Глава 35

– Вальс. Ты знакома с таким словом? – ехидно добавляет он.

– Ох, да, конечно. С удовольствием. Обожаю вальс, – кивая, поднимаюсь на ноги и вкладываю свою руку в его.

Он издевается! Знает, что я не так хороша в танцах, как бы ему хотелось, мстит мне и довольно жестоко. Прилюдно.

Музыка замолкает, и мы выходим в центр площадки. Лазарро притягивает меня к себе. Грубо. Я едва не падаю ему на грудь.

– Забыл спросить, ты же умеешь танцевать его, да? – самодовольно усмехается он.

– Сейчас и узнаешь, – кладу ладонь ему на плечо. – Ты полон сюрпризов, Лазарро. Не ожидала от тебя вальса, это не в твоём духе. Даже не так, это не в твоём характере. Тебе бы больше подошёл канкан в кабаке, в котором танцуют голые девицы, – улыбаюсь ему, отчего он крепче прижимает меня к себе. До боли стискивает мою руку.

Вступает фортепиано, и Лазарро неожиданно делает шаг, наступая мне на ногу. Жмурюсь от боли и замираю, шумно втягивая в себя воздух.

– Ох, я причинил тебе боль. Какая досада. Мне следовало дать тебе подсказку. Забыл, столько дел. Столько дел. – Дьявольская улыбка украшает его губы. По залу раздаются смешки.

Он специально это делает. Козёл.

– Ничего, я в порядке. Ошиблась насчёт твоих умений. Так себе кавалер из тебя. – Беру себя в руки и тяну Лазарро на себя, отступая назад.

Мы медленно танцуем, смотря друг другу в глаза. Его брови медленно ползут вверх.

– Забыла упомянуть, что папа очень любит этот танец, и в свободное время мы с ним вальсировали. Он считает вальс танцем искренних чувств, хотя что тебе о них известно, – шёпотом поясняю.

Лазарро злится, оттого что ему не удаётся снова отдавить мне ноги. К сожалению, вальс – это, действительно, единственный танец, который я умею танцевать.

Он ускоряет шаг, из-за чего музыкантам приходится изменить мелодию, и вновь наступает мне на пальцы. Сквозь зубы выпускаю воздух и цепляюсь пальцами за его пиджак.

– Ты права, Белоснежка, я ни хрена не знаю об искренности, зато много о боли, – шепчет он мне в лицо.

Танцуя, приходится подстраиваться под него, чтобы не упасть. А он постоянно устраивает мне ловушки, в которые я попадаю. У меня уже болят ноги, и так хочется ему отомстить.

Резко выставляю вперёд ногу, и Лазарро спотыкается, но я успеваю её убрать и поддержать его.

– Ох, ты не ушибся? У меня что-то с памятью случилось, я ведь танцевала последний раз лет десять назад. Искренне извиняюсь. Тебе не больно? – спрашиваю, широко улыбаясь и встречая кипящий гневом взгляд.

– Ты, блять, попала, – рычит Лазарро.

– Ты прав, я попала на приличную сумму за приём у травматолога. У тебя, похоже, обе ноги левые. Какая беда для такого идеального мужчины. Думаю, ты оплатишь, правда?

Лазарро резко разворачивает меня и наклоняет к полу. Охаю, крепко держа его плечи.

– Думай лучше о том, что я с тобой сделаю дома. – Он выпрямляет меня и поворачивается к залу.

– Угрожая расплатой за то, что ты сам устроил, лишь встретишь отвращение с моей стороны. Ничего нового для тебя, как и для меня. Благодарю за танец. Это было познавательно. – Улыбаюсь залу, и Лазарро резко дёргает меня к столику.

Марта обеспокоенно смотрит на нас, но я ей киваю, давая понять, что всё хорошо.

Мы садимся, Сэл рассыпается в комплиментах.

– Чтобы уметь что-то делать хорошо, нужно время. Каждая шлюха может быть одета, как принцесса, но от этого она не становится лучше, – неожиданно раздаётся низкий мужской баритон. – Не волнуйся, дорогая, у тебя есть время, чтобы в следующий раз, если он будет, не опозорить Лазаря. Но вряд ли ты им воспользуешься, продолжая растягивать свой рот.

