Глава 10

Глава 10

— Что ж, Тангрид не солгал, — раздался знакомый, чуть раскатистый голос.

От одного этого звука во мне все перевернулось.

Я с трудом заставила себя не шевельнуться, не поднять голову, не выдать бурю, которая поднялась внутри.

— Вы и вправду изменились к лучшему.

— Благодарю, — едва слышно прошептала Лиора.

Адриан взял ее за руку и подвел к алтарю.

— Нужно соблюсти формальность, — сказал он, останавливаясь перед каменной драконьей головой.

С ритуального блюда он взял тонкий нож.

Лиора побледнела.

Адриан повернул ее руку запястьем вверх и полоснул по коже. Девушка тихо вскрикнула, а я едва удержалась, чтобы не броситься вперед. Затем он поднял ее окровавленную руку к пасти дракона и замер в ожидании.

Как она подменит кровь, если он не сводит с нее глаз⁈

Внезапно сбоку раздался грохот.

Я резко перевела взгляд и увидела, что ритуальный штатив рядом с Кайраном опрокинулся. Тот развел руками с безупречным сожалением:

— Простите, задел нечаянно.

Я мысленно поблагодарила его и снова посмотрела на Лиору.

Глаза каменного дракона вспыхнули холодным ледяным пламенем.

Значит, она успела.

— Отлично, — удовлетворенно сказал Адриан, отпуская ее руку. — Завтра рано утром выезжаем в Северицу. Будьте готовы.

— Как прикажете, ваше величество, — прошептала Лиора, глядя на рану, из которой все еще сочилась кровь.

И вдруг пошатнулась.

Адриан едва успел подхватить ее, прежде чем она осела бы на каменный пол.

По храму прокатился взволнованный шепот. Северина и Кайран бросились к девушке, бессильно повисшей на руках короля.

— Что с ней? — недовольно спросил Адриан.

— Позову травницу, — быстро сказала Северина. — Думаю, это обморок от волнения. Лучше перенести Астерию в ее келью.

Я вздрогнула, услышав свое имя, обращенное не ко мне.

Странное, почти болезненное ощущение.

Но сейчас важнее было состояние Лиоры. Пусть это будет просто обморок. Пусть не наказание богов за нашу ложь, не кара за святотатство у алтаря.

Я поспешила к тайному ходу и затаилась в своей келье.

Когда Северина наконец нашла минуту зайти ко мне, я набросилась на нее с вопросами:

— Как Лиора?

— Травница говорит, все от нервов, — вздохнула тетя. — Неудивительно.

— Но с ней все будет хорошо?

— Ее привели в чувство, но начался жар. Уложили в постель, напоили отваром. Надеемся, к утру ей станет легче. Адриан недоволен. Он не хочет задерживаться.

— Мерзавец, — вырвалось у меня. — Ему плевать на нее, лишь бы его планы не нарушились.

— А чего ты ждала? — Северина устало покачала головой.

— Но он же не повезет ее в таком состоянии?

— Повезет. В карете.

— Прекрасно, — язвительно бросила я. — Заставит больную трястись по ухабам. Кто-нибудь поедет с ней, чтобы ухаживать?

— Адриан попросил выделить одну из сестер.

— Все равно мерзавец.

Я заметалась по комнате.

— Могу я увидеть Лиору?

— Сейчас опасно, — сказала тетя. — Адриан может навестить ее в любую минуту. Его люди ходят по коридорам. Если увидят тебя, начнут задавать вопросы. Жди ночи, когда все успокоятся, и иди тайным ходом.

Я кивнула.

День тянулся бесконечно.

Когда стемнело и шум в коридорах стих, я прокралась к келье Лиоры. Сначала заглянула в глазок, убедилась, что посторонних нет, и только потом скользнула внутрь.

Подруга спала глубоким, тяжелым сном. Худшее, видно, миновало.

В комнате пахло травами. Этот горький, влажный запах болезненно напомнил мне покои матери перед смертью. Я отогнала воспоминание и села на край кровати, взяв Лиору за руку.

— Прости, — прошептала я, глядя на ее спокойное лицо. — Прости, что ты проходишь через все это из-за меня.

Она что-то неразборчиво пробормотала во сне и снова затихла.

Я гладила ее волосы и молилась всем богам-драконам, чтобы с ней все было хорошо. Если уж за нашу ложь должно прийти наказание, пусть оно падет на меня. Это моя война. Моя месть. Моя вина.

Я так глубоко ушла в мысли, что не услышала, как открылась дверь. Очнулась только от удивленного мужского голоса:

— А это еще кто?

Меня словно иглами пронзило.

Я медленно повернула голову и тут же мысленно прокляла себя за то, что сняла плат.

Адриан стоял на пороге.

На нем были только темные штаны, заправленные в мягкие сапоги, и расстегнутая рубашка. Видимо, он уже готовился ко сну, но решил навестить жену — убедиться, что завтрашний отъезд не сорвется.

