливались на его плечи.

Светлый ребёнок, познавший боль слишком рано, но не успевший испортиться этим миром.

Почти.

Мой телефон, лежащий на конце ринга, громко запищал. Я подпрыгнул и взял его в руки, смотря на имя человека, звонка от которого ждал на протяжении всей недели.

– Почему так долго? – взяв трубку, спросил я.

Мой информатор со стороны Каморры, тот самый, что сообщил мне о Талии, искал для меня информацию, приезжав домой, без которой, я чувствовал, что убиваю Каю собственными руками.

– Мной управляет бешеная девушка, которая не доверяет никому, кроме себя, и проверяет нас, как плешивых котов, надеясь найти того, кто сливает информацию на другую сторону, – недовольно ответил он.

Арабелла Делакруз.

Пока Неро Денаро сидел в тюрьме, она занималась его делами, хотя он оставил на своём месте не её, а своего Младшего Босса – Дэниела Ардженто. Но, видимо, девушку не устроил такой исход событий и она правила на равне с ним.

Я не трогал женщин, но убив её, наверное бы, и не перешёл свой принцип, потому что внутри неё точно жил мужчина, не трахавшийся столетие и обрушивающий свою ярость на любого, кто попадался ему на глаза.

– Не можете угомонить нахальную девицу? – спросил я, зная, что это было просто невозможно.

Мы с Арабеллой никогда не встречались, но я был достаточно наслышан о ней. Девушке была едва младше меня, когда её характер принадлежал скверной бабке.

– Она оторвёт мне яйца, если я скажу больше слов, чем она ожидала услышать.

Доминик облокотился на локти, наблюдая за мной.

– Что ты нашёл? – спросил я, устав слушать об Арабелле.

– Я нарыл на неё информацию, файл уже у тебя на почте, но девочки с фотографии, которую ты мне прислал, не было.

Я отослал ему тоже самое фото, что и показывал Джулии, когда она помогала мне с одеждой для Каи, потому что это было единственная фотография Эбигейл, которая у меня была.

– Она должна была быть там в тот день, – начал доказывать ему я.

– Мы убили всех, кто там был, за исключением владельца, Кристиан. Никакого ребёнка там не было.

Когда я позвонил ему на следующее утро после истерики Каи, он рассказал мне, что Родриго решил, будто может играть с ними и скрыл несколько своих счетов, но Каморра узнала об этом, и чтобы преподнести ему урок, решила наведаться в гости.

О, и они знали, что он пустил меня в свой клуб. Они знали, что я был на их территории, что им совсем не понравилось. Но парнишка из клуба был не виноват, хотя сейчас я жалел, что всё-таки не убил его сразу. У меня же на спине не висела табличка «Привет! Я убью тебя и всю твою семью, если ты не сделаешь так, как я хочу».

– Если твоя девушка думает, что мы могли забрать её, то нет. С нами был Деметрио.

Деметрио Асторе. Советник. Самый младший из всей главенствующей тройки Каморры.

– Он бы не позволил никому сделать этого. Мы уезжали тем же составом, что и приехали.

– Она была там, – твёрдо ответил я.

– Значит она испарилась, – я слышал, что он начинал нервничать из-за того, что я не верил его словам. – Никакого ребёнка там не было. Мы не трогаем детей. В нас присутствует толика чести, в которую ты не веришь.

Я не мог вернуться домой и сказать Кае, что девочка, из-за пропажи которой она чуть не сошла с ума, так и не нашлась. Легче было позволить Доминику убить меня.

– Тогда я ожидаю, что ты скажешь мне, что нашёл её позже и она уже направляется в Сакраменто.

– Нет, Кристиан.

– Это чёртов ребенок! – выкрикнул я. – Может мне стоит отказаться от твоих услуг и рассказать Арабелле, кто является настоящим доносчиком, если ты не можешь исполнять мои элементарные поручения?!

– Её нет! – крикнул он в ответ. – Ни в школе, ни дома, ни в клубе, я даже заезжал на квартиру к твоей девушке, надеясь найти её там, но там её тоже нет. Её не то что там не было, когда я приезжал за ней, её даже никто не видел. Я обыскал весь город в её поисках, но она либо стала призраком, либо…

Я закрыл глаза и ударил себя кулаком по лбу.

– Если я не могу найти её, это может значить лишь одно, – он замолчал. – Она мертва и они избавились от неё ещё до нашего прихода.

Нет. Я не верил в это. Хоть он и был моим лучшим человеком на другой стороне, на этот раз он сделал свою работу плохо.

Я отключился, не попрощавшись с ним, потому что был на грани, чтобы не уволить его.

Как только я приеду домой, я изучу всю информацию, что он нашёл на Эбигейл.

Этого просто не может быть. История не может повториться.

Доминик уже поднялся с пола, и подняв бровь, смотрел на меня.

– Что случилось? – спросил он.

Наверное, впервые в жизни я не знал, что мне делать, и почему вообще ввязался в это, когда меня это совсем не касалось. Я только подставлял информатора, гоняя его по Рино в поисках неизвестной мне девочки, которая волновала мою девочку.

Я посмотрел на Доминика, понимая, что нас ожидает и чего не желал никому из своего близкого круга.

– Кая станет мной, – уверенно произнёс я.