Глава 17. Все дома

Саша

Я сидела на заднем сидении с Данисом на руках. Мили устроилась впереди, а за руль села Айза, мама Марата. Я не могла прекратить на нее смотреть. Дан действительно был ее маленькой копией. Ощущение, что я украла их гены, не отпускало.

Шок после встречи с Женей прошел, и теперь я боялась не смерти, не потерять сына и Марата, а вот эту женщину, что сидела за рулем авто, больше похожего на танк. Мы едва перекинулись парой слов, пока шли до машины. Я не могла понять, что меня ждет, и от этого становилось жутко.

Конечно, на фоне всего пережитого даже самый громкий скандал, самые жестокие упреки были мелочью. Но моя совесть проснулась и вместе с чувством вины отравляли счастье, что мы все живы и у меня теперь есть крутой повод развестись.

Мили с Айзой тихо разговаривали в дороге. Я не различала слов, следила за Даном, который впервые ехал без кресла и пытался все потрогать, елозил и крутился.

Все мои опасение превратились в панику, как только мы въехали на территорию загородного дома. Это была настоящая фазенда из маминых сериалов. Если я боялась, что Марат сможет забрать сына, то теперь можно было не бояться. Его родители точно смогут раздавить меня, как червяка.

Мили открыла мою дверцу и забрала Дана, помогая выйти. Я очень старалась не глазеть, но меня выдал приоткрытый рот. Челюсть никак не поднималась.

— Вижу, ты так и не гуглила, кто такие Казаевы, — с лёгкой насмешкой укорила меня Мили.

Она опустила Дана на дорожку. Он тут же потопал, как у себя дома, остановился около клумбы с совами, стал изучать гипсовый рельеф и, конечно, попытался сорвать цветок.

— Данис, нет. Не надо, — сразу рванула я, умирая со стыда.

Свалились как снег на голову, еще и цветы дерем. Я взглянула на Айзу, ожидая от нее разноса, но та едва ли обратила внимание. Наоборот, махнула рукой.

— Ох, Саша, пусть хоть все оборвет — ребенок ведь, мир изучает.

— Но как же..?

— Ой, ой, а вот есть, думаю, не стоит, — не дала мне договорить Айза.

Дан и сам уже понял, что цветочек не очень вкусный, и пытался его выплюнуть. Бабушка подняла его на руки и убрала с ротика лепестки.

— Какой ты шустрый, молодой человек.

Дан посмотрел на бабушку и не нашел повода для протеста. Его заинтересовала брошь на блузке Айзы, и он стал трогать ее изучая.

— Я слышала, что дети чувствуют родных, — тихонько дрожащим голосом проговорила Мили.

У меня тоже ком стоял в горле.

Айза прижалась щекой к голове Дана и прикрыла глаза от удовольствия. Я часто моргала. Говорить было сложно, но я протолкнула слова через сухие губы.

— Он так похож на вас. Как будто я его украла. Пожалуйста, не забирайте его у меня.

Слезы хлынули из глаз. Я стирала их, стараясь успокоиться, но ничего не получалось. Дан устал сидеть на руках Айзы и попросился вниз. Она отпустила его, и маленькие ножки потопали по лужайке. Я хотела пойти забрать, но Мили уверила:

— Я похожу с ним.

Айза подошла ко мне и взяла за руки. Я судорожно выдохнула и шмыгнула носом. Даже через слезы я видела силу и красоту, которые сочетались в зрелой женщине. Она могла уничтожить меня, но теплые руки, что сжимали мои пальцы, уверяли, что не станет.

— Я совсем не знаю тебя, девочка Саша. Я не знаю, почему у тебя сын от Марата, но замужем ты за другим. Я не знаю, почему ты ничего не говорила ему и нам. Я ничего о тебе не знаю, но очень надеюсь, что ты готова заполнить все пробелы.

Я закивала, уверяя ее в готовности.

— Я никогда не заберу ребенка у матери. И не позволю никому забрать, если это будет в моих силах. Поверь, даже мой муж не справится с нами двумя.

Я пыталась вспомнить мужчину, что был на веранде, но не могла. Однако в его могуществе можно было не сомневаться. Хорошо, что Айза сказала мне такие важные слова. На душе сразу стало спокойнее. Я смогла взять себя в руки и остановить слезы.

Айза отпустила мои ладони и нежно вытерла пальцами мои мокрые щеки. Совсем как Марат.

Я не могла не улыбнуться.

— Вы так похожи… — проговорила я всхлипнув.

