Глава 37

Признаться честно, я не особо верила словам ректора о том, что Клаусу ничего не грозит в обществе Рихара. Уж слишком мрачным и опасным выглядел последний перед тем, как исчезнуть в портале. Полубоевая ипостась, пылающие глаза, рычащий голос – всё в нём тогда кричало: «Убью».

Поэтому неудивительно, что я не поверила своим глазам, когда на следующее утро, собравшись на пробежку, столкнулась на улице у дверей общежития с невредимым Клаусом.

Боевик выглядел бодрым, я бы даже сказала, жизнерадостным. Словно ничего и не произошло.

Хотя нет. Не так.

Жизнерадостным он выглядел ровно до того момента, пока не увидел меня. А вот когда увидел… улыбка с его лица вмиг слетела.

Я же недоверчиво выдохнула:

— Так ты всё же живой…

И рука сама собой потянулась, коснуться его предплечья – холодная, крепкая тренировочная ткань, под ней настоящая плоть. Действительно живой.

— Всё же - да, — отозвался он мрачно. И тут же отступил от меня на шаг. А потом ещё на один. И ещё на один.

Мои брови удивлённо поднялись, но акцентировать внимание на его странном поведении я не стала. Вместо этого осторожно поинтересовалась:

— Генерал Данстен тебе ничего не сделал?

— Физически – нет, — он покачал головой. И я уже хотела выдохнуть с облегчением, как следом прозвучало: — А вот морально... да. Очень даже. Ты почему не предупредила, что замужем?! Да ещё и не за абы кем, а за самим генералом демонов!

— Да тише ты! — я приложила палец к своим губам и испуганно оглянулась по сторонам, опасаясь, что кто-то мог услышать его слова. И только убедившись в том, что поблизости никого нет, тихо добавила: — Я не хотела посвящать тебя в свою очередную тайну.

— Ха, «не хотела посвящать», — передразнил меня Клаус с обиженным видом. — Зато твой супруг с радостью посвятил! Прямо-таки просветил!

— Прости… — я опустила голову. Мне и правда было стыдно.

Клаус какое-то время еще помолчал, потом хмыкнул и устало провёл рукой по волосам.

— Да ладно. Сам виноват. Будет мне уроком: прежде чем приставать к девушке, сначала проверь – не замужем ли она. И если её муж – ходячая олицетворённая катастрофа, то беги сломя голову.

Ответить мне на это было нечего. Но ответа и не требовалось. Над академией раздался второй сигнал – до начала утренней пробежки оставалась всего одна минута.

— Всё, Феличка, я побежал! — Клаус махнул рукой и поспешил по аллее в сторону полигона. Но, сделав пару шагов, вдруг остановился и обернулся: — И да! Давай-ка мы с тобой сделаем вид, что не знакомы. Ладно?

— Мм… — я моргнула, не понимая.

— Никаких возражений! Так будет лучше! — отрезал он, хотя я и не собиралась протестовать. И уже чуть тише боевик добавил: — Особенно будет лучше для меня. Потому что вторая экскурсия в пыточную генерала – это не то, о чём я мечтаю в этой жизни.

После чего, не дождавшись моего ответа, он быстро зашагал прочь, растворяясь среди остальных адептов.

Я секунд десять стояла, растерянно глядя ему вслед. А потом, тяжело вздохнув, тоже направилась на полигон.

Рихара там не было.

Что уже само по себе казалось странным. После всего, что произошло, я была уверена — он не просто появится, а будет караулить меня на каждом углу, не давая ни вдоха, ни свободы. Я ждала его. Почти физически ощущала его тень за спиной. Но… нет.

Ни после пробежки. Ни перед занятиями. Ни во время. Даже вечером – когда обычно окна его кабинета светились ровным янтарным светом, – теперь они были тёмными. Пустыми.

А значит, супруга нет в академии.

Радоваться ли этой неожиданной передышке или беспокоиться ещё больше – я не знала. Слишком много вопросов, слишком мало ответов.

Я не вернулся в академию.

Не потому, что сбежал. И не потому, что злость, всё ещё пульсирующая под кожей, отравляла каждую мысль.

А потому что, будь я рядом — сорвался бы.

На Офелию. На себя. На всё.

Я стоял у северных гор, в месте, где воздух был сухим, колючим, где сгустки магии ложились на кожу, как песок в бурю. Здесь было тихо. Слишком тихо, чтобы заглушить собственное раздражение.

В голове снова и снова прокручивалась сцена: они вдвоем на кровати. Он прижал её к себе. Его руки – на её теле. Его взгляд – слишком близко к её глазам. И её лицо… не протестующее. Растерянное. Тёплое.

Я ревновал. Сильно ревновал. И даже сейчас, когда выяснил все подробности произошедшего мне всё ещё хотелось убить того щенка, который покусился на мою женщину. На мою собственность!

Да, драконы все по натуре собственники.

Раньше я лишь насмехался, когда мне кто-то говорил, что очередной дракон убил на поединке противника, оказывающего знаки внимания его истинной. Я не понимал, почему необходимо доходить до таких крайностей. А теперь… теперь это понимаю. Прекрасно.

Так хочется её увидеть. Но теперь, после моего поступка, всё стало слишком сложно.

Нужно хотя бы на день отстраниться, переждать, остынуть. Иначе сорвусь и утащу ее в замок, где закрою в своей комнате и буду воспитывать, воспитывать и воспитывать, пока она… не станет полностью моей.

Агрх! Я становлюсь безумцем… И где только моя хвалебная выдержка? Стоило встретить истинную и пробудить кровь дракона, как она исчезла.

А ведь Офелия всё ещё считает меня чудовищем. Страшным демоном. Тем монстром, от которого лучше держаться подальше.

Неприятно. Даже больно. И мне, как мужчине, и моему дракону.

Что ж, пусть моя истинная думает, что я исчез.

Пусть дышит спокойно.

А я… вернусь, когда смогу смотреть ей в глаза и не вспоминать, как легко другой оказался рядом с ней. Когда перестану видеть в каждом её взгляде укор. Или, что хуже, – страх.

Но не сейчас.

Сейчас – я слишком опасен.