Глава 2

Большой город гудит в любой день недели. Все бегают туда-сюда, очень занятые своими исключительно важными делами даже в субботу.

Уже обед, надо бы перекусить. Об этом самоотверженно заявляет и мой желудок в который раз за пять минут. Но перекус мне не светит. В кармане всего несколько серебряных монет – наш с Авророй обед на сегодня и на завтра. Зарплату выдадут буквально через несколько дней, но до них еще дожить надо.

– Я здесь! – закричала малышка, стоили ей только завидеть меня вдалеке.

Две толстые косички разбросаны по плечам, зеленое платьице, розовый рюкзак за спиной и недовольное личико. Опять у них что-то произошло с одноклассниками.

Пришлось ускориться и снова пробежать по Рори взглядом. Вроде нигде не травмирована, вся одежда в порядке, волосы тоже не торчком. Ребята рядом с учительницей стоят. Все они тоже нормально выглядят.

– Наконец ты пришла, – протянула Рори, подбегая ко мне и хватаясь за талию.

– Вы снова опоздали, – надменно бросила на меня встревоженный взгляд их новенькая учительница. – Мы уже устали ждать. У нас, между прочим, свои дела имеются.

– Вы не раз оставляли Рори одну на площадке перед академией, – напомнила я женщине, которая будучи новенькой уже успела стать одной из моих нелюбимых учительниц Рори. – Дожидаться, когда я ее заберу, не нужно было.

Не просто так она здесь меня ожидает. Надо сдать на новые шторы? На новые парты? На новые наглядные пособия? Это самая престижная академия для детей до пятнадцати лет и даже мимо этой академии не проходит постоянный сбор золотых монет.

– А мы и не этого ждем, – с вызовом бросила еще более презрительный взгляд учительница. – Ваша Рори девочку обокрала. Богатую, между прочим. Я понимаю, у вас нет лишних денег, но девочку нельзя учить воровать у других в классе. Это неприемлемо!

А я все ждала, когда новенькая учительница пройдет по этой скользкой дорожке. Прошлую мы выгнали как раз после таких претензий.

– Какой смысл красть у этой Лиззи? – воскликнула Рори. – Она расплачется на всю аудиторию, даже книжку почитать не даст. А она так орет, когда плачет, еще и ногами дергает. Слишком шумно становится.

– Ничего я не дергаю, – прокричала полная девочка, окруженная другими детьми. – Оно само получается. Тебе столько же лет, сколько и мне. Ты так же себя ведешь!

– Я не маленькое дитя! – возмутилась Рори, скрестив ручки на груди совсем как взрослая.

Пришлось взять Рори за плечи и отодвинуть за себя, чтоб прекратить этот спор.

– И сколько же было денег? – уточнила я у полненькой девочки.

– Три золотых, – пошла на опережение учительница.

– Я не помню, – воскликнула хныкая Лиззи.

– Я не знаю, – честно ответила Рори за мной.

Естественно, Рори не знает. Она же даже кошелек не видела и денег в руки не брала в последнюю неделю. Об этом прекрасно сообщил мне мой дар.

– Дашь свой кошелек посмотреть? – улыбнулась я Лиззи, направляясь в ее сторону.

Учительница как нарочно заслонила девочку собой, не позволяя мне даже поговорить с ней. Какая предприимчивая особа.

– Вы стоите прямо рядом с девочкой, с которой я жажду переговорить, – громко произнесла я, хлопая женщину по плечам.

Со смачным шлепком произошло прикосновение. Она аж вздрогнула. И это правильно. Потому что выслушивать ложные обвинения от глупой училки я не намерена.

Стоило только прикоснуться к ее оголенным плечам, стоило только вторгнуться в ее личное пространство. Ненависть и страх, волнение и нервозность. Какие… предсказуемые эмоции.

Отодвинула ее сторону и присела на корточки, чтобы быть поближе к Лиззи.

– Твой кошелек, наверное, с пчелками, – задумчиво произнесла я, рассматривая девочку с забавными веснушками на лице.

– С бабочками, – деловито надула губки Лиззи, вынимая из рюкзака розовую сумочку с бабочками.

