Глава 19

Алена

Время текло медленно и бестолково.

То мне чудилось — заканчивается воздух. Я реально ощущала, что трудно дышать, что грудь будто сдавливает бетонной плитой и готовилась к худшему. Сердце начинало трепыхаться в груди, как перепуганная охотником птица. Все внутри леденело и хотелось заплакать.

Я держалась, скрипя зубами, терпела, а потом… начинала рыдать, просто выпускать обиду наружу. Вспоминать сына, вспоминать адмиралов, вспоминать все последние неплохие моменты, жалеть себя, жалеть о том, что случилось…

Эмоции шпарили, накрывали, как бешеные штормовые волны и шквальный ветер.

Картинки общения с близкими крутились перед внутренним взором, накручивая эмоции все сильней и сильней…

Мой мальчик, всегда такой открытый и ласковый… Наш последний пикник на Земле, буквально за пару месяцев до того, как я устроилась на новую работу и угодила на инопланетный рынок невест…

Мы смеемся, смеемся… Бежим по полю… А потом лежим и дышим… дышим… дышим…

И так светло на душе… так хорошо, хотя личной жизни уже никакой, да и подруги как-то все постепенно пропали. Затерялись в джунглях современного мира, который из-за контакта с инопланетниками резко менялся, и нам приходилось ежедневно подстраиваться…

С кем-то я еще поддерживала связь, кто-то аж заблокировал меня в мессенджерах в дни сильных эмоций и переживаний…

Но было очень хорошо и тепло просто потому, что сын рядом…

Эмоциональный маятник качался от «я больше так не выдержу» до «мне есть еще за что сражаться в этой жизни».

И ощущения «не могу дышать» проходили.

Но накатывали новые волны паники и отчаяния.

Я металась из угла в угол, как раненый зверь.

Бродила кругами. Пыталась даже карабкаться с разбегу на стены, используя свой дар. Но… выходило из рук вон плохо.

Вначале.

Причем, дар, реально, работал.

Я как бы подкидывала себя вверх — и из нескольких раз один получался.

После четырех удачных попыток подряд, я принялась пробовать еще и еще.

В конце концов, с аппаратурой не вышло, да и кто знает, что будет, если я тут что-то разрушу. Может — и сама погибну, и корабль уничтожу.

В общем, идея забраться на стену заняла меня уже окончательно.

Во-первых, я коротала время и забывала о беспросветности ситуации. О том, что выхода нет и пока не предвидится. О том, что меня то ли не ищут, то ли не в состоянии обнаружить.

О том, что случится, если я тут пробуду сутки, двое или — того хуже — дольше.

Действия помогали. Тем более, что, уже вскарабкавшись чуть повыше, я обнаружила… вентиляцию!

Ура! Воздух оттуда прорывался — свежий, прохладный и… успокаивающий.

Фу-уф… Будем жить. Прокрутилась в голове старая фраза.

По крайней мере, воздух у меня точно уже не закончится. Значит, можно действовать более активно, не боясь окончательно лишиться кислорода в крови.

Это меня слегка подбодрило.

Ощущения, что сложно дышать, сразу пропали. Видимо, это был элементарный панический приступ, точнее — много, много панических приступов на фоне безвыходности моего положения.

Я спустилась вниз, сосредоточилась и попыталась выработать стратегию — как подниматься по стене при помощи телекинеса.

Вначале я пробовала подталкивать себя чуть выше, а затем еще и еще. Продвигаться эдакими «прыжками» по воздуху.

Но в какой-то момент дар выходил из-под контроля или гравитация делала свой коронный ход — и я падала, смягчая приземление все тем же телекинесом.

Иногда удавалось забраться так высоко, что я видела какие-то синеватые отблески в потолочном углу. Это меня опять же немного подбадривало. Я понятия не имела — что это, но оно было новым, непохожим на остальное оборудование в моем помещении.

Так, что я раздухарялась все больше.

Снова и снова пробовала свой трюк, но добраться до верха не получалось.

Вот не выходило у меня — и все тут.

Я успокоилась, постаралась утихомирить бешеный пульс, отпустить мысли «я все равно тут погибну» и конструктивно посмотреть на всю ситуацию.

Не так давно я летала по всему помещению из-за эмоций, вызванных адмиралами.

