Эпилог

На дворе стоял совершенно чудесный весенний денек. Пели птицы, приветствуя скорое лето. Мы с Данте бездельничали. Наслаждались погодой, посиделками в нашем уютном дворике, обществом друг друга и нашего сына.

– Иди уо мне! Ну же, сынок! – звал Данте, протягивая руки к Сашке.

Наш малыш стоял, потешно пошатываясь, и не решался отпустить край лавки.

– Давай! У тебя получится! – пищал Хомка, наблюдая, как в траве носится его собственный выводок.

Кажется, это был уже второй с тех пор, как он прошел через арку. Правда, жену я его так и не видела, хомячок говорил, что она очень стеснительная и пугливая.

– Ну, давай же, дракон! Лети к папочке! – уговаривал муж нашего сына.

– Па-па! – возмущался Сашка. – Па-па!

Я замерла с вышивкой в руках и, улыбаясь, наблюдала за этой картиной. Нашему сыну только что исполнилось одиннадцать месяцев, и он довольно бодро уже лопотал, освоив необходимый для общения с родителями репертуар: папа, мама, няня, дай, уйди и еще нечто невнятное, что мы пока не сумели расшифровать.

Я никак не могла припомнить, соответствует ли его развитие возрасту, потому просто расслабилась и наслаждалась материнством.

– Папа! – звонко выкрикнул Сашка и, оттолкнувшись от лавки, наконец сделал несколько шагов к Данте.

На последнем он начал заваливаться, но муж его подхватил. Подбросил высоко над головой, чем вызвал приступ заливистого смеха.

– Милая, наш сын сегодня пошел! Это я его научил, – тут же приписал себе заслугу мой дракон.

– Ты такой молодец, Данте! – похвалила я гордого собой папочку. – Вы оба у меня большие молодцы!

– Тоже мне учитель! Я вот уже восьмерых выучил. И еще десятерых, – пробурчал откуда-то из-под лавки Хомка.

Я рассмеялась и, отложив пяльцы, подошла к моим любимым мужчинам, расцеловала обоих.

– Ма-ма-ма! – обрадованно заголосил Сашка.

– Наша мамочка – самая лучшая! И мы ее очень-очень любим, да? – поддержал его Данте.

Я смотрела на улыбающиеся лица мужа и сына и ощущала, как меня затапливает безграничное счастье. Наконец-то я могла отдаться этому чувству в полной мере. Не оглядываясь назад, не ожидая удара в спину, не ощущая нависшей над головой угрозы. И это было прекрасно! Это то, о чем я мечтала: жить спокойно, растить ребенка, заботиться о семье. В этом мы с мужем совпадали полностью.

– Лейра Эления, к вам лейра Сетабия, – тихонько оповестила подошедшая служанка.

– Зови! – велела я.

Сетабия появилась не одна, вместе с ней приехала Финесс. Мы расцеловались, после чего мои подруги поздоровались с Данте, традиционно затискали Сашку, а затем вернулись ко мне.

Сетабия водрузила рядом со мной на лавку приличных размеров саквояж, появление которого в ее руках, означало только одно: она снова приготовила мне какой-то сюрприз.

– Нитки ручного крашения, о которых ты мне рассказывала! – гордо заявила она, вытаскивая на свет целый ворох мотков, перевязанных лентами с надписями.

– О! – выдохнула я восторженно и принялась перебирать моточки с секционным окрашиванием.

После победы над Нарвагом ар Гэрхеем у меня неожиданно появилось время заняться одним из любимых хобби – вышивкой крестом. Я даже рисовала простенькие схемки.

Забавно, но для этого мира такая техника вышивки оказалась в новинку и вызывала у местных дам настоящий восторг. Мода на вышивку крестом охватила Мейр за считаные недели. А некоторые мастерицы так старались, что успели даже меня превзойти.

Материалы приходилось подбирать вручную, и самое забавное, что стоили они не дешевле, чем когда-то на Земле. Сетабия привозила мне только лучше льны, а нитки были из натурального шелка. Да и краски для тканей стоили недешево.

Подумав, мы на троих открыли магазинчик сначала в Мейре, потом в нескольких городках Запределья, а затем и в Левшарах. Благо генерал ар Лехрон уже навел порядок в своей вотчине. Планировалось открытие лавок в центре Маллиры и в Лемаре, а так же в других городках этих княжеств.

– Эксклюзив! – гордо добавила Сетабия, довольная моей реакцией, и поинтересовалась:. – Ну как, сгодится на подарок для ее величества?

– Более чем! Об этом даже не переживай. Аурелии наш подарок понравится гарантированно. Ты записала составы красок и номера новых цветов?

– Обижаешь! Я строго веду табличку, как ты и велела. Тем более что с ней намного проще ориентироваться.