Меня прилюдно облили грязью. И все молчат, даже не попытавшись встать на мою защиту. А этот козёл делает глоток шампанского и улыбается мне.

Мне безумно обидно. Это ранило меня.

– Благодарю за советы, милый незнакомец, но ты прав, время всему голова. И иногда эта голова может быть прострелена с рождения. Отсюда следует бесполезная трата этого времени в безуспешной попытке хотя бы правильно составлять предложения. Каждый убийца может схватиться за пушку, но от этого его авторитет больше не станет, как и член, да и мозгов не прибавится. Увы, время такая зараза, которая зачастую калечит. Но не волнуйся, добрый незнакомец, у тебя ещё есть время, чтобы в следующий раз, если он настанет, не принизить собственное достоинство и прикупить пару книжек по саморазвитию и этикету. Но вряд ли ты ими воспользуешься, продолжая считать себя пупом Земли и демонстрируя свою необразованность в обществе.

Завершаю речь милой улыбкой и поднимаю бокал.

Марта, сидящая рядом со мной, охает и бросает взгляд на Сэла. Тот, шокированный, смотрит на меня.

– Лазарь, ты же знаешь, что я имею право сделать с этой сукой? – рычит мужчина, поднимаясь со стула.

– Конечно.

У меня душа падает в пятки. Он не может так со мной поступить. Я защищала себя.

– Белоснежка.

Со страхом поворачиваю голову к Лазарро.

Он манит меня ближе к себе пальцем под довольным взглядом этого козла, грубо хватает за волосы. Я вся съёживаюсь. Моё сердце замирает от ужаса. Губы Лазарро впиваются в мои и с силой надавливают на них. Пульс резко подскакивает, и шум наполняет голову.

– Умница, Белоснежка, – выдыхает Лазарро. – Если ты не хочешь, чтобы я отыскал у тебя в голове дырку, про которую говорила моя Белоснежка, то свалишь, на хрен, с моих глаз. – Он переводит взгляд на озадаченного урода.

– Убирайся и лучше тебе не нарываться. Ты у нас на счётчике, – подаёт голос Сэл.

Мужчина весь багровеет от гнева. Хватает свою женщину и скрывается среди столиков.

Лазарро отпускает меня, и я опасливо смотрю на Марту.

– Молодец, – одними губами говорит она.

Откидываюсь на стуле, потрясённая и тем, что позволила так вести себя, и тем, что Лазарро встал на мою сторону.

Бросаю на него взгляд и быстро отвожу его. Сэл вновь затевает разговор о путешествиях, чтобы разрядить обстановку. Сижу молча, даже к еде притронуться не могу. На танцполе кружатся пары, а я теперь боюсь, что меня ждёт дома. Я не уверена, что Лазарро не сделает мне выговор.

– Вы всегда знаете, как веселиться, ублюдки. У вас здесь повышен градус.

Поднимаю взгляд на Карла, с улыбкой подошедшего к нашему столику. Вот чёрт!

– Тебя не звали, – фыркает Лазарь.

– А я не к тебе. Хочу пригласить Винни на танец. Ей явно нужно немного развлечься, а не слушать о том, что её вгоняет в сон, – подмигивает мне, а я краснею от наглости Карла. Боже, что он делает?!

– Решать ей. Белоснежка? – Лазарро кладёт ладонь мне на бедро и сжимает его.

– Винни, всего один танец. – Карл бесстрашно делает шаг ко мне.

Смотрю то на Лазарро, то на Карла. Не знаю, как поступить. Хозяйский жест Лазарро меня раздражает. Наглость Карла приводит в бешенство.

– Это очень галантно с твоей стороны, Карл, что ты решил пригласить меня. Мне безумно приятно. Думаю, что будет крайне невоспитанно отказать одному из твоих гостей, Лазарро. – Сбрасываю его руку и поднимаюсь. Да, он меня бесит больше всех.

– Какая честь. – Карл протягивает мне руку, и я вкладываю в неё свою.

– Это было рискованно, – шепчет он и ведёт на танцпол.

– Это ты виноват. Мне не хотелось тебя обижать. Надеюсь, что тебе ничего за это не будет, – тихо отвечаю.

Карл ласково притягивает к себе и медленно ведёт меня в танце. Как же он отличается от Лазарро.

– Ты так за меня волнуешься?

