Глава 63

Полина

– Не думал, что ты наденешь браслет так скоро, – хрипло сказал ректор, вернувшись к губам. – Но оно и к лучшему. Больше гарантий.

Я хотела спросить, что он имеет в виду, но очередной жаркий поцелуй вытеснил из головы все посторонние мысли. Все, чего я хотела, – это быть с ним рядом.

Я осознавала, что меня подхватили на руки, понесли наверх по лестнице, не отрываясь от губ. А потом я оказалась на пахнущих свежестью простынях, а Брендан – сверху. Не переставая целовать меня, он скинул с себя расстегнутую мной рубашку и отстранился, вызвав у меня протестующий полустон, полувозглас. Это было как дать ребенку в руки конфетку, а потом забрать.

– Сейчас, сейчас, моя нетерпеливая девочка, – хрипло прошептал мужчина.

Прерывисто дыша, он стянул с меня платье и белье. Прохладный воздух коснулся кожи. А следом два холмика накрыли мужская ладонь и шершавый язык. Я внутренне возликовала, получив желаемое, но, как оказалось, рано.

Его опытные руки заставляли сходить меня с ума. Я стонала, извивалась, кажется, даже кричала, умоляя прекратить эту сладкую пытку. Но он был непреклонен, методично доводя меня до умопомрачения. И я видела, получал от моих слов и бесстыдных действий удовольствие.

– Брендан, прошу, – попросила я в очередной раз, уверенная, что он не послушает, но… Пальцы перестали меня ласкать, а их место заняла разгоряченная плоть. Рывок и… нет, боли не было, разве что совсем чуть-чуть, тем более что мужчина сразу замер, давая возможность привыкнуть. Поймал мой взгляд, хмельно и счастливо улыбнулся, приник к губам. Потом начал двигаться. Сначала медленно, затем все быстрее и быстрее, вырывая из моих губ полувсхлип, полустон.

Не думала, что близость с мужчиной может дарить такие невероятные ощущения.

А потом пространство взорвалось на части, подобно небу в новогоднюю ночь.

Шепча всякие нежности, Брендан продолжал держать меня, счастливую, но до глубины души смущенную, в своих объятиях, даже когда бешеный бег наших сердец утих, а дыхание сделалось ровным.

– Отвернись, пожалуйста, мне нужно в душ, – попросила я, чувствуя, что ещё немного и провалюсь в сон.

Села на кровати, удерживая на груди простынь. Мужчина обхватил мое лицо ладонями и глядя в глаза произнес:

– Не стесняйся меня. Кого угодно, но только не меня.

Против воли почувствовала, как загорелись кончики ушей.

А он, будто и не замечая этого, подхватил меня на руки и сам отнес в душ. Там помог смыть все следы проведенной ночи, не забыв и про себя. После чего закутал в махровое полотенце и опустил в кресло, занявшись сменой постельного белья. Когда закончил, переложил меня на кровать и лег рядом, притянув к себе. Так в кольце его рук я и заснула.

***

Брендан

Послышалось сопение. Я помедлил, дожидаясь, когда Полина погрузится в глубокий сон, после чего зажёг неяркий светлячок и приподнялся на локте, вглядываясь в умиротворенное лицо самой дорогой мне женщины. Осторожно убрал светлую шелковую прядку со лба.

Неужели то, что произошло не более часа назад, было реальностью? Впервые в жизни я понял разницу между сексом и любовью. И глупцы те, кто убежден, что истинная – это проклятье. Истинная – это величайший дар Всевышней. Теперь я уверен в этом как никто другой.

Лицо Полины покинула безмятежность. Она нахмурилась и пошевелилась, обнимая свои плечи руками. Я притянул ее, плотнее прижимая к себе.

– Тише-тише, милая! Это всего лишь сон. Я рядом, – зашептал, поглаживая по голове.

Моя девочка. Такая маленькая, такая хрупкая, такая юная. Моя! И темнеющая метка на запястье тому подтверждение. С этой ночи для всех драконов Полина – моя жена. Ну а для всех остальных будут организованы полагающиеся случаю церемонии. С утра поручу всю подготовку матушке.

С этими мыслями я и погрузился в мир грез.

***

Полина

Проснулась, чувствуя себя небывало счастливо. Хотелось петь, танцевать и улыбаться всему миру. С этой самой улыбкой я и повернулась на бочок, ожидая увидеть Брендана на второй половине кровати, но здесь меня ждали лишь откинутое в сторону одеяло и подушка, сохранившая отпечаток головы хозяина. Но не успела я расстроиться, как распахнулась дверь в коридор и в спальню вплыл поднос, на котором чётко выделялась маленькая вазочка с алым цветком, ну а следом и мужчина с лучезарной улыбкой на вполне себе бодром лице.

– Немного не успел, – сказал он, опускаясь на кровать.

– Как раз вовремя, – возразила я, внутренне восторженно вопя. Никто мне ещё не носил завтраки в постель.

– Ты уже несколько минут не спишь, а я надеялся прийти до твоего пробуждения, – он нежно провел по запястью, а я почувствовала, как кожу в том месте начало пощипывать. Не больно, скорее щекотно. Переведя взгляд, наткнулась на татуировку, сделанную предположительно из хны.

– Что это?

– Метка истинной пары. У меня такая же.

И он показал точно такой же, как у меня, узор, состоящий из хитросплетений веточек и листочков.

Прикоснувшись, почувствовала лёгкий разряд, от которого в душе вспорхнули бабочки.

– Ты знал?

– Сначала предполагал, а там на поляне окончательно убедился. – мы немного помолчали, после чего Брендан спросил, – знаешь легенду о появлении истинных?

Я покачала головой и вслушалась.

Оказывается, истинная – одновременно дар и проклятье. Собственно, именно как проклятье оно изначально и затевалось. Всевышняя наказала неверного зятя-дракона таким образом, что любая его любовница умирала, стоило их чреслам соприкоснуться.

Шло время. Дочь простила своего супруга и вскоре у них родился сын, а потом ещё и ещё.

Шли годы. Мальчики росли и ничто не предвещало беды, пока старший ребенок не превратился в прекрасного юношу с мужскими потребностями. Вот только от близости с ним в тот же миг умирала любая девушка.

Всевышняя попробовала снять заклятье, но тщетно. Прошло слишком много времени и проклятье стало необратимым. Не сразу, но она смогла его перенастроить. С тех пор появилась истинная пара – единственная, что сможет выносить ребенка-дракона. Кроме этого, двое были связаны магически. Они могли чувствовать эмоции друг друга, знали местонахождение, некоторые общались мысленно. Но у медали есть и обратная сторона: если умирает один из пары, за ним уходит и второй. Исключение здесь лишь одно – нимфы – дочери Всевышней и унаследовавшие их дар потомки.

– То есть, если меня убьют, то и ты… – сипло переспросила я.

– Пока нет, а вот когда наша связь закрепится… Но не будем думать о плохом. У нас тут завтрак льдом покрывается.