Глава 8.

Оставшиеся дни слились для меня в неразделимый поток. На голову свалилось чересчур много дел, которые внезапно требовали моего незамедлительного участия в их судьбе. Один портной, который пришёл ко мне в десять утра и ушёл только в восемь вечера, чего стоил. В его компании я завтракала, обедала, гуляла по парку и ужинала. Деталей в платье, как оказалось, было безумно много. У меня уточняли всё, вплоть до того, какого цвета должна быть лента, которая будет пришита к подолу.

В те редкие моменты, когда портной замолкал, чтобы сделать пробные зарисовки в своём альбоме, я умудрялась читать досье. Так, к концу второго дня на моём счету было пятнадцать отложенных в сторону кандидаток, а также примерный фасон свадебного наряда и отобранная к нему ткань.

На третий день мне представили уже полноценные зарисовки, от которых я не была в восторге. Нет, само платье выглядело великолепно. Воздушное, не стесняющее движений, имеющая чёткие очертания талии, но не стягивающее её. Длина, к слову, была также приемлема, несмотря на то, что передняя часть у платья был намного короче, открывая лодыжки. С этим я почти смирилась, попросив сделать мне туфельки, похожие на те, что я надевала вечером, когда только-только приехала.

Единственное, с чем я не могла смириться — открытая спина.

Полностью открытая спина.

Это ведь возмутительно!

С портным мы столкнулись во мнениях, я даже отложила досье, чтобы доказать свою точку зрения, но была погребена под прорвой аргументов. Конечно же, главный из них гласил о том, что у них так принято. Оставляя спину незащищённой, ты как бы показываешь своему народу, что достаточно доверяешь. Меня, к слову, это не убедило, но вспомнив слова Императора, пришлось, скрипя сердцем, смириться. Согласовались мы лишь на том, что он всё же сделает мне лёгкую накидку, чтобы я в любой момент могла прикрыться.

Несложно понять, что во всей этой беготне я забросила самостоятельные занятия с книгами и словарями. Правда, в один прекрасный момент всё же выкроила пару минут, чтобы заглянуть в библиотеку и взять тонкую книжку о правилах проведения свадебных церемоний на Юге.

Ничего особенного я там не вычитала. Пара просто должна прийти в храм, выслушать наставления священника, поклясться друг перед другом в том, что буду выполнять озвученный перечень вещей, а после надеть специальные брачные браслеты. И поцелуй. После всего аристократы обычно устраивали бал и званый ужин с гостями, средний класс делал то же самое, но в более узком виде.Ничего такого страшного, если подумать.

Кроме поцелуя.

Небеса, поцелуй. Я ведь ни с кем серьёзно не целовалась, нет, был один раз. Когда мы вышли в городской храм, я специально отбилась от группы, познакомилась с мальчиком, мы тогда проиграли целый день, а после он меня поцеловал. Так вот, это было мерзко. После этого я могла похвастаться лишь поцелуями в щёки, да и то только с девочками.

Так, стоп.

Нельзя переживать раньше времени. Леди должна выдержать уготованное ей с должным смирением, мне придётся поступить так же.

С третьего на четвёртый день я провела без сна, просто критически не успевала с досье, благо, хоть нюансы с платьем были решены. Несложно догадаться, что на завтраке я предстала не в самом лучшем расположение духа, чуть не нагрубив леди Элионор, которая с небывалым рвением стремилась уединиться со мной где-нибудь для обсуждения. Только её речей о моём долге перед родом для полного счастья мне и не хватило. Благо, хоть лорд Маркус попался понимающим, поэтому шустро отвлёк настойчивую женщину, подставившись под удар.

Страна не забудет своего героя.

К послеобеденному времени мной было отобрано тридцать шесть кандидатур, также пятеро сверху, если что-то пойдёт не по плану. Всё это я сообщила гофмейстерине, которая отвечала за женскую часть дворца. Внимательно выслушав переводчика, который вещал от моего имени, леди Розалио кивнула головой и пообещала разослать писать этим же вечером, чтобы к завтрашнему дню все девицы были в зале для совещаний.

К приёму я готовилась с холодной решительностью внешне и трусливым дрожанием внутри. Мне казалось, что я без защиты вхожу в клетку к диким животным, готовым разорвать меня за малейшую ошибку. Некстати вспомнились ещё слова Императора, которые лишь подогрели страх. Благо вместе со мной была гофмейстерина, шестеро стражников и, конечно же, лорд Маркус. С ними я, наверное, смотрелась внушительнее, чем обычно.

