Глава 16. Дело чести

Марат

— Если уложишь меня на лопатки, я вас отпущу, — выдал Женька.

Я в такие чудеса не верил и не зря. Гриф рассмеялся, как только сказал это. А потом мне в лицо впечатался его кулак. Леха все еще держал меня, а Гена водил стволом от меня к Саше. Я точно не имел права ответить.

— Какой поединок, Марат? Очнись!

Второй хук проехался по моей скуле. Саша снова закричала. Я поймал третий удар глазом и почти ничего не видел несколько секунд, но по голосу понял, что Саша пыталась приблизиться.

— Оставь его, Жень. Не трогай. Я все сделаю. Умоляю, только не бей его больше…

Я выплевывал кровь, чтобы накричать на Сашу, велеть ей замолчать. Геройствовать сейчас совсем не время, особенно для нее. Ведь Гриф обязательно воспользуется Сашиной слабостью, а то и сообразит про связь между нами.

К сожалению, я так и не отплевался нормально. К сожалению, я оказался прав.

Женя повернулся к Саше. Я смотрел на них через белых мух и помехи, стараясь сфокусироваться.

— Ты все сделаешь? — переспросил Гриф жутким голосом.

Он догадался.

— Он важен для тебя, детка? Почему?

— Он здесь ни при чем, Женя. Для меня важен только мой сын.

— Сын… — произнес Гриф мечтательно. — Твой сын, Саш? Или наш?

— Я умру, но не отдам его тебе.

— Я обещал это устроить, малышка. Но сначала очень интересно узнать, откуда у тебя с Маратом такая симпатия? Почему он бросился тебя спасать?

— Угадай, Гриф! — не своим голосом заговорила Саша, и я сразу понял — будет врать. — Я соблазнила его. Мы трахнулись. Разве он мог устоять?

— Ни один мужчина не устоит перед тобой, любовь моя.

Женя провел по Сашиным разбитым губам пальцем. Даже в такой момент он восхищался ею. Даже убивая, он будет любить ее, наверно. Своей извращенной, больной любовью. Я дернулся из последних сил, но Генка тут же пнул меня в живот. Сил хватило только устоять на ногах.

— Это Марат, да? — услышал я сквозь пелену боли свое имя. — Он твой маленький грязный секрет?

— Нет, — пискнула Саша.

Женя не поверил.

— Да, да. Точно. Наш волшебный донор спермы. Какая прелесть.

— Гриф, ты совсем ебанулся? Какой донор? — прохрипел я, полагая, что Женя окончательно поехал головой.

Он рассмеялся — чисто Джокер из Готема — подошёл ко мне и приказал:

— Встряхни его, Лех. Пусть стоит. Ага, и отойди.

Леха сделал, что было велено, Гриф вытащил свой пистолет из-за пояса и бравой походкой отправился к Саше. Он вложил ей ствол в руку и сказал:

— Дарю тебе последний подарок, малыш. Ты не ценила драгоценности, дом, квартиры и машины. Но этот тебе точно понравится.

Женя встал позади Саши, взял ее руки вместе с оружием и поднял так, что прицел пришелся мне в сердце.

— Ты убьешь его быстро. Хочешь? Он не будет мучиться. Я дарю тебе один выстрел, и ты спасешь своего любовника, отца своего ребенка. Круто, да?

— Что? — не поверил я своим ушам.

Они это обо мне, или Гриф уже в параллельной извращенной реальности?

— Жень, ты сдурел?

Или это я сошел с ума? Мозги они мне тряханули нормально, но даже с поехавшей крышей через тонну адреналина и на фоне принятия конца собственного существования до меня дошло. Любовника и отца ребенка.

Женя говорил обо мне. Я — любовник Саши и отец Дана.

Отец Даниса — я!

На миг мне стало так хорошо от этой мысли. Но ровно на мгновение, пока я не услышал, как Сашка снова завыла.

— Нееет. Женя, пожалуйста.

Ее колени подогнулись, но Гриф держал жену, не позволяя осесть на землю или хотя бы опустить руки с оружием.

— Стой и целься, Саш. Не вздумай дернуться. Я отпущу тебя сейчас.

Он действительно отошел от нее и пренебрежительно покачал головой.

— Бестолковая ты баба, любовь моя. Даже пристрелить мужика своего не можешь. Готов поспорить, что и меня кишка тонка кончить… Проверим?

— Жень, ты чего? — запыхтел Генка, увидев, как Гриф идет ко мне и становится рядом. — Мне в кого стрелять-то?