Одно мое касание к этой сумочки, и теплые легкие эмоции проникли в самое сердце. А вместе с ними и все содержимое, которое хранилось в этой ткани. Девчушка-то даже не расстроилась из-за потери. Наверное, действительно не знает проблем с деньгами.

– В этой сумке лежало два золотых, – скосила я взгляд на учительницу. – И почему-то от этой сумочки идет странный аромат кедра. И от вас тоже. Не подскажете сколько еще учительниц пахнут как орешки?

– Только она, – закричали наперебой детишки, до этого тихо наблюдающие за взрослыми. – Она пахнет орешками.

Ну и кто удивлен…

– Деньги положите обратно, – с угрозой в голосе потребовала я. – Вы новенькая и кажется не знаете. Сыскное агентство, в котором я работаю, любит расследовать дела для поднятия популярности и волнений среди населения. Им очень понравится новость о том, что молодая учительница, проработав всего два месяца в одном заведении, переходит в другое. А после на первом обнаруживают крупную недостачу.

– Это не так! – топнула ножкой учительница, прямо как ребенок. – Я ничего не крала! Все деньги в других академиях на месте.

– Эти монетки украли, – поднялась я на ноги, отдавая сумочку Лиззи. – И стоит это только подхватить моему начальнику – уж он-то найдет даже то, что вам даже в голову не приходило. А когда подцепят журналисты – вам придется переехать в другую страну. Хотите? Это можно организовать всего за двадцать минут.

– Не надо меня запугивать, – старалась барахтаться учительница, угрожая мне подрагивающим указательным пальцем. – Мое слово против вашего! Вы нищие – это все знают.

– А у вас скудоумие, и этого пока никто не знает, – продолжила я спокойно сообщать факты. – Вот только чему вы можете научить детей, если у вас такие предубеждения в голове?

Говорила я едва ли громко, но разве можно остановить того, кто решил подслушать? Например, вон ту даму с маленьким ребенком. Она приближалась все ближе и ближе к нам, пытаясь не шуметь. Или вон того мужчину, что пришел забрать своего ребенка и наткнулся на интереснейший разговор. А где пара ушей там и сотня.

– Не имеете права меня оскорблять! – взвизгнула женщина, совершенно не признавая своих промахов.

– А вы не имеете права оскорблять Рори, – продолжила я следовать за ее диалогом. – Но вы это сделали. Унизили маленького ребенка на глазах у всего класса. За это нужно нести ответственность.

– Вы… вы свободны. Можете идти! Все, домой идите! – прокричала учительница, размахивая руками в разные стороны. – Идите, давайте. Домой! Наша прогулка закончена! Все, все по домам!

– А как же мои денежки? – недоуменно произнесла Лиззи, смотря на свою учительницу. – Я же их не успела еще потратить. Я хотела купить мороженое.

– Вот твой папа удивится, когда узнает, что твои денежки украла учительница. А потом обвинила в этом твою одноклассницу, – понимающе закивала я рядом с девочкой, сочувственно гладя ее по голове. – Видимо папа будет злым.

– Он точно рассердится, - обрадовалась девочка. – Расскажу папе как прошел мой день, - с энтузиазмом продолжила она. - Он всегда спрашивает, как у меня дела.

– Прекратите! – зашипела на меня учительница.

– Прекратите? – возмутилась только что подошедшая женщина. – Прекратите? Вы обворовали моего ребенка. А теперь требуете прекратить?

– Госпожа, – в ужасе прошептала женщина, заметив рядом родительницу. – Это все неправда, все не так!

– Что за учительница у нашего ребенка…, – воскликнул мужчина, присутствующий здесь с самого начала разговора. – Я требую разбирательства!

– Зайдите в академию! – скомандовала директриса, вынырнувшая из-за чьей-то спины.

Ну и ну… А я хотела улизнуть до появления директрисы. Родители уже подхватили все, что было нужно, закончили бы разборки сами.

Я вместе с Рори частенько пересекалась с директрисой этого заведения и прекрасно знала – она нас ненавидит, ведь мы постоянно кого-то провоцируем. Вот и сейчас она мазнула по нам с Рори недовольным взглядом и резко отвернулась, расправив плечи.

М-да, была бы у меня возможность – перевела бы ребенка в другую академию.