— С мальчиком?

— С Маратом.

Айза улыбнулась мне в ответ. Ее глаза засияли.

— Ах, если отпущу бороду, будем один в один, — пошутила Айза. — Давай обсудим это в доме. Я хочу знать о тебе все. И о Марате тоже. Он, конечно, наделал дел. Как можно скрывать правду о семье… Немыслимо. Мили мне кое-что рассказала, но я хочу знать все от тебя.

Дан взял Милану за руку и направился ко входу в особняк. Айза обнимала меня за плечи, ведя туда же.

Нас встретил мужчина, поздоровался.

— Рен, это Саша и Данис, — представила меня Айза. — Будь добр, отгони машину и попроси приготовить для них комнату.

Мы обменялись кивками с помощником, и он ушел к машине, заверив:

— Все будет сделано.

— Кровать Дана осталась в вашей квартире, — вспомнила я, когда Рен уже уехал.

— Пусть там и будет. Здесь тоже все организуем для малыша. Ему пора поесть, наверно?

Я застонала.

— Да, наверное, уже два раза пора. Странно, что он еще не орет, как дикий голодный медведь.

Айза засмеялась и потрепала меня по плечу.

— У него сегодня много потрясений. Забыл про еду. Слава богу, в этом возрасте он ничего не понимает толком.

С этим сложно было спорить. Айза привела меня в большую просторную кухню, где сама сделала для Дана фруктовое пюре из банана и яблока, поставила на плиту гречку. Мили заварила травяной ароматный чай.

Данис поел фрукты и решил исследовать кухню. В шкафу он нашел кастрюли и ковши, которыми и занялся, складывая друг в друга. А мы с Айзой и Мили пили чай, пока варилась каша.

Я сама стала рассказывать, как поехала гулять девичник с подругами в Сити и там познакомилась с Маратом. Как он оказался другом Жени и свидетелем на свадьбе. Как я отказалась от него и вышла за Грифа.

Пришлось сделать паузу, чтобы покормить Дана еще раз кашей с мясом. Мы перебрались в гостиную, где я призналась, что знала о беременности еще до свадьбы, но ужасно боялась Жени. Боялась, что он просто убьет Марата да и меня, узнав, что мы переспали, и я беременна.

Мили несколько раз вытирала слезы, я тоже пару раз принималась плакать, но эти слезы были очищением. Они словно смывали с меня всю грязь, ложь, исправляли мои ошибки. Я говорила и говорила, а Айза с Мили слушали.

Когда мой рассказ дошел до побега из роддома, мама Марата пересела ближе и обняла меня.

— Сколько же ты вынесла, родная.

— Простите меня, пожалуйста, — плакала я ей в плечо. — Я бы обязательно нашла Марата потом. Я не стала бы прятать Дана вечно. Клянусь.

— Знаю, Саш. Знаю…Все хорошо теперь. Все у вас будет хорошо. Оставайтесь в Казани, и ничего твой муж не сможет тут сделать. Даже если из тюрьмы выйдет.

Я с трудом представляла, как все случится с Женей. Полиция, суд, разбирательства… Нас ждет еще немало сложностей, но главное, что я буду с Маратом. Уверенность, что он поможет, поселилась в моем сердце и придавала сил.

— Если бы я знала тогда, что он такой… — проговорила я, вытирая слезы.

— Такой? — переспросила Айза. — Богатый? На самом деле Марат человек обеспеченный, но Артур все еще не вернул его в завещание. Основной наследник — Руслан. А второй, кстати, Данис.

Я отмахнулась.

— Дело не в деньгах. Марат — он невероятный. Самый добрый и заботливый. Он так злился на меня, когда нашел здесь в Казани. Мы ругались, но это не мешало ему помогать мне. Это настолько невероятно. Я таких людей не встречала.

Теперь Айза разрыдалась, и мне пришлось обнимать ее.

— Он всегда таким был, Сашенька. Мой добрый мальчик. Иногда бестолковый, безответственный, болтливый, но Марик добрый, чудесный.

Мили заревела с нами вместе. Только Дан не поддержал всеобщих слез. Он был слишком занят изучением всего, что стояло на столике в гостиной.

— О, дорогой. Это может быть опасно. Дай, пожалуйста.

Айза протянула руку, и Дан без проблем отдал ей рамку с фотографией. Она вручила ее мне.

— Смотри, как они похожи. Это невероятно.

