Глава 9

— Ему по-прежнему нужна моя помощь. Он ведь так хочет выбраться, — мой голос звучит агрессивней, чем мне бы хотелось.

— А вы незаменимы, так полагаете? Смею разочаровать вас, Кэрол, у него есть и другие варианты решения проблемы, — склонил голову набок.

— Слишком много сил в меня вложено. Да и не думаю, что князь упустит возможность наказать меня лично за побег, — от своих же слов в дрожь бросает. Добровольно напрашиваюсь в капкан и делаю все, чтобы он захлопнулся.

— Хм… тут вы правы… возможно, — на лице все та же учтивая маска, — Только с чего вы взяли, что он станет вам помогать и в этот раз? — выгибает бровь.

— А это не вам решать, Гаспар, — улыбаюсь под стать ему учтиво и холодно. — Вы лишь исполнитель, а решение остается за князем. И я предпочитаю обговорить вопрос лично с ним, не используя третьих лиц. А от вас требуется только сопроводить меня, — он дернулся.

Едва заметно, практически неуловимо, но я учуяла — задела. Испытала долю кайфа. Хоть перед этим вампиром избежала унижений… пока… Как бы я ни пыталась держать лицо, а князь возьмет свое. И выбора нет, только покориться…

— Если дама просит, я как джентльмен, не имею права отказать, — старомодный поклон, от которого веет могильным холодом.

Сколько до этого общалась с Гаспаром, но ни разу не ощущала удушающего ужаса. А сейчас мне словно невидимые тиски сдавливают горло. Я выдержу. Справлюсь. Должна… Обязана…

Мы переместились в тот же день. Вампир не стал откладывать наше «путешествие». На этот раз переход в подземный город был не таким болезненным. И воспринимался намного легче. Привыкаю?

Мотаю головой, пытаюсь прогнать липкий ужас, который только сильнее расползается внутри, скручивает внутренности в тугой узел. Если князь выберется, то и я вместе с ним. Значит, есть большая вероятность, что я смогу увидеть родных. Стараюсь думать только об этом. И не заглядывать в будущее, не накручивать себя перед встречей.

Мы идем той же дорогой. Зеленый город почему-то на этот раз кажется мне зловещим, словно насмехается над моим падением. Обращаю внимание на диковинные цветы, и тут же прикрываю рот ладонью, сдерживаю крик. Из сердцевин течет что — то красное, напоминающее кровь. Будто цветы плачут, и воздух, сейчас он удушливый, спертый, приходится делать глубокие вдохи, ощущается нехватка кислорода.

По пути нам встречаются вампиры. И теперь в их глазах ясно читается презрение, которое они и не пытаются скрыть. Дай им только команду — разорвут. Это из-за моего побега? А какое им дело-то? Не могу объяснить, просто чувствую, их ненависть кроется в другом. И если раньше они ее подавляли, то теперь выпустили наружу. Как и город, напоминающий живой организм, теперь он настроен враждебно.

От этого поганое предчувствие еще сильнее пускает корни в меня. Тут же вспоминается Кай, его глаза, повисшие в воздухе невысказанные слова. Малыш чувствовал — я обречена. Своим побегом я лишь ускорила свою участь. Спасения, пощады не будет. Но и просто покорно принять свою судьбу — это перебор. Не могу полностью прогнуться под князя. Хотя придется во многом пойти на уступки.

Мы приближаемся к уже знакомому мне замку. Зловещая тьма сгущается над моей головой. Я тут больше не гостья. С каждым шагом волнение усиливается. Хочется поскорее очутиться в комнате, получить хоть маленькую передышку. Собраться с мыслями, переварить свое возвращение. Все нервы оголены, каждый звук отдается болезненными спазмами.

Гаспар поднимается по лестнице. Я следом. Мы прошли уже знакомый мне коридор, ведущий в мою бывшую комнату.

— А разве не там была моя комната? — нарушаю молчание.

— Там…

— Тогда почему… — вопрос обрывается, язык немеет, страх берет меня под свой контроль.

— Князь вас ожидает.

— Уже… сразу? Как? — новость бьет наотмашь. Даже не могу сформулировать вопрос.

— Вы же ради встречи прибыли, так какой смысл оттягивать? — обернулся, одарил холодной улыбкой.

— Я думала, немного позже…

— Сейчас, Кэрол…

Мы направляемся к комнате, где мы впервые встретились с вампиром. И у меня в голове пульсирует дико странная мысль: «Я выгляжу такой помятой!». Почему меня заботит внешний вид? Неужели подсознательно хочу понравиться князю? Нет… бред… просто не хочу выглядеть замухрышкой.