На разговоры убила практически ведь день, отвлеклись мы лишь на обед, но после сразу же продолжили. В конечном итоге, мной было отсеяно четыре основных кандидатуры, но и принято четыре из тех пяти, которых я выбрала на всякий случай. Не сказать, что все девушки произвели на меня лишь хорошее впечатление, но они хоть умели держать лицо и, если я им не нравилась, они этого открыто не показали. В общем, результатами я осталась довольна.

Лорд МакАлистер практически полностью пропал из вида. Мы больше не встречалась во время принятия пищи, я не видела его в саду, лишь пару раз мы пересеклись в коридоре, один раз я видела, как он вышел на свою лоджию, но не больше. И я была не против подобного расклада дел. Присутствие Императора нервировало, я никак не могла свыкнуться с мыслью о том, что меньше, чем через три дня я стану его женой, поэтому его отсутствие рядом было воспринято как дар Небес.

Увиделись мы на ужине седьмого дня, когда я успела извести себя до такой степени, что вилка в руках мелко подрагивала. Леди Элионор и лорд Маркус вели разговоры на отдалённую тему, бросив попытки втянуть в обсуждение и меня. Я бесшумно вздохнула, предельно медленно отложив вилку в сторону, опустив взгляд на подрагивающие ладони, которые я была вынуждена опустить на колени. Никогда не замечала за собой такой нервозности перед неизвестным.

Наверное, именно поэтому я чуть не пропустила приход Императора, слава Небесам, хоть отреагировала на резкую тишину и то, как мои сопровождающие вскочили с мест. Подняв взгляд, последовала их примеру, дождавшись, пока лорд подойдёт ко мне и кивнёт в знак приветствия. Выглядел он обыденно, но даже я могла заметить, с каким трудом ему даётся плавность движений и спокойный взгляд.

— Покиньте помещение, — произнёс он, опустившись на стул. Я чуть не села мимо, но вовремя спохватилась, недоумённо поглядывая в его сторону, — я желаю отужинать наедине со своей невестой.

Внутренний трепет был подавлен мной на стадии зарождения, поэтому я с какой-то отстраненностью наблюдала за тем, как лорд Маркус и леди Элионор, недоумённо переглянувшись, всё же послушно покинули помещение. Лишь оставшись одна я, наконец, поняла, что нужно было ссылаться на головную боль и стремительно двигаться следом, но как-то уже поздно было.

За эти дни я успела позабыть, какие именно эмоции вызывал этот мужчина внутри меня одним лишь присутствием.

— Я просмотрел досье на тех, кого вы отобрали, — между тем произнёс лорд МакАлистер, отложив себе салат, который ему спешно подали. — Должен признать, они идеально подойдут, вы прекрасно справились, — и так это было непринуждённо сказано, что я невольно расслабилась. Всё же хвалили меня не так уж и часто. — Готовы к завтрашнему дню?

— Нет.

На меня насмешливо посмотрели.

— Так категорично, — почти улыбка. — Видеться мы не будем вплоть до брачной церемонии, — оповестил меня мужчина. — Вас разбудят в восемь, целый день отведён на подготовку, к слову, до еды вас так же не допустят.

— Почему?

— Считается, что если разделить пищу с мужем, то ваш брак будет крепок, поскольку официально весь завтрашний день считается за брачную церемонию, то есть вы не сможете есть, пока я не окажусь рядом, — объяснил лорд МакАлистер. — До храма мы будем добираться порознь, вам придётся проехаться на лошади.

— Но я не умею ездить верхом.

— Она будет идти неспешно, к тому же вас подстрахуют. Жители должен увидеть свою Императрицу первым, — на меня посмотрели крайне внимательно и серьёзно. — Главное помните, чтобы ни случилось, вы будете защищены. Единственное, что сможет вас ранить — грубые слова, но вы ведь сильная, моя леди? Я знаю, что вы переживаете.

— Меня… могут не принять? — хрипло поинтересовалась, сжав в руках салфетку, которые до этого лежала на коленях.

