Глава 28

– Ну же, – требовательно говорит Ринат и спускается по кровати ближе к середине, похлопывая ладонями. – Я сказала не хочу, – все еще протестую против этой идиотской идеи. Мне уже не хочется ни секса, ни оргазмов, и потому, я планирую уйти к себе. – Да, черт возьми, просто садись сверху и все. – Я не хочу на тебя писать, ты с ума сошел? – Да не надо на меня писать, – начинает громко смеяться. – Алсу, я сказал, как будто писаешь. Насупившись из-за этой ситуации, я встаю на колени у его головы. – И чтобы ты знал, я все еще против. – Сейчас визжать, кончая, будешь. Его ладонь гладит мое бедро и как бы с похвалой подгоняет перекинуть ногу через него. Что я, собственно говоря, и делаю. – И? Я опускаю глаза, и картина просто до безумия возбуждает. Ринат лежит на спине, а я стою над ним, уперевшись коленями с обеих сторон от его головы в матрас. При этом его глаза полны желания и смотрят на мою промежность, на мое тело, а губы блестят, потому что он их облизывает, словно вот-вот поест самое вкусное блюдо в мире. – Ты бы знала, как смотришься надо мной, – его голос будто самый лучший мед в этом мире, и я ем его, слизывая с пальцев этот золотой нектар. Он абсолютно прав. То, что мы видим со своей стороны… будоражит. – Просто ты не видел себя с моего угла обзора. Он улыбается мне и начинает поглаживать заднюю сторону моих бедер, ягодицы и спину. Такое ощущение, что я вся в его руках, потому что тепло разносится с кровью по всему телу. Это нежность и особенная, какая-то лихорадочная и непонятная другим любовь тел и желаний двух людей. Мужчины и женщины. – Чуть ближе, – переходит на шепот, и я подаюсь вперед. Мужские губы касаются кожи моего бедра. Он гладит языком каждый сантиметр, куда дотягивается его рот. Поэтому я встаю еще ближе, и он переходит на второе бедро, при этом обдав развилку между моих ног своим горячим дыханием. Поцелуй. Еще один. И еще… – Ринат, – мой голос лопается, как стеклянная колба из-за слияния взрывоопасных реагентов и колет острыми концами стекла мое горло. – Покажи… где ты хочешь мой рот. Меня пугает и возбуждает его откровенность. С ним я тоже становлюсь порочной. А ведь это всего лишь четвертый раз, когда мы приступаем к сексу. – Ты знаешь, где, – сопротивляюсь. Не знаю, почему мне нравится это делать. Я могу казаться распутной и не знающей табу девушкой, но я такая лишь частично. В противостоянии ему мне нравится быть именно такой. – Знаю. Но ты должна показать, – он целует мою ногу, словно показывая, что он сделает все, но только не то, что я прошу молчаливо, и я прикладываю руку книзу живота, щекоча лобок. – Хорошо, но ты должна немного спуститься ниже. Без споров и заминок я раздвигаю ноги и становлюсь еще ниже, а его губы попадают… но не туда. – Ты нарочно дразнишь? – Ты показала пальцами в эту точку, – проводит пальцами по моему лобку. – Координаты, это важные данные, Алсу. Необходима точность до миллиметра, особенно если это касается тела женщины. Наполнив легкие кислородом, я задействую вторую руку, и когда они обе касаются одной точки, я симметрично опускаю их еще немного ниже. Чувствую, как дрожит все тело, но не отступаю. Я вообще на грани сумасшествия. Мы с Ринатом смотрим друг на друга, затем оба наблюдаем за тем, как я развожу половые губы и обнажаю клитор. Это откровенней, даже самых развратных моих мыслей. Я буквально горю и уже скоро превращусь в пепел. Но мужчина поощряет мою решимость улыбкой, затем вытаскивает язык и облизывает клитор. – О… господи, я сейчас умру… – с трудом выдыхаю. Он не отвечает, потому что его рот обрушивается на меня, и я снова разрушаюсь в его руках. Когда второй оргазм остаточными конвульсиями проходится по телу, я снова тихо стону. Ринат все еще во мне и надо мной. Только сзади. Мне наплевать, если он меня раздавит, я в принципе уже не та, кто переступил порог этой квартиры. Не в моральном плане. Есть вещи, которые накладывают отпечаток на всю жизнь. Смерть, отец-тиран, смерть матери, любовь… Ринат наложил на меня свой отпечаток. Мне кажется, что и через пятьдесят лет, я буду вспоминать эти дни и думать о нем, как о лучшем секс-партнере. Он шевелится и, вынув из моего лона обмякший член, снимает презерватив, судя по звукам, затем ложится ко мне и прислоняется торсом к моей спине. – О чем думаешь? – Ни о чем… – с трудом отвечаю ему. – Ты же знаешь, что это невозможно, – Ринат привстает и начинает целовать мое плечо, с нежностью, а не той прытью, что минутой назад меня трахал. – Знаю, но это не значит, что я скажу тебе все, что творится в моей голове, – прикрываю глаза, чувствуя, как мурашки удовольствия играют на моей коже. Он усмехается и продолжает целовать, только перемещается к моей шее, затем ниже, между моих лопаток, и я чувствую, что могу заплакать в любой момент. – Что слышно от моего отца? – начинаю не самую приятную тему, но