Глава 28
Я проснулась, задыхаясь от истерики. Ужасный сон душил, хуже удавки, не давая прийти в себя. Холодная вода помогла остудить чувства и сбросить остатки наваждения. Кажется, крик Кощея будет ещё долго звенеть в моих ушах.
Успокоив сердце, я не сразу поняла, что стою в своей избе. Вечер с Демьяном был свеж в памяти, и даже новый магический сон не смог украсть воспоминания произошедшего. Он меня обманул, опоил и ... и принес домой?
Злость смешалась с непониманием, я осмотрелась. Да, точно, мой дом, вон дощатый пол, книга заклинаний на столе и кружка с чаем, который я заварила вечером и забыла выпить. Ничего не понимаю, что тогда произошло? Я точно помню, что вчера произошло, помню руки, сжимающие меня в объятиях, его глаза, голос и собственное тело, безвольной тряпкой повисшее на чужом плече. Ошибки быть не может, он предал меня, но что-то пошло не так.
Может, меня спас какой-нибудь сказочный богатырь, они ведь водятся в этом богом забытом мире? Хотя, лучше не надо, и так изба в проходной двор превратилась. Лучше нужно думать, как самой о себе позаботиться.
- Блюдце, вставай. Будем боевую магию осваивать.
- Может, сперва перекусим? - сонно промурлыкал Кот, причмокивая лапу. Уверена, будь здесь Колобок, он бы пушистого засмеял, но наш румяный умотал повидаться со стариками и всё им рассказать.
-Что случилось? – вкрадчиво спросил блюдце, чувствуя мой настрой. Я не могла трезво соображать, внутри кипел котел эмоций и дать им выход требовалось немедля.
- Ничего – соврала, быстро оделась, схватила блюдце и выбежала во двор.
Каша в голове обернулась мне боком. Когда Кот, отоспавшийся и приготовивший завтрак вышел к нам, у меня из заклинаний получилось сделать лишь нечто, похожее на заряд электрошокера.
- Ты пытаешься использовать магию, не принимая её. Сила- не инструмент, она часть тебя, как рука, к примеру. А ты пытаешься набрать кашу ложкой, не используя при этом руку, - нравоучительно повторял блюдце, распаляя мой гнев сильнее.
- Белиберда какая-то! Рука, ложка, я и так всё понимаю, но ничего не выходит!
- Выходит, не понимаешь, - продолжил мой учитель капать на нервы, - Боевая магия - это искусство. Практически высшая степень владения чарами. Нужно много сил, чтобы отнять жизнь, и ещё больше, чтобы её спасти. Это тебе не рубахи штопать.
От усталости ломило руки, ноги, плечи, короче всё, что двигалось. Я привалилась к стволу, откинула голову и прикрыла глаза. Стала ли я хоть чуточку лучше владеть магией? Нет. Успокоила ли нервишки? Тоже нет. Выходит, утро прошло зря, только время убила, не поела, и злюсь на весь мир. А всё Демьян виноват, и сны эти дурацкие.
- Спишь, красавица? - раздался знакомый голос, а перед глазами встала призрачная пелена. Я проморгалась, вытерла глаза, но пелена не спадала, принимая очертания женской фигуры. Очень знакомой фигуры.
- Вы? – подскочила я, ахнула и шлепнулась обратно на землю. Передо мной стояла чудная клиентка из моего родного мира. Та самая, с которой всё и началось. Только этого не хватало, на фоне усталости и эмоционального перегруза у меня начались галлюцинации. Который сейчас час? Может это солнечный удар и пора уйти в тень?
Я присмотрелась повнимательней, женщина явно выглядела знакомо, но как-то не так. Мысль свербела в голове, просясь на свободу, но никак не удавалось схватить её за хвост. Незнакомка лукаво улыбнулась, и меня осенило. Глаза, голубые-голубые, как два озера. Такие глаза я уже видела, и не раз.
- Вы же Забава! - закричала я, и сжала рот руками. Мой оживший сон! Или кошмар.
- Да, я, - не стала отрицать гостья. Она тоже села, перекинула косу через плечо и, перебирая пряди, оглядывала меня, - Хорошо выглядишь. Свежий воздух тебе на пользу.
Сомнительный комплимент, выглядела я наверняка так же, как ощущала себя внутри- растрепанной, потерянной, сломленной.
- Я видела, что с вами случилось, - не очень вежливо ляпнула я, но вся история Забавы разом вспыхнула в голове.
- Видела? - Забава едва приподняла бровь, - В прочем, не удивительно. Ты теперь часть этого мира, часть Леса. Ты можешь общаться со всеми его обитателями, даже видеть прошлое, если пожелаешь.