Нет, надо точно что-то менять, мне нужно найти где заработать денег. Сколько можно пресмыкаться…

– Я тебя целых двадцать минут ждала, – завила важно Аврора, беря меня за руку и уводя подальше от сборища детей и их родителей. – А ты все не шла…

– Пришлось дождаться, когда мой начальник соизволит покинуть свое рабочее место, – разводя руки в стороны пожаловалась я мелюзге. – И только потом я сама ушла с работы.

– Эта учительница сказала, что я попрошайка. Ты так круто ее уделала, – воскликнула довольная малышка. – На работе ты так же введешь расследования? Так же находишь преступников? Ты как героиня…

Эх, героиня я рядом только с этой малышкой. На работе же лучше сидеть тише падающей росинки с утренней травы…

- А может тебя на другую работу примут? – посияла Рори. – Там, где платят побольше? Станешь знаменитой…

- Не всем суждено летать в небесах, Рори, - грустно улыбнулась я. – Кому-то приходится ползать по земле. Так что у тебя что интересного было? Расскажешь?

Присев рядом с девочкой, приобняла ее за худенькое тельце и прижала к своему плечу, усаживая ее саму мне на колено как на стул.

– Я была на занятии по рисованию, – бодро отчиталась девочка. – Мы рисовали рыбу. Фу! Это было скучно и бесполезно. Я встала и направилась в соседнюю аудиторию. И вот там уже было интересненькое. Преподаватель рассказывал, как устроена экономика в нашей стране. А ты знала, что золото нам в страну ввозят только из империи драконов? А сколько процентов берут за ввоз?

Опять она за свое. Вместо того чтобы читать сказки, она читает экономику.

– А рыбу ты нарисовала? – недовольно уточнила у малышки.

– И зачем мне это надо? – фыркнула девчушка. – Я же не маленькая. Я могу сама приготовить еду, могу…

– Рыбу тоже надо нарисовать, – строго произнесла я. – Сейчас придем домой и нарисуешь мне рыбу!

– Нет! – капризно спрыгнула с моих коленей Рори. – Я буду читать историю!

– Значит ты не знаешь, как выглядит рыба, – протянула я со знанием дела. – Эх, делаешь вид что знаешь все, а на деле…

– Я знаю, как выглядит рыба! – прокричала Рори, обижено посматривая на меня. – Вот придем домой, и я нарисую ее! Вот увидишь!

– Хорошо, – пожала я плечами, делая вид, что не особо и верю в ее слова.

Недовольная малышка буквально через минуту позабыла, что дуется на меня. Она скакала по тротуару, прямо как маленький ребенок, коим она и была, совершенно позабыв про свои заумные занятия в академии. Лопала волшебные мыльные шарики, переливающиеся на солнышке, бегала под водными мостиками, смеялась над иллюзорными единорогами и махала таким же детишкам, играющим на мягкой зеленой траве.

Я же активно изучала доски с объявлениями, расположенные по краю тротуара. И к сожалению, ничего нового там не было. Либо такая работа, где платят еще меньше, чем мне, либо работа, на которую меня не возьмут ни при каких обстоятельствах, благодаря моему отцу.

Когда я поступала в университет, преподаватели в один голос твердили, что маг общей практики универсален, профессии с требованиями таких навыков всегда будут актуальны. Даже листовки в объявлениями демонстрировали. Однако, во–первых, на первом курсе мне было все равно куда поступать, потому что безбедное будущее мне было обеспечено. А во–вторых, никто не посмотрел какого года выпуска эти листовки. Им, к слову, было больше десяти лет на тот момент.

К четвертому, последнему курсу, когда мое безбедное будущее уплыло, оставался единственный выход – получить хорошую стажировку. Ее всегда получали только отличники, коей я и являлась. Однако ничего я не получила по той же глупости, по которой мое будущее почернело.

Но ничего, думала я, у меня же все еще есть востребованная специальность. Пусть я не попала в эти места работы, попаду в другие. И даже здесь я провалилась. При приеме на работу в первую очередь спрашивали не уровень знаний, а связи, кем были родители, что они могли сделать для конторы и прочее.