главное эмоции восстанавливаются. Ринат тоже замирает на секунду. – Пока что тишина. Но на его территории волнения. Люди задают вопросы и хотят знать ответы, – свои слова он сопровождает поглаживаниями. – В этом стратегия? Ждать, когда все решится само собой? – догадываюсь и тут же задаю вопрос. – Частично, потому что все не сможет рассосаться так просто. Он ложится на спину и утягивает меня за собой, не дав повернуться лицом. – Мне так неудобно, голова вниз висит. Смеюсь, пытаясь подняться, но он не позволяет, опустив ладони на мой живот. Сейчас я вся вытянута, и поза на самом деле неудобная, но, когда Ринат начинает гладить, пробегая по ребрам к соскам, я успокаиваюсь. Все уходит на второй план, когда его пальцы на мне. – Поставь ноги по обе стороны от меня и раздвинь их пошире. У меня не возникает и мысли сопротивляться. Я сразу же так и делаю, а мужские ладони моментально опускаются на внутреннюю сторону моих бедер. – Как жаль, что тут нет зеркала, я бы хотел видеть тебя сейчас, – его губы задевают мое ухо, когда он говорит. – Звучит эротично. – А представь, как будет выглядеть, – я втягиваю воздух, когда он накрывает мой лобок и мягко касается клитора. – Ты очень красивая женщина, Алсу. Мой ответ на его комплимент – протяжный стон. – И твой голос тоже красивый. Пока он ласкает меня пальцами, я чувствую, что член подо мной медленно оживает. Я знаю, что он не сможет так скоро восстановить силы и заняться со мной сексом снова, но это не мешает мне его ласкать. Сдвинувшись еще немного вверх, я упираюсь ногами в кровать и начинаю кататься на Ринате. Но из-за этого неудобства он меня останавливает и просит сесть лицом к нему. Я не вставляю его член в себя, потому что придется прерваться на презерватив, я накрываю его своими половыми губами и продолжаю скользить. Ринат обхватывает мои бедра руками, захватывая ягодицы и впившись в них пальцами, усиливает трение. Мы оба кончаем и снова оказываемся в объятиях друг друга. Оба перепачканные, голые и насытившиеся. Мы целуемся, улыбаемся и смотрим друг на друга. Но если я думаю о том, что это все прекратится и мы будем порознь, то я не желаю знать, о чем думает он. Потому что знай я его мысли, и если бы они совпадали с моими, то это бы означало, что все ложь… а я пока еще не готова смириться с реальностью. – Ты голая на кухне, мне нравишься больше, – говорит Ринат мне в спину, появившись на кухне спустя пять минут после меня. – Я в нижнем белье. – Может, стоит это исправить? – он встает позади и гладит вершинки моей груди, выглядывающие из кружевного лифчика. – Нет, у меня все уже болит от нашего секса. – Но у нас обоих есть рты. – Ринат, – смеюсь и бью его по рукам, – которыми он уже подцепил мои трусики. – Ладно, согласен, нам нужны калории, чтобы не тратить лишние. Мы завтракаем с ним и обмениваемся шуточками. Признаться, с Ринатом приятно быть собой, а не строить из себя амазонку. Я, конечно, с характером, но сейчас все так легко, что в колкостях просто нет необходимости. – Я запутался – это обед или ужин? – Не знаю, но точно не завтрак, и ты уже вернулся с работы. – Все-таки ужин. Мы с тобой так никуда и не сходили. – Ну, мы едим яичницу с беконом, поэтому скоро станем снова голодными, у тебя есть шанс исправиться. – Верно. Он улыбается и все обрывает звонок. Ринат поднимает трубку, стирая с лица все веселье, поэтому я сама напрягаюсь. Динамик у него громкий, и в итоге я все слышу своими ушами. – Привет, Ян. – Приезжай ко мне в клуб, у нас посылка. – Посылка? – Послание от Ризы, но думаю, что это все же лишь отчасти связано с ним. – Рустам? – Думаю, да. Курьер приехал в клуб и отдал посылку. – Что это? – Флешка. – Черт, это плохо. – Да. – А курьер? – Парни уже поговорили с ним. Он просто получил заказ. Забрал посылку и привез по адресу. Коля уже занимается отслеживанием. – Хорошо. – Свою жену можешь взять с собой, Аня и Эля тут. – Скоро будем. Он опускает телефон и смотрит на меня, задавая немой вопрос. – Если он мертв, я буду первой, кто откроет шампанское. И я еду. Я встаю из-за стола и убрав тарелку с недоеденной едой в раковину, но Ринат перехватывает у выхода. Крепко целует, получая мою отдачу, затем отпускает, и мы расходимся по комнатам. Не проходит и пяти минут, как он появляется в джинсах и черной рубашке. – Почему ты все еще в этой комнате? – Что? – я застегиваю платье сбоку и смотрю на него удивленно. – Где мне еще быть? – В моей комнате. – Ну уж нет, ты забыл наш уговор? – Алсу, просто возьми свои вещи и переезжай ко мне. – Мне не за чем это делать. Мой отец, вероятнее всего, мертв, и… – И? Мне не хватает смелости продолжить. – Ринат, тебя ждет босс. Это не то время, чтобы обсуждать подобные вопросы. И я все еще хочу есть. – В клубе у Яна до десяти работает кухня, но вопрос мы не закрыли. – Ага. Взяв сумочку, я снова расчесываю волосы и иду на выход.