Глава 26

После визита в ректорский кабинет я направилась в столовую. И поскольку она находилась не в Академическом корпусе, мне пришлось значительно ускорить шаг, чтобы успеть позавтракать до начала занятий. Опаздывать на первую пару по боевой магии и вызывать недовольство нового преподавателя мне совсем не хотелось.

У входа в столовую, где всегда толпились адепты, я неожиданно столкнулась с одной из девушек. В результате бумаги и часть книг, которые она держала, разлетелись по полу.

— Я помогу вам всё собрать, — поспешила предложить я, присев на корточки и активно собирая листы.

— Спасибо, Фелий! — раздался знакомый звонкий голос, и я наконец соизволила поднять голову, чтобы посмотреть на ту, с кем мне довелось столкнуться.

— Луна? — в моём голосе проскользнуло удивление, так как я не ожидала, что из тысячи учащихся академии я столкнусь именно с ней.

— А я смотрю, ты не особо внимательный, — она по-доброму усмехнулась. — Вот я тебя сразу заметила.

"Раз уж ты меня сразу заметила, то почему мы с тобой столкнулись?" — в моих мыслях промелькнул резонный вопрос. Даже появилось подозрение, что девушка на меня специально налетела.

И это подозрение лишь усилилось, когда она, заправив русую прядь волос за ухо, застенчиво спросила:

— Раз уж мы с тобой так судьбоносно столкнулись, как ты смотришь на то, чтобы вечером прогуляться по академическому парку?

Мои руки, активно собирающие до этого разлетевшиеся по полу листы, замерли.

Прогуляться по академическому парку? Это она меня… на свидание так приглашает? Ох… этого мне еще не хватало.

— Прости, Луна, но нет. Вечером я занят, — вежливо отказала ей, вновь принявшись собирать листы.

Надеялась, что после моего отказа девушка больше не будет поднимать тему вечерних прогулок, но я ошиблась. Прозвучал вновь вопрос:

— А завтра вечером ты свободен?

— Занят, — отказала повторно, внутренне удивляясь её настойчивости. Неужели она не понимает, что я не заинтересована в ней? Более того, что она вообще во мне нашла? Я хоть и выгляжу сейчас как парень, но парень я так себе… Слишком уж слащавый. Или именно такие в ее вкусе?

— А после...

— Послезавтра я тоже занят, — перебила я её, уже зная, что она хочет спросить. И, чуть подумав, добавила, опережая её последующие вопросы: — У меня все вечера заняты, так как я помогаю с документацией генералу Данстену.

— Лорду проверяющему? — глаза Луны испуганно расширились.

Я же кивнув, собрала оставшиеся листы с пола и, передав их девушке, произнесла:

— В общем, не обижайся, но мне действительно некогда гулять. Заводить отношение тоже, — и, чтобы хоть как-то смягчить свои слова, улыбнулась ей напоследок, прежде чем поспешить скрыться за дверями столовой.

Внутри не увидела ни Эдгара, ни Вила, ни Рика, но заметила одногруппников.

Честно говоря, я не собиралась к ним подходить и предпочла бы позавтракать в одиночестве, но меня заприметил Хград. Орк приветственно махнул рукой и крикнул, чтобы я шла завтракать к ним. Пришлось действительно идти.

За длинным столом, помимо Хграда, сидели Риджи, Хильда, Терик, Ардэн и Бранд, на лице которого уже красовались очки с круглой оправой.

Как только я устроилась за столом, ребята тут же обрушили на меня сочувствующие взгляды, точно так же, как это было вчера во время ужина. В тот раз я сидела в компании Эдгара и не могла понять, что стало причиной их настороженности. Сегодня же у меня была возможность выяснить это.

— Почему вы на меня смотрите с сочувствием? — спросила я, не спеша приступать к завтраку.

— Потому что они фантазе… — начал было со злостью орк, но был перебит дружным возгласом:

— Помолчи, Хград!

И он замолчал. Обиделся.