Внутри все вскипело.

Он и правда пришел проверить, достаточно ли «жена» здорова для дороги? Даже сейчас?

Ненависть поднялась во мне горячей волной. Но вместе с ней вспыхнуло что-то еще — острое, болезненное, пугающе живое.

Адриан был слишком близко.

Мы впервые за три года оказались почти наедине. Больную Лиору он, похоже, за свидетельницу не считал.

И я всем существом ощутила его давящую, хищную силу.

Передо мной стоял красивый зверь в человеческом облике. И его взгляд, скользнувший по мне с головы до ног, был полон нескрываемого интереса.

В голове мелькнула паническая мысль: он может решить, что вправе взять желаемое прямо здесь, у постели собственной жены.

И хуже всего было не это, а то, что вместе с отвращением и яростью во мне поднялся странный, чужой жар.

Я ужаснулась себе. Неужели ночное наблюдение за Кайраном и Лиорой так повлияло на меня? Или дело вовсе не в этом?

Я напомнила себе, чего можно ждать от Адриана. Грубости. Боли. Его желания, его воли, его власти — и ничего для меня.

Это отрезвило. Я больше не позволю ему повторить прошлое.

Медленно поднявшись с кровати, я выпрямилась и приготовилась закричать, если он сделает хоть шаг ко мне.

Но Адриан просто стоял и смотрел.

Так, что уже через несколько мгновений я забыла, как дышать.

Горло пересохло от его молчаливого, почти гипнотического взгляда. Обостренные чувства уловили его запах — терпкий, пряный, с дымной горечью и чем-то горячим, опасным, почти пьянящим.

Я с ужасом поняла, что жадно вдыхаю его снова и снова.

Словно тело узнало то, чего разум знать не желал. Внутри поднялась волна жара.

Раньше, даже когда я любила его до безумия, ничего подобного не было. Тогда мое чувство было почти детским. Чистым, мечтательным, бесплотным.

А сейчас…

О боги, что со мной происходит?

Неужели пробудившаяся драконья кровь так реагирует на близость сильного дракона? Делает нас ближе к зверю, чем к человеку?

Отвратительное открытие. И ужасно несвоевременное. Особенно, когда речь идет о том, кого я ненавижу больше всех на свете.

Адриан сделал шаг ко мне. Я резко вскинула руку.

— Не подходите.

— Не буду, — его губы тронула хищная усмешка. — Если скажешь, кто ты, что здесь делаешь и как прошла мимо охраны.

Что ответить на последнее? Если расскажу о тайном ходе, выдам секрет обители. Придется выкручиваться.

— Меня зовут Велея Ладор, — сказала я, удивляясь собственному спокойствию. — Я подопечная лорда Тангрида. Мы с госпожой Астерией подружились за эти три года. Я пришла проведать ее.

— Почему не навестила раньше, если так волновалась? — прищурился Адриан.

Свет единственной свечи играл на его лице, создавая резкие тени. Я не могла оторвать взгляда от его фигуры, от открытого ворота рубашки, от золотистого отсвета на коже.

В памяти всплыло, как его тело давило на меня в брачную ночь.

И почему-то теперь это воспоминание, вместо прежнего ледяного страха, вызвало непрошеную вспышку жара.

Нет.

Нет.

Я поспешно перевела взгляд на его лицо — и снова попала в ловушку. Янтарные глаза будто удерживали меня на месте, лишая возможности думать ясно.

— Лорд Тангрид сказал, что мне лучше оставаться в своей комнате, — выдавила я.

— Мудрый человек, — усмехнулся Адриан. — Теперь я понимаю, почему он не хотел показывать мне такое сокровище.

Три года назад я была бы счастлива услышать от него подобные слова.

Теперь они вызвали только панику.

Что, если он захочет развлечься со мной? Покориться и надеяться, что он быстро потеряет интерес? Ни за что. Я буду сопротивляться.

— Мне пора. Уже поздно, — напряженно сказала я и шагнула к двери.

Мы почти поравнялись.

И тогда произошло невозможное. Меня словно ударило током. Железным и неумолимым.

Будто между нами натянулась невидимая нить, и стоило подойти слишком близко, как она дернула нас друг к другу.

Огонь чужого желания отозвался во мне так резко, что я потеряла равновесие. Не успела опомниться, как оказалась в крепких объятиях. Я замерла, парализованная не столько его силой, сколько собственной реакцией.

Что это?

Его запах ударил в голову. Я хотела прижаться к его коже. Вдыхать глубже. Коснуться губами шеи, груди, плеча. Уткнуться лицом в горячее тело, тереться о него, пока это безумие не отпустит.

Это был не мой голос, не моя воля.

Какой-то звериный порыв, которому разум сопротивлялся из последних сил.

— Как ты пахнешь… — услышала я над ухом его изменившийся, хриплый голос.

От горячего дыхания по коже побежали мурашки.

Глухой, предательский звук сорвался с моих губ раньше, чем я успела его сдержать.