– Мне не доставит радости, если Лазарро отомстит тебе за это. Ничего же не будет, да? – взволнованно спрашиваю.

– Не бойся, мне точно ничего не будет. Ты не принадлежишь ему. В данный момент ты не принадлежишь никому. Хоть Лазарь и показал всем, что ты с ним, но одновременно откровенно пытался унизить тебя перед ними. Понимаешь, они будут относиться к тебе так, как он скажет. Сейчас они увидели, что тебя можно толкать.

Кусаю губу и печально вздыхаю.

– Меня это так ранит, Карл. От мнения Лазарро зависит отношение ко мне незнакомых людей. И тот человек, кто сидел с нами за столом, уже продемонстрировал своё отвращение. Это больно, я ведь стараюсь не затевать ссор и сглаживать углы, – признаюсь.

Карл внимательно вглядывается в моё лицо, а затем наклоняется к моему уху.

– Если ты поймёшь, что не в силах вытерпеть его боль, то скажи только одно слово, Винни. Одного слова будет достаточно. Он играет тобой и будет продолжать делать так дальше, угадывая твои слабости. Ты в его руках, но у тебя есть право выбора. Я никогда не причиню тебе боли. Просто знай об этом, хорошо? – Карл выпрямляется, и в груди появляется тепло.

– Спасибо тебе, что хотя бы сказал это. Береги себя, Карл. Пусть ты и один из них, но в твоих глазах больше жизни и света, чем ты думаешь, – с улыбкой произношу.

– Я это запомню, Винни.

– Обязательно не забывай.

– Но я убийца и другим не буду.

– Ничего, у всех свои недостатки. Эти в нынешнем раскладе дел уже не котируются.

Он смеётся, и его взгляд сверкает в свете ламп.

– Тогда я лелею надежду. – Карл отпускает меня и целует мою руку.

– Надежда довольно опасна, она даёт ложные иллюзии, о которых потом сильно сожалеешь, – печально произношу.

– И снова другой мужчина. Кажется, я к этому не хочу привыкать.

Я не особо понимаю его слова, но Карл уже подводит меня к столику. Лазарро сдержанно улыбается, крутя в руках бокал с крепким алкоголем. Чёрт. Ему нельзя пить. Когда он берётся за такие напитки, то перестаёт себя контролировать.

– Благодарю, Лазарь, тебе досталась удивительная женщина. Винни, до встречи, буду считать часы.

Мягко улыбаюсь Карлу и опускаюсь на стул. Лазарро демонстративно делает вид, что ничего не слышал.

– Карл, подбросишь нас домой? – Сэл поднимается, и я бросаю взгляд на Марту. Она чем-то сильно обеспокоена.

– Конечно. – Карл подмигивает мне, но его грубо хватает за локоть Сэл и утаскивает к выходу, как и Марту.

Она поворачивается ко мне, и я читаю по её губам: «Беги».

Меня пронзает от страха. Боже мой, видимо, Лазарро не оценил воспитания Карла.

Медленно поворачиваю к нему голову.

– Лазарро, всё хорошо?

Он медленно переводит на меня горящий от ярости взгляд. Нет, не всё хорошо. Я не хочу возвращаться домой. Не хочу, чтобы он был в таком состоянии. Не хочу…

– Мы остались одни. Хочешь потанцевать? Нормально потанцевать, а не воевать со мной? – примирительно предлагаю.

– Пошла на хрен, – шипит он, залпом выпивая виски.

– Знаешь, я пыталась быть понимающей и терпеливой к тебе. Но чем дальше, тем хуже. Моё терпение заканчивается. Не хочу смотреть на тебя пьяного и злого. Ты пугаешь меня, и это отвратительно. Считаешь, что раз сильнее меня, то имеешь право так со мной поступать? Но нет. Добровольность. Помнишь? Остальное – насилие. И чтобы не доводить всё до крайности, я пройдусь одна и дам тебе время остыть. Не понимаю, в чём твоя проблема, Лазарро, – качая разочарованно головой, поднимаюсь со стула.

Натягиваю улыбку, словно ничего не случилось, и иду в направлении первого зала, чтобы и самой немного остыть. Я взбешена и напугана. Не хочу оставаться наедине с Лазарро. Не в таком состоянии.

– Стой.

Неожиданно меня хватают за локоть.

