8. Лилу Белокрицкая

Я смотрела прямо на Матариса, прижимая к себе хрупкое тельце безучастного Ричи. Заметила в глазах принца промелькнувшее узнавание голоса, что раздался за его спиной. Но ни один мускул не дрогнул на его лице. Матарис всё так же спокойно и уверенно смотрел на меня, словно наша встреча происходила не в лесу, а в бальной зале королевского дворца.

— Он знает… — прошептала одними губами и брови принца удивлённо изогнулись. — Про зверя…

Глаза Матариса сощурились, и он скользнул взглядом на Ричи. В этот момент меня словно обухом по голове ударило понимание, что брат знал! Все эти годы он знал тайну принца и ни словом, ни намёком не выдал её! Как бы мы не были близки! И сейчас вся ситуация выглядела так, словно Ричи предал лучшего друга!

— Он не мог! — зашептала исступлённо, дёрнувшись в сторону принца, и тут же спину обожгла мучительная боль.

Матарис жёстко посмотрел на меня, останавливая. От его властного взгляда слова застряли в горле, а ладони мгновенно вспотели. Захотелось, следуя придворному этикету, покорно склонить голову, но я смотрела на него прямо и отчаянно, пока его взгляд не смягчился. Уголки губ дёрнулись вверх от улыбки, а в глазах разгоралось яростное пламя.

Принц вальяжно развернулся и закрыл меня спиной.

— Ты что-то хотел, Дункан? — высокомерно проговорил он.

Я очень осторожно сползла на пол тарантаса и затаилась мышью.

— Хотел, Матарис! Хотел! — фамильярно воскликнул Фиринг.

— У тебя есть две минуты, чтобы изложить свою просьбу, — спокойно произнёс Матарис. — Потом я покину твоё общество.

В его голос чётко и уверенно вплелись королевские властные нотки. Я не хотела выглядывать из-за спины принца, чтобы не напоминать о себе, но была уверена, что подельники Дункана уже вышли на поляну. И принц их видит. Оценивает угрозу.

— Свою просьбу? — усмехнулся Дункан и повысил голос. — Нет! Я хочу услышать твою просьбу! Сейчас, когда здесь только мы с тобой, я хочу узнать… Во что ты оцениваешь свою жизнь? Сколько ты готов заплатить за то, чтобы во время королевской инициации я тебя не убил?

— Откуда такие фантазии, Дункан? — бесстрастно поинтересовался принц.

— Но я могу не дожидаться инициации, — голос Дункана вкрадчиво зазвучал рядом.

Я подняла голову и увидела, что Фиринг подошёл очень близко к Матарису. Ричи на моих руках тихо зашевелился. Опустив взгляд, увидела, что он пришёл в себя и раны на шкуре, наконец-то, зарубцевались. Заметив слабое движение сбоку, повернула голову. Ягуар с отметиной на морде крался, осторожно переставляя лапы след в след и прижимая брюхо к земле. Не спуская с него глаз, опустила Ричи на пол и поменяла позу, встав на одно колено. Всё, что я могла сделать в этой ситуации, это прикрыть Матарису спину, бросившись наперерез прыжку ягуара. Оборотень заметил моё движение и остановился. Сверкнул глазами и, как ни в чём ни бывало, расслабленно растянулся на траве.

— Я могу убить тебя сейчас. Забрать к себе в замок твоих шпионов. Они сгинут у меня в застенках, и никто не узнает, что произошло, — Дункан шипел, как змея.

— И чего же ты ждёшь? — иронично спросил принц. — Кишка тонка?

Краем глаза заметила, как насторожился Ричи, принюхиваясь и шаря глазами по пролеску.

— Жду, когда ты начнёшь умолять! — слюна капала с удлиняющихся клыков Дункана и мне стало страшно.

— С чего бы? — насмешливо фыркнул Матарис и Фиринг не выдержал.

Крутанулся в воздухе, разрывая на себе одежду и опустился на землю львиными лапами. Злобный громогласный рык пронёсся над поляной. Матарис спокойно смотрел на трансформацию зверя, и я подивилась выдержке принца. У меня же тряслись поджилки.

Фиринг был огромным львом. Ещё раз утробно зарычав, он замахнулся мощной лапой, но тут же был сметён бесшумной смертоносной молнией. Ричи зашипел. Над тарантасом пролетело вытянутое в прыжке тело ягуара, которое тут же столкнулось с кулаком Матариса.

— Стоять, шваль! Не лезь, когда львы дерутся! — негодующе воскликнул принц и отпихнул оглушенного сильным ударом ягуара.