Адриан провел носом по моей шее, втягивая воздух, и я с ужасом поняла: с ним происходит то же самое.

Наши тела реагировали так, будто были созданы друг для друга.

Кровь драконов.

Зов пары.

То, о чем говорили легенды. То, что старшие называли милостью богов, а я в этот миг воспринимала как проклятие.

Так было с отцом Адриана и моей матерью?

Впервые я задумалась: а по своей ли воле мать вышла за моего отца? Или кровь говорила в ней громче, а род заставил забыть того, кого она могла любить по-настоящему? Если бы не долг, не союз, не чужие решения, могла бы она быть счастлива с человеком, который любил ее до безумия?

Опасные мысли. У нас с Адрианом все иначе.

С его стороны — лишь похоть и охотничий азарт.

С моей — безумие крови. Никакой любви. Никаких прежних чувств. Только наваждение, которое я обязана подавить.

Его руки тем временем скользнули по моей спине, по талии, будто изучали каждый изгиб. Прикосновения были совсем не такими, как тогда, три года назад.

Не грубыми. Не злыми.

Чувственными. Почти нежными.

От этого становилось еще страшнее.

Я собрала остатки воли и вырвалась.

— Отпустите! — почти закричала я, отталкивая его. — Я не ваша очередная игрушка. И это происходит у постели вашей жены.

Адриан замер.

Взгляд его постепенно прояснился.

Он тяжело дышал, но все же разжал руки и отступил на шаг, глядя на меня с удивлением.

— Ты права, — наконец хрипло сказал он, возвращая самообладание. Потом усмехнулся. — Это не лучшее место для знакомства.

— Тогда я пойду.

Я выдохнула с таким облегчением, будто только что избежала смерти, и направилась к двери, стараясь держаться как можно дальше от него.

— Поспеши, — донесся вслед насмешливый голос. — Тебе нужно выспаться перед дорогой.

Я обернулась.

— Какой дорогой?

— Думаю, если ты с моей женой так подружилась, то не откажешься сопровождать ее в столицу.

— Я думала, для этого выделили одну из сестер.

— Разве это подходящая компания для королевы? — прищурился Адриан.

— Но лорд Тангрид сказал…

— Тангрид, полагаю, сочтет за честь, если его подопечная станет главной фрейлиной королевы. Именно в этом качестве я прошу тебя сопровождать мою жену. Думаю, она сама попросила бы об этом, если бы не была слишком скромна. Поддержка близкого человека на новом месте очень важна, не так ли?

Негодяй.

Он прикрывается заботой о жене, но на лице ясно написано, чем он руководствуется на самом деле. И какую роль собирается отвести мне в этой поездке.

Личная забава. Теплое тело в дороге. Еще одно развлечение, которое можно держать рядом, не утруждая себя даже видимостью верности.

— А если я не согласна? — я вскинула подбородок.

— Насколько я понимаю, твою судьбу решает лорд Тангрид, — сухо сказал король. — Вряд ли он откажет мне в такой просьбе.

Я закусила губу, чтобы не высказать все, что о нем думаю.

— Полагаю, ты сама найдешь немало преимуществ в новой должности, — бархатным голосом добавил Адриан. — При дворе куда веселее, чем в этой глуши.

— Я предпочитаю глушь, — не удержалась я.

— Возможно, ты передумаешь.

Он самоуверенно, почти лениво улыбнулся. Намекает на свое покровительство? На то, что стоит мне оказаться при дворе, и я сама потянусь к нему, как многие до меня?

Пусть хоть сгорит в драконьем пламени.

Если он думает, что я добровольно лягу к нему в постель, он плохо меня понял.

Взять силой он не решится. Одно дело — война, пьяная жестокость победителя и пленная жена, которую никто не мог защитить. Другое — подопечная влиятельного лорда, девушка из знатной семьи. Если он решит нарушить все приличия, это даст врагам лишний повод говорить о его произволе.

Неужели он и правда надеется, что я сама приползу к нему?

— Что ж, вы не оставляете мне выбора, — процедила я. — Я буду готова ехать утром. А сейчас, с вашего позволения, я пойду.

Адриан милостиво кивнул, провожая меня насмешливым взглядом.

Я с трудом сдержалась, чтобы не вцепиться ему в глаза, и вышла, гордо вскинув голову.

Охранники удивленно уставились на меня, явно не понимая, откуда я взялась. Один даже шагнул вперед, собираясь задержать, но из комнаты раздался властный окрик короля:

— Пропустить.

Меня пропустили.

Я шла по коридору, кипя от бессильной ярости. Все пошло не по плану. Теперь Адриан забирает не только «жену», но и меня. Что ждет дальше — страшно даже представить.

Оставалось надеяться, что Кайран Тангрид сумеет найти способ оградить меня от притязаний моего ненавистного мужа.

И что я сама сумею справиться с тем, что пробудилось во мне рядом с ним.