Глава 15

До бала оставалось каких-то полтора часа. Если отдавать дань традициям, то это время стоит проводить в комнатах, отдыхая, ведь праздник должен продлиться всю ночь. Но целый ворох дел мешал сделать все по правилам, пришлось прибегнуть к крайним мерам, потому я попросила зелье бодрости и для себя, и для Кенара. Ведь уже послезавтра утром нам следовало отправиться в довольно длительное и опасное путешествие, а перед этим раздобыть еще целую тонну информации.

 Постучавшись, я зашла в покои Его высочества наследного принца и как можно короче и без приукрашиваний поведала ему о произошедшей истории и о своем решении.

 – Ты, конечно, не должна была принимать такое решение без моего ведома, – массируя переносицу, произнес Маркус. – И как бы не имела прав. Но я бы поступил точно так же. Потому сделаю вид, что я не заметил. Особенно, в свете последних событий.

 – Что еще за события? – нахмурилась я, отрываясь от разглядывания его покоев.

То, что принц приложил свою руку к их оформлению, я могла сказать с точностью. Комнаты были выполнены в темно-синих и коричневых тонах. Никакой особой шикарности и блеска. Стильный королевский минимализм.

 – Узнаешь на балу! – хитро отозвался он.

Продолжить допрос мне не позволил мастер Пю, который заглянул буквально через несколько минут. Под предлогом, что ему еще принца к балу подготовить надо, меня попросили удалиться.

Представляя Маркуса с косичками и накрашенными губами, да в пышном платье, я, хихикая, поспешила дальше.

Следующим пунктом моей развлекательной программы стала комната Кенара. Но перед этим я успела черкнуть Корнелии записку и отправить ее со слугами. Суть ее была в том, что я отыскала виновника, и он уже наказан. Надеюсь, это принцессу успокоит, если она, разумеется, еще думает об этом.

В покои Кенара я зашла без стука, за что и поплатилась. За чайным столиком сидели три высокопоставленных персоны: Сицилия, Патрисия и, собственно говоря, сам Кенар. Женщины семейства Босн уже были облачены в бальные одеяния, что значило, что они прибыли на бал пораньше и решили пообщаться с внуком-сыном.

– Добрый день леди Патрисия, леди Сицилия, – поприветствовала я их, сопровождая слова реверансом. Да, в узких брюках реверанс делать совсем не сподручно! Да и наверняка со стороны выглядит странно, вон, как Кенар улыбается.

 – Добрый день, – кивнула Сицилия. – Ланари, а вы знали, что заходить в покои одинокого холостяка без стука чревато последствиями?

 Где-то я точно слышала подобную фразу. Может, наше уважаемое старшее поколение в одном месте обучали?

 – Ну что вы, мама, – елейным голосом произнесла Патрисия. Очень странно, она первая должна была рассердиться на мой "аморальный" поступок. – В ее скорообретенном статусе она вольна делать все, что ей угодно.

 Так-та-а-ак, что это за статус такой?! Я удивленно глянула на Кенара, он не менее удивленно на меня, а потом на мать. Сицилия молча посмеивалась в кулачок.

 – Мама, о каком статусе ты говоришь? -- осторожно спросил напарник.

 – На балу узнаете, – загадочно ответила она и раскрыла цветастый веер.

 Эту фразу я тоже уже слышала. Вот только в данном случае вопрос упирался не в воспитание поколений…

Ладно, на балу так на балу! Будем решать проблемы по мере их поступления... Главное, чтоб меня не попытались выдать замуж, а с остальным точно справлюсь.

 – Ланари, ты чудесно выглядишь. Думаю, что вы с Кенаром сегодня будете самой прекрасной парой. Конечно же, после королевской четы, – проворковала Патрисия.

Этот добродушный тон мне совершенно не понравился. Происходило что-то очень странное. Что-то, что мне совершенно не нравилось.

 – Нет, матушка, иду с леди Вон, – поморщившись, сообщил не самую приятную новость Кенар. – Утром я выслал ей приглашение, и она его приняла.

 Раньше я думала, что бесценнее магии и магических артефакторных драгоценностей ничего нет. Ай, как же я ошибалась! Удивление в глазах этих герцогинь грело больше золота и новых магических формул.

 – Кенар, как давно у тебя настолько сильно испортился вкус? – строго поинтересовалась Сицилия, стараясь скрыть брезгливость за маской надменности.

 – Это вынужденная мера, – выдохнул мой напарник. –  В данный момент я не хотел бы это обсуждать. Ланари, что ты хотела?

 Я поймала его взгляд и, мило улыбнувшись, ответила:

 – Мне нужна твоя помощь. Но мне бы не хотелось отвлекать тебя от семьи.

– Что вы, Ланари, – тем же елейным тоном протянула Патрисия, – мы уже уходим. Нам еще нужно выразить свое почтение Ее величеству.

 Сказали – сделали. Через мгновение герцогинь будто бы ветром сдуло.

– Кенар, что это сейчас было? – прошептала я, вздрогнув от звука захлопнувшейся двери.

 – У меня тот же вопрос, –  честно признался парень, не сводя с меня цепкого взгляда.

 – Ладно, – я подняла ладонь, чтобы успокаивающе провести по лицу, а потом вспомнила о макияже и отдернула ее, –  скоро все выясним. Но, на всякий случай, знай, что замуж за тебя я выходить не намерена.

– Веришь, нет, но я тоже не готов попрощаться со статусом холостяка, – он ответил в тон. – Так какая помощь тебе была необходима?

– Нужно поговорить с одним садовником, – с сомнением протянула я. –  Сможешь?

Этой веселой и бессонной ночью я много слышала о садовнике Лане от Корнелии. Не то, чтобы мне были интересны все эти вздохи подруги, но память штука такая. По словам принцессы, ухаживал он красиво: слал стихи, подрезал розы и оставлял у нее на подоконнике, “имел красивое тело”... Вот последнее вряд ли было элементом ухаживания, но для принцессы это оказалось важным критерием.

Словом, я это воспринимала как банальную влюбленность, что говорится “от нечего делать”.

Сомневаюсь, что принцесса будет рада моему вмешательству в ее личную жизнь, но поговорить с этим накачанным садовником лишним не будет. Стоит понять, что он из себя представляет и чего добивается. Да и объяснить ему не мешало бы, что такие ухаживания для него могут окончиться довольно плачевно.

– Ты уверена? – во второй раз переспросил Кенар. – И что же ты хочешь у него узнать?

 – Уверена. Много чего. А если он скажет что-то, хм, этакое, то ты должен помешать мне размазать его по камням?

 – Так он и станет тебе говорить что-то такое, – хохотнул Кенар. – Хоть парень и садовник, но не думаю, что круглый дурак.

 – Ты явно недооцениваешь садовников, – пожала я плечами. –  Во всех романах они всегда являются убийцами, к тому же...

 Я достала из кармана небольшой мешочек и продемонстрировала содержимое Кенару.

 – Порошок правды? – с первого взгляда определил Кенар. – А твои методы не меняются. Помню- помню, когда эта гадость оказалась у меня в вине. У меня, по твоей милости, были крупные проблемы, когда я сообщил профессору Присцилле, что ее предмет мне абсолютно не интересен.

 – Кто старое помянет, – пожала я плечами. –  К тому же, дисциплина этой Присциллы действительно весьма бесполезна.

– Ага, ага, горе ты мое луковое, пойдем уже, – со смехом и явным предвкушением грядущего допроса, проговорил мой напарник.