Надо вспомнить, как вообще у меня это вышло.

Потому что вот так карабкаться и падать из раза в раз — однозначно не вариант. Теперь это было уже совсем ясно. К тому же, я рисковала, что в один прекрасный момент не справлюсь и долбанусь прямо об пол. Хорошо еще, если не спиной и не головой.

Ладно.

Я села, отбросила страхи, сомнения, метания и жалость к себе, которая рвалась из всех щелей и сбивала с толку.

Успокоилась, насколько могла, и постаралась вспомнить в мельчайших деталях, что испытывала, когда, словно ведьма на метле, летала по залу.

Та-ак…

Поэтапно.

Вначале я будто ощущала, как замерзаю. Хан ласкал меня, причем, довольно умело. А у меня не было ни единой эмоции или ощущения — только лишь холод. Я будто покрывалась льдом, а затем… затем в помещение ворвался ураган-Раг.

Адмиралы начали драться, спорить, орать и… я почувствовала, как меня прямо подкидывает.

Злость заклокотала внутри, эмоции полились через край, я вдруг ощутила себя невесомой и… дальше помню весьма смутно.

Но я летала, и это я очень хорошо чувствовала.

Ага. Здесь не действия важны — а эмоции.

Именно они и подбрасывали меня в воздух! Не зря же есть выражение «меня подкинуло на кровати».

Я попробовала мысленно вернуться в тот день, в момент, когда адмиралы едва не поубивали друг друга, и воспроизвести свои чувства.

Внутри что-то вдруг завибрировало, отдалось где-то в голове шумом, затем под ногами будто развезлась пропасть. Реально — я только что сидела на теплом полу, и неожиданно — почудилось, что я его больше не чувствую.

Я посмотрела вниз и ойкнула… Я парила, висела над полом.

Ага… Получилось! Получилось!

У меня получилось!

Я аж вскрикнула от радости…

Однако же, едва эмоции изменились, как я начала падать.

Я попыталась что-то сделать, подкинуть себя, приостановить.

Но гравитация решила, что баста — хватит уже над ней издеваться — и пришмякнула меня вниз, как полагается.

Я плюхнулась задницей прямо об пол.

Ладно. Попытка не пытка. Я потерла ушибленное место и начала искать на него новые приключения.

Снова настроилась, в деталях вспомнила те эмоции, пропиталась ими… и опять ощутила, что пола нет.

Только теперь я начала себя еще больше накручивать.

Злиться на ситуацию, на то, что эти два инопланетных гада в состоянии пролететь несколько Галактик, но меня отыскать на своем корабле не сумели.

Вот же, засранцы! А как красиво они оба пели!

Заслушаешься прям…

«Мы тебя от всего защитим! Мы тебя не дадим в обиду!»

Ну-ну! Такие же, как и все мужики!

Что обычные, что рогатые и хвостатые — все одинаковые!

Да и чего вообще ожидать от подобных альфа-самцов!

Я знала, что все это не совсем так. Но вытаскивала из себя малейшее недовольство мужчинами, чтобы взлететь выше, еще выше и еще…

Над головой уже маячил свод и какие-то синеватые мерцающие панельки. Мелкие, сложенные подобно мозаике.

Однако я понимала — останови я эмоции и переключись на их изучение — рухну вниз сразу же.

А забралась я достаточно высоко, чтобы конкретно так травмироваться при падении.

Что же делать?

Мысль мелькала, а я старательно накручивала эмоции.

В результате, то падала слегка ниже, то снова поднималась, то двигалась в воздухе.

Наконец, я заметила какие-то рычажки и решила попробовать.

Чем черт не шутит. Пан или пропал.

Все равно сидеть сложа руки смысла нет.

Я схватилась за рычажки обеими руками, и повисла.

Дар словно бы отключился.

В первый момент я едва не упала — вес тела внезапно так надавил на руки, что захотелось выпустить небольшие металлические загогулины.

Однако я постаралась как бы подталкивать себя даром, как поступала в самом начале.

Стало полегче. Я, конечно, уже не летала, не носилась по помещению, словно настоящая ведьма, но, по крайней мере, и не падала вниз.

Висеть сразу стало не так тяжело.

И я принялась внимательно изучать панельки. Они казались, реально, мозаикой. Однако временами внутри будто рождались крошечные искорки.