- Видения появились за долго до того, как я прошла три испытания.
Забава рассмеялась, не так искренне, как в видении с Кощеем, но тоже чисто и задорно.
- Девочка ты стала Его частью, когда родилась. Лес крепко связал ваши души, он выбрал тебя, и привел сюда.
Вообще-то, думаю, что привела меня сюда как раз Забава, но спорить не стала. Интересовало другое, и весьма сильно:
- Но вы же умерли, разве нет?
- Умерла, - кивнула Забава, - Но лишь телом. Моя душа навеки связана с этим местом. Пока оно живет, живу и я. Ведьмы оставили меня, а Лес- нет.
- Почему они вам не помогли? Вы же были сестрами.
- Видишь ли, в те времена, пока я ещё была жива, ведьмы забыли, что значит быть хранительницами. Они стали одержимы служением одному лишь Лесу, забывая, что призваны помогать простым людям. А тут ещё я со своей любовью и желанием построить семью стояла, как кость в горле. Лес никогда не требовал от нас жертв, он милостив, и наивен, как дитя, но в то же время мудр, как старец. Ему нужны руки, дабы нести своё слово в мир, и этими руками являемся мы- ведьмы. Великая сила не может просто существовать, ей нужен выход, нужна энергия, движение, ровно, как и нужна защита.
Забава говорила проникновенно, трепетно, видимо правда верила в благую роль, что несет ведьмовское племя.
- И теперь все это лежится на тебя, Василиса.
- Это слишком для меня. Слишком большая ответственность. Я… я не хочу быть столь значимой. Мне хватало моего маленького мира, без магии и всемогущих лесов.
- Хочешь вернуться домой?
«Хочу!»-, чуть было не закричала я, но слова таки застряли в горле, не желая вылетать наружу. Хочу ведь?
Забава видела мои смятения и молчала, давая возможность самой во всем разобраться.
- Не знаю я, чего хочу. Не знаю. Кажется, я давно разучилась чего-то хотеть.
- Наши желания переменчивы. То, чего просила душа в начале пути может быть недостаточно в конце.
- Вы сказали, что мне нужен покой, - вспомнила я её слова при первой встрече, - Но я не обрела его здесь. Наоборот, столько проблем свалилось, что о покое можно лишь мечтать. Значит ли это, что здесь мне не место?
- А что говорит твоё сердце?
Забава придвинулась ближе и коснулась призрачной ладонью моей груди. Я не ощутила её пальцев, зато почувствовала холодок, исходивший от того места, где лежала ладонь.
- Сердце?
Сердце… Моё сердце стучало так живо, как никогда. Перемещение сюда встряхнуло пыль с органа, переставшего чувствовать. Я натерпелась столько страха, радости и волнений, что хватит на целую жизнь, но, если бы был выбор, пережила бы всё ещё раз. Даже смогла влюбиться, хоть это и ранит, но любовь далась мне сложнее всего, но ведь далась. А от одной мысли, что придется оставить Кота и блюдце, проститься с избушкой, расстаться с непослушной магией, ожившее сердце и вовсе заходилось бешенным стуком.
Забава видела все мысли, читавшиеся на лице, и понимающе улыбалась.
- Обещай мне, что прежде, чем принять решение, послушаешь его.
Я неосознанно кивнула.
- И обещай, что выполнишь ещё одну просьбу, - слова Забавы звучали печально, - Сбереги моего сына. Кощей выбрал свой путь, и я его не виню, не осуждаю, а всё так же люблю несмотря ни на что, но мой мальчик ни в чем не виноват.
- Но я с ним даже не знакома, как же мне…- начала было я, но под улыбкой Забавы почувствовала себя круглой дурой.
- Демьян.
Женщина кивнула. Конечно, он унаследовал глаза матери. Как же я сразу не уловила связь. Стоп, но выходит, что Кощей, человек, желающий моей смерти- отец Демьяна? А он, выходит, с ним за одно с самого начала, как и остальные ведьмаки. Тогда почему Демьян сразу меня не прикончил, в нашу первую встречу. Он бы мог, я уверена, но не стал. И потом не стал. Даже вчера, когда явно хотел, всё равно не стал.
- Ты дорога ему. И он тебе дорог, я же вижу. Поэтому прошу, пригляди за ним, раз меня нет рядом.
Я кивнула. Не знаю, как поступлю с Демьяном, но спуску точно не дам. Он мне ответит за все секреты и недомолвки. Точно ответит.
Забава растворилась в налетевшем ветерке. Вот была, как вдруг исчезла. Блюдце, молчавший весь наш разговор, молчал и теперь, Кота видно не было, так что я осталась на едине с собой. Нужно было о многом подумать.