– Итан, отвали. Правда, отвали от меня и не трогай. – Устало вырываю свою руку.

– Тебе нужно вернуться к нему, – раздражённо цедит он.

– Ничего мне не нужно, кроме свежего воздуха и возможности не видеть его гримасу ярости. Ты защищаешь Лазарро и будешь это делать, а что вы оставили для меня? Жизнь в постоянном страхе и непонимании? Спасибо, но я лучше сдохну. Где этот ублюдок? Отдайте меня ему, и дело с концом. Ты же этого хочешь, так помоги мне избавиться от насилия. Я больше не могу. Сыта по горло, – отчаянно и быстро шепчу.

– Дай мне уйти одной, и вот увидишь, они меня быстро поймают. Помоги самому себе избавиться от меня. Уйди с дороги. – Обхожу его, продолжая идти в зал.

– Я не хочу избавляться от тебя. Я пытаюсь помочь, – раздаётся за спиной.

– Помочь? Как же, – фыркая, хватаю бокал с подноса официанта и останавливаюсь возле стены.

Итан подходит ко мне и забирает бокал.

– С тебя хватит. Ты что, ни черта не видишь? Ослепла?

– Почему же? Я вижу козлов, которые только и делают, что унижают меня. Всё прекрасно вижу и не хочу умереть сегодня от его руки. Не хочу. А хуже всего то, что он не убьёт меня, а просто изведёт. Я уже и так с ума схожу в этом аду, – отвечаю и отворачиваюсь от Итана.

– Не играй с ним. Он на грани, Лавиния. Если он перейдёт эту черту, то будет плохо нам, а не тебе.

Бросаю на Итана недоверчивый взгляд.

– Я не играю…

– Играешь. Ты сама не понимаешь этого, но играешь. Ты пошла танцевать с Карлом, позволила ему касаться тебя, лучезарно улыбаешься в этом наряде…

– Так, платье мне нравится. Оно очень красивое, и я не виновата, что у вас дурной вкус. И хватит приплетать ко всему происходящему Карла, который здесь ни при чём. Он, в отличие от вас, проявил ко мне вежливость и не наставляет на меня пистолет, не стреляет в меня. Так что прекрати искать во мне минусы, ищи их лучше в себе, – резко перебиваю его.

– Ты, действительно, осмелела, Лавиния. Если продолжишь в том же духе, то он пристрелит нас. Умей себя контролировать, – осаждает меня Итан.

– Почему вас? Почему не меня? – спрашиваю я.

– Ты что…

– Да, не понимаю. Скажи. Что он хочет от меня? Я ведь стараюсь, правда, пытаюсь быть терпимой к нему, но он бросается из крайности в крайность, Итан. Я для него так оделась, а он даже не сделал мне ни одного комплимента. Я свожу все конфликты к минимуму, а он, наоборот, делает всё, чтобы их раздуть. Его эмоциональные качели изводят меня. Не могу так больше. Не могу.

Итан хмуро смотрит на меня, а потом тяжело вздыхает.

– Тебя. Он хочет тебя. Полностью.

– Так я вчера была его. Позавчера тоже. А сегодня он сам от меня отстранился и начал оскорблять. Где я ошиблась? – шепчу.

– Не знаю, Лавиния, но тебя он не тронет. Он может наказать тебя, но ты должна помнить, что есть стоп-слово.

– Что есть?

– Стоп-слово, которое остановит его. Это тематическая уловка, чтобы вовремя защитить себя. Если ты его скажешь, то это будет означать высокий порог боли. Он быстрее убьёт меня, чем тебя. Вот это меня и бесит. Ты свободна, а он хочет посадить тебя на цепь, как нас. Но мы работаем на него, ты же – нет. Если дойдёт до крайности, используй стоп-слово. То, что будет ассоциироваться у тебя со смертью. Не его имя, а что-то другое. Сообщи об этом ему, тогда ты увидишь многое. Ты должна…

– Итан.

Мужчина даже вздрагивает от тяжёлого голоса Лазарро.

– Босс. – Смотрит на меня несколько секунд, словно подсказывая что-то, Итан поворачивается к Лазарро.

– Мы уезжаем.

Это звучит, как приговор. Для меня, ведь грозный взгляд Лазарро направлен именно на меня. Мне страшно.