Гаспар оставил меня у двери. Испарился. А я стою, и не хватает духу даже постучать. Сердце отбивает бешеные ритмы, дыхание сбилось, будто сутки по лесу гоняла без остановки. Противный, разъедающий внутренности страх все сильнее берет меня в плен. А вместе с ним внутри странное волнение, будто какая — то темная часть меня жаждет встречи с главным вампиром.

Довольно оттягивать момент. Протягиваю руку. Стучу. Нет ответа. Как всегда. Захожу. И мгновенно падаю в водоворот темных глаз. Князь стоит в метре от меня. Он слишком близко. Нельзя вот так! Сразу! Я не готова! В глазах плещется черное море, там бушуют волны, пахнет свежестью и особым сортом холодного гнева, что режет медленно, связывает по рукам и ногам и не оставляет ни единого шанса на спасение.

— Добрый день, Сальвадор, — прерываю молчание. Невыносимо смотреть в его глаза, в черную воронку, что манит убийственной красотой и пугает до дикой дрожи.

— Приветствую тебя, Кэрол, — дергаюсь как от пощечины, звуки голоса впиваются в меня иглами.

Одна фраза, а я уже понимаю, от легкого благодушия князя не осталось и следа. Я упала в его глазах, и если ранее могла рассчитывать на малую долю снисхождения, то теперь он будет спрашивать по-полной. И как его просить об услуге? Аура давит, подавляет, его холодный гнев куда опасней открытой ярости.

— Извини, что покинула твой дом без предупреждения в прошлый раз, — пробую начать с оправданий.

Наверное, только сейчас до меня доходит, насколько опрометчивым был мой поступок. А реально думала, что будет так просто от него отделаться?

— Это был твой выбор, — глаза вспыхнули, словно черные ониксы. — Ты показала свою натуру. Продемонстрировала, как играючи можешь нарушить клятвы, — он говорит спокойно, ни капли агрессии, а для меня каждое слово как пощечина, хлесткая, болезненная.

— Смысла нет оправдываться, что сделано, то сделано, — вздыхаю. — Могу сказать, что признала свою ошибку. Но мое раскаяние не исправит ситуацию.

Откровенно говоря, я действительно хотела вырваться и наплевать на клятвы, и знаю, что если мне бы это удалось, угрызения совести меня вряд ли бы мучили. Потому лживое «Прости», спорный помощник в моей и без того патовой ситуации.

— Верно, мы проявляем себя не в словах, а в поступках, Кэрол, — медленный взмах черных длиннющих ресниц. Ни одной эмоции на идеальном лице. Лучше бы обозвал, сразу озвучил уготованное наказание, но нет, он играет на моих нервах, упивается безграничной властью. И ведь мне еще предстоит его просить, сейчас… уже… Во рту пересохло, там пустыня, язык прилип к небу.

— Я благодарна, Сальвадор, тебе за помощь… искреннее, — вкладываю в слова крохи того светлого, что все же испытываю к князю.

— Продолжай, озвучь причину, по которой ты искала встречи, — ощущаю вибрации его ауры, ту энергию, что может сокрушить, стереть в порошок. Голос обволакивающий, чарующий, а за этим бархатом — остро заточенный клинок.

Вампир знает все. Не удивлена. Полагаю, он меня и не искал, не торопил события, выжидал. Он все просчитал, даже не сомневался, что я снова приду за помощью.

Все же я имею очень смутные представления о его возможностях. Если даже будучи запертым в городе, он умудряется контролировать все и менять судьбы на поверхности. В тысячный раз задаю себе вопрос: «Что будет, когда эта непобедимая темная сила окажется на свободе, и у князя не будет ни одного сдерживающего фактора?». Смогу ли я простить себя, что защищая семью, настежь распахнула перед ним врата в наш мир? Страшно, гадко, но отступить я не могу. На кону жизнь моей племянницы, счастье родных.

— Жена моего брата беременна… — запинаюсь, съеживаюсь под его надменным взглядом, — Марго, она не до конца изгнана, ты ведь знаешь…

— Знаю.

— Она уничтожит ребенка, возродится в нем, — когда произнесла это вслух, отчетливо поняла — места сомнениям больше нет. Любая цена за нерожденную малышку будет уплачена.

— Так и будет, — грациозным движением поправляет черную прядь волос. Склоняет голову набок. Даже в этот момент невольно залюбовалась завораживающим совершенством его лица.

— Помоги мне, — шепчу едва слышно.

Наступаю на горло своей гордости, безжалостно ее давлю. Я знала, на что иду. Все верно, правильно, прочь сомнения. Только бы согласился.

— Ты еще не расплатилась за прошлые услуги, — надменно усмехается. — Не слишком ли ты себя высоко ценишь, Кэрол?

Он упивается моментом. Добыча сама приползла к нему в руки. Вижу, как трепещут его ноздри, как вампир с упоением втягивает запах моего отчаяния. Волчица внутри меня прячется, забивается в дальний угол и скулит.