Вот и очутилась я у черта на куличиках, вернее в каком–то разваливающемся сыскном агентстве с братьями–начальниками. Хорошо, хоть там ничего не требовали.

– А это не хозяйка соседней булочной? – раздался звонкий голосок Рори.

Девочка тыкала указательным пальцем вперед, и хлопала глазками в ожидании моей реакции.

Вдалеке действительно стояла пожилая продавщица хлебобулочных изделий. И она уже заметила меня.

– Рори, бежим, – шепотом произнесла я, хватая девочку за маленькую ручку, все еще надеясь, что слабое зрение продавщицы сыграет с ней злую шутку.

– Вот ты где! – закричала тетя Алла, тут же помчавшись в нашу сторону. – Когда мне отдашь два медяка за хлеб? Когда я уже получу свои деньги? Куда побежала? Куда ты побежала? Я тебя спрашиваю, когда деньги отдашь? Злостная неплательщица. Вот только отдай мне мои деньги, я тебе больше вообще свой хлеб не продам!

М–да… я действительно должна была ей денег. Как и мяснику по соседству. Только вот мяснику я сразу сказала, что отдам через месяц. С такими страшными мужчинами нужно договариваться сразу. А то не заметит, как и пальца меня лишит в качестве угрозы.

У этой же милашки–тетушки я надеялась взять еще один хлебушек как раз завтра. Но похоже она не даст мне больше в долг.

– Стой, кому сказала! – кричала нам вслед женщина, прихрамывая и задыхаясь в силу своего возраста. – Кому сказала! Приди еще ко мне! Вот только приди! Все волосы тебе повыдираю, чтобы неповадно было меня дурить! Стой…. А ну… стой…

Голос женщины все отдалялся, и вскоре ее вообще не стало ни видно, ни слышно.

Чего она так всполошилась из–за двух медяков?!

Видя, как Аврора уже спотыкается, я замедлилась и вскоре перешла простой шаг. Вроде тетя Алла отстала от нас.

– Я расскажу всем в академии, что у нее хлеб просроченный, будет знать, как кричать на нас, – серьезно залепетала малышка, прижимаясь к моей ноге.

– Это же я виновата, что не смогла ей отдать вовремя денежку, – произнесла я, потрепав ребенка за волосы. – Ее нет смысла наказывать. К тому же нельзя наговаривать на других людей. Разве в академии вас такому не учат?

– Учат быть честными и ответственными, – недовольно скривилась Рори, надув умиленно губки.

Так миленько, что я не удержалась и, подхватив ее на руки, обняла, кружа вокруг себя.

– Я же не маленькая, чтобы меня на ручках таскать, – тут же заупрямилась малышка, стараясь оттеснить меня от себя.

– Не маленькая? – со всем серьёзным видом, на какой только была способна, я посмотрела на милашку рядом со мной.

– Нет! – упрямо заявила Рори. – Я уже большая! И совсем скоро я смогу устроиться на работу и заработать нам много денег! Чтобы ни ты, ни я больше не нуждались в золотых монетах.

Боги, на что я обрекла ребенка.

– Пойдем уже домой! – распорядилась я, опуская девочку снова на тротуар.

– А дома есть что поесть? – мгновенно переключилась на другую тему Рори, подхватывая меня за руку.

Я едва не застонала от понимания, что именно есть у нас дома из съестного…Внезапно захотелось стать маленьким ребенком, которого бы взяли на ручки и погладили по головке, сообщив, что все проблемы сами собой разрешаться.

Но нет! Сама я может и устроилась бы вот так на несколько часов поскулить. Однако, когда у меня есть тот, за кого я несу ответственность – скулить уже не получается.

Проглотив слезы, которые едва не выступили на глаза, я постаралась улыбнуться.

– Да, дома есть картошка и… все.

– Значит нас будет печеная картошка, – весело произнесла Рори, идя чуть впереди меня, подпрыгивая через каждый шаг. – А… у нас разве работает плитка? Там вроде как магии уже нет.

Улыбнувшись уже легко и, в первый раз на несколько дней, беззаботно, я выдохнула.

– Конечно есть, – я шкодливо дернула девочку за косичку. – Я же маг как–никак.