– Отлично! Кстати, а у меня новости, – загадочно сообщила я, заинтриговав подружек.

– Какие? – Глаза Финесс загорелись.

Подруга просто обожала сплетни.

– Рассказывай скорей! – поторопила меня Сетабия.

– Нейр и Аурелия приняли приглашение на день рождения Александра! Совсем скоро они будут здесь вместе со своим сыном!

– Уиии!

– Урааа!

Мои девчонки обрадованно захлопали в ладоши.

– Боги! Надо буде сказать Ласу, чтобы украсил город как следует. Нужно показать, что Мейр не какая-то там провинциальная дыра, а ничем от столицы не отличается, – затараторила Финесс и вдруг замерла. – Точно! Магические огни! Мы украсим улицы магическими огнями! Это не слишком дорого, учитывая, сколько у нас накопилось ранита.

– Что, настолько много? – удивилась Сетабия.

– Хватит, чтобы вымостить им половину города! – гордо заявила Финесс, и ее глаза засверкали от предвкушения.

С тех пор, как театральная актриса вышла замуж за мэра, весь город стал площадкой для ее экспериментов. Вот так она вдруг переквалифицировалась в градоправительницу.

– Финесс, успокойся. Лассель с ума сойдет от твоих идей! – Сетабия рассмеялась.

– Ну а что? Если начать прямо завтра, мы успеем замостить центральную площадь и главную улицу. А когда королевская чета уедет, просто поменяем все снова на брусчатку, а ранит отправим на экспорт, как и планировали.

Я едва в голос не засмеялась. Уж больно мне это напомнило бесконечные ремонтные работы на дорогах в моем прежнем мире. Разве что у Финесс не было корыстных целей. Только амбиции, ничего больше.

– Финесс, Сетабия права. Мне кажется, довольно будет флажков и гирлянд. Менять мостовую – это перебор, – осторожно заметила я.

– Ладно, я еще с мужем посоветуюсь. Но мне кажется, что моя идея великолепна! Заодно сэкономим на ночном освещении, – тут же нашла она несомненные плюсы.

Ранит отлично накапливал и держал не только магию, но и солнечный свет.

– Она неумолима! – Сетабия закатила глаза, а я рассмеялась.

– Милая, мы идем гулять, – сообщил мне Данте.

Сашка не то тянул папулю за руку, не то висел на ней, но упорно куда-то топал. Одно было ясно – ходить ему очень понравилось, и он уже не остановится.

– Александр совсем скоро пойдет сам, – заметила опытная Сетабия.

– Уже пошел. Прямо перед вашим приходом, – похвасталась я, проследив глазами, как Хомка убегает куда-то с честно стыренным моточком дорогущих ниток.

– Как же здорово! – Захлопала в ладоши Финесс и погладила себя по округлившемуся животику. – Не дождусь, когда и у нас появится маленький.

Ребеночка они с Ласселем ждали только осенью, поэтому мы с Сетабией хором воскликнули менторским тоном:

– Пусть все случится вовремя!

– Ну а вы с Данте не думали родить Сашке брата или сестричку? – поинтересовалась жена мэра.

Я только загадочно улыбнулась. Нет, новая жизнь еще не зрела во мне, но я уже лелеяла коварные планы. Да и Данте все чаще мечтал о маленькой милой девчушке с огромными серыми глазищами, как у ее мамы. И вот однажды дочка мне приснилась. Сон оказался очень реальным, я увидела, как держу мою малышку на руках, и даже расплакалась, когда проснулась и поняла, что ее еще не существует.

Анисья мне сказала, что Рада прямым текстом намекает, нельзя ослушаться богиню.

Я посмотрела на мужа и сына. Они уже успели забраться на крепостную стену. Данте держал Сашку на руках и что-то ему показывал. Наверное, хвастался владениями. Наш малыш что-то радостно лопотал в ответ на одном ему понятном наречии.

Мое сердце переполнилось счастьем, таким полноценным и всеобъемлющим, что хотелось щуриться, точно согретая солнышком кошка.

Я победила. Я выжила. Я обрела себя и смогла создать настоящую семью. Я состоялась.

«Я люблю тебя, Данте!» – сказала мысленно мужу.

Он обернулся и помахал мне Сашкиной ручкой.

«Я тоже очень люблю тебя, милая! Мы тебя любим, да сынок?»

«Мама! Лю-лю!» – раздалось у меня в голове тоненько, и я просто обалдела.

Помахала в ответ и принялась сосредоточенно перебирать моточки цветных ниток, пряча от подружек слезы счастья. Объяснять, отчего я едва не плачу, не хотелось, ведь настоящее счастье любит тишину.

Конец

11.03.2025