— Вас не должно это волновать, по крайне мере завтра. Только не паникуйте, они почувствуют ваш страх и будут действовать настойчивее, — мужчина отослал в сторону слугу, который поднёс ему жаркое. — Ваше спокойствие — ваш главный щит.

Я подавлено молчала, понимая, что окончательно потеряла аппетит. Что удивительно, Император больше не стал меня задерживать, и стоило мне сослаться на дурное самочувствие, тут же отпустил. Из столовой я чуть ли не выбежала, практически столкнувшись с мужчинами, которые дожидались меня подле дверей.

Окинув их беглым взглядом, спешно направилась в покои. В голове крутилось множество мыслей, одна была страшнее другой, мне казалось, ещё секунда и я позорно упаду в обморок прямо посередине коридора.

С трудом перенеся все вечерние процедуры и облачение в ночную рубашку, приказала всем выйти. Видеть никого не хотелось. Дождавшись, когда за последней девушкой закроется дверь, я обессилено опустилась на кровать и стала шептать молитву.

***

Утро выдалось отвратительным. Сонную меня вытянули из кровати и затолкали в ванную комнату, которая ещё не успела полностью остыть, похоже, Император не так давно был здесь. Это несколько отрезвило, но недостаточно, чтобы я стала активно реагировать на происходящее.

Всем процессом руководила леди Розалио, зорко следя за всеми служанками, прикрикивая, если они делали что-то неправильно. В воде я провела порядком двух часов, периодически выбираясь, чтобы меня намазали какими-то кремами, нанесли различные маски и тому подобному. Под конец я окончательно проснулась, поняв, что настроение у меня просто отвратительное и чтобы его исправить, понадобится чудо, не меньше. Меня даже во дворце отца перед балом не так тщательно тёрли, как здесь.

Из ванной мы выбрались, когда большая часть утра прошла, а время плавно клонилось к обеду. Хотелось есть, хотелось спать, хотелось сесть, сложить руки на груди и никуда не идти, но нет. Служанок в моих покоях стало раза в два больше, а ещё на идеально заправленной постели появилось платье. Признаться, выглядело оно внушительно и занимало чересчур много места. На бумагах выглядело миниатюрнее.

Для начала меня облачили в короткую сорочку, не достигающую колен, под неё дали короткие шортики из приятного мягкого материала, попытались объяснить мне, что на Юге это замена нашим громоздким панталонам. Потом бросили это бесполезное дело и просто попросили надеть. Кинув на вещь в моих руках многозначительный взгляд, послушалась. До этого мне выдавали облегчённый аналог нашего нижнего белья, и никто не умер.

Следом шли полупрозрачные чулки на шёлковых подвязках.

Платье мне помогали надевать четыре девушки. Трое из них аккуратно держали подол, чтобы я не порвала и не запуталась в нём, одна же поддерживала лиф, помогая мне правильно вылезти. Когда моя голова показалась снаружи, я вздохнула с облегчением. Никогда не любила наряды, которые нужно было надевать через верх, слишком много с ними мороки.

В большое зеркало мне взглянуть не дали, сразу же потянув к туалетному столику. На мягкий стул, к слову, я тоже сама не села, мне помогали две служанки, стало даже как-то обидно. Я, конечно, не идеал аккуратности, но платьев ещё ни разу не рвала.

С причёской мудрить не стали. Плели долго, но в конце оказалось, что они просто заплели пряди с висков в косички, сзади соединив в толстую основную косу, оставив большинство волос свободно спадать по плечам. И когда я думала, что это действительно всё, одна из девушек подала непримечательную шкатулку, в которой оказалось множество тонких золотых цепочек с драгоценными камнями. Парочку из них и вплели мне в причёску. А после с явной неохотой накинули покров, закрепив в волосах.

Макияжем занимались дольше. Выравнивали цвет лица, красили брови и ресницы, которые под лёгкой рукой превратились из светлых в чёрные, на веки нанесли тени, на щеках растушевали нежно-розовые румяна, а губы подвели какой-то алой помадой. Взглянув на себя в зеркало спустя практически три часа, пришла к выводу, что занимаюсь подобным первый и последний раз. Для меня смотрелось слишком броско и ярко, неприятно. Спешно отвела взгляд, поднявшись на ноги.

Последнем пунктом были туфельки, которые я надела без чьей-либо помощи. Несмотря на внушительный вид платья, на деле оно оказалось не таким уж и тяжёлым.