Ну а то, что это не рекомендуется проделывать с пустыми кристаллами накопления магии – уже не важно. Нарушать целостность кристаллов подпитки бытовых приборов не разрешалось в целях безопасности. Но, когда само здание держится на честном слове, меры безопасности никого уже не волнуют.

– Надо было с тобой дольше состоять в переписке! – прокричала совсем рядом с нами девушка, выкидывая в лицо парню букет цветов. – Ты с первой птички–записки показался таким приятным, а оказалось, ты просто маньяк озабоченный!

Мы с Рори замерли на месте, с интересом рассматривая необычную парочку. Нарядная девушка и парень в повседневной одежде. У них даже ожидания были разными.

– Ну, дорогая моя, я тоже представлял тебя не такой ванильной пышкой, – презрительно произнес парень, совершенно не собираясь сдерживаться в описаниях. – Надо было как минимум неделю с тобой пообщаться. Ты вообще не можешь поддержать разговор. Это отвратительно! Никогда больше вот так с бухты–барахты не буду ни с кем знакомиться! Все, прощай!

Кинув все тот же букет цветов девушке под ноги он развернулся и направился прочь.

– Это я тебя бросаю! Потому что ты неинтересный и подарки твои бесполезные и дешевые! Мы вообще с тобой не подходим друг другу! – прокричала девушка, заливаясь слезами.

– Не интересуешь! – махнул на нее парень.

– Это ты меня не интересуешь! – прокричала девушка, оседая на траву.

– Какие они бедняжки…, – грустно выдохнула Рори. – Написали друг другу и согласились встретиться… Разве можно встретить вот так по переписке любовь?

Девочка совсем по–взрослому посмотрела на меня в ожидании ответа. Я аж опешила от неожиданно–серьезного вопроса малышки.

Можно ли встретить любовь?

– Так можно узнать человека получше, – пожала я плечами. – Иногда, смотря на человека перед собой, мы видим один образ, когда переписываемся – видим другой.

– А ты когда–нибудь так переписывалась? – подпрыгнула Рори, перекрывая мне дорогу и смотря на меня своими невинным голубым взглядом.

Милашка моя… так и хочется ее затискать, но ведь она уже «взрослая»…

– Переписывалась, – кивнула я, ощущая приятные эмоции от того времени.

– Ари! – прокричал мой «лучший» друг Ланс, подбегая к нам. – Вы же обещали, что будете сегодня в парке! Пришлось поискать вас.

Высокий, худой и вечно улыбающийся паренек сегодня был одет в легкие светлые брюки и белоснежную рубашку. Сразу понятно, что он идет с работы. Хотя если подумать – он всегда старался выглядеть опрятно, даже в университете.

– Мог бы прислать птичку–записку, – вытянула привычно трубочкой губки Рори. – А ты когда–нибудь знакомился по переписке?

– Пфха–ха, – хмыкнул в кулак парень. – Я же с Ари познакомился так. Хочешь услышать, как это произошло?

Парень склонился к девочке, протягивая ей рожок мороженого.

– ДА! – радостно воскликнула Рори, плюхаясь на первую же скамейку. – Расскажи! Расскажи!

– Ари! – подмигнул мне Ланс, утягивая за руку на все ту же скамейку. – Значится я хотел написать своему другу, узнать, как у него дела. Мы учились в одном университете, но из–за разного расписания никак не могли встретиться. Однако попал не к другу, а к Ари. Ты можешь это представить?! Тогда я конечно не сразу узнал, что это Ари. Я переписывался с ней несколько месяцев и позвал на свидание.

– И что было дальше?! – воскликнула Рори, роняя капельки подтаявшего мороженого на свое уже потертое платье.

– Она сказала, что на свидание не пойдет, – наигранно обиженно произнес Ланс, косясь на меня с возмущением. Надо же, до сих пор обижается, что я не соглашаюсь с ним начать встречаться. – Но она пойдет на дружеский ужин.

– А–а–а, так тебя сразу отшили, – понимающе закивала Рори.

– Аврора! – возмутилась я, щелкая девочку по носику. – Где ты эти слова услышала?

– Так в академии взрослые девочки говорят, – пожала плечиками девчушка, продолжая поглощать мороженое.