— Отбой стрельбу, Ген. Только Сашке можно.

— Это хреновая идея, Гриф, — поддержал приятеля Леха. — Забери у нее пушку.

— Скучные вы, ребят. А я вот фаталист. Если попадет в меня — расстреляйте обоих. Но Сашка…

Женю перебил выстрел. Я вздрогнул и старался быстро сориентироваться. Инстинкты подсказали — завалить Грифа.

Рванув из последних сил, я нагнулся и боднул Женьку головой. Он сложился пополам и упал, навалившись на меня. Прогремело еще несколько выстрелов. Женя застонал, сбоку заныл Лешка, с другого Генка. Я стал выползать из-под Грифа.

Меня тут же схватила Саша. Она тянула меня и тащила в сторону. Не знаю, откуда у нее взялись силы. Маленькая худая девчонка волокла меня по земле к ближайшим кустам.

На поляну вышел Костян. Он пересчитал раненых, забрал оружие и убедился, что они вряд ли смогут подняться. Только потом мой партнер вынул мобильный.

— Полиция? — тихонько спросила Саша.

— Лучше, — ответил я. — Это Костик. Он со мной.

— Марат, вы живые? — гаркнул Градов в нашу сторону. — Ранены?

— Нет. Все норм.

Я старался говорить громко и бодро, но в итоге простонал беспомощно, почти жалко. Если Сашка после такого позора меня не бросит, мы будем вместе навсегда.

И тут Саша стала плакать. Она усадила меня спиной к дереву, ощупывала, целовала и ругалась.

— Ты живой? Они там все валяются. Марат, столько крови…

Она легонько касалась ран, всхлипывала, целовала мое лицо и причитала:

— Ужасно. Это ужасно. Твое лицо.

— Ты себя видела?

Я тоже коснулся ее скулы, на которой уже проступил синяк.

— Зачем ты вообще пришел? — продолжала ругаться Саша. — Он тебя чуть не убил.

— Тогда убил бы тебя. И не только.

— Все равно. Дан ведь в безопасности? Ты нашел его?

— Да, но Костя вернулся… Кос…Где мелкий?

Костя говорил по телефону, не услышал меня.

— Данис мой сын? — тут же вспомнил я главные новости.

— Ты хочешь сейчас это обсудить? — зарычала на меня Саша.

— А когда? Через год? Ты прятала от меня ребенка и врала, пока мы жили вместе.

Я наконец обрел голос и заорал в ответ.

— Убей меня за это позже. Сначала скажи, где мой ребенок? — крикнула Саша, отпуская меня и бросаясь к Косте.

— Скорую еще с милицией отправьте, — проговорил Градов в трубку, подходя к нам. — В душе я не ебу адрес. Только что вызов был. База отдыха за городом. Девушка с ребенком в заложниках.

Он нас едва ли замечал.

— Где Данис? — закричала на него Сашка.

Я тоже начал психовать.

— Эй, Кос! Какого хрена? Я велел тебе увезти парня.

— Его повезла мартышка с ресепшена. Твой брат выехал навстречу. Это вместо «спасибо», Казаев? Вы что за дерьмо тут устроили? Как ты оказался под прицелом? Про лица я вообще молчу. Кровавые клоуны, блять!

— Где мой сын? — кинулась на Костю Саша.

Она схватила Градова за майку и трясла, пока Костян мужественно терпел и ждал моего вмешательства.

— Успокой свою женщину, Марат, — попросил он очень спокойно и вежливо.

Я поднялся и отодрал от него Сашу, игнорируя боль в животе и саднящую морду.

— Все хорошо, Саш. Дан с моим братом. Мы забрали его из дома. Ему ничего не угрожает.

Саша замерла на минуту, как будто переваривала все, что услышала, все, что произошло.

Я ждал истерики, но она лишь судорожно вздыхала и повторяла шепотом мои слова, как мантру:

— Хорошо. Все хорошо. Ему ничего не угрожает.

Она подняла на меня глаза, вытерла кровь с губы.

— Надо что-то придумать для ментов, Марат. Что мы будем делать с этими персонажами?

— Хрен знает. Я позвоню отцу, он должен помочь.

— Позвони брату сначала, — велела Саша. — Главное, чтобы с Даном…

— Да. Точно. Руслан…

Костя протянул мне трубку, где уже шел вызов. Я кивнул ему в знак признательности.

— Алло, — заорал в трубку Руслан. — Алло, Костя!