Нужно отметить, что по лестнице я ступала с ледяным спокойствием, но на этом оно и закончилось, потому что стоило лишь мне выйти и увидеть количество сопровождающих солдат, как голова невольно закружилась, а колени непроизвольно подкосились. Благо хоть гофмейстерина, держащаяся на вежливом расстоянии, поспешила прикоснуться к моему локтю, чтобы поинтересоваться самочувствием. Это хоть немного привело меня в сознание.

Начала медленно спускаться, считая ступени, чтобы вновь нерешительно остановиться на последней. А вдруг я делаю что-то неправильно? Конечно же, я делаю что-то неправильно! Я иду на поводу у обязанностей перед родом, вот что я делаю не так. Есть ли у меня путь назад? Если я сейчас откажусь, сяду прямо здесь и никуда не пойду, меня оставят в покое или донесут насильно?

— Миледи, прошу, — внезапно прозвучал дружелюбный голос рядом. Рассеяно подняв взгляд, увидела мужчину, протягивающего мне руку, чисто по инерции вложили в его ладонь пальцы, ступая на землю. — Давно мечтал познакомиться с вами, но наш Император такой собственник, запрещал приближаться к вам, поэтому я был вынужден любоваться издалека.

Выпалив всё это, незнакомец склонился в поклоне, поцеловав кончики моих пальцев, прежде чем отступить. От неожиданности я даже позабыла о своей неуверенности, изумлённо смотря на представшего передо мной военного. Наверное, это был военный, по крайне мере фасон его формы был чем-то отдалённо похож на остальные. Разница лишь значилась в расцветке, у него это был золотисто-белые цвета нежных оттенков и вышивка на рукавах, похожая на волны.

— О, извините, с моей стороны были грубо не представиться, Ваше Высочество, — продолжал говорить мужчина, делая жест рукой, приглашая следовать за ним. — Лорд Равен Фейнсизс, но для вас только Равен и никак иначе, миледи.

— Лорд Равен, а вы, — я потерянно замолчала, не зная, как можно корректно сформулировать вопрос. Говорила уже на фордейкском, всё равно рядом никого из служанок и моих сопровождающих не наблюдалось.

— Кто я по статусу? Не хочу утомлять вас речами, леди Раммон, всего лишь один из моряков имперских судов, — беззаботно отозвался лорд Равен, похлопав по боку белоснежную массивную лошадь, к которой мы успели подойти. — Разрешите ли помочь вам забраться на эту красавицу?

— Я не уверена, — произнесла, для достоверности спрятав руки за спиной, словно меня могли потянуть насильно.

— Не беспокойтесь, Ваше Высочество, Его Императорское Величество собственноручно поручил мне это ответственное дело, — и улыбка, которой просто невозможно отказать, я всё же сделала короткий шажок навстречу. — Это честь для меня, миледи.

А дальше всё произошло слишком стремительно, чтобы я успела как-то отреагировать. Просто в одно мгновение я стояла на земле, а в другое уже сидела верхом, рассеяно оглядываясь по сторонам. Единственное, что почувствовала, так это секундное прикосновение ладоней к талии, не больше.

— Правой ногой попадите в верхнюю луку, да, так, а левой можете упереться в нижнюю для поддержки равновесия, — всё это лорд Равен говорил, пока поправлял подол моего платья, чтобы тот не помялся и не свалился с лошади. — Вес вашего тела должен быть распределён на правое бедро, вес на стремя переносить нельзя. Локти прижмите к талии, а вот кисти рук необходимо держать свободно.

— Нам долго ехать? — поинтересовалась, немного поёрзав, пытаясь привыкнуть к неудобному положению.

— Медленным ходом около десяти-пятнадцати минут, не волнуйтесь, — понимающе произнёс лорд Равен, с лёгкостью забираясь в седло коня, которого к нему подвела прислуга. Оказавшись на одном со мной уровне, он шутливо склонил голову. — Я буду ехать впереди, так что переживать не стоит, и, Ваше Высочество, подбородок выше, этот день ваш.

И после этого мы чинно двинулись с места.

Лорд Фейнсизс, как и сказал, ехал чуть впереди вместе с неизвестным мне мужчиной, за ними двигалась я, окружённая четырьмя всадниками в военной форме, которые взяли меня в своеобразный круг. Позади ехал лорд Маркус с леди Элионор, их так же сопровождали, но всего два человека. Замыкал нашу процессию Герберт, которого я заметила не сразу, ну, а когда увидела, то было уже поздно здороваться.