– Взрослые девочки, – повторила я за Рори. – Стоит ли тебе ходить в ту академию? Ты похоже не учиться туда ходишь, а со взрослыми девочками болтать.

– Я услышала это случайно, – надулась девочка. – Я все время в академии учусь и хочу продолжить так и дальше. Не надо меня забирать оттуда.

Девчушка даже захныкать решила. Слезки на глаза набежали, и нижняя губа принялась трястись.

Никто ее конечно не заберет. Мне стоило огромных усилий отплатить за ее обучение и назад никто мне те деньги не вернет. Однако иногда сообщать маленькой всезнайке, что обучение движется не в ту сторону все же стоит.

– Ой, слезки побежали, – излишне громко воскликнул Ланс. – Ох, Ари обижает Рори. Ох, какая у нас плохая Ари.

Раз за разом в одну и ту же дверь… Ничто не учит Ланса. Почему он до сих пор надеется, что я стану с ним встречаться, если уж даже здесь прокалывается?!

– Не обижай! – тут же принялась защищаться меня малышка.

Она вскочила на скамейку с ногами и стала, естественно, выше сидячего Ланса.

– Не нужны мне твои мороженые! – воскликнула девочка, водружая на голову пареньку недоеденный рожок. – Если ты так пытаешься к нам подмазаться – уходи сразу! И больше не обижай нас! Хм!

Показательно дернув двумя косичками Рори спрыгнула со скамейки, схватила меня своей маленькой ручкой за запястье и вынудила следовать за ней.

– Прости, – едва слышно произнесла я Лансу, втихаря посмеиваясь над его жалким видом.

Рори испачкала его новую рубашку и мне бы пожалеть его, сказать, что возмещу все, но почему-то хотелось только смеяться. Ведь это уже четвертая его рубашка. И все четыре пали подобным образом и все из-за его несдержанного языка.

А Рори-то какая решительная. Даже от половины мороженого отказалась, чтобы защитить меня.

– Ты не подумай, что я тебя защищала, – через несколько поворотов в парке заявила малышка. – Просто мороженое оказалось не вкусным и мне надоело делать вид, что оно вкусное. И вообще! Не пристало парням обижать девушек! Хорошо, что ты отказалась с ним тогда идти на свидание! Нечего дружить с непостоянными дядями!

– Как же мне найти постоянного? – смеясь, уточнила у Рори.

– Как-как? По переписке, – воскликнула Рори так громко, будто я ее рассердила своими «глупыми» вопросами. – Ведь там можно узнать совершенно все, что ты захочешь. И вообще мне кажется, что знакомится по переписке очень даже полезно. Он не видит тебя. Ты не видишь его. А если вам понравится общаться, то уже и количество золотых не будет иметь значения. Таким образом, надо подстеречь какого–нибудь богатого, подкинуть ему птичку–записку и сделать вид, что ты его не знаешь.

– Рори! – взмутилась я ее интригам. – Похоже придется ограничить чтение книг. Ты слишком маленькая для такого!

Если сейчас она о таком думает – что будет, когда она вырастет?

– Я не маленькая! – возмутилась Рори. – И вообще ты не можешь мне что–то запрещать! И ты сама это знаешь!

Как раскаленным кнутом по спине прошлись ее слова по мне. Я прекрасно знаю, что мы в таком положении по моей вине, но слышать упреки от ребенка невыносимо тяжело и больно.

Ведь я даже сказать ничего не могу против. Я виновата… Я знаю, что я причина всех бед в семье. Этого уже не изменить.

Малышка отбежала от меня недалеко и замерла, с ужасом в глазах смотря в мою сторону. Только что поняла, что сказала.

Тут же метнулась ко мне с блестящими от влаги глазами.

– Прости! – заревела Рори, прижимаясь ко мне всем тельцем. – Прости! Ты же не вернешь меня обратно в деревню! Не вернешь же! Прости–прости меня!

– Пойдем домой, – слегка охрипшим голосом произнесла я, беря ребенка за руку.

– Ты же не вернешь меня в деревню, – захныкала Рори, нетерпеливо подпрыгивая на месте.

– Нет, там тебе уж точно делать ничего! – едва слышно произнесла я, направляясь к своему дому.

Только не в деревню. И здесь как-нибудь справимся.