Остальные же переглянулись между собой, и слово взял Ардэн, при виде которого я всегда вспоминала момент с посвящением в первокурсники, когда его принялся душить злой призрак:

— Фелий… тут по академии пошла информация, что ты вечерами навещаешь генерала Данстена. Это… правда?

— Правда, — кивнула, не понимая с какой целью у меня это спрашивают. — Я помогаю ему с переводом древнеэльфийского.

— Только и всего? — настороженно уточнили на этот раз орчанки.

— Да, — повторный кивок с моей стороны.

— А после того, как он тебя вчера подхватил на руки и забрал с занятий, что было?

Воспоминание о том позорном моменте, когда меня уносили, вызвало у меня легкое смущение. Но вопрос был задан, и мне стоило ответить:

— Меня отпустили, и я направился в общежитие.

— И всё? Больше ничего подозрительного не было?

— Нет, — покачала я головой, не став говорить, что всё, что делает мой супруг, кажется мне подозрительным. И понимая, что их вопросы не случайны, спросила в ответ: — Так что случилось, что вы этим интересуетесь?

— Не то чтобы что-то случилось... — Хильда отвела взгляд, и вместо нее продолжила Риджи: — Просто после вчерашнего среди одногруппников пошёл один слух...

— Да бред это всё! — вновь зло отреагировал Хград на слова своей соплеменницы. — Генерал не такой мужик! Нормальный он!

— А вот и нет! Нормальный так себя вести не будет! — в один голос ответили Риджи и Хильда.

— Может, у него были на это причины! Но явно не те, о которых вы думаете! — продолжал недовольствовать орк.

Я же всё больше запутывалась во всем происходящем.

— Может быть, вы объясните мне, о чём речь? — я предприняла очередную попытку разобраться в ситуации.

— Речь о том, что наш проверяющий по мальчикам! — в итоге, громко ответил Ардэн. Да так громко, что на нас посмотрели с интересом адепты за соседними столиками. Но мне было не до них, так как я по-прежнему ничего не понимала.

Пришлось уточнять:

— По каким ещё мальчикам?

От моего вопроса Ардэн закатил глаза и почему-то махнул на меня рукой.

Зато молчавший до этого Терик сообщил:

— Судя по тебе, по эльфийским.

— Вы хотите сказать, что лорд Данстен… — тут я замолчала на пару секунд, пытаясь сформулировать мысль в правильные слова. И только после того, как сформулировала её в голове, продолжила вслух: — Любит не женщин, а мужчин?

Мне дружно кивнули, кроме Хграда, разумеется. Он был иного мнения.

— И как вы пришли к такому выводу? — спросила я в легком потрясении. В памяти был всё ещё свеж поцелуй с Рихаром в храме. Не стал бы он меня так целовать, будь он «по мальчикам». Ведь не стал бы?

— Ну, во-первых, когда он был на занятиях, он только на тебя и смотрел. Во-вторых, мы видели, как он тебе на пробежке отдал свою кофту. Ну и в-третьих, он при всех поднял тебя на руки как свою возлюбленную, — перечислил Бранд, загибая пальцы. — Хотя что-то мне подсказывает, что таких моментов намного больше. Просто мы их либо не замечали, либо — он сделал выразительную паузу — они происходят за закрытыми дверями.

Это он мне намекнул на вечерние «подработки»? Хм…

Я замерла, обдумывая услышанное. Да, мне и самой поведение супруга казалось иногда странным, но всё же я не рассматривала его подобно тому, как рассматривают его мои одногруппники.

Не рассматривала до этого момента. А сейчас... А вот сейчас думаю, что всё вполне возможно.

К тому же, если предположить, что моему супругу действительно понравился Фелий, то становится ясно, к чему эти кружки с горячим шоколадом, помощь с докладом и его манеры общения, которые в разы мягче, чем те, когда он общался со мной в храме.

По правде говоря, мне не хотелось верить словам одногруппников и их глупой теории. Но и отрицать её я не могла.