Я заметила еще, что местах стыков абсолютно все панельки словно оплавились.

Я постаралась уже не руками, а мысленно и даром их разъединить.

Получилось не сразу, вначале даже казалось, что идея бессмысленная. И мой дар на подобное не заточен.

Однако после нескольких попыток вдруг резко вышло — абсолютно все панельки «отлипли» друг от друга и замерцали еще более активно, загадочно.

Вот тут я еще больше воспрянула духом.

Стоило это сделать, как возникло ощущение, что в помещение через щели между панельками ворвался какой-то большой рой. Я не видела его, но словно бы чувствовала.

Будто стайка мини-мошек кружила.

Странно… Еще как странно…

Я крутила головой, силясь обнаружить то, что воспринимала на каком-то совершенно новом уже уровне. Но ничего не видела, лишь иногда воздух будто вспыхивал сероватым и опять гас.

Наконец, руки начали ныть, запястья окончательно онемели. Пальцы стали деревянными, непослушными.

Я подталкивала себя даром, но помогало критически слабо.

То ли заканчивался «заряд» или что там такое у телекинеса, то ли просто я уже обессилела от переживаний, страхов, без еды и воды…

Я из последних сил цеплялась, ломала ногти, соскальзывала с гладких металлических загогулин. Пальцы сами собой разжимались.

Как в этом мультике, где утенок склевывает пальцы у висящего на балконе.

Этот пошел веселиться, этот отправился спать…

Наконец, руки сами собой разжались, я начала падать, и уже почти не могла замедлить движение даром.

Пол стремительно приближался, а я оказалась совсем беззащитна.

Пробовала себя подталкивать, старалась как-то стабилизировать движение, вытаскивала прежние эмоции, чтобы хотя бы летать, как Баба Яга, но не грохнуться.

Падать тут было уже ну очень высоко. По моим скромным прикидкам — не меньше трех этажей обычного дома… Значит, метров восемь, как минимум.

Я сильно сомневалась, что даже, смягчая удар телекинесом, который вдруг начал сбоить в самый неудачный и неурочный момент, получится сохранить все косточки в целости…

Гады эти мужики! Бросили меня! Оставили! Ну что за сволочи! Где-то там, наверное, опять решают вопросы космического масштаба! А ведь обещали, соловьями заливались! Хотя, конечно, они про этих птиц знать не знали. Да и я не знала адмиралов достаточно долго, чтобы доверять их сладким обещаниям и посулам…

Нет… больше эмоции уже не работали.

Похоже, действительно, «батарейка» закончилась.

Я все равно падала, пусть и чуть медленней, но не настолько, чтобы хорошенько не приложиться.

Мда… Кажется, это уже реально конец.

Называется, сама себя перехитрила.

Хотела как лучше, а получилось, что получилось…

Я сгруппировалась, зажмурилась и попыталась упасть, как можно удачней…

Хотя бы сломать руки-ноги, но не позвоночник и голову.

Кто его знает — как тут развита медицина. А если и чинит подобные травмы, когда еще меня тут обнаружат и доживу ли с подобными повреждениями…

В голове всплыли уроки медицины в вузе, как фиксировать переломы, как останавливать кровотечения.

Ни палки, ни чего-то подобного для этой цели у меня не было. Да и в помещении тоже. Но порвать одежду, сделать жгут, постараться не двигать конечностью, которую травмировала, я вполне еще могу…

Да. Думаю, что так.

Пол оказался совсем близко, падение стало таким быстрым, что аж чувствовалось движение воздуха — будто ветер, которого в закутке не было.

Я напряглась и, как могла, приготовилась к худшему…

Дыц — и я на руках у Рага.

Он прижимает меня так, словно ничего дороже в жизни не имел.

Гладит, ласкает, шепчет.

— Храш! Нашлась! Мы чуть с ума не сошли! Как тебя вообще сюда занесло!

Следом за ним ко мне подскочила Ди и принялась по-своему ощупывать, нажимая на какие-то точки. Мне было уже все равно. Я расслабилась и успокоилась. Меня нашли. Я больше здесь не одна.

Я не разбилась и ничего себе не сломала.

Я не умру без еды и воды…

Я снова с Рагом и Ханом.

Фу-уф, пронесло.