Два льва катались по поляне в смертельной схватке. Каждый из них пытался дотянуться до горла противника, чтобы вцепиться в глотку и придушить. Рядом с двумя оставшимися приспешниками Дункана, как из-под земли выросли львы и те покорно легли на землю.

Дункан вывернулся из цепких объятий чужого зверя. Рыкнул злобно, сверкая глазами. Попытался атаковать, но был сметён сильным ударом. Следом раздался такой громогласный рык, что с деревьев полетели листья и мелкие ветки.

Друзья Фиринга задом стали отползать к лесу. Их никто не держал. Сам Дункан затряс гривой, пронзил Матариса враждебным взглядом и рванул с поляны, прихрамывая.

Лев, что только что бился насмерть, повернулся к принцу. Медленно подошёл. Опустил голову. И вот уже перед принцем, приклонив колено, стоял обнаженный Арис Выскочка.

Матарис быстро повернулся ко мне и, склонившись, зашарил руками под сиденьем. Достал длинный традиционный плащ, в который оборотни заворачиваются после оборота, и накинул его на плечи Ариса.

Тот поднял голову и, не вставая с колен, произнёс:

— Прайд Выскочки никогда не претендовал на королевский трон, но всегда служил ему. Я не выйду на бой королевской инициации. Я присягаю тебе.

— Встань, — властно произнёс Матарис.

Арис легко поднялся и принц, под одобрительное ворчание прайда, обнял его.

— Спасибо, — услышала я сдавленный голос принца.

— Мы одна семья, — твёрдо ответил ему Выскочка. — Ну… скоро станем.

***

В себя я пришла резко, как от толчка. Сердце заполошно билось подстреленной птицей. Всё смешалось в голове. Похищение, побег, лес, львы, истерзанный Ричи! Где я сейчас? Тихо, не подавая вида, что пришла в себя, потянула носом. Запах, что окружал меня, был смутно знаком, но я никак не могла вспомнить откуда я его знаю.

Горькая полынь и ледяная мята забивали нос и смешивались с тягучим ароматом древесного янтаря. Хотелось тянуться вслед за этим шлейфом. Закутаться в запах, как в тёплое одеяло. Спрятаться за ним, признав своей абсолютной защитой, и полностью расслабиться, как в материнской люльке.

Отогнав морок и всё ещё не открывая глаз, прислушалась. Лёгкий треск горящих поленьев и больше ничего. Лежала я на спине. На кровати. Но не у себя в номере, потому что запах белья был другой. Подбородком почувствовала край натянутого одеяла и поняла, что правая кисть со всех сторон сдавлена.

Приоткрыв глаза, скосила их в сторону, чтобы сквозь ресницы попытаться рассмотреть, что с рукой. Пришлось немножко повернуть голову, и от увиденного глаза мои тут же распахнулись.

В сумерках незнакомой комнаты, на полу рядом с кроватью сидел Матарис. Двумя руками он сжимал мою кисть, а голова его лежала сверху. Принц спал в этой неудобной позе. Волна нежности и умиления затопила моё сердце, и я чуть было не задохнулась от нахлынувших внезапно чувств.

Осторожно повернулась. Пальцы принца чуть сжались на моей руке, не желая выпускать, но сам он так и не проснулся. А я даже не пыталась забрать у него добычу. Смотрела на него, улыбаясь и покусывая нижнюю губу. И неожиданно вспомнила! Вспомнила, почему в ранней юности поспешно бежала из дворца. Оборвала все контакты с принцем и убедила отца в том, что для работы мне нужны заклинания, контролирующие зверя.

Полынь, мята и янтарь. Запах принца. Притягательный и родной до безумия, которому я сопротивлялась с яростью злобной кошки, оттачивая мастерство язвительной насмешки и ироничного высокомерия. Принц не оставался в долгу, и каждая наша встреча походила на битву двух петухов, за которой с интересом наблюдал весь двор.

Я протянула руку, и мои дрожащие пальцы застыли в опасной близости от нежного шёлка волос Матариса. Как мне хотелось зарыться рукой в его недосягаемые когда-то кудри, провести ногтями по коже, пропустить пряди сквозь пальцы. Всегда хотелось.

Лёгким прикосновением убрала с его лица упавший на лоб завиток и тут же одёрнула руку.

Матарис зашевелился. Повернул голову и упёрся в мою кисть лбом. Нежно провёл большими пальцами по костяшкам. Приподнял голову, перевернул мою руку и поцеловал её в центр ладони. Только после этого поднял взгляд на меня.

— Привет, — проговорил хриплым голосом.

Я улыбнулась и положила свободную руку себе под щёку.