— Это я, Рус…

— Марат, сука! Что происходит? Ты живой? — заорал братец в лучших традициях отца. Даром, что он ему приемный. Рус с каждым днем все сильнее походил на Артура.

— Живой я. Ты забрал Дана?

— Да, Милана с ним возится. Заревел сначала, но, кажется, узнал ее и успокоился. Ты когда успел сына родить?

— Хороший вопрос, — буркнул я в трубку.

У меня забрала телефон Саша.

— Руслан, он в порядке? Мой ребенок… Данис!

Наверное, братец рассказывал ей то же самое про Мили. Саша кивала и вытирала слезы.

— Они едут сюда, — сказала она, отдавая мобильный Косте. — Дан с Миланой. И полиция тоже скоро будет.

Воплощая в реальность Сашины слова, где-то вдалеке заорала сирена. Костя обреченно вздохнул, глянув на троих бандитов.

Меньше чем через минуту в лесу замелькали ребята в форме. Мы подняли руки. Следом за группой захвата появился мужчина в штатском. Он сразу направился ко мне.

— Марат Артурович, я майор Салихов. Пройдемте. Кто с вами?

Я указал на Сашу и Костю.

— Ваш брат здесь. Отведите к нему девушку. Вам нужен врач?

Последнее он спрашивал у меня и Саши, но и Костю осмотрел. Градов только головой мотнул.

— Я в норме, но у тех ребят огнестрелы. У одного пуля в ноге. Это может быть опасно.

— Понял.

— Я тоже в порядке, — браво сообщила Саша.

— И я, — закончил я перепись раненых.

— Тогда можете подождать пока на территории. Я подойду, как только освобожусь.

— Нас не арестуют? — по-детски смешно спросила Саша.

Майор хмыкнул.

— Полагаю, что нет. Вы ведь потерпевшая сторона.

Следак склонил голову и пошел изучать раненых. Саша хлопала глазами, не веря словам. Даже Костя подозрительно молчал. Магия Казаевых в действии.

Я взял Сашу за плечи и повел к базе. Кос следовал за нами.

У домика, где жила Саша и был оставлен Митяй, стояли две машины. Я узнал внедорожники отца и брата. Семейство примчалось быстро.

Они все нашлись на веранде. Даже мама была тут. Саша увидела Мили с Даном на руках, вырвалась и побежала бегом. Мои тактично молчали, пока Саша обнимала и целовала сына. Я смотрел на нее, злился и радовался одновременно. Обида кипела вперемешку с возмущением, все это причиняло больше боли, чем разбитое лицо. Я сжал кулаки, но тут Саша посмотрела на меня. Она беззвучно плакала. Дан прижимался к ней. Позади них стояла моя мама. Я перевел на нее взгляд, а потом посмотрел на Дана.

Я прозрел. Вот кого напоминал мне Сашин сын. Мой сын. Он же копия моей мамы. У меня защипало глаза. Я пересек веранду и обнял Сашку вместе с Даном. Он захныкал от моей слишком тесной хватки и стал выбираться.

— Мы его придавили, — всхлипнула Саша, чуть отодвинувшись.

Дан тут же перелез ко мне. Я посадил его на руку, обнял Сашку другой и сам позорно шмыгнул носом.

Чтобы спрятать эмоции, я уткнулся лицом в макушку Даниса. Ничего сейчас не было важно. Тайны и ложь, обиды и непонимание. Все ушло. Осталось только счастье, что мы здесь и живы. Ничего для меня нет важнее, чем эти двое.

Любовь вытеснила весь негатив. У меня даже уши горели от радости. Я целовал то Дана в макушку, то Сашку в висок. Вдыхал запах сына и любимой женщины.

Ничего никогда не будет прекраснее.

Никто никогда не будет важнее.

Казаевы дали нам несколько минут, но они быстро истекли. Майор быстро вернулся из леса. Костя кашлянул, привлекая внимание. Отец взял на себя ответственность и отдал распоряжения:

— Девочки и дети, поезжайте домой. У нас тут дела еще.

Я отпустил Сашу. Она задрала голову и вцепилась в меня взглядом. Даже со мной разбираться и ругаться ей было не так страшно, как уезжать в неизвестном направлении с чужими людьми.

Я склонился и поцеловал ее в губы.

— Поезжай с мамой и Ми. Все будет хорошо, — пообещал я и отдал ей Даниса.

Саша смело кивнула и последовала за мамой и Миланой к машине.