Глава 42

Мари проводит у Гриира примерно неделю. За это время он почти никого к ней не пускал, кроме Дарена, меня ну и Анортана само собой. Последнего в принципе ничто никогда не останавливает, а я под шумок забегаю за ним следом.

Даже не знаю, кто рад больше, я или Мари. Много шутим о том, что её жизнь к рождению ребёнка не готовила и она бы с радостью передала шумного и слишком уж активного малыша тем, кто о нём позаботится, но когда я предложила забрать его в крыло има, пригрозила, что укусит меня.

Сегодня я тоже сижу на краю кровати, наблюдая за тем, как Мари нежно гладит голову сына, задремавшего во время обеда. До сих пор не верится, что она выжила. Воспоминания о тех ужасных часах, когда я ждала, не зная, что будет дальше, до сих пор морозят внутренности.

Кидаю взгляд на её лицо и вижу отражение своих страхов и радости. Мари не готова быть матерью. Её глаза сверкают, когда она смотрит на своего малыша, но я вижу тень неуверенности.

— Ты справишься, Мари. Все справляются, — отвечаю я, погладив её по плечу. — Ты же уже ухаживала за детьми.

— Да, то тогда это были чужие дети, а теперь… Всё серьёзнее!

— Мне кажется или ты только что призналась, что има несерьёзно подходят к своим обязанностям?

Мы тихо смеёмся, чтобы не разбудить малыша. В этот момент в комнату входит Гриир. Его лицо и раньше не слишком располагало к себе, а теперь лекарь шатается по замку, изображая сумасшедшего учёного, который ищет жертву для нового эксперимента. Я не особо интересуюсь его делами, но рада, что теперь все има принимают ту же настойку, что пила и выжившая.

— Мари, сегодня ты возвращаешься в крыло има, — объявляет он с лёгкой улыбкой. — у Юви схватки. И судя по всему, к ночи мы будем встречать ещё одного Кегана.

Я напрягаюсь. Так быстро? А подействует ли препарат, чтобы обеспечить Юви жизнь? Гриир всегда был немного странным, но теперь его глаза горят слишком ярко. Я не могу избавиться от ощущения, что его истинное желание не спасти девушек, а разгадать эту загадку.

Ощущаю холодок по спине. Анортан говорил, что мне нельзя дать Грииру понять, что я не из этого мира и теперь ясно почему. Думаю, лекарь и правда сумасшедший. Лучше держаться от него подальше.

— С ней же тоже всё будет в порядке? — уточняю я.

— В этом и интрига, не так ли? — скалится тот. — Выяснить, разобраться. Получить результат. Случайность или нет? Найти сходства. Если она выживет, получим дополнительную информацию. Или спишем на случайность.

Мда, как я и ожидала. Люди для него не совсем люди.

В принципе, я ничего не теряю, если не признаюсь в том, что я не отсюда. Если, конечно, отец меня не сдаст. И, честно говоря, после похищения я с опаской озираюсь по сторонам, понимая, что просто оставить нас в покое такой, как он не сможет.

— Лисбет? — спрашивает Мари тихо. — Ты поможешь мне собраться?

— Что? А, да! Разумеется!

Вещей здесь не так много. Я быстро собираю в сумку книги и одежду, которые передавали ей, и оставляю у стены. Позже слуги перенесут всё это в крыло има. Мари ещё слаба, поэтому я вызываюсь отнести её сына, и молодая мать, нехотя, соглашается.

Пока мы бредём по коридорам, рядом материализуется пара стражей, готовых подхватить Мари и донести на руках, но та не позволяет. Мне очень хочется возмущаться и рычать, ведь делать всё это должен Дарен, а он, как выясняется, улетел в город, из которого забрали меня вместе с фавориткой. Грёбаный трус. Ну и шёл бы он!

В крыле има нас встречают другие девушки. Их глаза наполняются восторгом, мари для них настоящий герой.

— Как ты?

— Больно было?

— Ой, а можно подержать? Пожа-а-алуйста!