К моей радости, остаток завтрака ребята больше не поднимали тему о моем супруге, но от этого мне легче не стало. На душе было как-то тяжело и даже грустно, а сама еда казалась мне безвкусной.

В итоге, быстро всё доев, я не стала дожидаться ребят и направилась на выход из столовой. Причём о своём решении идти в одиночестве я вскоре пожалела, когда была схвачена за руку Клаусом.

Третьекурсник, точно так же, как и в прошлый раз, оттащил меня подальше от любопытных глаз. И лишь когда мы оказались в тени лестничного проема, он, крепко обхватив мои плечи, с ненавистью прошипел:

— Что ты сказал моей сестре, гаденыш?!

— Что? — я нахмурилась, не понимая, о чем он.

— Не строй из себя несведущего! — лицо Клауса еще больше исказилось от гнева. — Мне передали, что после разговора с тобой она ушла в слезах!

— Что? — вновь повторила я свой вопрос, но в этот раз удивленно. Просто я не припоминала, чтобы Луна плакала. Да, она была расстроенной, но плачущей девушка точно не выглядела.

— Издеваешься?! — глаза парня зло сузились, и было видно, что он на грани срыва.

Быть избитой под лестничной площадкой мне не хотелось, поэтому я поспешила добавить, стараясь, чтобы голос не дрожал:

— Я не издеваюсь, а не понимаю, какие у тебя ко мне могут быть претензии. Я просто помог ей собрать бумаги, и всё.

— Мне сказали совсем иное!

— Луна сказала? — я прямо посмотрела в его глаза.

— Нет, но…

— Тогда какие могут быть ко мне претензии, Клаус? — перебила его с тяжелым вздохом. — Ты бы прежде чем мне угрожать, поговорил с сестрой. Сделай ты это, понял бы, насколько ты не прав в своих обвинениях.

— Хочешь сказать, что ты не обижал её? — хватка на моих плечах слегка ослабла. Но отпускать меня ещё не спешили.

— Именно.

— Хмм. Хорошо, я поговорю с ней.

— Вот уж спасибо, — произнесла я с сарказмом. У меня такое бывает: когда конфликт минует и страх уходит на второй план, проявляется сарказм.

— Но… — Клаус снова посмотрел на меня со злостью. — Если Луна подтвердит, что ты её обидел, то тебе не жить – утоплю завтра в унитазе!

— А если окажется, что ты был не прав, утопишься сам? — уточнила я хмуро, так как напоминание о том, что мне завтра предстоит мыть душевые, огорчило.

— Мечтай! — боевик хмыкнул и, развернувшись, направился в сторону столовой, оставляя меня в одиночестве.

Буря миновала, но настроение было окончательно испорчено. В результате на протяжении всех пар и перерывов я была молчалива, как никогда.

Одногруппники, заметив перемены, начали шептаться, что причина моего поведения кроется в генерале демонов. Ведь сегодня мне снова предстояло встретиться с ним наедине.

Отчасти они были правы. Но лишь отчасти, так как мысль о вечерней встрече с Рихаром Данстеном волновала меня в меньшей степени. А когда я случайно встретила его в коридоре, беседующего о чем-то с хмурым ректором, и мне сообщили, что сегодня я могу отдыхать и моя помощь с переводом свитков не потребуется, меня и вовсе перестало это волновать.

Жаль только, что настроение по-прежнему оставалось угнетённым.

Причину этого состояния я не могла понять. Что-то терзало меня изнутри, но что именно – оставалось загадкой.

Возможно, это было связано с предположениями одногруппников о том, что супруг предпочитает мальчиков, или же с очередными нападками Клауса, или, может быть, с тем фактом, что завтра мне предстоит мыть душевые с ним. В общем, разобраться в своих чувствах не получалось.

В конце концов, я решила, что хороший сон поможет мне восстановить душевное равновесие. Написав ответное письмо родителям, я отнесла его ректору и легла спать, надеясь на лучшее.