— Смелый лев спас непутёвую ласку, — чуть слышно проговорила, продолжая смотреть принцу в глаза.

Матарис усмехнулся, устало покрутив шеей.

— Спасибо, — сказала ласково.

Принц грустно покачал головой.

— Почему ты здесь? — спросила, чувствуя, как замирает сердце.

Матарис глубоко вздохнул. Снова поцеловал меня в ладонь и со странным выражением лица уставился на меня своими медовыми глазами. Моё сердце бросилось вскачь, и взгляд заметался по комнате. Зачем я спросила? Я не хочу слышать ответ!

— Испугался, — услышала совсем не то, что ожидала, и с удивлением взглянула на принца.

— Что прости?

Матарис качнул головой, продолжая спокойно смотреть на меня.

— Испугался, что потеряю тебя. Не успею сказать о том, что действительно хочу сделать тебя своей женой. Это не шутка взбалмошного принца. Боялся, что ты вновь исчезнешь, так и не услышав от меня, что мне легче дышать, когда ты рядом. Мне недостаточно просто знать, что с тобой всё в порядке. Больше недостаточно. Я хочу видеть это сам. Твою улыбку. Слышать твой голос. Эгоистично хочу, чтобы, проснувшись, ты видела меня. Засыпа́ла в моих объятиях. И ничего не боялась, зная, что я рядом.

Я смотрела на принца во все глаза, боясь дышать и проронить хоть одно слово. А он всё говорил. Спокойно и уверенно, словно уже всё решил за нас обоих.

— Но я хочу спросить тебя ещё раз, Лилу. Без ехидных шуток и попыток увильнуть, — Матарис внимательно смотрел на меня, и выражение его лица было серьёзным. — Ты станешь моей женой? В горе и в радости? На королевском троне или без него?

— Я… — начала говорить и запнулась, но потом решилась и выпалила, глядя прямо в притягательные медовые глаза. — Я потеряла контакт со зверем. Не могу обернуться и утратила боевые магические способности.

— Я ни разу в жизни не обернулся и никогда не чувствовал своего зверя, — ровно ответил Матарис, а я задохнулась оттого, с каким королевским спокойствием он это произнёс.

Осторожно вытянув из его пальцев руку, приподнялась на локте и всё же позволила себе коснуться его волос. Мягкие пряди послушно струились между пальцев, лаская кожу. Матарис положил свою руку поверх моей.

— Там в лесу, — проговорила тихо, — я поняла, что единственный человек, у которого я хотела бы стоять за спиной, это ты, мой принц. Мой господин.

Матарис отпустил мою руку и мне тут же стало одиноко. Он легко поднялся с колен и сел на край кровати. Подхватил меня за шею, запуская в волосы жёсткие пальцы и разгоняя прикосновениями по всему телу чувственные волны, заставляющие дрожать. Пристально глядя в глаза, склонился ниже. Застыл, заставляя моё сердце биться ещё быстрее. Скользнул взглядом по лицу.

Его губы шевельнулись, опаляя коротким выдохом и следом, моих губ коснулся его язык, нежно очерчивая их по мягкому расслабленному контуру. Матарис чуть отстранился и снова посмотрел на меня. Его взгляд не был вопросительным. Он предупреждал меня, ставил в известность о том, что сейчас произойдёт. Предоставлял последний шанс. Уйти или покориться.

Мои губы раскрылись навстречу его дыханию. Матарис легко коснулся их, как будто пробуя на вкус конфету. Слегка втянул нижнюю губу, изучил лёгкими касаниями чувствительную кожу, скользнул, раздвигая языком мои губы и углубляя поцелуй.

От нахлынувших ощущений меня уносило, голова кружилась, как на ярмарочной карусели. Хотелось прижаться к нему всем телом и, чутко реагируя на каждое движение, выгибаться по-кошачьи и в нетерпении, абсолютно бездумно полностью погружаться в сладострастный процесс. Отдаться. Полностью. Без остатка.

Поцелуй всё длился и длился, напитывался страстью, обжигал меня недвусмысленным ритмом движений. Я всхлипнула Матарису в губы, цепляясь за его плечи, как утопающий.

— Кхм, кхм, — услышала издалека знакомый голос. — Мне крайне неловко вас прерывать, но у меня важные новости. Для всех нас. И королевства.

Матарис тихо зарычал, не оборачиваясь и не выпуская меня из объятий.

— Простите, что не постучался, — со свистом втянул в себя воздух Ричи. — Не думал, что вы… В общем… Ваше Высочество, это, действительно, очень важно. Лилу, прости, — быстро выпалил он и отпрыгнул от двери. Уже издалека прокричал: — Я жду вас у ректора в кабинете!