Лошадью управлять не пришлось, она прекрасно справлялась и без меня, я же держала поводья и делала вид, что всё отлично.

Поджидали нас сразу же за воротами дворца. Людской шум я услышала издалека, морально подготовив себя к скорой встрече, и всё равно была удивлена количеством, пришедших сюда людей. При виде нашей процессии они загомонили с удвоенной силой. И я могла точно сказать, что этот шум был далёк от радостного. В нём явственно слышался интерес, негодование, возможно, даже некое раздражение.

Захотелось сжаться, но я продолжала ехать с прямой спиной.

Десять минут превратились в пытку и растянулись до бесконечности.

Но самым отвратительным было другое. Чем ближе мы приближались к центральной площади, теми сильнее это било по нервам. С силой впившись в поводья, я мысленно молилась, что позволяло мне немного успокоиться. Голоса сливались в бессвязный поток, но я буквально кожей чувствовала, что они меня обсуждали. Обсуждали мою ненормальную белизну, то, как я сливаюсь на фоне лошади, как уродливо выделялась среди них и подобное.

Это давило на нервы. У меня появилось несвойственно желание сбежать, не оглядываясь, паника накрывала волнами, словно я стояла на песчаном пляже в самый разгар бури. И когда ропот достиг своего пика, стража, окружающая меня, не выдержала.

Практически синхронно над моей головой сомкнулись железные щиты.

Казалось, будто время замерло.

Нет, не время замерло, а я.

Замерла, прислушиваясь к звукам, но не слыша их. Я прост ничего не слышала! Ужас охватила всё моё сознание, захотелось спрыгнуть на землю и спрятаться, но я лишь глубоко и часто задышала. В голове всплыли слова лорда МакАлистера, когда он предупреждал меня. Нужно было успокоиться, иначе будет хуже. Нужно успокоиться, будет хуже.

— Опустите щиты, — произнесла тихо, но уверенно. Хотя сердце набатом било по ушным перепонкам.

— Но, Ваше Величество…

— Щиты вниз, — повторила, — они просто разговаривают, неужели это запрещено?

Всадники с заминкой последовали моему приказу, звуки вновь ударили по барабанным перепонкам, заставив меня вздохнуть и закрыть глаза. Так, под мерное движение, я просидела с закрытыми глазами и молитвой до конца путешествия, стараясь не поддаваться страху.

То, что мы на месте, я поняла, стоило лишь лошади остановиться. Расправив плечи, открыла глаза, окинув собравшихся людей. Здесь их было в разы больше, чем на дороге. Продолжала осматриваться, пока возле меня не остановился Император, величественно протянув руки. Без промедление соскользнула к нему в объятия, почувствовав, как ноги предательски подогнулись, утянув меня на землю.

Его Величество тоже почувствовал, поэтому тут же подхватил на руки. Стоило, наверное, возмутиться, ведь на глазах у всех неприлично, но я была настолько вымотана в моральном плане, что даже говорить не желала, ни то, чтобы делать нечто иное.

— Аврора, — прошептал мне на ухо лорд МакАлистер, под аплодисменты внося в храм, — вы боитесь, по дороге что-то произошло?

— Это свойственная каждой девушке боязнь свадьбы, Ваше Величество, — слабо произнесла, не став посвящать его во все нюансы. Ведь, по сути, ничего противозаконного не было, а то, что у моей охраны сдали нервы… так я была близка к их состоянию, как никто другой.

Император не спешил ответить, но было видно, что он не поверил ни единому моему слову. А ведь если так подумать, то, что именно меня так напугало? Да, люди. Да, не в восторге, ну и что? Будто я и раньше не общалась с теми, кому моя персона не пришлась по душе, конечно, не в таких масштабах, но всё же. Поняв всё это, недовольно завозилась в руках, тихо попросив опустить, что, к удивлению, было тут же проделано.Оглянувшись, я поняла, что внутри храма не было никого. Ни горожан, ни придворных, ни стражи, ни каких-либо ещё священнослужителей. В огромном зале, потолки которого уходили ввысь, кроме нас и священника не было ни единой души.

Так и должно быть?