Я смотрела на снимок изумляясь. На семейном фото были все Казаевы. Я узнала Артура, от которого даже с такой теплой фотографии фонило силой и властью. Руслан, муж Мили, совсем пацан. И Марат возрастом, как Данис сейчас, на руках у мамы Айзы. Да, они все трое были очень похожи. Даже черты Руслана я видела сейчас в своем сыне. У меня не было ни одного шанса скрыть Даниса. Кажется, с такими мощными генами Казаевы просто притягиваются друг к другу.

— Похожи. Очень похожи. Даже страшно.

Мили похлопала меня по колену и подбодрила.

— Не бойся. Они очень даже милые и нестрашные. Ну почти. Если Артур не орет.

Айза вздохнула.

— У тебя так и осталась травма с того утра?

— Нет, конечно, — рассмеялась Милана. — Но я должна предупредить Сашу. Вдруг Артур Маратович заведется.

— Он может. Ты не принимай близко к сердцу, Саш. Лучше подсунь ему Дана. Артур растекается лужей, когда смотрит даже на чужих внуков. А уж свой…

Я кивала, фиксируя все рецепты в памяти.

Вернулся Рен с кроваткой и пакетами. Он руководил людьми, которые проворно таскали все покупки на второй этаж через гостиную. За окном темнело. Дан тер глаза, просился на ручки и стал капризничать без повода. Только тогда я поняла, что прошел целый день, а никто из мужчин так и не вернулся, не позвонил.

— Ему пора спать, — заметила и Айза поздний час. — Рен, сколько будет установка?

— Минут за десять ребята обещали управиться.

— Прекрасно. Саш, давай я провожу в нашу ванную. Искупаем Дана, и как раз все будет готово.

— Хорошо.

Мы поднялись наверх. Я старалась не глазеть, но дом Артура и Айзы был не только шикарным, но и невероятно уютным. Я привыкла жить у Жени в роскоши, но в доме мужа не было картин и семейных фотографий, безделушек на полках, уютных подушек на диванах.

— У вас очень красивый дом, Айза. Это ведь не дизайнер? Вы сами собирали эти детали? — уточнила я.

— Конечно, сама. Вся наша жизнь в этом доме. Из путешествий я постоянно что-то привозила. До сих пор вожу, хоть Артур и уверяет, что я скупила все возможное на всех континентах. Хорошо, что у нас есть дом в Лондоне и ЛА. Там еще осталось место. Проходи сюда. Вот полотенце. Я заберу подгузник.

Дан забыл, что надо мотать всем нервы из-за усталости и опять притих, рассматривая просторную ванную.

— Можно я искупаю его завтра? — попросила Айза. — Сегодня лучше быстренько вам, а завтра я накуплю игрушек и…

— Кончено, можно, — перебила я ее. — Вам все можно. Я вам должна…

— Нет-нет, Саша! Давай все долги простим. Я просто хочу нянчить внука. Купайтесь. Время позднее.

Я закивала и стала раздевать Дана. Мы быстро сполоснулись. Айза успела уйти проверить спальню.

— Все готово. Я провожу тебя.

Завернув Дана в полотенце, я последовала за его бабушкой до уютной красивой спальни. Кроватка стояла в углу, а рядом на столике нашлись подгузники, чистые вещи, которые я захватила с собой.

Я переодела Дана. Он дремал в процессе. Айза пожелала нам уснуть скорее, но я не могла не спросить:

— Разве это нормально, что они не звонят нам? Неужели там что-то ужасное?

— Все ужасное уже закончилось, детка. Укладывай сына. Я наберу Артура. Если будут силы, спускайся. Но лучше тебе тоже поспать. Натерпелась ведь…

— Я попробую, — пообещала я.

Айза включила нам тусклый ночник и погасила верхний свет.

— Доброй ночи.

Она поцеловала Дана в макушку, погладила меня по плечу и ушла.

Данис уснул моментально. Я тоже очень устала, но даже глаз не могла закрыть. Переложив сына в кроватку, я сходила в ванную, тоже сполоснулась, почистила зубы. Сна не было ни в одном глазу. Зато на столике нашлась радионяня. Айза подумала обо всем.

Я установила приборчик, взяла с собой второй и спустилась в гостиную. По голосам сразу стало ясно, что мужчины дома.

Остановившись на лестнице, я встретилась глазами с Маратом, который что-то говорил матери и Мили.

Он улыбнулся мне, но уголки губ сразу же опустились обратно.

— Грифелев потерял много крови. Он скончался в больнице, — договорил Марат.