— Я сделаю все, — запинаюсь, глотаю слезы отчаяния, — Даже больше…

Точнее, он сам возьмет все, заставит расплачиваться до конца моих дней. Но это не имеет значения, только бы согласился. Ведь понимаю, что по факту, он спокойно может проигнорировать просьбу. Я итак в его руках, уже должна. Наказание за побег — отказ. Подобного поворот ожидаем и страшнее всего для меня.

— Больше? — вгибает бровь, в голосе появляются томные нотки.

— Да, больше… все что потребуется, — горю в огне своего стыда. — Помогу тебе выбраться, дам свою кровь, выполню другие пожелания… Сальвадор, просто помоги моей племяннице, — ненавижу себя за униженно-молящий тон.

Но не время думать о себе. Не имею права показывать характер, гордость, на кону стоит слишком многое. Жизни близких зажаты между пальцами князя. Смотрю на его руку, вздрагиваю, словно в подтверждение моих мыслей кольцо на его пальце будто оживает, от него исходят огненные нити и опутывают руку вампира, создают причудливый узор на его запястье. И в этих переплетениях мне мерещатся тысячи судеб. Мотаю головой, прогоняю видение. Или это не иллюзия? Лучше об этом не думать, иначе страх поглотит меня полностью.

— Думаешь, меня интересует твое фригидное тело? — взгляд князя прожигает насквозь.

— Уверена, — облизываю губы, смотрю в черную бездну глаз.

Тут лукавлю. Но если он так долго возится со мной, следовательно, что-то его зацепило. Хотя, возможно, сексуального подтекста и нет. А вампирам вообще нужен секс? Сомневаюсь, он же мертв.

Нет выбора. Я сама себя продаю. Предлагаю все, что могу дать. И почему-то мне дико не от самого факта, а от странных ощущений внутри. Не испытываю омерзения от мысли о его касаниях, наоборот, какой-то странный, порочный интерес.

— Что-то слабо ты себя продаешь, — усмехается. В точку попадает, будто в мысли пробирается.

В его взгляде нет желания. Нет чисто мужской заинтересованности. Той похоти, что исходила от самцов. А уж вниманием противоположного пола я никогда не была обделена. Мне бы радоваться, что никто не покушается на мое лишенное чувствительности тело, а во мне растет странная и непонятная обида. Мысли идут вразрез с эмоциями. Логика дает сбой. С ним все летит кувырком.

— Я просто прошу помочь, Сальвадор. Ты прекрасно знаешь, что в подобных вещах я не сильна. И ты прав, мое тело действительно фригидное. Тебе известны причины. Так что если ожидаешь от меня развязного, соблазнительного поведения — это будет лицемерием, — говорю как есть, юлить нет смысла.

На долю секунды он меняется в лице. Странно дергается. Но в следующий миг, эмоции исчезают, словно и не было ничего.

— Тут моя оплошность. Не имели права они к тебе прикасаться. Ненавижу, когда портят мою собственность, — последнее слово полосует по живому.

Он уже давно считает меня своей вещью, персональным атрибутом. И ведь даже не могу возразить. Связана по рукам и ногам, и невидимые путы куда прочнее железных цепей.

— Спасибо, что помог их наказать, — в этот момент ощущаю едва заметный тепловой луч, что метнулся от меня к нему и обратно. Странная связь, что пугает и будоражит, вызывает непонятные и довольно приятные ощущения. — Не откажи и в этот раз, Сальвадор, — пользуюсь моментом мимолетного потепления.

Неожиданно для самой себя хватаю вампира за руку. Переплетаю наши пальцы и пристально смотрю в его глаза, улавливаю, как светлеет тьма, как уходит чернота, радужка отливает золотом.

Это второй раз, когда мы прикасаемся друг к другу. И вместо того, чтобы одернуть руку, прервать контакт, я крепче сжимаю пальцы, волчица внутри меня вдруг оживает и стремится к вампиру, ластится к нему. А меня окутывает его аура, словно невидимый кокон, грудная клетка вздымается, хватаю ртом воздух, тону в новых ощущениях, ярких, незабываемых. Словно пьянею, голова кругом, и мне мало, как алкоголик, хочу больше дозы. Прижаться, обнять, ощутить его защиту.

И пусть мысли глупые, несвойственные мне, но я не могу совладать с ними, это разгорается подобно уничтожающему пламени. Одно касание, и я уже не понимаю сама себя. Когда опомнилась, то оказывается, я стою перед князем на коленях. Когда упала? Что он со мной творит?

Отдергивает руку. Смотрит на меня сверху вниз, глаза вновь поглощает тьма.

— Для начала станешь мне женой, наша кровь соединится, и откроются врата тьмы. Позже закрепим результат на поверхности, — голос звучит резко, холодно, отстраненно.