Какое счастье…

Слава богам!

Все ж таки у меня есть Ангел Хранитель!

В это время Рагу, кажется, позвонили на коммуникатор.

— Да, Хан, мы нашли ее, выдохни! — тут же отозвался мой серебристый спаситель.

— Где? Где она была? — послышался радостный голос терратонца.

— В техническом отсеке, куда обычно никто не заглядывает.

— Почему наноботы сразу ее не нашли? Я ведь запускал их по всему звездолету. Задавал программу заливаться во все дырки, во все помещения и закутки.

— Да тут такая вышла ситуация. Похоже, в бою замкнуло потолочные панели, и те как бы спаялись в одно целое. А вентиляция тут устроена так, что, кроме молекул воздуха, ничего не пропустит. Нарочно очищает, как ты понимаешь.

— И?

— И панели как-то удалось разомкнуть. Наноботы проскользнули — и нашли нашу девочку.

— У нее все нормально? Ди? Что ты скажешь?

— Ну кроме эмоционального фона и энергетического истощения, все в норме. Быстро поправим. На месте не стану поить ее отварами и чаями. Уложим в постель, успокоим, и восстановим. Ничего экстренного или опасного с Аленой не произошло.

— Фу-ф… — облегченно выдохнули адмиралы почти в унисон.

Я сначала засмеялась, затем заплакала, и Раг понес меня по коридорам эсминца, успокаивая, утешая, как мог.

— Аленушка, ну не надо так… Все хорошо, мы с тобой. Мы тебя никогда не оставим… Я весь корабль готов был по винтикам разобрать… Ну что ты, ну маленькая… Ну перестань…

Со временем я успокоилась, меня разморило, и я прямо так уплыла в сон…

В забытьи, в дреме, в непонятном состоянии чувствовала, как меня принесли в мою комнату, раздели, помыли и уложили в постель.

Суетились, кажется, все: Ди, Раг, Рах беспрестанно был на связи и спрашивал, уточнял, справлялся о моем самочувствии.

Затем, я ощутила нажатие пальцами где-то в районе груди — словно такое слабое давление, но именно точечное, и мгновенно очнулась.

Рядом со мной оказалась уже только Ди.

— Та-ак… Давай-ка выпьем лекарство, — произнесла она ласково, проникновенно. — Все позади. Успокойся, поспи.

— А что это было? Как я, действительно, там очутилась?

— Предполагаю, во сне сработал остаточный потенциал дара или вроде того. Насколько я знаю, когда телекинес или другие способности включаются, через пару месяцев происходит вот такая отдача. Непроизвольное задействование дара во сне. Как бы аура и организм проверяют его присутствие, как иногда во сне ноги подергиваются — мозг уточняет — живо ли тело. Вот такой же примерно и тут механизм. Просто у тебя все случилось гораздо быстрее. И, плюс к тому, ты телепортировалась в место, укрытое от всех. Такое случается. Не повезло, что в том техническом закутке запаялись панели, что соединяли его с остальным кораблем. Иначе мы сразу же тебя обнаружили бы…

— Значит, больше мне подобное уже не грозит?

— Думаю, что нет. Обычно такое случается только лишь раз. Думаю, что и в твоем случае, нет исключений.

— Уверены?

— Кхм… Я не могу тебе гарантировать. Но ты же видела, как я предсказала изменение твоего дара, если аурно соединиться с адмиралами? Когда громила пиратов? Ведь так?

— Да.

— Значит, хоть что-то я понимаю.

— А где Раг?

— Рохан и Рагнар стараются вытащить нас из той задницы, где мы все очутились.

— Все так плохо? — Я аж встрепенулась.

— Спокойно, пей, — Ди дала мне глотнуть из ложки какой-то микстуры. Затем еще из бутылька что-то похожее на травяную настойку, только очень густую и терпкую. А потом поднесла к губам чашку с обычным, по-моему, уже чаем.

Я собиралась задать онте еще кучу вопросов.

Где это мы «в заднице»? Преследуют ли пираты? Предстоит ли бой или что-то еще пострашнее?

Есть ли шансы у адмиралов все разрулить. Точно ли она лично верит в успех.

Но веки потяжелели, вдруг все стало не таким важным, как сон.

Ди опустила меня на кровать, и я отключилась.