Бросила аккуратный взгляд в сторону спокойного мужчины, который неспешно шествовал к алтарю, и поняла, что, наверное, так положено. Странно, о подобных нюансах в книге я не читала. Но было бы справедливо сказать, что строение их храмов сильно отличались от нашего. У них было несколько алтарей, ещё около трёх статуй, которые я успела заметить, да и в общих чертах достаточно светло, просторно и красиво. Наши же храмы делались небольшими, затемнёнными и с одним алтарём, чтобы, как говорится, ничто не отвлекало вас от молитв.

Священник на близком расстоянии оказался женщиной.

Она мягко улыбнулась вначале мне, а уж после слабо-слабо кивнула Императору, не сдержавшись от того, что насмешливо поднять брови. Что удивительно, Его Величество отреагировал на это лишь коротким смешком, словно эти двое говорили на каком-то ментальном уровне. Я почувствовала себя неудобно, поэтому занялась тем, что продолжила осматриваться.

— Прежде чем мы начнём, я хотела бы уточнить у вас, леди Раммон, — наконец, заговорила женщина. — По доброй ли воле вы желаете сменить вероисповедание?

Сменить?

Мне никто не говорил об этом, да и я как-то забыла о предупреждении матушки Елены до этого момента. Рассеяно посмотрела в сторону лорда МакАлистера, чтобы натолкнуться на тяжёлый взгляд. Теперь ясно, кто решил всё за меня.

— Если возможно, я бы хотела остаться при своей вере, — кротко отозвалась, склонив голову.

— Да будет так, — согласились со мной. — Раз вопросов больше ни у кого нет, приступим.После этого женщина открыла лежавшую перед ней книгу, кинула незаинтересованный взгляд на страницы и заговорила.

Речь была не особо длинной и сводилась к тому, что вступая в брак, мы обязуемся ставить интересы супруга вровень со своими собственными, защищать и поддерживать друг друга, делить радость и горе, хранить верность. Брак — это не только счастливое времяпровождение, но и большая ответственность, которая ложится на плечи каждого из супругов. Семья с этого момента должна стать для вас величайшей ценностью, потому что сравниться с ней не может ничто. И расторжение этого союза обозначало бы то, что вы солгали богине Любви, ведь перед её очами он и скреплялся.

— Согласны ли вы с этими условиями, Дариан МакАлистер?

— Да, — чётко, прямо и серьёзно.

— Согласны ли вы с этими условиями, Аврора Раммон?

Я неуверенно взглянула на женщину, подняла взгляд на фреску, на которой была изображена красивая молодая девушка с длинными светлыми волосами, которые мягким плащом укутывали её фигуру. Согласна ли я? Ох, Небеса, за что.

— Да, — с существенной паузой произнесла сорвавшимся голосом.

— Пусть богиня будет свидетельницей того, что на этой земле был заключён новый брак двух любящих сердец, — отрапортовала женщина, улыбнувшись. — Теперь вы можете надеть друг на друга браслеты, символизирующие скрепление вашего брака.

С этими словами она протянула нам подушку, на которой лежали два золотых браслета, на которые изначально я не обратила внимания. Взяв один из них, лорд МакАлистер отточенный движением протянул ко мне руку, терпеливо дождавшись, когда я вложу в неё ладонь, спокойно защёлкнув на мне замочек.Я же делала это куда медленнее, руки дрожали от напряжения, поэтому я даже защёлкнуть толком не смогла. Не выдержав, Император сделал это самостоятельно.

— Всё? — поинтересовался он, повернувшись к священнослужителю.

— Поздравляю, — произнесла она, широко улыбнувшись, а после, обогнув нас по дуге, пошла к выходу. — Счастья вам, Ваши Величества, не разгромите храм.

Я ошарашено замерла, следя за тем, как она плавно выскользнула через главный вход, закрыв за собой дверь, оставив нас наедине. Тишина отдавалась перезвоном в ушах. Даже о поцелуи как-то не вспомнила.

Что.

Нет, подождите, что?

— Наконец-то, — расслабленно протянул лорд МакАлистер, расстёгивая петли на белоснежной накидке, чтобы вскоре скинуть ту на специальную стойку, на которой лежала священная книга. — Ненавижу эти официальные костюмы.

— А-а-а, что происходит? — рассеяно оглянулась на него, замечая, как мужчина принялся расстегивать ещё и верхние пуговицы рубашки. — Что вы делаете?!