— Я в порядке, — отвечает Мари, хотя я вижу, что она уже ищет, где бы присесть. — Лисбет помогла мне.

Вопросы сыплются со всех сторон: «Как ты себя чувствуешь?», «Что Гриир сказал?» «Часто ли ребёнок плачет?» Забавно наблюдать за всеми ними. Крыло будто раскрашивается яркими красками, выметая за порог апатию и ощущение приближающегося конца. Девушки будто забывают о том, что они пленницы в глазах каждой пока робкий, но огонёк надежды, что их жизнь не оборвётся и что чудо, выбравшее Мари, отметит и их тоже.

Я тоже очень на это надеюсь.

— Девочки, дайте ей немного времени, — говорю я с лёгкой улыбкой, стараясь разрядить обстановку. — У неё были непростые роды, дайте отдохнуть.

Мари кидает мне благодарный взгляд, и я чувствую, как её напряжение немного уходит. Я помогаю ей устроиться на диване, а она закрывает глаза на мгновение. Малыша размещают в уже принесённой люльке, где вокруг него тут же собирается воркующая от умиления толпа.

Не помню, чтобы другим мальчишкам уделяли столько внимания.

— Лисбет, — тихо говорит Мари, — не могла бы ты отнести мой дневник в библиотеку? Он на столе рядом с кроватью.

— Зачем? Ты же в порядке, значит он больше не нужен. Сама всё скажешь.

— Да, но… Я хотела бы, чтобы он был там, на полке. Просто на всякий случай. Мне… неловко…

— За то, что ты жива? Вздор. Давай я брошу его в камин?

— Ты жестокая. А ведь я угробила на него столько часов.

— Ладно-ладно, — закатываю глаза и поднимаюсь. — Отнесу. Так бы и сказала, что хочешь быть одной из писательниц, мысли которой хранятся в драконьей библиотеке.

Мари смеётся.

— Помнишь где?

— Ага.

Когда я выхожу из комнаты, меня сопровождает один из стражей — высокий и молчаливый парень с суровым лицом. Даже не смотрит на меня, просто идёт рядом. К разговору он явно не расположен, так что я решаю даже не пытаться.

Стены коридоров, которыми мы проходим, окрашены в глубокие красные тона, а узорчатые ковры мягко шуршат под ногами. В каждом углу стоят цветы в роскошных вазах, аромат пряностей дразнит обоняние. Мы спускаемся по извивающейся лестнице, я касаюсь кончиками пальцев золотых деталей на перилах и светильниках.

Вскоре перед нами вырастают двери библиотеки, которые охраняют ещё двое. Дежурящие помогают открыть, и мой сопровождающий первым входит, проверяя, всё ли в порядке. Похоже, что да.

Запах старых книг и пыли окутывает меня, создавая ощущение уюта и спокойствия. Я направляюсь к ряду, где стоят дневники погибших има, размышляя о том, не выделить ли для рукописи Мари какую-то более привлекательную полку? Но когда я подхожу к нужному проходу, то замираю, заметив странную фигуру, сидящую на полу, скрестив ноги.

Это девушка. Одета так, как будто только что вышла из какой-то приключенческой истории — в тёмной одежде с капюшоном. Кажется, она так увлеклась чтением, что не заметила моего появления, и оттого вскакивает на ноги. Выругавшись, она быстро прячет книгу, подозрительно похожую на дневник има под одежду и оглядывается по сторонам.

Я не знаю, что делать. К счастью, со мной страж, всего в паре шагов.

Девчонка тянется к поясу. Я, предположив, что она сейчас какой-нибудь нож в меня швырнёт, визжу и бегу обратно.

Нужно отдать должное, защитник реагирует мгновенно. Один удар сердца и он уже оказывается между мной и проходом. Слышу звяканье металла, оборачиваюсь, а об каменный пол ударяется нож. Значит не ошиблась? Она всё же метнула в меня что-то? А страж отбил?

— Эй! Помогите! — кричу я, когда на шум в библиотеку врываются другие защитники. — Там… там! — тыкаю пальцем в проход, где слышится лязг клинков.