— Поздно стесняться, леди МакАлистер, — мне показалось или на последних словах был сделан особый акцент? — Я устал от жары, поэтому просто пытаюсь себя охладить. Успокойтесь и сделаете то же самое, нам здесь ещё целую ночь сидеть.

И пока я не аристократично открывала и закрывала рот, пытаясь вымолвить хоть слово, Его Императорское Величество отошёл в сторону, руками зачёсывая волосы назад, чтобы после собрать их в конский хвост. Уперев кулаки в бока, он заинтересованно огляделся, а после и вовсе ушёл в прилегающий коридор, только громкие звуки его шагов и были слышны. Я же так и осталась потерянно стоять возле алтаря, не понимая, что нужно делать.

Разве сейчас не должен быть бал и всё последующее?

Я ведь читала…

Спустя минуту вернулся лорд, довольно усмехаясь. Подойдя ко мне, он схватил накидку и, забросив её на плечо, заинтересованно взглянул в мою сторону.

— Пойдёмте, миледи. Я нашёл комнату для новобрачных.

— Ч-что? — я осталась стоять на месте. — Но разве мы не должны вернуться во дворец, чтобы, эм, бал и… всё остальное, нет?

— Если бы мы были простыми аристократами, то, да, так бы всё и случилось, — кивнул лорд МакАлистер, остановившись. — Для имперской семьи немного другие порядки. Нас венчают в храме богини Любви, а после оставляют здесь одних на ночь, чтобы не мешать первой брачной ночи, богиня, так сказать, должна удостовериться в искренности этого брака.

— Но это ведь отвратительно.

— Да, но вы не дослушали до конца, — произнёс мужчина, бесцеремонно подхватив меня под локоть, чтобы последовать в коридор, из которого он недавно вышел. — Когда-то давно, когда маги женились на любимых, они не надевали парных браслетов. В подтверждение брака у них на руках появлялись парные татуировки. Со временем татуировки, по неясным причинам, стали проявляться всё реже и реже, пока практически не исчезли. Спустя некоторое время появилась альтернатива в виде браслетов, а в народе прослыла легенда о том, что татуировки можно получить лишь в храме богини Любви, если она посчитает пару достойной, — небольшая пауза. — Обычно людям дают право выбора, остаться здесь на ночь или же довольствоваться браслетами, для императорской семьи такого выбора нет, мы просто обязаны.

— И из-за каждого желающего покидать храм? Это ведь глупо, — отозвалась я, невольно задумавшись.

— Священнослужители покидают храм лишь тогда, когда браком сочетается императорская семья, для всех других условия куда скромнее.

— Но это ведь всё равно глупо.

— Мы не так уж и часто женимся, чтобы причинять много неудобств, — усмехнувшись, протянул лорд МакАлистер. — К тому же теперь этот день считается великим праздником во всей стране, можно сказать, всеобщий выходной.

— И так все дни, гм, бракосочетания?

— Что? А-а, нет. До этого праздновали союз моих родителей, сейчас будут праздновать наш, пока кто-нибудь из наших детей не заключит брак с кем-то ещё. Тогда про сегодняшнюю дату забудут, будут праздновать следующую.

Мне стало дурно, стоило лишь услышать «наши дети». Говорить больше не хотелось, дикие традиции, правду у нас на родине говорят.

Неспешно мы поднялись на второй этаж, пройдя по какому-то искривлённому коридору, Его Величество отпустил меня, открыв дверь, ведущую в небольшие, но вполне уютные покои. Они, наверное, могли бы мне даже понравиться, если бы не двуспальная кровать, заставляющая внутренности скрутиться в тугой узел.

На тяжёлых ногах прошла внутрь, затравленно оглядываясь. В отличие от меня лорд бодро подошёл окнам, распахнув настежь. Подуло сухим ветром, который взметнул лёгкие занавески. Довольно потянувшись, Император скинул накидку на одинокое кресло, стоящее в углу, прежде чем обернуться ко мне.

Обернулся и замер, будто видел впервые в жизни.

Стало страшно.

— Аврора, теперь же вы можете снять эту… ткань со своей головы, верно? — внезапно охрипшим голосом поинтересовался у меня мужчина, внезапно оказавшись слишком близко. — Я ведь сейчас в своём праве.

— Да.